Упс, перепутал

      Темнота поглощала всё на своём пути, медленно, незаметно распространяясь повсюду, перетекая с улицы на улицу, расстилаясь под ногами и над головами, создавая своеобразную тишину, сладко дурманящую слух, и словно пустоту, щекочущую кожу лёгким ветерком. Тишина. И правда, время словно остановилось, чтобы дать двум влюблённым, которые стояли плечо к плечу, прислонившись к перилам моста Рамы VIII с живописным видом на блестящую матовым, почти чёрным блеском реку Чау-Прая, насладиться этими совместными минутами. Один из них, старший парень, был одет в белую рабочую рубашку с галстуком набекрень; его густые чёрные волосы были чуть растрёпаны, а взгляд устремлён куда-то вдаль, на губах — едва-едва заметная улыбка. Если заглянуть к нему в голову, можно сразу же столкнуться с бесформенным комочком мыслей, мечущимся из стороны в сторону, будто перекати-поле. Другой, тоже парень, носил малиновую рубашку с коротким рукавом и чёрную футболку. Угольного цвета чёлка была аккуратно уложена набок, а рука приобнимала рядом стоящего за талию. Он также светло улыбался — да, эта улыбка была способна привнести лучик света в это тёмное царство, — и стоял, чуть склонив голову к плечу.       О, эта атмосфера тепла, витающая между этими двумя! О, эти влюблённые короткие взгляды…       Первого из них звали Артит, а второго — Конгфоб.       А если быть совсем уж точным или сделать пару шагов назад и оглянуться, можно увидеть то снующих, то смирно стоящих на своих местах людей, кучу камер и прочего оборудования… Парней звали Крист и Сингто. Сцена — последние минуты последнего эпизода на таком знаменательном для персонажей мосту. Последний день съёмок — и день выхода на экраны долгожданного первого эпизода второго сезона полюбившегося всем сериала «Сотус». Ни Крист, ни Сингто и подумать не могли, что вскоре они будут играть эти роли с такой поразительной лёгкостью, да даже иногда и не играть вовсе. Быть рядом оказалось настолько комфортно, что все границы личного пространства были стёрты практически сразу: причём никто из них отнюдь не был против. Они быстрым шагом шли навстречу друг другу. Совсем скоро между ними возникли такие отношения, которые не были похожи на те «братские», как окрестил их Перават. Это начали замечать и остальные люди, из-за чего интерес к их паре начал с невероятной скоростью расти. Плохо это или хорошо, но парни прочно завязли в этой «игре». А вот для Криста… Для Криста это было однозначно хорошо.       Они стояли так на мосту и перед съёмками, просто глядели далеко-далеко и молчали. Им не нужно было ничего говорить для того, чтобы чувствовать себя уютно, и Перават просто слушал размеренное дыхание своего партнёра по съёмкам и искоса бросал на него секундные взгляды: до чего же красиво было расслабленное лицо Пи’Синга.       «Эх…»       А Сингто был до невозможности похож на Конгфоба своим характером. Он был таким же целеустремлённым, таким же упорным и любил заигрывать. У него это получалось порой настолько правдоподобно, что нельзя было понять, действительно ли это флирт или всего лишь игра. Может, он просто забывался, сливаясь с сюжетным ходом сценария; может, хотел подразнить, замечая реакцию Криста; может, действовал так, как ему хотелось самому… А может, это был тот же самый фансервис? Но всё равно ломать над этим голову Перавату не хотелось, и он просто принимал и отвечал, безо всяких вопросов. Хотя отдать хотелось большее. Чуточку большее. Правда, о чём подумают остальные, да и сам Синг, когда он, Крист, поцелует его в ответ на этот нескончаемый флирт? Фанаты завизжат, Сингто смутится, они отшутятся — это если на фанмите. А вне мероприятий? Если просто пригласить Прачаю, скажем, в парк прогуляться, один на один, без лишних глаз? Что будет тогда? Кит не знал и узнавать боялся, не хотел, сдерживался, оставляя