Крик страха

Я стоял, облокотившись на подоконник. В той самой однокомнатной, разгромленной мертвецами, квартиренке. Мой мир рухнул. Она умерла. Наверное, прошло уже около получаса. А я все никак не приду в себя. Все еще прокручиваю в голове той роковой момент, когда она сделала шаг с крыши. Она была идеальной для меня. Ее голос, манера общения. Она была красива и внешне, и внутренне. Самая лучшая. Моя любимая Софи. Но мне пора идти дальше. Я отошел от окна и поплелся в сторону двери. Я должен идти домой. Меня ждет мама. Я… я должен сказать ей о смерти… о смерти Софи, но не знаю как. Я разрыдаюсь. Ведь даже сейчас по моим щекам текут слезы. И я не могу остановиться. Я потерял ее, не сберег. Шорох в коридоре немного привел меня в себя и отрезвил. Пора, Саймон. Бери себя в руки. Еще не все кончено. Ты убьешь их всех. Они больше не сломают тебя и не сделают тебе больно. Я уверенно открыл дверь и направился вниз по лестнице. Попутно дергая двери за ручки, я быстрым шагом спускался вниз. Я все же не мог успокоиться, меня трясло. Мир вокруг меня стал еще темнее и враждебнее, а монстры опаснее и ненавистнее. Словно кто-то отстроил мой персональный Ад, где каждый неверный шаг будет отдаваться для меня дикой душевной болью, заставляя меня поднести дуло пистолета к виску. Может, это и есть сумасшествие? Я открыл дверь подъезда нараспашку. Холодный октябрьский ветер ударил меня в лицо. Так тихо. Словно здесь ничего не произошло. Так не должно быть! Софи погибла! Как вы можете?! Но к кому я обращаюсь?... Стараясь не шуметь, я быстро пробежал по парку, обойдя машинную аварию. Куда мне идти дальше? Я думал, Софи мне поможет, вместе мы бы выбрались. У меня появился еще один стимул выживать, я бы защищал ее. Но теперь, когда не стало ее, моего лучика надежды, что-то сломалось внутри меня. Я поднял глаза и увидел ее бездыханное тело, лежащее на асфальте. В луже собственной крови, ее глаза были закрыты, а одна рука согнута под неестественным углом. Но для меня она все также прекрасна. Может, это ирония судьбы? Она лежит на том же самом месте, где когда-то…

***

- Софи! – темноволосый парень, с мольбой в голосе, хватает девушку за локоть и разворачивает к себе. Его подруга внешне недурна – рыжевато-каштановые волосы до плеч, загорелое чисто личико, на котором читалось раздражение. Девушка, которую, судя по всему, зовут Софи, сжала кулаки. - Саймон, дай мне уйти, - практически по слогам произнесла она. Явно уже не в первый раз повторяет эту фразу. Но кто такой этот Саймон? Навязчивый поклонник? Бывший? Ее назойливый друг? - Я люблю… я люблю тебя, Софи! – широко улыбаясь, Саймон держит ее за плечи, немного потряхивая. Его глаза горят щенячьим восторгом, но девушка непоколебима. Холодно посмотрев на несчастного, она закатила глаза, отступая назад. - Я должна идти, пожалуйста! – устало выдохнула она. Софи делает резкий шаг назад, и бедолага-поклонник теряет равновесия, падая к ногам объекта своего восхищения. Однако Саймон не теряется и тут же хватает девушку на опущенные запястья, крепко сжимая их в своих ладонях. Софи в ступоре остановилась, не зная, как действовать дальше. - Я, черт побери, тебя люблю! - Просто дай мне уйти, Саймон!

***

Я выдохнул, смахивая снова нахлынувшие слезы. В руке Софи держала ключ-карту. Она хотела передать ее мне. Но не успела. Убитый горем, я развернулся и пошел прочь. Я могу скорбеть всю ночь, но мне пора домой. Я должен буду рассказать маме о смерти Софи. Ох, как же трудно произносить ее имя, даже если не вслух. Я стоял перед дверью в коридор. Так, сейчас мне нужно к Трэдингу АБ, кажется, там были ворота для ключ-карты. Если я ничего не путаю, разумеется. Громко хлопнув дверью, я пошел по мокрому коридору, стараясь как можно быстрее преодолеть его. По парку гуляет осенний ветер. Я немного втянул голову в плечи и поежился. Если я подхвачу насморк по дороге, то это будет кошмарно. Насморк – это болезнь. А болезнь – это всегда заторможенная реакция и плохое восприятие реальности, да еще и головная боль. Я у указателя на Трэдинг. Железные решетчатые ворота с громким скрипом отворились, освобождая мне путь на финишную прямую, к конечной цели – дверям с ключ-картой. Бойко перемахнув через три ступеньки, я подбежал к двери и дрожащими руками встал карту. Датчик тихо пискнул несколько раз и раздался щелчок – замок открылся. Отлично. Теперь я нахожусь в небольшом помещении. Судя по всему, это склад – кирпичные серы стены, в углах валяются коробки и пакеты, посреди комнаты разбросаны листочки и бычки от сигарет. Слева от меня коридор и неработающий лифт, а справа – двери. Я еще раз несколько раз нажал на кнопку лифта. Нет, бесполезно. Тихий скрежет убедил меня, что так просто я не выберусь