Глава 27, Горечь виски
13 февраля 2019 г., 00:47
Глава 27, Горечь виски
Сладко потянувшись, Минако перевернулась на другой бок и приоткрыла глаза. Кунсайт все еще спал. Пряди его белоснежных волос разметались по подушке, а белое одеяло прикрывало его тело лишь до пояса. Минако любовалась рельефными руками Кунсайта, с трепетом вспоминая ночь: после жаркого поцелуя, они, не сговариваясь, поехали к Кунсайту домой. Только переступив порог, они снова слились в страстном поцелуе, попутно срывая одежду друг с друга… Минако вдруг стал так стыдно от воспоминаний, что ее щеки покраснели, и она быстро прикрыла лицо ладонями. К тому же, Минако совершенно не представляла, что сказать маме. Как объяснить, где она пропадала всю ночь? Кунсайт сладко зевнул, повернул голову в сторону Минако и приоткрыл один глаз. Уголки его губ растянулись в блаженной улыбке, от которой у Минако пробежали мурашки по телу. — П-привет… — выдавила она из себя. Понимая, как нелепо это выглядит, Минако нервно хихикнула и залилась краской. Кунсайт молча протянул руку к лицу Минако и нежно провел большим пальцем от щеки до уголка губ. От этого сердце девушки забилось чаще. — Ты прекрасна, — тихо произнес Кунсайт, любуясь Минако. Затем притянул ее к себе и ласково поцеловал, сначала в щеку, а потом в губы. Это был легкий поцелуй, лишь прикосновение губами, но он приносил столько счастья Минако. Она чувствовала себя такой нужной и невероятно счастливой. Минако, наконец, расслабилась и прилегла на грудь Кунсайту. Он же приобнял ее, положив ладонь на плечо. Она ощущала, как Кунсайт утыкается носом в ее волосы и вдыхает аромат. Неужели, он и правда любит ее?..***
Макото внимательно выслушала врача. Внешне она выглядела спокойной, лишь погасший огонек в глазах выдавал ее эмоции. — Мисс Кино, — позвал доктор. Когда она перевела взгляд на него, он начал говорить: — Сейчас главное не нервничать, нужно беречь себя и… ребенка. — …Кто… — почти беззвучно произнесла Макото. — Что? Повторите, пожалуйста? Макото положила ладони на свой живот и зажмурилась, сдерживая слезы. — Кто… Кто… — попыталась она снова, но голос дрожал, срываясь. — Кто воспитает малыша? — наконец, отчаянно спросила Макото и из глаз вырвались слезы. — Тише, тише, — доктор подошел ближе и коснулся руки Макото. — Я хочу уйти отсюда… Выпишите меня. Я должна, должна работать! — Кино оттолкнула от себя врача и вскочила с койки. — Но вам нельзя! — Уйдите от меня! — закричала Макото. — Я имею права уйти, когда захочу! — Она вытерла слезы руками и злобно посмотрела на доктора. — Хорошо, — выдохнул он. — Я позову заведующего… Макото обессиленно села на койку. В груди давило, воздуха казалось совсем не хватает, но слёз больше не было. Была только злость. Она одна в этом мире. И ей суждено родить сироту… После разговора с заведующим, Макото написала отказ и поехала домой. Она старалась ни о чем не думать. Макото зашла в дом и облегченно выдохнула, обнаружив, что Мотоки здесь нет. Его присутствия она точно не вынесла бы. Мотоки тем временем допивал вторую бутылку дешевого виски в «Вайлд Ривер».***
Безмолвная тишина больничной палаты прервалась для Усаги с влетевшим внутрь, словно вихрь, неожиданным гостем. Громко закрыв за собой дверь, Зойсайт поправил рыжую копну волос свободной рукой, а второй удерживал небольшой ноутбук. — Привет, несчастье! — Зойсайт широко улыбнулся и подошел ближе. — Привет, — Усаги улыбнулась в ответ и постаралась приподняться. Зойсайт видя, как тяжело ей это дается, тут же подсуетился, подложив под спину Усаги подушку. Затем сел напротив койки и открыл ноутбук. — Что у тебя там? — спросила Усаги. — Хе-хе, подожди чуток, — хитро ухмыляясь, ответил Зойсайт. Спустя несколько минут он развернул компьютер в сторону Усаги и стал ждать реакции. Она посмотрела в монитор и сразу умилилась. На экране красовалась большая