Ты поможешь мне?

Pov Шакулин -Я знаю, -и черт дернул меня взять его за ворот кофты и притянуть к себе.       Разорвав поцелуй я начал собираться домой, оставив Женю в своих размышлениях. Мне и самому надо было все это обдумать. Я заказал такси и поехал домой. Дома меня ждала бутылка вискаря, которую я успешно испил сидя в кровати. Я хотел написать Калинкину, что все это ошибка, но телефон был где-то на кухне и идти мне стало лень. Немного посидев в темноте меня вырубило. Бесповоротно.

***

       Господи, как же болит голова. За столько лет, сколько я бухаю уже пора бы привыкнуть, но нет, каждый раз утром мне приходит напоминание того, чтобы я меньше пил. Я встал и пошел в ванную принять прохладный душ, возможно он поможет, определенно поможет, всегда помогал. А после душа нарыл в холодильнике яйца и сделал яичницу. Когда дело дошло до чая, в мою голову внезапно пришло осознание вчерашнего вечера.       И что мне теперь делать? Зачем я поцеловал его? Какого хуя я это сделал? Почему-то это разрывает из внутри и я хочу позвонить ему, я даже уже нашел телефон, но не могу, что-то мне мешает. Меня просто ломает от того, что я не могу это сделать. Это пиздецки хуево. Меня тупо начаниет ломать. Может дозу? Позвонить Павлову? Спрыгнуть с балкона? Что???       Я окончательно принимаю решение и набираю Павлова. Прошу его достать порошка. Сумма не имеет значения. Он отговаривает меня, но мне все равно. Я приезжаю к месту встречи, и да, без какой-либо маскировки он передает мне пакетик. Я отдаю деньги и еду обратно домой. В глазах начинает темнеть, голова чешется внутри. Я иду на кухню и рассыпаю порошок на кухонном столе. Делаю дорожку и занюхиваю. Пиздец. Когда я стал заядлым наркоманом, у меня никогда не было ломки. Чертов Калинкин.       Делаю еще. Еще и еще. Но это делает только хуже. Я пытаюсь пойти в комнату, чтобы прилечь, но даже не дохожу до кровати. Я падаю. И больше ничего. Темнота.       Прощай, Калинкин. Похоже это конец. Просыпаюсь от жуткой боли в голове. Но я не дома, твою мать, я в больнице.