Счастливы навсегда

Дверь чуть не слетела с петель от удара о стену. Течка как всегда вовремя. Прямо с порога Чонгук подхватил омегу на руки и посадил себе на бедра. Тэхен ни на минуту не отрывался от любимых губ своего мужчины, целуя страстно, до кровавых трещинок. Так они и шли, пока не подвернулась первая попавшаяся поверхность, и ею оказался стол. Альфа посадил на него омегу и начал срывать с него одежду. Чонгук дурел от насыщенности любимого запаха вишни. В голове не осталось ни одной мысли, а перед глазами начали летать звёзды. Громкие стоны Тэ заводили до чертиков, а в паху завязавшийся узел желания приносил боль. Как же альфа любил это красивое, в меру хрупкое, сладкое тело! Чонгук стал остервенело целовать мужа в губы, шею, грудь, постепенно опускаясь все ниже и попутно оставляя засосы. - Гукки... Ах! Ты что, решил взять меня прямо здесь? - А что тебя смущает? - Гук избавился от своей одежды и стал издевательски медленно выцеловывать узоры на внутренней стороне бедра Тэхена. Альфа знал, как завести свою детку. Омега несдержанно простонал и развел колени ещё шире, открывая доступ к самому сокровенному. - Просто... Не удобно... Для сцепки...Ах! - А у нас сцепки тут не будет. - Чонгук поднял взгляд на расфокусированные кофейные глаза. - В смысле? - не догнал Тэхен. - Зачатие ребенка - это очень ответственное дело, которое должно происходить только в постели. А сейчас всего лишь разминка. Мне мало будет одного раза, малыш. Так что держись! Чонгук подхватил Тэхена под коленями и резко дернул на себя, сажая почти на край. Таким образом пах омеги оказался как раз на уровне его лица. Здесь концентрация вишневого запаха была максимальной. Гук впитывал в себя обожаемый аромат и никак не мог надышаться. Во рту начала собираться слюна, до того вкусно пах любимый. Альфа приблизился к сочащемуся отверстию, проталкиваясь внутрь юрким языком и слизывая прозрачную смазку. Тэхен выгнулся на столе почти дугой и громко закричал. Его буквально выворачивало от нахлынувших эмоций, голова шла кругом, а воздух упорно отказывался поступать в легкие. Так хорошо ему никогда не было! За время супружеской жизни они ещё не пробовали настолько откровенных ласк. - Чонгукк~и!.. Ох... Что же ты творишь?! Альфа продолжал вылизывать мужа, постепенно добавляя пальцы. Хватило всего одного прикосновения к простате, чтобы Тэхен с громким криком содрогнулся в оргазме. Чонгук передышки не дал. Он и так терпел слишком долго. Быстро поднявшись с колен, он резко насадил на себя Тэхена. Омега вновь изогнулся до хруста в позвоночнике. С такими темпами Тэ сломает его к хренам. Из омежьих губ вырвался сладостный, протяжный стон, а Гук несдержанно зарычал. От охвативших его тесноты и жара в глазах потемнело. Немного привыкнув, Тэхен вильнул бедрами, тем самым разрешая альфе двигаться. Чонгук начал толчки, постепенно наращивая темп. Движения выходили рваными, резкими, глубокими. Альфа ими выбивал весь дух из мужа. Первым не выдержал Тэхен. По его телу прошла судорога, и омега излился себе на живот, немного попадая на пресс Чона. Через несколько очень глубоких толчков альфа последовал за мужем. Излившись в Тэхена, Гук вышел из него, не давая сцепиться. У обоих сейчас сердце билось как бешеное, дыхание никак не приходило в норму, а перед глазами все плыло от ярчайшей вспышки эйфории. Тэхен распластался на столе (как он только не сломался?), глядя Гуку в глаза блаженным взглядом. И в нем было столько обожания, вожделения и нежности, что у альфы в сердце сладко защемило. Чонгук притянул к себе Тэхена и сцеловал с искусанных губ счастливую улыбку. Не надо слов. Они здесь лишние. Можно только чувствовать. По телам разливается приятная нега. В местах, где кожа соприкасается с кожей такое чувство, будто остаются ожоги. От ленивых, чувственных поцелуев проносятся волны мурашек. Голова у обоих идет кругом. Хочется, чтобы этот момент длился вечно… Чонгук отстранился от мягких губ и заглянул в глаза любимого. Темные омуты завораживали, утягивали в свою глубину. На дне сияли маленькие огоньки, словно звезды. Чонгук отдаст все на свете, лишь бы они никогда не погасли. Альфа бережно подхватил Тэ под попку и понес в спальню. Омега охнул и, обвив тело мужа всеми конечностями, уткнулся тому в основание шеи. Он пытался впитать в себя любимый терпкий запах ликера. Казалось, не сделаешь вдох и тут же умрешь. Их ждала целая неделя крышесносного наслаждения, громких стонов, смелых ласк и моря любви…