розовая надпись: «Поправляйся скорее, крольчонок!», которая сопровождалась веселой мелодией и скачущими мультяшными кроликами. — Как это мило, Зой! — искренне радуясь, восхитилась Усаги. — Ты сам это сделал? — Конечно, тут дело пары секунд. Вообще пустяк! — улыбнулся Зойсайт. Видя неподдельный восторг Усаги, он не удержался и стал хвастаться: — Вот было дело, по юности… Любил я всякие онлайн игры, но чтобы быть крутым нужно много вкладывать, а родители не особо баловали меня деньгами. Так что пришлось мне выкручиваться самому. Я нашел брешь в коде игры и хакнул. И-и-и я стал самым крутым игроком! Но не надолго… — Вау! Ты хакер? — Глаза Усаги округлились. — Нет, не хакер, — смеясь, ответил Зойсайт. — Но кое-что могу. — Хм… — Усаги глубоко задумалась. — Как ты себя чувствуешь? Что говорят врачи? — Ну… ребра срастаются довольно хорошо. Ами сказала, что скоро можно будет вставать… А так, пару недель я еще пробуду тут. — Сделав паузу, Усаги неловко спросила: — Как Рей?.. Улыбка с лица Зойсайта медленно сползла. — Она все еще в психушке… Видимо, там ей и место… Я не ожидал, что она окажется такой редкостной сукой, — разочарованно проговорил Зойсайт. — Ты навещал ее? — Знаешь, даже желания не возникало. Но я слышал, что ее братец вернулся в город и он крайне недоволен ситуацией. — Мамору вернулся… — задумчиво произнесла Усаги. — Значит, он хочет вытащить Рей? — Это вряд ли. Шериф хорошо постарался. О! — Зойсайт потер ладони в предвкушении. — Ты же не знаешь последние новости! — Какие? — напряглась Усаги. — Мичиру Кайо погибла. Ее тачка слетела с моста в день урагана. Усаги ответила не сразу. Эта новость шокировала ее. Но больше всего расстраивало, что Сейя ей не рассказал… — Это ужасно… — тихо проговорила Усаги. — Ее настигла кара. — Какая кара? Я не думаю, что Мичиру была таким плохим человеком… Да даже, если и была… Никто не заслуживает смерти… Зойсайт подозрительно посмотрел на Усаги. — Ты правда не знаешь? Это она виновата в том, что ты здесь! К горлу Усаги подступил ком. — Это слухи или…? Зойсайт вместо ответа встал и дотронулся до плеча Усаги ладонью. — Это ты обсудишь с шерифом. Я и так наговорил лишнего… — виновато произнес он, видя, как Усаги нервничает. — Я пойду… А ты поправляйся! — с этими словами, он направился к выходу. Усаги осталась наедине со своими мыслями. Она не понимала, почему Сейя ей ничего не рассказывал. И это огорчало больше, чем новость о смерти Мичиру и о том, что это она пыталась убить Усаги.***
Дневной свет пробивался сквозь шторы, мягко падая на бархатную кожу Минако. Кунсайт провел пальцами по плечу девушки, наслаждаясь безмятежными моментами вместе. Минако слегка потянулась и приподняла голову, заглядывая в глаза Кунсайту. — Уже почти полдень, тебе разве не нужно на работу? — сладко произнесла она. — Нет, — улыбнулся Кунсайт. — Сегодня я устроил себе выходной, — он осторожно сдвинул с себя Минако и перевернулся, нависнув сверху над ней. Волосы Кунсайта попали на лицо Минако и она зажмурилась, слегка хихикая. Он улыбнулся. Минако ему нравилась именно такой: непосредственной и счастливой. Кунсайт убрал свои волосы за ухо и покрыл лицо Минако легкими поцелуями. — Мы даже не ругаемся, удивительно, — дразняще прошептал он. — Иди ты, — Минако по-доброму толкнула его в грудь. А затем стала вставать, утягивая за собой одеяло, которым прикрывала обнаженное тело. — Ты куда? — спросил Кунсайт, ухватив край одеяла и слабо потянув на себя. Минако повернулась к нему и томно проговорила: — Я бы провалялась здесь с тобой вечность… Но… Мне пора домой. — Что? Какой домой? — встрепенулся Кунсайт. Минако помрачнела. — Я до сих пор не знаю, что сказать маме… Она просто меня убьет… — она глубоко вздохнула. — Скажи правду. — Что я в первый же день отношений осталась на ночь у парня? Уже представляю, что подумает мама обо мне… — Но, в конце концов, тебе придется рассказать обо мне. Минако помрачнела еще больше. Она с грустью посмотрела на Кунсайта и спросила: — Ты правда веришь, что это всё продлится долго?.. — Не верю. Знаю. — Кунсайт сел на кровати. — У меня идея. Скажи, что была у Усаги. А позже, когда тоже будешь уверена, расскажешь своей маме о нас, — Кунсайт мягко улыбнулся, а Минако утвердительно кивнула.***