отсюда. И даже дверь закрыта. Выход один – в коридор. Но коридор оказался отнюдь не коридором, а лестницей вниз. Я замер в ступоре. Вниз? В канализацию опять, что ли? Хм, а вовремя я остановился. На полу были разбросаны патроны, которые я бережно собрал и сложил в карман. Когда я тянулся к полу, мои запястья немного оголились и стали видны шрамы. Снова возникло это навязчивое желание вколоть себе морфий и забыться в дурмане. Я даже повторно обшарил сумку, но ничего не нашел, а желание вколоть себе что-нибудь усилилось. Неужели это и называется ломкой? У меня аж зуд по телу пошел. Я спустился вниз по лестнице, борясь с легкой дрожью в руках и ногах. Внизу меня ждал вход в темноту – арка, над которой мерцала вывеска «Лестница». Я достал телефон из кармана и вошел в подвальное помещение. Ох, как я не люблю эту темноту. Я открыл первую попавшуюся дверь и попал в какое-то ответвление - комнатушка с кучей коридоров. Стопки бумаг, газет, порванные картонки, лужи… здесь пахло сыростью, а каждый мой шаг раздавался эхом, которое казалось оглушительно громким в этой звенящей тишине. Но возвращаться опасно – говорила мне моя чуйка. Я решил послушаться ее. Ведь в том измененном мире, в котором я нахожусь сейчас, пути назад нет практически никогда. Дверца, которая была слева от меня, не открывалась. Кажется, замок заело… Тут мое внимание привлек мигающий свет за поворотом. Забыв про все, я поплелся туда. Вместо ожидаемого коридора, там была дверь и мешки с мусором, рядом с которыми валялся пистолет. Без всякой задней мысли я наклонился, чтобы поднять находку, но не все так просто. Мурашки пробежали по моей спине, когда я услышал воющий крик. Крик, от которого ноги резко ослабли. Это ловушка. Я резко перевернулся и поднялся на локтях. Ко мне приближалась невиданная ранее тварь – вроде обычное человеческое тело, но вместо одной головы целых три. Они грубы сшиты между собой неровным и кривым швом, на нити были красные от крови, как и вся голова. Человек должен быть сумасшедшим, чтобы сделать такое с таким же, как он. Неужели это эксперимент Пурнелла? Однако, убить его было также просто, как и других. Хотя тут возможно сыграло немаловажную еще и то, что я целился прямо в сердце… но какое сердце у мертвых? Я почувствовал, как на левом плече толстовка стала немного влажная. Я перевел взгляд. Черт, он таки ранил меня. Я не заметил из-за сильного испуга. Черт. Сердце билось часто-часто, а дыхание было сбивчивым. Эти твари знают, как действовать – сначала долго сидеть в засаде, усыпляя бдительность своей жертвы, а затем резко нападать, когда добыча не ожидает подвоха. Я устало дернул дверную ручку. Заклинило. Эх, морфия бы… Я с трудом встал на ноги и пошел дальше, опираясь на стену. Были же еще коридоры. Должен же быть выход из этого Ада. Опираясь на стену, я медленно шел далее по коридору. Дыхание сбивалось, глаза хотели закрыться. Рука сама полезла в сумку и, оставив там пистолет, извлекла дробовик. Я почувствовал себя более защищенным. Мне кажется, что я даже выгляжу чуть грознее с шотганом в руках, пусть даже изрядно потрепан. Дверь. Дверь в конце коридора. Я ускорил шаг. И вот, мои пальцы касаются холодного металла ручки. Она поддалась. Я на улице. Снова оказался в каком-то дворе, по которому гуляет ветер. Свежий воздух привел меня в чувство. Озираясь по сторонам, я направился в сторону арки, которая служила выходом на главную улицу. Отчего-то у меня на душе было неспокойно, словно меня ждет какая-нибудь засада или, того хуже, что-то очень и очень нехорошее. Пятясь назад, я врезался в велосипед, который кто-то небрежно поставил у стены. Но мое внимание привлек немного другой звук. Словно что-то тихо звякнуло в корзине вела. Шприц. Я даже не сомневаюсь, что это нужный мне наркотик. Я оголил свое истерзанное ножами запястье и аккуратно ввел иглу. «Вмажился, долбанный наркоман?» - противный голосок зазвучал у меня в голове. Совесть, неужели ты проснулась? Нет, я никогда не собираюсь обманывать. Я не наркоман. Просто это единственная вещь, которая помогает мне выжить в этом месте. Иначе бы я умер от боли, от ран, от всего этого безумия. Я похлопал себя по щекам, приходя в себя. Из этого двора был лишь один выход – небольшая арка, которая, очевидно, ведет на главную улицу. Подхватив оружие, я без страха пошел туда, даже не допуская мысли о засаде. Все стало казаться таким легким… да, кажется, я действительно немножечко под кайфом. Или нет, этот туман мне не мерещатся. Я прищурился. Там определенно кто-то есть. Мертвец, конечно. Казалось бы, что такого? Пуля просвистела буквально у меня рядом с ухом. Я испуганно вскрикнул и пошел на попятную. Неужели они стали настолько разумными, что научились держать пистолет