Хладнокровие не спасёт мой рассудок

***

В связи с переездом в Испанию, бэй-клуб, созданный синеволосым мальчишкой ещё давно, на удивление до сих пор не разрушился. Учитывая все тонкости и особенности его характера, лидерские качества просто не позволили бы Вальту отказаться от его мечты. Клуб существовал, но никакой пользы не приносил: его участники виделись очень редко, разве что в школе, не говоря уже о том, что тренировок не было вообще. Причин этому могло быть несколько. Во-первых, все, готовясь к, наверное, самому важному турниру в их жизни не хотели раскрывать свои карты перед друзьями — теми же соперниками, поэтому тренировались в одиночку. Второй причиной послужило отсутствие места для тренировок, которого заметно не хватало этой группе с едиными интересами. Конечно, в родной Японии было проще, они могли тренироваться в школе, в огромном, по словам Вальта, «замке» с шикарными апартаментами, будучи приглашенными Вакией к себе домой. Но теперь всё это было уже прошлом, навсегда затаившемся в углу, как старая, выброшенная книга, припавшая пылью столетней давности. Это уже не командные бои, не просто соревнования. Это чрезвычайно важное событие абсолютно для всех, кто хоть немного интересуется бэйблэйдом.

***

Вальт лежал на кровати пытаясь не думать о предстоящих сложностях на турнире. Потому что вообще не любил долго размышлять о каких-либо вещах. Смотря на Волтраека, он вспоминал вчерашний вечер и Луи. «С чего это вдруг он вознамерился присоединиться к нам в клуб? Мне кажется, это только к лучшему. Но, в конце концов, есть же какие-то причины. Или нет. Я считаю Луи очень сильным и достойнейшим блэйдером. Однажды посмотрев в его большие глаза аметистового оттенка, я почему-то подумал, что он человек, любящий одиночество. До того момента я считал, что не ошибся, но теперь я не уверен. Для чего ему всё это? В любом случае надо сообщить эту новость друзьям». Взяв в руки телефон, он написал Рантаро об очень важной встрече в парке сегодня днём, попросив его при оповестить всех остальных участников собственного клуба.

