Blurryface

      Я почувствовала резкую боль в руке и распахнула глаза, жадно вдыхая воздух. Перед собой я увидела только грязное разбитое стекло, кое-где испачканное в крови. По моему лбу стекала тоненькая струйка крови. Судя по всему, я вырубилась ненадолго.       Мне было страшно смотреть налево. Там — сиденье водителя, Тайлер. Или Блурри? Хотя какая разница? Я бы все равно не смогла просто кинуть кого-то здесь, даже зная, что он спокойно сделал бы это со мной.       Я зажмурилась и выдохнула. Соберись, Руби. Соберись…       Быстрый поворот головы, и я уже неотрывно смотрю на Джозефа. Глаза парня закрыты, подушка безопасности не сработала. Впрочем, как и у меня. Кровь, стекающая по лбу, капающая на пол салона с рук, оставляет желать лучшего. Я вцепилась непослушными пальцами в ручку двери, сжав ее. Что мне делать?!       Мои глаза быстро наполнились непонятными слезами. Я принялась с силой тормошить парня. Никакой реакции.       — Тайлер! Блурри! Кто-нибудь, пожалуйста… — мои слова прерывались всхлипами, — пожалуйста, прошу!       Я все же отпустила брюнета и дернула за ручку двери. Поддалась. В одно мгновение я уже оказалась у багажника, где по логике вещей должна быть аптечка. Мои руки тряслись, но я все же совладала с замком и взяла небольшую белую коробку. Открыть двери со стороны водителя оказалось сложнее, но страх как будто придавал мне сил.       Я аккуратно обработала те раны, что были мне доступны. Нужно было остановить кровотечение, успокоиться…       Наверное, правильнее было бы сначала проверить пульс. Но мне было страшно. Если пульс есть, то надолго ли, а если нет… Я даже думать боялась о том, что пульса может не быть, сердце могло остановиться. Я отгоняла эти мысли, не давала им забраться в мою голову. Но получалось с трудом.       При очередной моей попытке забинтовать левую руку парня, он дернулся и резко открыл глаза. Я вздрогнула и отстранилась, упав назад, на траву.       Он жив.       — Т-тайлер? — я сама не узнавала свой собственный голос. Слишком тихий, дрожащий.       — Нет… Нет, котенок, не угадала, — он закрыл глаза и как-то устало ухмыльнулся, — разочаровал, не так ли?       — Блурри, ты… — во мне начинала просыпаться ярость. Какого черта он вывернул руль?! Какого черта я здесь, он здесь? — ты придурок! Это все твоя вина! Зачем?! Жить надоело?!       — Возможно, — брюнет встал на ноги, держась рукой за машину.       Я почувствовала себя виноватой. Какое право я имею обвинять его в чем-то, если толком ничего о нем не знаю? Его состояние явно хуже моего, а ведь мне даже ходить было достаточно проблематично.       Я встала с холодной земли и подошла ближе. Я протянула руку и, взяв парня за подбородок, осмотрела ранения. Какое-то время Блурри видимо просто не понимал, что я делаю и зачем. Спустя же несколько секунд он резко дернул головой, заставив меня убрать дрожащую руку.       — Прости, — мне хотелось исчезнуть, провалиться сквозь землю, но только не стоять сейчас перед ним. Я никогда не узнаю, что у него на уме.       — Уходи.       — Что?       — Вызови такси, позвони кому-нибудь, уходи.       Он съехал вниз по стенке машины и сел на землю. Брюнет смотрел на лес впереди, окутанный легкой ночной дымкой. Тьма, царящая вокруг, казалась такой прекрасной, манящей. Луна как единственный спутник одиноко отдавала свои бледные лучи. Это была абсолютно беззвездная ночь. Редкие листья, в большинстве своем лежащие на траве, шелестели, гонимые холодным ветром. Словно каждый из них просил о чем-то своем, каждый имел свою мечту, свою радость и грусть. Я вздохнула.       Возможно, сейчас я совершаю огромную ошибку. Возможно, мне следовало просто уйти и забыть обо всем, что произошло этой ночью. Но я так не могу. Я не такая.       Я подошла ближе и села рядом с ним. Он даже не обратил на меня внимания. Но я и так понимала все, что нужно. Ему не все равно.       — Почему ты не уходишь? Ты же так хотела этого, — он усмехнулся и посмотрел на меня своими черными глазами. Я еле различала тонкую полосочку карего оттенка, почти полностью скрытую за сильно увеличенным черным зрачком. Он следил за каждым моим движением, он словно знал обо мне все.       — Но сегодня тебе нужно, чтобы я осталась, — я слабо улыбнулась, — и не говори, что я не права.       Мы смотрели на тьму, деревья, луну. Я ни о чем не думала. Просто наслаждалась моментом. Тем моментом, когда Блурри не был похож на психа, желающего только моей смерти. Он был скорее похож на ребенка, в чью голову закрались ужасные мысли, и он не может от них избавиться. Мне было его даже немного жаль.       — Now the night is coming to an end,       The sun will rise and we will try again.       Я слушала его странную песню. Его голос теперь будет вечно преследовать меня. Он ненормальный, он псих. Но разве это плохо? Теперь я с трудом могла утверждать что-то. Я сама себе противоречила, сама себе не верила. Сбитая с толку, не понимающая, что делать и куда идти.       — А ведь знаешь, у него сегодня день рождения, — я немного удивленно посмотрела на парня, — первый день зимы, день рождения Тайлера.       — Я не знала…       — Мало кто знал, он не празднует.       Все мои мысли завязались в еще более запутанный клубок непонятных событий, людей. И я стояла в самом центре всего этого, ничего не понимающая, испуганная. Насколько я плохая подруга, если даже не поздравила Джозефа с днем рождения? Наверное, ужасная.       Блурри достал телефон Тайлера и что-то быстро напечатал. Затем встал. Я посмотрела на него немного обеспокоенно.       — Оставайся здесь, — брюнет кивнул мне и пошел куда-то. Я вскочила.       — Куда ты?       — Прогуляюсь. Тебя заберет Джош через десять минут, — пройдя еще несколько шагов он все же соизволил обернуться, — не забывай меня, котенок.       И он ушел. Я стояла и смотрела, как он быстрым шагом, засунув руки в карманы, пошел куда-то в лес. Зачем? Куда? Он никогда мне ничего не рассказывает. В этом они с Тайлером похожи.       — Таких как ты, не забывают.