в руках и стрелять из него? Это плохо. Очень плохо. Мертвец резво догнал меня. Моя смерть была близка, но глупое чудовище остановило дуло дробовика, которое разнесло его голову в пух и прах громким выстрелом. Холодная свернувшаяся кровь попала на мое лицо и толстовку. Я скривился от отвращения и, бросив оружие-спасителя, попытался убрать вязкую «жидкость» с лица, но лишь усугубил свое положение – размазал все по лицу. Простой и гениальный выход пришел внезапно. Растягивая рукава толстовки, я вытер свои щеки и лоб. Я не хочу, чтобы вы считали, что я боюсь крови. Нет. Но эта кровь… чужая… уже свернувшаяся… мертвая… она вызывала дикое отвращение. К горлу подкатил комок тошноты, но я сдержался, нащупывая ослабшими пальцами дробовик. Заодно нашел и магазин, валяющийся рядом с трупом. Шатаясь из стороны в сторону, я преодолел арку и выглянул на улицу. Меня ждали. Кажется, со всех сторон послышались оглушающие выстрелы, и я снова отступил. Почему их так много? Но стрелок я не такой плохой. Я его подстрелил быстро, одного. И еще один выстрел. Еще один мертвец остался. Я прижался к стене, стараясь не выглядывать за угол. Сам по рычанию слышу, он идет ко мне. Пуля просвистела рядом. Резко выскочив из-за своего укрытия, я выстрелил, но промазал. Тварь оказалась ловчее и быстро отскочила в другую сторону, стремительно приближаясь ко мне. Паникуя, я наобум нажал на курок. Попал. Отдача показалась мне такой сильной, что я дернулся всем телом. Оно снова ослабло. Опять я прошиб этому монстру голову… а голова ли это? В бою это больше смахивало на кожаный мешок с грубыми черными стежками. А сейчас оно все словно лопнуло. Я в третий раз показал свой нос на главную улицу. Все, теперь чисто. С этими мертвяками драться трудно, но можно. Просто перестрелки – это не мое. Я обращаюсь с оружием не настолько хорошо. Да что и говорить, моя будущая профессия никак не связана с использованием огнестрелов. Скорее я это выучил для самообороны… отчасти. Вы когда-нибудь были в Фаверсхольме? Если нет, то попытайтесь представить типичную шведскую улочку – узкие тротуары, неширокие дороги, заставленные машинами обочины, ряды магазинов… все так привычно и приятно. Но я понимаю – это лишь затишье. Они всегда здесь и нельзя мне больше любоваться красотой ночного города. Не сейчас. Я снова принялся за осмотр. Мой взгляд зацепился за машину, и в голове пролетела шальная мысль. Рука сама потянулась к дверце. Видимо, я уже, незаметно для себя, осознаю, что людей здесь нет, и никто не увидит мои злодеяния. К худу иль к добру, «Ауви» оказалась закрыта. Я уже хотел было разбить стекло, но нет. Откуда-то стреляли. Наверное, это знак. Быстро определив местоположение моего противника, я покончил с ним. Аж голова разлетелась на несколько кусков. Это эпичное, но крайне отвратительное зрелище. Если вы, тинэйджеры, считаете, что убивать – это круто, то я хочу вас заверить: это не так. Вы никогда не поймете этого, пока не столкнетесь со смертью лицом к лицу. Пока не подействует правило «Убей или будь убитым». Подойдя к убитому трупу, я привычными движениями обыскал его. Только пули и не больше, но и те шли для меня на вес золота. Мое внимание привлек шум, доносящийся из-за угла в подворотне. Вероятно, там вход в технические сооружения. Рискнуть? А почему бы и нет. Перехватив пистолет покрепче, я пошел вперед, к двери. Саймон, что с тобой происходит. Сам лезешь на рожон. Серый коридор. Серый и… тяжелый. Будто бы стены давили, даже небольшая клаустрофобия началась. Нужно скорее убраться отсюда, пока паника не завладела мной. Итак, две двери. Я подергал первую. Черт, что-то блокирует ее с той стороны. Будто бы специально. Однако, вторая была открыта. Или назад, или туда. Мною овладело чувство тревоги и приближающейся опасности. Но, собрав всю свою смелость, я резко распахнул свою дверь и захлопнул ее за собой, прижавшись спиной. Но чувство страха только усилилось. Знаете этот страх? Липкий, поглощающий все твое существование. Он залезает под кожу, кажется, что его можно потрогать. Тот страх, когда ты сидишь в оцепенении, а слезы сами катятся из глаз. Когда ты хочешь убежать отсюда, но не чувствуешь ног. Именно это я ощущал. Мое состояние было близко к истерике. Но я не знал, чего боятся. Интуиция кричала мне, что нужно бежать. Бежать без оглядки. Тем не менее, шум чьих-то приближающихся шагов привлек мое внимание и подогрел страх. Но, не смотря ни на что, я обернулся. И зря я это сделал. «Матричный», очень эпичный момент. Но это выглядит красиво лишь со стороны, на самом деле это было жутко страшно. Бензопила, уже измазанная в чьей-то крови – это я понял по запаху, - завелась перед самым моим носом. В этот миг я забыл, как нужно дышать. Но хуже всего выглядел тот, кто сжимал оружие маньяка в руках. Точнее, в черных перчатках. Крепко сложенный и высокий когда-то человек. У него на лице три маски. Три оранжевые театральные маски, которыми он скрывает свое лицо, и этим он напомнил мне серийного маньяка из американских фильмов ужасов. Но одно дело лицезреть это на экране, а другое – встретить такого врага по-настоящему. Я хотел произнести в слух то крепкое словцо, которое навязчиво крутилось в моей голове, но во рту все пересохло. ...