всё до лучших времён. Но вопрос в том, когда эти самые лучшие времена наступят? Съёмки вот-вот закончатся, останутся лишь совместные ивенты, фанмитинги, награждения. Как тогда выудить минутку, чтобы выловить Сингто из толпы и сказать пару заветных слов: «Давай прогуляемся?» Быть может, смелости у него всё же хватит, чтобы потом потихоньку выполнить те «маленькие» и значительные действия, способные перевернуть в нормальное положение (или в худшем случае, с ног на голову) его, нет, их будущую жизнь? А может, и не хватит. Но почему-то именно сейчас, на этом мосту, стоя в обнимку с Сингом, — нет, с Конгфобом, — Крист вновь задумался над этим вопросом, мучившим его вот уже год. Или два? Он потерял счёт времени.        Стоит ли раскрываться Сингто, или лучше всё-таки не стоит? Как нелепое признание повлияет на их крепкие отношения: разрушит или укрепит? Всё равно им придётся быть рядом друг с другом на протяжении ещё довольно долгого времени. Но от этого решения будет зависеть то, будет ли ему комфортно рядом со свои партнёром, или же он будет испытывать неудобство? Или Сингто отнесётся к нему с пониманием и всё останется на своих местах? Насколько он знал, Прачая не был против отношений подобного рода. Он даже сам как-то об этом говорил. Но сработает ли это с Кристом, которого он знает вот уже столько лет, с которым работает под одним боком, роль любовника которого играет?       Но Крист не может прочитать мысли Сингто. Не знает он и о том, как ведёт себя Синг с другими людьми или когда он находится в одиночестве. Вот и сейчас. О чём думает он, играя свою роль? О том, как следует произнести последнюю фразу, какие эмоции показать? Или он об этом не думает вообще, пуская игру на самотёк? О чём же тогда он думает? О семье? О конце съёмок? О вечере? О том, что его окружает… Или о ком? О нём, о Кристе? Интересно, каким он на самом деле его считает? Характер, внешность, игру, поведение, его отношение к проявлению всяческих чувств и знаков внимания к персоне Сингто… Может, из этого Кит и смог бы сделать вывод, стоит ли разговаривать с Сингом на такую тему. Но, к сожалению, телепатией Перават не обладал. Или к счастью? Кто знает, какую правду он смог бы узнать.       Крист потёр переносицу и чуть нахмурился; тут же на его плечо легла чья-то заботливая рука и кто-то что-то сказал, но он был так погружен в требующие полной концентрации раздумья, что даже не разобрал слов, лишь вздохнув. Дурацкие мысли. Дурацкая нерешительность. Дурацкие чувства. Вообще всё дурацкое и какое-то странное. — Я люблю тебя, Пи’Артит, — с улыбкой на губах произнёс Конгфоб, глядя на любимого.       Мозг зацепился за это «люблю», и Крист, удивлённо и смущённо распахнув глаза, посмотрел на своего партнёра, мило улыбающегося ему. Он на секунду вздрогнул и, моргнув пару раз выжидающе глядящему на него Сингу, всё же сказал: — Я… Тоже люблю тебя. Пи’Сингто.       Словно с чувством исполненного долга, он улыбнулся и вновь отвернулся, устремив взгляд вперёд… Но уже через мгновение он внезапно осознал то, что должно было произойти, и то, что произошло только что вместо этого. По телу пробежали мурашки. Холодно.       Как можно было перепутать «Конгфоб» и «Сингто»? Эти имена даже не похожи! Чёрт, нужно завязывать с ненужными мыслями в ответственные моменты. А что Пи’Синг? Как он? Что он? Правда, смотреть в его сторону Кит струхнул. В особенности от резко свалившегося на его плечи молчания. Молчали все: Сингто, Крист, стафф, да и вся эта тишина в общем теперь прижимала его к земле. Ну и идиот же он… Стоп, они что, всё ещё снимают? — Кто такой Пи’Сингто? — даже не дрогнув, задал вопрос Конгфоб. Артит непонимающе посмотрел на своего любимого.       «Играет… — облегчённо выдохнул Крист. — Силён…» — Никакого Пи’Сингто нет, — помотал головой Артит. Кит, чуть нервничая, закусил губу. — Я что-то задумался о том, какой ты… Упорный. Храбрый. Как лев*.       «Импровизируй. Выкручивайся. Чёрт бы тебя побрал».       Конгфоб смерил старшего неверящим взглядом и качнул головой: — Я же младше тебя. Почему «Пи'»?       Артит смущённо повёл плечами и отвёл взгляд. Что ответить на это, он не нашёлся. — Пи’Артит. Кто такой Пи’Сингто? — Честно говорю тебе, Конг! Я не знаю никого с таким именем, а люблю только тебя! Неужели ты сомневаешься в моих чувствах к тебе?       Конгфоб молча взглянул на растерявшегося любимого, и тень улыбки скользнула по его губам. — Докажи, — даже не шепнул, а беззвучно произнёс он. — Я сделаю всё, что ты попросишь. — Правда?       Артит немного неуверенно кивнул. Кита кольнуло сомнение. Ведь сейчас весь сценарий творят только они, и никто из них не знает, чем это обернётся: всё в их руках. Сингто волен придумать абсолютно любую вещь. А ему, Кристу, придётся выполнять. — Я познакомлю тебя со своими родителями. Официально. — Выпускник начал загибать пальцы. — Затем ты останешься у меня на ночь. Не просто так, конечно, — тут на его губах заиграла хитрая улыбка, та самая, которую Конг использовал, когда пытался уломать своего Пи' на что-то пошлое. — А сейчас… Поцелуй меня.       Артит не смог сдержать улыбку. И всего-то?       «Они всё ещё снимают, или уже нет?»       Крист оценивающе оглядел Синга, всё так же сохраняющего эту полуухмылку, от одного вида которой бросало в приятную дрожь. Если это роль, то Сингто настолько хорошо её играет, что можно даже и поверить… Чёрт. А ведь сейчас его надо поцеловать. И «Нет» тут никак не скажешь. «Но почему Пи’Синг попросил именно это?» — «Болван, это Конгфоб, а не Пи’Синг!» — Ну, хорошо. — И ты не волнуешься о том, что я представлю тебя своим родителям как любовника?       «Любовник» ударило в виски, а на щеках непроизвольно загорелся румянец. — Я же буду с тобой, Конг. С тобой я ни о чём не волнуюсь. Разве что о том, как бы ты дотерпел до дома в некоторые моменты. А то у тебя иногда такой взгляд, будто ты готов наброситься на меня в сию же минуту.       Конгфоб искренне рассмеялся, беря Артита под локоть. — Ты себе надумываешь. Я не такой. — Мне ли тебя не знать, 0062? — улыбнулся старший. — Целуй, — отмёл все пути назад Конг, приближаясь к лицу Пи’Артита.       Стафф в нетерпеливом напряжении следил за такой внезапной импровизаций парней, появившейся лишь из-за одной глупой ошибки. Или же Перават нарочно так сделал, чтобы оттянуть момент последнего «Снято!»? Никто не спешил останавливать актёров. В конце концов, это их последний эпизод, последняя частица в уже полностью отснятом сериале. Почему бы не дать им такую небольшую вольность? Пусть делают что хотят. В рамках разумного, конечно же.       «Пи’Сингто, ну не надо», — захотел попросить Кит, но, увидев искрящиеся совсем рядом глаза, тихо выдохнул. А зачем отступать? Зачем думать, что это игра, если он может просто так взять и… — Пи’Арти-ит…       …и поцеловать Сингто, который почему-то зовёт его этим странным солнечным именем?..       «Пи’Сингто-о…»

***

      Робкое прикосновение губ. Лёгкое касание пальцами. Мягко, приятно, чувственно… А потом всё завертелось, превращаясь в бурный водоворот эмоций. Уже привычным движением чужая рука легла на его шею и послала колкий, будоражащий всё тело заряд. Ещё один осторожный поцелуй, ещё один — более горячий, с противоположной стороны. Всё ближе, ближе; всё ярче, ярче; страстнее, страстнее; желаннее, желаннее…       Крист схватился за голову и перевернулся на спину. Поцелуй вышел совсем не таким, каким он себе его представлял. Чёрт.       