***
К счастью, именно Джейн занималась цветами, когда утром Майк все-таки добрался до школы. Благодаря бесчисленным ночевкам, она знала все, что только можно, о влюбленности Майка в Уилла, ведь по данному поводу рот у него открывался только ближе к двум часам после полуночи. Поэтому Майк знал, что в безопасности; он не рисковал, что одноклассники узнают слишком быстро. Цветы анонимно доставят Уиллу во время урока, который выбрал Майк; он посчитал, что урок искусства подойдет лучше всего, потому что у них не было по нему совместных занятий, так что никто не сможет увидеть, как краснеют щеки Майка, когда Уилл получит букет и сложит дважды два. Он хотел показать свою привязанность к Уиллу всеми возможными способами, но безопасность по-прежнему была превыше всего. Майк протянул пригорошню монет и долларовых купюр (меньшая часть денег была его собственной, но большинство он все равно взял у Нэнси), и Джейн сунула ему красную карточку с надписью «Кому: » и «От кого: », написанную изящным почерком. Аккуратными буквами он вписал «Уилл Байерс» в пустое место напротив «Кому» и, посомневавшись секунду, решил остаться анонимным еще чуть-чуть подольше. Так что в пустом пространстве напротив «От кого» он просто вписал незамысловатое: «Тайный поклонник. Целую, обнимаю». — Оууу, кто-то влюбился, — поддразнила его Джейн, читая, что Майк написал на карточке, и прикрепляя ее к букету цветов. Со всеми четвертаками, которые он отдал Джейн, у него должно было выйти по меньшей мере двадцать-двадцать пять роз. Действительно стоило потом поблагодарить Нэнси. — Он будет в восторге. Поверь мне. — Ты правда так думаешь? — Друзья не лгут, верно, Майк? — она тепло улыбнулась, но тут же перевела взгляд на настенные часы. — Тебе лучше пойти на урок. Я прослежу, чтобы цветы попали к Уиллу. — Я твой должник, — Майк перетянулся через импровизированный стол, чтобы искренне обнять Джейн, и побежал на свой первый урок.***
Не прошло и четверти часа, когда Уилл получил свой букет, занимаясь на уроке искусства. Он был озабочен эскизом, вырисовывая знакомые черты с веснушками и мягкими глазами, когда дверь позади со скрипом открылась и он услышал незнакомый голос, обращающийся к учителю. — Это для… ммм… Уилла Байерса? — тихо произнес голос, считывая имя с карточки. Послышалась возня, и Уилл развернулся к тому, что, вероятно, было самым большим букетом цветов, который он видел за всю свою жизнь. И этот букет был для него. — Это тебе. Уилл, конечно, знал о деятельности школьного комитета по случаю Дня Святого Валентина; опрос на совместимость и возможность отправить розы другим ученикам за четвертак — но все, кого он сегодня видел, получили не больше, чем по одной розе. Он даже приблизительно не видел подобное количество цветов для одного человека. Но сомнения развеялись, когда на карточке, прикрепленной к букету, он прочел четко написанное собственное имя. Уилл почувствовал, как щеки обдало жаром, когда его взгляд упал на «целую, обнимаю», приписанное внизу. Неожиданно Уилл заметил, что все взгляды в комнате были обращены на него одного, и никто больше не отвлекался на собственное задание; сто процентов внимания класса сейчас принадлежало только ему. Из общего гула оооу и ах стоявшего теперь среди ребят, донеслось несколько голосов «От кого они?», и Уилл постарался ответить. — А… ну… я не… — Да брось, кто она? Ты должен знать, Зомбенок! — спросила с любопытством Аманда или как-то так — девочка, сидящая справа от него. — Я… тут сказано, от тайного поклонника, — откровенно признался Уилл. Но он знал этот почерк. Это не мог быть никто другой.