Успокойся, Саймон! Я отдернул руку от двери. Нет, лучшим решением будет не открывать ее. Не думаю, что такие монстры обитают здесь. Тем не менее, снова шататься по темным сырым коридорам я не хочу. Лучше пройду дальше по улице; кажется, неподалеку есть станция метро. Я спешно поднялся назад в переулок. Жутко хотелось закурить, но сигарет с собой не было. Я снова излишне нервничаю. Ух, кажется, я начинаю сходить с ума. Нафантазировал себе идеальное убийство для хоррора. Лучше отбросить подобные мысли прочь. Я не умру здесь по вине этих тварей, они не смогут меня достать. Я – человек, живой человек. Они – мертвецы. Я сильнее и умнее их. М-да, осталось самому в это поверить. Я поднялся на главную улицу. Ага, а вот и огни станции. Точнее, спуска туда. Пытаясь отвлечься, я стал разглядывать привычную для себя улочку. А вот и мой любимый стенд: фото кролика в сердечке и милая надпись «Кролики. Все любят кроликов». Я, конечно, предпочитаю больше кошек, но всегда умилялся этому милому плакату. Идиллия, и ничто не посмеет ее нарушить. Я поднял глаза наверх. А вот и офисы крупных кампаний в Фаверсхольме – «Shillips», «Pasnonic», «CBS»…. Честно говоря, офисы в моем представлении должны выглядеть лучше, но что есть, то есть. Вот и вход на станцию Саксон Авеню. Перед тем, как зайти вовнутрь, я зарядил дробовик. Неизвестно, проникли ли твари туда, или нет, но лучше будет перестраховаться. Что-то мне подсказывает, что да, но верить в чудеса всегда надо. В голову снова полезла моя фантазия с тем маньяком с бензопилой. Аж захотелось пойти туда и проверить, прежде чем я уеду отсюда. Я же знаю, что там ничего нет. Но страх за собственную жизнь брал свое, поэтому я уверенно зашел на ярко освещенную станцию. Эскалатор работал. Все работало, вплоть до светящейся вывески-указателя над движущейся лестницей. Такое количество света, не могло не радовать меня. Я встал на ступеньку и, не скрывая довольной улыбки Чеширского Кота, не спеша поехал вниз. Как же тут хорошо. А еще лучше то, что я скоро буду дома. Ох, твою мать… А ходят ли поезда?! Нет-нет-нет, они должны ходить, но все же. Я дико нервничаю. Дернувшись, я соскочил вниз на ступеньки. Все-таки, наше метро далеко от идеала. По крайней мере, местами. Саксон Авеню, например, всегда напоминала мне общественный туалет – белые плиточки, неширокие коридоры… Не нравится мне так. Взгляд зацепился за автомат с чипсами и шоколадками, но денег не было. А живот требовательно заурчал. Да, от плотного ужина я бы не отказался, хотя поспею я домой только к завтраку, это уж точно. Была шальная мысль разбить стекло автомата дробовиком, но я отбросил это. Не хочу привлекать внимание. Далее по коридору что-то вроде дверей с датчиком движения. Они закрыты, горит красная лампа. Пожалуйста, нет. Я практически подскочил к решетке и едва не взвыл от досады. Сюда нужны предохранители. Где мне, черт побери, их взять?! Ответ пришел сам собой. Похоже, что мне придется вернуться туда. В тот переулок. Я быстро развернулся и едва не бегом побежал туда. Нужно сделать все быстро. Быстро, пока то чувство паники снова не завладело мной. Даже милый стенд с кроликом не заставил меня улыбнуться, что было в первый раз. Ну же, Хенрикссон, очевидно же, что там никого нет. Там, конечно, может быть какой-нибудь утопленник, но не более. Как только я вышел на улицу, то раздался громкий скрип, как от детской качели. Сердце ухнуло в пятки, а ладони вспотели от напряжения. Так вот он какой, холодный пот. Внезапная догадка заставила меня впасть в небольшой ступор. Этого кошмарика я взял не из головы. Черт побери, я же убегал от него. Как я мог забыть это? Вероятно, что в тот раз я настолько его напугался, что теперь мой мозг выдает такие больные галлюцинации. Во всяком случае, если он действительно будет там, то я знаю, что делать. Бежать. Не оглядываясь, со всех ног. Меня стало немного потряхивать, когда я зашел в то захламленное помещения. Вот эта таинственная дверь. Я резко распахнул ее. А дальше, как в моем видении. То всепоглощающее чувство страха… но я не обернулся. Я просто побежал. Я не хочу знать, кто это. Я просто побежал вперед, по темным и узким коридорам, которые словно сжимались. Спасительная дверь, которая должна