Он впервые задумался о том, какие у Сингто губы. Мягкие, тонкие… С приятным привкусом. Не потому ли, что они пили ароматный кофе вечером? Эти губы не хотелось выпускать из своего плена, что он, собственно, и сделал, утягивая Синга в более глубокий поцелуй, притягивая его всё ближе, ближе к себе — пока не услышал сорвавшееся хриплое «Снято!», прозвучавшее с той неохотой, какую испытывает подросток, когда его отрывают от просмотра любимого сериала, побуждая заняться уборкой, уроками: «Ну ма-ам!»… «Ну Пи-и'!» — точно так же захотелось протянуть Кристу, но в самом конце он успел ощутить на своих губах улыбку Сингто. Настоящую ли? Или опять те же чувства персонажа? — Зато я поцеловал Пи’Сингто, — хмыкнул Кит и накрылся одеялком с головой. Нет, не время смущаться! Нужно было смущаться тогда, когда он стоял и с глупой улыбкой смотрел на проводящего языком по своим губам Прачаю. Тогда надо было смутиться, а не представлять, как этот язык… Перават пробормотал что-то невразумительное и прижал одеяло к лицу. Какой же он идиот — так реагировать.       Пиликнул телефон. Перават моментально вынырнул из постельного царства и взял в руки свой смартфон. Взглянул на экран. Закрыл глаза. Открыл. Моргнул ещё раз. Но сообщение с экрана не пропало: P'SINGTO :3 — Привет, Кит :) Как насчёт прогуляться завтра?       Прогуляться? Разве это не то, что сам Крист хотел предложить? Но почему так… Krist — Неожиданно :) Но я не против. P'SINGTO :3 — Утром? Днём? Вечером? Ночью? 555       Крист завис на пару секунд. Снова это? Он бы и не заметил этого акцента, если бы не это двусмысленное «555». Дурак. И зачем так делать? Krist — Судя по всему, ночью тебе больше всего подходит, да, Пи'? 55 P'SINGTO :3 — Не-ет, я бы хотел поспать. А вот вечером в самый раз. Krist — Давай тогда вечером, да. Куда пойдём гулять? P'SINGTO :3 — Куда-нибудь, где не очень много людей. А то нас замучают фанаты :)) Krist — Согласен :) Но я тебя в обиду не дам! А вообще, я знаю одно местечко… P'SINGTO :3 — Не томи-и! Krist — Увидишь завтра. Где встретимся? P'SINGTO :3 — У Моста Рамы VIII?       Глаза Перавата полезли на лоб. Уж чего-чего, а такого он услышать (ну или увидеть) не ожидал. Хотя, почему он удивлён? У Сингто есть свой выбор, и почему бы ему не выбрать мост? Тот мост, правда, но… Какая разница? Нет, почему «какая разница»? Для него этот мост многое значит. Три, четыре поцелуя! А последний… Не такой, как все остальные. Наверное, потому, что он в него вложил свои собственные чувства, а не персонажа. Но… Как же это было… Здорово. Krist — Хорошо :) Сам хотел предложить.       На губах Криста вновь заиграла блаженная улыбка. Всё же это было лучшее, что случилось с ним за последнее время. Или, может, это что-нибудь успеет случиться в ближайшем будущем.

***

— Здравствуй, Крист. Прости, что заставил тебя ждать.       Знакомый негромкий голос заставил Криста отпрянуть от перил и повернуться лицом к подошедшему… Синг был прекрасен. Как всегда. Но сейчас это была особая, изящная красота. В лёгкой белой короткой рубашке с чёрными полосами-стеблями, на которых росли витиеватые чёрные розы, он выглядел просто потрясающе; чёрные, чуточку дырявые джинсы с этой рубашкой контрастировали на «ура». Вообще, чёрный цвет настолько шёл этому смуглому парню, что казалось, это был его родной цвет. Он подчёркивал его стройность и выделял из толпы. А в костюме он выглядел просто шикарно. И сейчас… Тоже. Совсем не так, как Кит в своей ярко-красной футболке и светлых шортах до колен. Как-то они не сочетались. Это немного задело Перавата. Будут ли они сочетаться, будучи такими разными в характерах? Кто-то тоже об этом говорил… — Всё в порядке, Пи', — улыбнулся Крист.       Прачая окинул его и себя внимательным взглядом, растерянно усмехнувшись. — Дресс-код ты не вводил, однако. — Да какая разница? Главное, чтобы тебе было комфортно в твоей одежде. — Кит подскочил к Сингто и взял его под руку. — Ты готов? Пойдём? — Прям так? — блеснул глазками старший, мягко касаясь кисти Перавата пальцами. — И ты не боишься? О твоей же репутации и беспокоюсь, Нонг'. — Как скажешь.       «Что мне репутация, а? Нас и так все за пару считают». Крист прошагал пальчиками до ладони Синга и зацепился указательным пальцем за его мизинец, игриво заглянув парню в глаза. — А так? — Неугомонный, — посмеялся тот, — если нас спалят, я всё свалю на тебя. — А кто сказал, что я против?       Кит подмигнул ему и поманил за собой. Настроение быстро поднималось к высокой отметке.       Местечко, которое Перават выбрал для их Сингто прогулки, — скорее, для посиделок, — оказалось небольшим тихим прудиком, укрытым от большинства глаз. Он располагался внизу, и чтобы достичь его, нужно было осторожно спуститься по травянистому склону. А ещё там почти у самой воды росло раскидистое толстое дерево, которое своими ветвями прятало отдыхающих под ним от солнца, словно зонтиком. Сам Крист тут никогда не был, только замечал этот пруд пару раз и подумывал, как было бы здорово прийти сюда с Пи’Сингто. И что же сейчас? Его маленькая мечта (уже вторая за такой короткий промежуток времени — удивительно!) сбылась. И Кит был не просто счастлив: он будто светился этим радостным светом и теплел с каждой минутой. А когда они с Сингом уселись в тени дружелюбно приютившего их дерева, он тихонько выдохнул и прислонился к неровной коре, прикрыв глаза. Сингто бросил на него осторожный взгляд и с улыбкой предоставил своё плечо, на которое сразу же опустилась пераватская голова. — Красиво тут, — подал голос Прачая, проследив за упавшим к его ногам резным листком. — Угу-ум, — причмокнул Крист, разлепляя глаза. — А помнишь, как мы сидели на берегу реки вечером, осенью? Это ещё в эндинг «Сотуса» попало. — Конечно, помню. Поностальгировать захотелось? — Наверное… Мне просто хорошо тут. С тобой.       Снова повисла та уютная тишина, сопровождаемая шёпотом листочков над головой, шумом воды почти под самыми ногами и шуршанием редких машин сверху. Плечо Синга было немного твёрдым, но убирать голову всё равно не хотелось. Тепло. Хорошо. Правильно. Руки как-то сами собой обняли старшего за левую руку и притянули поближе. Сингто хмыкнул и ткнулся носом в макушку Криста, от чего тот опешил, но даже не пошевелился, когда его волосы начали осторожно ворошить. Стало щекотно, а в крови забурлил какой-то горячий источник… Захотелось всего и сразу. И сейчас. Затискать, заобнимать. Поваляться вместе на травке, позабавляться, побрызгаться, поиграться. А потом… потом… потом… — Это было самое оригинальное признание, которое я когда-либо слышал. — А?       Кит приподнял голову и столкнулся с тёплым взглядом Сингто. — Говорю, твоё признание было очень оригинальным. — Какое… при… — Не строй из себя дурачка, Нонг’Крист.       Прачая склонил голову набок и приподнял бровь, тем самым словно спрашивая: «Что скажешь?» Крист смутился и отвёл взгляд. Он немножко не так представлял себе этот разговор. Его должен был начать он. И не смущаться. Опять. — Я и не строю… — пробубнил младший. — Боишься меня что ли? — Да нет же. — Чего ты тогда? Я не кусаюсь. Только целуюсь. — Синг хихикнул. — Такое тебе, кажется, нравится.       Перават вспыхнул и возмущённо посмотрел на Сингто. — Не дразни меня, Пи'! Я не виноват. Это всё ты. Такой весь… — Какой? — Такой весь… Весь.       Взгляд Криста стал беспомощным, но Сингто положил ему руку на плечо. — Расслабься. Это всего лишь я. Твой друг. И я в силах тебе помочь. Но если… — А я, может быть, не хочу, чтобы ты был мне другом! — выпалил Кит. — А кем же?       Брови Синга взметнулись. Но он и без слов знал ответ на этот глупый вопрос. Но на этом Крист сдулся и замолчал. — Тогда я продолжу. Если ты будешь подходить к ответственным вопросам неуверенно, это тебя подведёт, Кит. Говори всё как есть. Давай. Я же не монстр какой-нибудь, в самом деле. Если ты любишь меня… — Да, люблю.       