Дым

Для многих долгожданная пятница подходит к концу, для кого-то только начинается. Тэхен наносит тонкую линию подводки под пристальным взглядом Чимина, уже полностью готового к выходу. Его лицо полностью отражает нежелание куда-либо идти, но против друзей, особенно против Мин-и, что-то спланировавшего, не попрешь. Мешковатая рубашка скрывает тело, узкие черные джинсы украшают худые ноги, обычно спрятанные под разнообразными широкими брюками, отобранными сегодня. Пак выглядит как довольный кот, растушевывая красную помаду на чужих губах, и дьявольски улыбается, закончив с образом окончательно. — Ты великолепно выглядишь, — он хлопает в ладоши, завороженно разглядывая друга, и, немного подумав, лохматит его челку, создавая легкую небрежность на голове. — Мне некомфортно, — Тэ откровенно ноет, надувшись, и одними глазами молит о пощаде, надеясь, что ему позволят переодеться. — Один вечер можно и потерпеть, — Пак проверят наличие телефона, хлопнув себя по карману, и тянет друга к выходу из квартиры. — Сегодняшняя ночь должна запомниться надолго. Тэхен воет в голос, не желая куда-то идти, но день рождения его лучшего друга наступит через пару часов, и кто он такой, чтобы в чем-то ему в этот день отказывать.

***

Яркие огни слепят, принося дискомфорт, музыка давит на слух, заставляя невольно прислушиваться к собственному ускоренному сердцебиению. Тэхен крутит в руках стакан с чем-то сладковатым, изредка потягивая этот некрепкий алкоголь через трубочку. Чимин окручивает какую-то знакомую, включив образ альфа-самца, и постоянно напрягает руки, пытаясь засветить бицепсами. Юнги сидит рядом, залипая в телефон, и умудряется беседовать с потухшим Хосоком, уже успевшим перебрать, хотя до основного повода пьянки еще минут тридцать. Тэ искренне не понимает, что он здесь делает, но послушно сидит, разглядывая людей вокруг. Здесь собралась почти половина их универа, но он уверен, что даже сам Мин-и не знает и трети. Тэхен следит за временем, взглядом выискивая Сокджина, обещавшего приехать как раз к полуночи с тортом, и хмуриться, заметив Чонгука, идущего в его сторону. Он опускает голову, набирая сообщение хену, и коротко выдыхает, когда его нагло отодвигают с места, усаживаясь рядом. Гук укладывает голову ему на плечо, игнорируя ошарашенный взгляд, и спрашивает чуть слышно: — У вас на каждую днюху так? Тэ кивает болванчиком и растеряно смотрит по сторонам, немного напряженный тем, что до важной даты осталось всего пара минут. Он кусает губы, уничтожая помаду, и думает о том, что убьет Джина, так и не зашедшего в сеть. — Не делай так, — Чонгук завороженно смотрит на его лицо, акцентируя свое внимание на языке, зализывающим болезненные места, — и, если ты волнуешь из-за сюрприза, хотя я сомневаюсь, что Чимин не догадывается, Намджун и Сокджин уже готовы. Тэхен вопросительно изгибает бровь, требуя подробностей, но Гук не отвечает, показывая рукой вперед. Кто-то резко выключает играющий трек, прерывая его на середине. Чимин тепло улыбается, прекрасно зная, что будет дальше, и выходит в центр комнаты, чтобы все обратили на него внимание. Огромный торт, ставший незаменимой традицией каждой их праздничной пьянки, появляется из ближайшей спальни, аккуратно удерживаемый хенами. Слышится свист и взрыв хлопушки. Парень смеется, набирает в грудь побольше воздуха и тушит все свечи, прикрыв глаза. Толпа начинает петь «с днем рождения» под заливистый смех Мина, открывающего бутылку дорого шампанского, притащенного кем-то в подарок. Легкая атмосфера расслабляет, позволяя раскрепоститься. Тэхен обнимает Чимина, нашептывая ему кучу поздравлений на ухо, придуманных чуть раньше, и ярко улыбается, заметив чужие наворачивающиеся слезы. Он еще раз прижимает друга к себе, на секунду утыкаясь носом в макушку, и вверяет в руки других желающих, обещая подойти чуть позже.