была меня отделить от врага. Я распахнул дверь и также резко захлопнул ее уже с другой стороны, поджав спиной. Деревянная…? Раздался глухой рев бензопилы. А затем звук трескающегося дерева. Острое лезвие едва не задело мою руку. Истерично вскрикнув, я вскочил и помчался дальше. Неужели в этом месте мои галлюцинации могут стать реальными?! Или это видение?! Что тут вообще происходит?! Кажется, так быстро я никогда не бегал. Даже тогда, когда убегал от своры дворовых собак с Кирквилле. Но тогда я не думал о том, что могу действительно умереть. Громкий вой эхом раздался по переулкам. Иногда я ненавижу то, как строят у нас дома – узкие переулочки, маленькие расстояния между домов. И прятаться некуда, в случае опасности. А я бежал быстрее, меня подгонял приближающийся рев и гудение мотора пилы. Дышать труднее, легкие жжет. Я выдохся и притормозил в небольшом дворике. Я провел рукой по шершавой стене дома, придерживаясь за нее. Остался кровавый след… видимо, я содрал кожу, когда захлопывал дверь. Надо же, даже не заметил. Новый вой заставил меня затравленно обернуться. Но пока что я его не вижу, хотя слышу топот приближающийся шагов. Все внутри горело огнем. Куда, куда бежать? Я был зверем, загнанным в ловушку. В панике я метался то к одной двери, то к другой, но все они были заперты. Я даже не допускал мысли о том, что я могу попытаться убить его. Черт его подери, я просто знал, что он неубиваем! Какой-то темный закоулок! Отлично! Там явно стоят мусорные баки, но это хоть какое-то убежище. Я поковылял туда, едва не подскользнувшись на луже. Что это? Рычак? Не медля, я дернул за него. Теперь меня и того монстра отделяла решетка. Я встал под лампочкой в какой-то маленькой арке и упал на колени. Я посмотрел на свои пальцы. Кровь. Я сгорбился и ударил кулаками по камням. Я чертов счастливчик. Я выжил. Боже, неужели. Я поднял голову наверх и посмотрел на неяркий свет. Да. Я жив. И я не сплю. Итак, я в тупике. Единственным выходом отсюда является заколоченная дверь. Я поднялся, размяв ноги, и подошел к ней. Попытка-не пытка. Достав из кармана нож, я принялся выковыривать гвозди из кирпича. Минут через пять я покончил с этим. Как хорошо. И успокоился, и выход себе открыл. Дверь поддалась сразу же, как только я убрал последний гвоздь. Кажется, это что-то вроде подвала-канализации дома. Тут иногда ночуют бездомные – вон, стоит горящая мусорка. Возможно, их трупы уже рыщут за поворотом. Но, судя по тому, как тут мокро, тут будут сплошные утопленники. Однако, пока их нет, я могу погреться. Я присел на тумбочку возле горящего бака. Тепло. Как у костра. Мне нужна небольшая передышка. Рядом валялись пропитанные канализационной водой газеты. Яркие заголовки, которые меня не привлекали. Дальше, я гляжу, ступени вверх и сплошные коридоры. Я должен привыкнуть к этому, но еще нет. Бегать по улицам удобнее. Даже непонятно, кто опаснее – в таких замкнутых помещениях или на просторной улице. В первом случае врагом много, а во втором они умнее. Понятия не имею, что хуже. Не спеша, я поплелся дальше. Преодолев несколько ступеней, я повстречался с развилкой. Из-за поворота я услышал сдавленное рычание и осторожно заглянул туда, подсвечивая коридор фонариком. Сжавшись в углу, там сидел монстр. Ну, как монстр. Эдакий ходячий зомби-рабочий. Он не нападал на меня, тем самым получив быструю смерть в виде выстрела в голову. И снова ступени вниз. Я спускался осторожно, стараясь не подскользнуться на многочисленных лужицах. Иначе мое падение будет быстрым, но очень болезненным, а ведь внизу лежит кем-то брошенный велосипед. Бог мой, а колеса-то закручены в классическую восьмерку! Я даже знать не хочу, кто мог это сделать. А за велосипедом меня ждал спасительный горящий бак. И выход из этого противного коридора. Я подозреваю, что эта последняя возможность согреть руки перед выходом на промозглую улицу. Подставив ладони неровному пламени, я закрыл глаза и вздохнул. Я, как ни странно, наоборот люблю дождь, серость. Такое больше привлекает меня. Народу на улицах не очень-то много, ты как бы и один, и нет. Когда становится солнечно, то все сразу выползают на улицу. Все шумит, гудит, типичный Фаверсхольм. А в это время в центр даже лучше и не соваться. Но я люблю этот город. Он мой. Напоследок я кинул в костерок сухих газет, что лежали рядом, и пошел дальше. Дверь открылись с громким скрипом. Моему взору предстала дивная картина. О, я прекрасно знаю это место, пусть и бываю здесь довольно редко. Медленно, стараясь не нарушать тишину вокруг меня, я направился к фонарю. Я просто знал: монстров здесь не должно быть. Набережная. Шум волн успокаивал мой слух, клонил в сон. Здесь удивительно прекрасно. Я облокотился на железные перегородки