***

      Джош был идеальным другом. Его главный плюс был в том, что он никогда не задавал лишних вопросов, не лез не в свои дела, помогал, если нужно, не спрашивая что случилось до этого. Поэтому я просто сидела в его машине, прижавшись щекой к стеклу и наблюдая за лесом, что окружал нас. Солнце делало первые неуверенные попытки подняться из-за горизонта, озаряя своим пока еще неярким светом землю. Этот свет словно прокрался в мою голову и осветил все, что произошло. Мозг упорно орал, что это ненормально, странно. Но мне больше не было страшно. И я сама не знала почему.       Машина вдруг остановилась посреди дороги. Я посмотрела на Дана, а тот в свою очередь с силой ударил о руль. Я вздрогнула.       — Что там произошло? — я удивленно посмотрела на Джоша. Мои надежды на спокойную и тихую поездку рухнули в один момент.       — Ничего.       — Ты серьезно сейчас? — парень уставился на меня, как на умалишенную, — сейчас пять утра, я подобрал тебя в лесу, получив сообщение от Тайлера. В лесу, рядом с разбитой машиной Джозефа, где его не было! У тебя рука в крови! «Ничего»?!       — Я потом как-нибудь все расскажу, — я устало потерла виски и направила свой взгляд на запястье.       Да, действительно, я порезалась разбитым стеклом, так как закрывала руками лицо. Странно, я совсем не чувствовала боли, когда пыталась перевязать раны Блурри, когда сидела рядом с ним на земле. Я не отводила взгляда от руки. Смотреть в глаза Дана было как-то страшновато.       — Нет, давай сейчас.       — Джош…       — Руби! Где Тайлер? Что случилось с машиной? Почему ты в лесу?       Я не знала, что мне сказать, а потому молчала, не решаясь даже посмотреть Джошу в глаза. Как я могу рассказать ему такое? Могу ли я соврать?       — Я понятия не имею где Тайлер, машина разбилась. Пока это все, что я могу тебе сказать, — каждое слово давалось с трудом. Я не могла рассказать про Блурри, я вообще не могла ничего рассказать, — поехали, пожалуйста.       Машина тронулась. Я вздохнула и вернулась к мирному созерцанию деревьев, что быстро проносились мимо. Мы ехали молча. Я понимала его волнение, его страх. Мы все боимся, только не хотим признавать это.       У меня из головы не вылетали те слова, что так красиво пел Блурри. Я искала потайной смысл, читала между строк там, где это уже казалось невозможным. Мне начинало казаться, что я схожу с ума.       Я сидела в машине Дана, прислонившись лбом к стеклу и тихонько, еле слышно, напевала сама себе.       — The sun will rise and we will try again…