***

Парень танцует, двигаясь немного нелепо, и ловит улыбку наблюдающего за ним Гука, зеркаля ее в ответ. Словив волну отличного настроения, собирается подойти к нему, впервые желая поговорить, чтобы узнать поближе, и наконец-то спросить, почему же он приебался именно к нему. Пробираясь сквозь квартиру, полную людей, Тэ натыкается на с трудом стоящую на ногах девушку, вылившую на него все содержимое своего стакана, и чертыхается, разворачиваясь на пятках в сторону ванной. Он смачивает бумажное полотенце, желая избавить свою одежду от запаха спирта, но ему не позволяют, буквально впечатывая в умывальник. — Привет, малыш, — томным голосом прямо в ухо. Тэхен пугается, вильнув в сторону, и бросает быстрый взгляд на незнакомца, подмечая, что тот ужасно пьян. Он пытается уйти, понимая, что тот просто перебрал, но пьяный парень, оказавшийся слишком резвым для такого состояния, хватает за предплечье, удерживая. — Отпусти, — Тэ понимает, что совсем не звучит угрожающе, но показательно дергается, предпринимая попытку вырваться. Парень прижимается к нему сзади, проводит языком по выпирающему позвонку и совершенно не обращает внимания на просьбы и чужие руки, пытающиеся убрать его конечности с дрожащего от страха тела. Он лезет пальцами в чужой влажный рот, потираясь пахом о упругую задницу, и недовольно шипит, когда Ким кусает его, сдерживая рвотный позыв. — Ах ты, сучка, — толкает к стене, максимально приблизив лица, и выдыхает из себя смесь табака и алкоголя, заставляя закашляться. Ким отворачивается, поморщившись, и закрывает глаза, пытаясь вырваться еще раз. — Хватит отпираться, все в курсе, что ты заднеприводный, — он больно сжимает хрупкие запястья, закрепляя их над чужой головой, и зверем вгрызается в закушенные от страха губы. Тэхен пытается оттолкнуть парня телом, но его попытку прерывают, одним движением раздвигая худые ноги. — Тэхен, тебя там Чимин ищет… Чонгук застывает прямо в дверном проеме, вопросительно подняв бровь. Быстро оценив ситуацию, он хмурится, сжимая кулаки, и оттягивает пацана за одежду, как котенка. Тот отвлекается, пытается ударить, но не успевает, падая вниз на кафельное покрытие. Гук бьет прямо в лицо, особо не раздумывая, давит бедрами на ребра, чудом их не ломая. Он игнорирует мольбу остановится и беспорядочные извинения и останавливается лишь услышав тихий всхлип сзади. Тэхен с ужасом смотрит на кровь, стекающую на пол, и часто дышит, впившись ногтями в собственную ладонь. Чонгук неуверенно подходит ближе, не обращая внимания на парня, выползающего из ванной на трясущихся конечностях, видимо, сумевшего здраво оценить свои силы, и протягивает руку вперед, пытаясь прикоснуться. Тэ вжимается в стену и тихо просит осевшим голосом: — Не трогай, пожалуйста. Гук медленно опускает руки, показательно прижимая их к туловищу, и хрипло спрашивает: — Привести кого-нибудь? Ким жмурится, громко сглатывая, а после «нет» почти неслышным шепотом. Он бьет себя по щекам под недоуменный взгляд Чона и тянется к его футболке, будто собираясь обнять. — Можешь просто побыть со мной, пожалуйста? — выходит как-то жалобно, но парня это сейчас совершенно не волнует. Чонгук подходит ближе, останавливаясь в нескольких сантиметрах от чужого лица, и замирает, не зная, что делать дальше. — Поговорим? Тэхен жадно вдыхает, понимая, что отъезжает. Он пытается стать ровно, крепко вцепившись в чужую одежду, но ноги почти не держат, отчего он врезается в стену, пошатываясь. — Не поговорим, — Гук обнимает его за талию, решив, что просьба о неприкосновенности больше не действует, — пойдем-ка на свежий воздух, — и перенимает почти весь его вес на себя, медленно подходя к двери. Тэ хнычет, пытаясь не дышать, чтобы отложило уши, и просит прощения шепотом, дико стыдясь своего состояния. Сердце грозится проломить ребра, сильно хочется пить, но парень игнорирует физическую потребность организма, стараясь унять тревогу. Он сосредотачивается на чужих руках и запахе Чонгука, уткнувшись ему в шею, и больше всего на свете хочет сейчас исчезнуть. Страх парализует, мешая мыслить здраво, но парень старается изо всех сил держать себя в руках. Чон выводит его на просторный балкон, пустующий из-за низкой температуры воздуха, и усаживает на старое продавленное кресло с протертыми дырами. Он тянется к карману, чтобы достать сигареты, но, вспомнив их первую встречу, передумывает, зарываясь пальцами в темные волосы. — Ты его знаешь? — выходит как-то глухо и невнятно. Парень понятия не имеет, что сейчас стоит говорить и делать. Тэхен качает головой из стороны в сторону, сглатывая, и, спасая от молчания, просит принести воды, облизав сухие губы. Гук молча уходит, прикрыв дверь, оставляя после себя легкий шлейф шоколадно-табачного аромата. Тэ больно сжимает собственное запястье, кусая щеку изнутри, и злится на самого себя за дурацкую слабость и неспособность контролировать эмоции. Он смотрит на темное небо, зябко поежившись, и начинать по-особенному дышать, вспоминая советы психотерапевта. Чонгук возвращается тихо, нахмуренный и чем-то недовольный. Он протягивает парню бутылку воды и плед, взятый неизвестно где. Ким благодарно кивает, делая жадные глотки, и заворачивается в махровую ткань гусеницей, понимая, что уже хорошо понимает происходящее, несмотря на все еще бешеное сердцебиение. — Прости за все это, — голос неприятно хрипит, заставляя прочистить горло. Гук, усевшийся прямо на пол, смотрит непонимающе. Он хочет назвать Тэ придурком, но лишь произносит, решая, что оскорблять, пусть и в шутку, парня сейчас точно не нужно: — Тебе не нужно ни за что извиняться. Тэхен растягивает губы в изломанной улыбке и шепчет, обняв себя руками: — Тогда спасибо. Уличные фонари гаснут, погружая все во тьму. Тэ всхлипывает, снова почувствовав страх, и дергается от неожиданности, едва поборов вырывающийся вскрик, когда Чон тянет за ноги на себя, усаживая рядом. Парень просто молчит, даже не смотрит в его сторону, но отчего-то Тэхен чувствует спокойствие. Он укладывает голову на чужое плечо и засыпает, даже не успев этого осознать.