и устремил взор вдаль. Темная вода тихо шептала подо мной. На другом берегу был виден город со всеми его огнями. Но сейчас он был неподвижен, словно застыл во времени. Увы, мой бедный словарный запас не может выразить всех тех эмоций, которые я ощущаю здесь. Наверное, подойдет только одно: умиротворение. Мне трудно выразить глубину моих эмоций словами. Жаль только, что сегодня небеса передернуты облаками, и я не увижу звезд. Не торопясь, я шел по каменной улочке, придерживаясь рукой за холодный чугун. Когда-то я мечтал, что в этом месте будем гулять я и Софи. А сейчас я понимаю, что эта мечта точно никогда не сбудется. Ком снова встал в горле, я остановился. Рука сама крепко сжала ограду, я зажмурился и громко выдохнул. Спокойствие, главное держать себя в руках. К черту все! Достав пистолет, я выстрелил несколько раз в небо. Громкий звук привел меня в чувство. Я резко свернул в ближайший переулок. Зловеще. Эдакий длинный, словно бесконечный, коридор, освещаемый фонарями. Как в фильмах ужасов. Вот пройду один фонарь, и он потухнет. Мол, пути назад нет. Чем дальше я продвигался, чем страннее становился переулок. Появлялись неясные железные прутья, упирающиеся в землю. Я поднял голову. Ах, так это для реконструкции дома. Да, райончик действительно древний. Но такой красивый! Но сейчас мне не очень-то нравится здесь. Набережную я давно миновал, а все еще затишье. Печенкой чую, здесь что-то не ладно. Засада? Как бы мне снова не пришлось дать деру от бензопильщика. Этот тупак действительно очень пугает меня. Я окинул настройки оценивающим взглядом. Мне кажется, не на земле безопаснее. Недолго думая, я ловко забрался на самую низкую доску. Уф, кажется, мне придется прыгать. Ну, уж нет. Там на развилке был еще один коридорчик. А вдруг там патроны… шприцы? Я слез обратно и едва ли не бегом помчался туда. На сердце было неспокойно от такой тишины, я начинал нервничать. Мне кажется, что если сейчас из-за угла выскочит какой-нибудь бабайка, то я просто умру на месте от разрыва сердца. Эта навязчивая мысль не давала мне покоя. Я снизил скорость, прислушиваясь к каждому шороху и осторожно заглядывая за углы. Хрен бы там. Ничего нет. Я обнаружил только ВП70. Кто плохо разбирается в оружии, я поясню: это, грубо говоря, хорошо прокаченный пистолет. Более мощный. Практически пистолет-пулемет. Он примитивный, но для моих целей сойдет. Хорошая награда за все мои усердия. Хорошая, но этого мало. Идеалом бы для меня стал путь домой. Улыбаясь самому себе, я шел дальше, на ходу разглядывая находку. Из-за этого я даже не заметил мертвяка, лежащего под моими ногами. Каюсь – я наивно переступил через него, а затем едва не завопил, когда он схватил меня за щиколотку. Тут и пригодилось мое новое оружие. Очень сильная отдача, несколько пуль впустую. Вещь-то отличная, стрелять бы я из нее умел. Но, думаю, как-нибудь приспособлюсь. Мне это не впервой. Только печалит факт того, что я потерял почти все патроны. Кинув любимца в сумку, я снова взял верный глок. И не зря. На меня уже бежали какие-то две маленькие твари. Честно говоря, я не испугался, а просто… очень удивился? Я смотрю на этих существ и ужасаюсь. Ужасаюсь тому, что они реальны. Я и раньше видел фотографии разных мутантов, пострадавших людей… но совсем другое столкнуться с этим в реальной жизни. Застрелив обоих, я сменил обойму. Не знаю, все-таки обычный пистолет мне роднее. И держу я его увереннее. Вот и вернулся к настройкам возле дома. Знаете, я даже рассказывать не хочу, как я ползал по этим деревянным доскам. Я не особо боюсь высоты, но когда конструкция под тобой постоянно шатается.… Я двигался на четвереньках. Да, я был уязвим для врага, но это неважно. Прыжки давались труднее. И чем выше я забирался, тем темнее становилось. Мне пришлось взять в одну руку телефон, и свет указал мне спасение – открытое окно. Разумеется, я сразу же юркнул туда. В квартире звуки стали другими. Словно громче. Я присел на пол, сползая спиной по стене. Никогда не думал, что буду вот так вот. В пустом городе, с искаженной психикой… да, теперь будет нелегко сидеть на крышах. Господи, какой я оптимист. Верю в светлое будущее. Узнать бы, откуда эти твари взялись. А то всякое может случиться – может, завтра уже некому будет идти домой. Я оглядел комнату. Все очень бедно обставлено – кушетка в углу, стенной шкаф, цветок и коврик, на котором я и сидел. Квартира студента? Алкоголика? Но выпивки вроде не видно. Эх, а я бы сейчас выпил чего-нибудь горячительного. Желание напиться порой возникает у меня, но алкоголь я плохо переношу. Увы. Ползком я направился дальше, в коридор. Вставать я боялся – вдруг обитатель этой лачужки еще тут? Хотя, собрав смелость в кулак, я встал и даже подергал