Слова вырвались сами, прорвав довольно надёжную защиту, которая не подводила своего хозяина никогда. Лишь в этот момент. Но теперь Крист открыто смотрел в лицо Сингто и недоумевал, почему тот расцветает. — Сложно? — Сложно, — буркнул Кит. — Конечно, сложно. Это тебе не поцелуи и объятия, не занятия любовью, даже не забота. Это слова. Словами ты внушаешь человеку надежду, словами ты можешь навредить, а можешь исцелить. Слова бывает порой очень сложно сказать. Ты борешься с самим собой. Но когда справляешься, получаешь награду. За добро — добро, за зло — зло… Или даже добро. Люди разные бывают. А может, ты ничего не получаешь. Поэтому стоит выбирать, кому какие слова говорить. Так ведь? — Крист утвердительно кивнул. — А теперь скажи мне… Если ты скажешь мне добрые слова, чем я тебе отвечу? — Добром? — Добром. Как думаешь, слова любви — добрые слова? — Ну… Да. Но их… — Да, каждые люди воспринимают их по-разному. Но ты когда-нибудь видел, чтобы я раздражался и злился, когда мы были близки друг с другом? Что я отталкивал тебя, когда ты лез обниматься, убирал твои руки, уходил от контакта? — Нет… — Тогда как ты думаешь, чем я отвечу тебе на твои добрые слова? Слова любви, — подчеркнул Синг. Увидев, как стремительно краснеют уши Перавата, он обречённо вздохнул. — На разговоре смущаешься, а как на действиях, так ни стыда, ни совести… Влюблённым нужно общаться не только тактильным способом, Кит. Лишь так они смогут понять друг друга на все сто процентов. — Я думаю, что ты сейчас встанешь и уйдёшь, — нервно посмеялся Крист, — потому что никогда всё не бывает таким радужным.       Тут уже засмеялся Сингто: — Как раз «радужное» и есть правильное определение тому, что сейчас происходит, Крист! Не будь тугодумом. — Хватит ругаться, Пи'. Ладно. Но я всё равно не поверю, если ты правда возьмёшь и выкинешь что-нибудь романтическое. Серьёзно. — А зря.       Синг бережно убрал мешающиеся волосы с лица Перавата и легонько чмокнул его в уголок губ. Щёки Криста запылали алым, и он недоверчиво посмотрел в весёлые глаза Прачаи. Все мысли словно ветром сдуло и унесло в ту самую шумящую под ногами воду. — Не как Конгфоб целует Артита, но всё же, — улыбнулся Сингто. — Кстати, ту сцену не включат в финальный эпизод. Мы её хорошо так запороли. Согласись? — Мн-н… — неопределённо промычал Кит, в открытую пялясь на губы парня. — Все бы посчитали это нашим каминг-аутом. Мне кажется, так и есть. Но давай постараемся сохранить это в секрете, ладно?       Перават медленно кивнул, всё ещё не до конца осознавая сказанное Сингом. В мыслях плавало лишь это невесомое прикосновение. Которого было слишком мало. Слишком. А Сингто всё говорил, говорил о чём-то долго-долго, то о ближайшем мероприятии; то о том, как он боялся наговорить лишнего в том последнем моменте серии; то о том, как вообще они палятся; то о том, что он пытался сказать Кристу об этом ещё давно, но тот не слушал… Но вся эта болтовня проходила мимо ушей Перавата, отдаваясь лишь отдельными словами в отключённом мозгу влюблённого. Поэтому Синга пришлось заткнуть поцелуем. Да он и не был против.        Осознание того, что таким образом они могут сделать друг друга чуточку счастливее, было сильнее. И пусть то, что они уже довольно долгое время любили друг друга втайне друг от друга, знал почти каждый (или, правильнее сказать, догадывался). Любовь ведь не заключается только лишь в страсти и желании владеть друг другом, так? Любовь — это желание отдавать бескорыстно, доверять и дарить счастье. Поэтому мы не всегда сможем увидеть эту черту парней в повседневной жизни. То, что они творят у всех на виду — по большей мере всё же фансервис. Но вдали от камер, может, нам удастся засечь те крупицы заботы, которые они друг другу дарят вдали от чужих глаз. Любовь не обязательно нужно показывать всему миру. Её нужно беречь и охранять. Именно так они и поступят.