***

— Что?! Он точно сошел с ума! — разъяренно крикнул Вакия, услышав эпатажную новость от Рантаро. — Вакия, угомони таланты! — Рантаро, пытаясь успокоить Златовласку, постепенно затаивал обиду на Вальта. — Разве ты не понимаешь? Это Луи! Как вы себе представляете тот факт, что теперь он будет тренироваться с нами?! — Мы и так не тренируемся вместе, — спокойным тоном сказал Дайго, время от времени поглядывая на часы, — скоро придет Вальт, вот и выскажешь ему свои претензии, а не нам. — Шу даже не пришел! Мне интересно, и чем только Вальт думал? Разве он не знает, какие у Куреная отношения с этим голубоволосым эгоистом? Ну уж нет! Я так просто этого не оставлю! — казалось, податливые нервы Вакии сейчас взорвутся, не выдержав такого сильного напряжения. Вальт, подойдя к пункту назначения, сразу почувствовал на себе недовольные взгляды. Его это немного испугало. — Пришел! И как ты это объяснишь?! — Вакия уставился на Вальта и пронзил его насквозь своим холодным взглядом. — Привет! Вакия, что-то не так? — Ты ещё и спрашиваешь? Про Ширасагиджо ничего не хочешь рассказать? — Ах да! Луи теперь состоит в нашем бэйклубе. — Я это уже знаю. Ты лучше расскажи, нам всем здесь находящимся интересно, что за муха тебя укусила? Сначала он словесно унижает тебя при огромнейшей аудитории и вообще хамски ведёт себя. И тут вдруг такое! Счастье с небес упало! В твоих глазах, вероятнее всего, Луи стал архангелом, святым! А мы теперь никто! Низшая каста так сказать! — Вакия, не дождавшись ответа, ушел прочь. — Подожди, Вакия! Послушай! Вакия шёл, не останавливаясь по густой, зелёной траве. Он был в ярости. Видимо этой ситуации каким-то образом удалось задеть его внутренний эгоцентризм. Он считал себя отвергнутым, сам того не понимая. — Рантаро, Дайго! Скажите ему что-нибудь! Это ведь всё не так! После ухода Вакии в компании наступила минута невыносимой тишины и, казалось, вечного всепоглощающего молчания. — Вы знаете, он попросил меня, и я не мог ему отказать. Долой все прошлые неприятности, я верю, что он действительно изменился в лучшую сторону. — Я не знаю, о чём вы там с ним разговаривали, но мне кажется, что Вакия больше не вернется, — сказал Маэстро, потупив свой задумчиво-печальный взгляд на землю. — Не говори так! Я надеюсь мы что-нибудь придумаем, — Вальт в глубине души полагал, что проблема решится в скором времени и всё опять встанет на свои места. — Надейся, Вальт! Ты можешь надеяться сколько угодно, вот только этим Вакию не вернуть, — Рантаро взял рюкзак и закинул его на плечи. — Сам кашу заварил, сам и расхлёбывай. Вальт смотрел, как его друг в чёрной куртке постепенно отдалялся от него. Вот он свернул за тёмный, навевающий мрак дом, и скрылся за ним. — Вальт, слушай, я наверное тоже пойду, — вдруг обратился к нему Дайго, — у меня дела. — До встречи, Дайго. — Прощай. Аой ещё долго просидел на траве, наслаждаясь сладковатым, лёгким и таким приятным ароматом летнего вечера. Может быть, он сам даже и не понимал, в какой ситуации оказался. До этого всё казалось ему таким простым, повседневным, он даже поверить не мог, что из-за какой-то, по его словам, ерунды, могло произойти такое серьёзное разногласие между двумя, важными по-своему для него людьми. Прошло уже несколько часов, Вальт всё ещё был прикован к этому дивному месту. Он оглянулся вокруг: сплошная тишина. Такое впечатление, что вся галактика погрузилась в глубокий сон на целых пару часов, подарив ему время для размышлений. Неожиданно он заметил какую-то расплывчатую тень, стоящую между стенами двух многоэтажек. «Ох, что же это? Мне страшно. Может это Рантаро или Вакия? Уже ночь. Казалось, я задумался всего лишь на минутку, когда тёплое солнышко согревало меня своими блаженными лучами. А теперь я вижу тёмное, безжизненное небо и мрак, поглотивший мой день…» Силуэт начал приближаться к нему. На удивление, Вальт не мог и пошевелиться с места — страх полностью завладел его разумом. Его тело было проникнутое паникой, смятением — всё, что ему оставалось делать — смотреть на медленно подходящую тень и ожидать своего конца. Вдруг кошмарный образ остановился совсем близко от него, теперь он смог разглядеть фантом, что заставил его пережить один из самых жутких моментов в его жизни. — Л…Луи? — Вальт смотрел на голубоволосого парня с недоумением. — Луи, ты что здесь делаешь? Ты меня до самой смерти напугал! — Прости, Вальт, — начал оправдываться Ширасагиджо. — Я шёл домой с тренировки и, проходя мимо, заметил тебя. Вот решил поинтересоваться чем ты тут занимаешься в такую позднюю пору. — Я…тоже тренировался! — Вальт встал с уже холодной земли. — Луи, мне надо тебе кое-что рассказать. — Что? — он почувствовал, как в его горле образовался огромный комок. — Понимаешь… Вакия против того, чтобы ты был в нашем бэй-клубе. Я хотел с ним поговорить, но он и слышать ничего не хочет, — Вальт смотрел на него таким серьезным, виновато-заинтересованным взглядом, ожидая его реакции. — Вальт, когда я сказал тебе, что хочу дружить, то имел в виду с тобой, а не с левыми людьми. Неужели из-за их непринятия меня ты перестанешь даже говорить со мной? — Луи настраивал себя на худшее несмотря на то, что понимал, как больно ему будет услышать отказ от своего любимого, никогда ещё не стоявшего так близко к нему Вальта. — Я думаю, что мы могли бы дружить даже несмотря на мнение Вакии. Я надеюсь, что он поймет меня и простит. Луи внезапно подошел к Вальту настолько близко, что тот почувствовал его холодное, до мурашек пронзившее его тело, ледяное дыхание на своей шее. Он резко сжал его в своих объятиях, ощущая его очаровательное и изящное тело. — Вальт, для меня очень важна дружба с тобой. — Я знал, что ты вовсе не злобный, и не безразличный ко всем и всему! Я знал, Луи. Я тоже искренне рад этому, — Вальт немного удивился поведению Ширасагиджо, но сопротивляться не стал. Луи смотрел вдаль. Его сильные, бледные руки всё ещё принадлежали талии Вальту. Он не хотел, чтобы это всё заканчивалось. Но чтобы у его возлюбленного не возникло никаких волнующих мыслей, он убрал руки. Луи не был готов рассказать ему о своих переживаниях. Его сознание терзало чувство неведомой вины и неудовлетворенности. «Вальт, стоя рядом с тобой, я словно улетаю в неземной склеп, освященный розовой мглой, давно уже поглотившей мой разум. Вокруг я вижу только тебя одного. Я хотел бы, дотрагиваясь до тебя, чувствовать твои раскаленно-горячие губы, соприкасаясь при этом с твоим искусным языком…» — Луи, мне наверное пора домой, — Вальт ощутил, как тоска завладела его телом, — уже поздно. — Хорошо, Вальт, я буду скучать, — Луи, не ожидая от себя таких слов, покраснел, хорошо, что на улице было темно и Вальт этого не заметил. — Буду скучать без тренировок с тобой! — До встречи, Луи! — Прощай, Вальт.

***

«Луи так сильно изменился. Я его не узнаю. Неужели он и вправду так ценит нашу с ним дружбу? Его странное поведение, эти объятия. Скорее всего Луи просто надоело быть одному, его длительное пребывание в одиночестве очень сильно повлияло на его психику. Но теперь у него есть друг — я. И я буду делать всё для того, чтобы он вновь не испытал тех страданий, которые выпали на его тяжкую судьбу». «Вальт… Я опять не смог сказать тебе. Неужели я настолько трус? Как я могу так не уважать себя? Из-за этой нерешительности с ним может случится что-то неладное. Я обязательно должен что-то придумать».