за первую попавшуюся дверь. Заперто. Зато гостиная открыта и даже ярко освещена. Что у нас тут? Все также бедно: коврик, старое кресло, сервант, телевизор и эти идиотские цветы. Зачем люди их заводят? Будто воздух станет от этого чище, пф. Если я решу поставить себе растение, то это будет кактус. Да и возни с ним меньше. Терпеть не могу эти квартиры. Пространства меньше, убежать некуда. Страшнее. И все тут громче из-за этой гробовой тишины. И риск того, что какой-то псих выскочит из-за угла, выше. Нервно сглотнув, я, не поворачиваясь спиной к входной двери, метнулся к телевизору. Там что-то есть. Какой-то предмет. Осторожно шагая к выходу, я покосился на этот предмет. Однако, да, это полезная вещица. Патроны для моего нового пистолета. За мной определенно кто-то следит. Я присел, перезаряжая ВП70. Черт побери, он хорош, очень даже хорош, но патроны найти для него – большая проблема. Не хочу быть зависимым от таинственного чудака, который, может быть, хочет меня убить. Это перспектива вообще пугает меня. Но расставаться с оружием мечты в таком опасном месте – тоже так себе вариант. Суровая дилемма. Нет. Оставлю. Безопасность превыше всего. Полный уверенности, я воодушевленно хотел было распахнуть входную дверь, как вдруг она не открылась. Внезапно не открылась. Странно звучит, не так ли? Куда теперь идти? Я замер в небольшом проходе, раздумывая. Возвращаться назад? Ломать дверь? Ответ пришел сам, в виде сквозняка, который холодным хлыстом ударил мою шею. Я поежился от столь резкого порыва ветра и обернулся. Позади меня, рядом с телевизором, было выбитое окно. Старенькие рваные шторы скрыли его от моих глаз пару минут назад, а сейчас ветер выдал его. Я оперся на подоконник и выглянул на улицу, проверить, долго ли мне лететь отсюда. Черт, я уже забыл, какой это этаж… Однако, знание этажа было необязательным. Возле окна были строительные конструкции. По ним вполне можно было выползти отсюда. Но мысль о том, что мне снова придется балансировать на неустойчивых досках, отнюдь не обнадеживала. Аккуратно, на корточках, я посеменил по влажному дереву. Одной рукой я держал пистолет, а левой, до побеления костяшек, цеплялся за металлический каркас. Не сказать, что панически боюсь высоты, но это страшно, ползать по такой хреновине. Когда я доковылял до конца своеобразного «этажа» этой конструкции, я понял одну вещь: мне придется прыгать. Прыгать! К другому дому! Два гребанных метра! Я не паркурщик! Я не умею… - Ненавижу, - тихо вырвалось у меня. Мышцы сжались. Один прыжок. Один прыжок. Я смогу. Раз. Два. Три. Я боялся закрыть глаза. Полет – секунда, а сколько эмоций. Слишком захватывающе для меня. Скрючившись, я вцепился в металлическую палку каркаса, подвигаясь при этом ближе к стене. Внезапно доска предательски скрипнула под моим весом, и до моих ушей донесся тихий хруст. Я едва успел отскочить в сторону, прежде чем доска подо мной проломилась и упала вниз. Звук удара гулким эхом разнесся по тихим переулкам. Именно этого я и боялся. Едва не упал. Сломай я ногу и все. Моя песенка спета, твари вмиг разорвут. И вдруг снова что-то звякнуло. Я опустил глаза. Ах, так коробочка с патронами. Я подобрал ее и сунул в карман сумки. Для винтовки, кажется. Что же, меня явно к чему-то готовят. Я пополз дальше, проклиная всех строителей на свете. Черт. Еще прыжок. Я отследил глазами свой дальнейший маршрут. Да, кажется, что больше не нужно будет. Я сжался в пружину и прыгнул. Но нет. Не долетел. Руки ухватились за край ненадежной доски. Я безвольно болтался на уровне примерно третьего этажа. Я пытался подтянуться, но безуспешно. В первый раз в жизни пожалел, что не уделял должного внимания своему телу, да и вообще мало волновался о внешности. Вторая попытка также не увенчалась успехом. Мною охватывала паника. Силы иссякали. Была, не была! Последним рывком таки удалось закинуть туловище на доски, а там и вскарабкаться полностью. Я сел, оперевшись спиной на стену. Хвала небесам. Я жив и ничего себе не сломал. Разве что немного перчатки порвал на ладони… Пора продолжать. Встав на четвереньки, я поплелся дальше еще медленнее. Моя конечная цель – следующее окно, откуда струился мягкий свет ночника. Оттуда так веяло уютом, но дураку понятно, что в этом мире все пропитано фальшью. Нет ничего настоящего, и за этим светом явно скрывается пара противных монстров. Я осторожно заглянул в окно, и в тот же момент прогремел выстрел. И за ним сразу еще один. Две пули просвистели у меня над головой, и я спрятался обратно. Меня ждали! Спокойно. Я сжал в обеих руках пистолет-пулемет. Сейчас же его и испробую. Я резко выпрямился и прицелился, но мой противник – мертвец с мешком на голове, - оказался быстрее, но недостаточно меток. Пуля задела плечо. Тихо вскрикнув от резкой боли, я нажал на курок, и он погиб от первой же пули. Я ввалился в комнату и упал на ковер, сжимая плечо. Как же больно, как же больно! Сердце учащенно стучало в ушах, голова закружилась. Благо, что хоть он тупой и не попал. Я поднялся на локтях, понемногу приходя в себя. Квартира почти пуста. В этой комнате вообще ничего нет, кроме двух ковров и трупа того трупа. Как это забавно прозвучало, однако. Придерживая рукой больное плечо, я подошел к двери. Заперто. Я кинул свой взгляд в сторону разбитого окна. Не того, в которое вошел. Уже другое. Я подошел к окну… первый этаж. Надо же, я даже не заметил. И когда я только успел спуститься так низко? Надеюсь, не убьюсь. Я максимально осторожно спрыгнул вниз. Слева от меня был небольшой «балкон». А, блин! Забыл же, где нахожусь…. В общем, если коротко, то в этом районе города дома расположены своеобразными «ступеньками». То есть, например, подвал одного дома, является этажом вторым-третьим другого дома. Вы меня поняли, да? Но прыгать вниз дальше я не собирался. Я поплелся дальше по переулку, держа пистолет в двух руках. Освещение мне пока не очень нужно. Плечо дико саднило. Морфин, нужен морфин. Он затупляет боль. Я набрел на какой-то забор-сетку. Скрипучая дверь в нем легко отворилась и, пройдя еще немного, я вышел на главную улицу. А ведь когда-то. Когда-то до всего этого кошмара, я любил здесь гулять. В горле встал неприятный ком. Я одинок в этом мире. Я был таковым всегда, но толпа вокруг меня затупляло это чувство. А сейчас я остался один, совершенно один, и никого рядом со мной нет. Только я и мои монстры. Я не знаю, когда они успели стать моими, но они мои. И, кажется, вижу их только я. Так кто же я? Герой, который может спасти остатки человечества? Или сумасшедший? Что же, что же произошло прошедшим вечером? Что случилось с городом, после того, как меня сбила машина? Как много вопросов. И нет ответов. Парковочные места вдоль тротуара были забиты да отказа. Посреди дорого встал пассажирский красный автобус. Слева от меня как раз была остановка. Нужно будет свериться с картой… А дорога вправо перекрыта машинами. На остановке висел какой-то плакат с мужчиной, закрывающим свое лицо. Кажется, реклама какого-то ужастика. Я зашел во внутреннюю часть, под козырек, и устало присел на лавку. Здесь так спокойно. И светло. Фонарь да стенд с тем плакатом. А на обратной стороне, к слову, жизнерадостная семейка рекламирует йогурт. Контраст, он такой. Напротив меня книжный магазин «Akademibokhandeln». Да, когда-то я был частным гостем здесь, потом же все это заменили электронные книги. Да я вообще когда-то чаще прогуливался здесь, а потом просто устал ходить в эту часть города, стал придумывать новые маршруты. А ниже по переулку аптека, если я не ошибаюсь. Но вряд ли смогу попасть туда – даже когда все было нормальным, то в это время она уже закрывалась решетками. Я разглядывал машины, стоящие подле меня… полицейская «Больво». Черт. Куда подевались люди. Все это место когда-то дышало, жило. А сейчас пусто, словно все исчезли в один миг. Я встал с лавочки и дошел до автобуса. Дверь, однако, открыта. Салон пуст, что неудивительно. Но эта картина была привычной моему глазу – я нередко возвращался домой настолько поздно, что даже в общественном транспорте никого не было. Особенно если это последние автобусы. На одном из сидений горка газет. В голове прошмыгнула шальная мысль, и я схватил одну из них. Черт. Старье. Даже не вчерашние. Кому это вообще нужно? Не понимал людей, которые хранят старые газеты. Я раздраженно ударил по стопке, да так сильно, что она разлетелась по всему салону и еще в руку отдало. А за ней лежали патроны. Однако. Я вышел из машины и направился обратно к остановке. Мысли были только об одном. Шприц. Морфин. Вколоть. Вообще, это, наверное, странно, да? Я нахожу на улице шприцы с непонятным содержимым и смело их вкалываю, пускаю себе это дерьмо по венам, и мне становится легче. Я не наркоман, уверяю. Просто знаю о действии морфина. Да, когда-то пользовался этим до происшествия. Давно. И то, раза два-три. Поэтому сейчас могу делать это без опаски с найденными шприцами. Но, вы же знаете, в первые разы я сомневался. Просто сейчас я понимаю, что это просто игра со мной. Кто-то хочет убить меня, но дает постоянно шанс на выживание. Кто? Бог? Наш создатель? Мой создатель? Бред. Но тут все безумно. И я, наверное, тоже. Все неочевидно и странно. Вне человеческого понимания. Я сел на лавку. Куда идти дальше? Направиться в аптеку? Пожалуй. А пока мне нужен отдых. Я прилег на лавку, подложив под голову сумку. Словно бездомный. А что если так и есть? Что если дома больше нет? Что если этот мир – мой новый дом?