Сейя подъехал к больнице. Несколько минут он не заглушал двигатель, сомневаясь, стоит ли сейчас всё рассказывать Усаги. Он знал, что если решит что-то утаить, то его загруженный вид выдаст его с потрохами и Усаги в любом случае вытянет из него всю правду. Но Сейя всё равно колебался. Усаги имеет право знать, кто хотел ее убить. И насчет Хотару тоже имеет право знать… Сейя должен быть чист перед Усаги, чтобы она могла решить, хочет ли впускать его в свою жизнь, либо же навсегда отказаться. Сейя набрался смелости и направился в больницу. Он зашел в палату. — Здравствуй, — улыбнулся Сейя. — Привет, — Усаги улыбнулась в ответ уголками губ, но ее глаза были слишком грустные. — Что случилось? — занервничал Сейя. — Почему ты не рассказал мне о Мичиру? — Я еще не успел… Я пришел, чтобы рассказать… — Но есть ведь телефон. Ты мог позвонить или написать… — Усаги… — Это дело касается меня, Сейя. Уже весь город знает, что Мичиру хотела меня убить и то, что она погибла. Весь город! А я узнаю об этом последняя… Это нечестно… — жалобно произнесла Усаги. Сердце Сейи сжалось. — Пойми, я не хотел приносить плохие новости. Не хотел, чтобы ты переживала. — Я понимаю… Но не стоит чересчур оберегать меня… Сейя накрыл ладонью прохладные руки Усаги. — Ты очень сильная, я знаю это. Но позволь себе отдохнуть от грязи этого города, отдохнуть от вечных расследований. Ведь даже такому сильному человеку, как ты, требуется поддержка. — Спасибо, Сейя. — Усаги внимательно посмотрела на него. — Ты будто что-то недоговариваешь… Есть что-то еще? Сейя на секунду прикрыл глаза и признался: — Да, есть. Это не касается дела. Но я чувствую, что должен рассказать тебе… Меня мучает это… — Расскажи. Сейя начал говорить, не убирая ладонь с рук Усаги. Она чувствовала, как едва заметно дрожит его рука. — В тот день, когда ты решила оборвать со мной любые отношения, я не понимал, что случилось. Я злился и на тебя и на себя. Пил и злился еще больше. А потом, я пытался найти утешение в другой девушке… — Сейя запнулся. — В ком? — выдавила из себя Усаги. — Мне прислали новую помощницу… Слушай, случившееся было ошибкой… Я слишком много пил и потерял связь с реальностью. — Сейя, — тихо перебила Усаги. — Ты не должен оправдываться. Я сама решила всё закончить, ничего тебе не объяснив. — Она закрыла глаза, на лице отразилась боль. — Я не могла выкинуть из головы слова Диамонда… — Какие? — Что нужна ему. Понимаешь? Я чувствовала, что он нуждается во мне… Сейя тут же убрал руку. По телу пробежал холодок от понимания ситуации. Из-за Диамонда она отказалась от него. — Ясно… — пытаясь скрыть боль, произнес Сейя. — Нам определенно нужно время. Мне нужно время, — уточнил он. — Я зайду завтра. Тебе нужно что-то принести? — Нет, спасибо. Сейя кивнул и поторопился уйти. Он не мог совладать со своими эмоциями. Сейя всё это время считал себя последним дерьмом, съедал себя изнутри за свой поступок. А на самом деле, Усаги и не чувствовала к нему того же, что и он. Она сомневалась, выбирала. Выбирала между ним и Диамондом! Как это принять? Сейя вновь ощутил острое желание выпить и, не задумываясь поехал в «Вайлд Ривер». Сейя зашел в шумное помещение клуба и направился сразу к барной стойке. Заказал виски и сразу же осушил бокал. Горечь алкоголя растеклась жгучим теплом по горлу и грудной клетке. Сейя прикрыл глаза, прислушиваясь к ощущениям. Как вдруг, его плеча кто-то коснулся. Сейя медленно повернул голову и увидел Мотоки. Он был слишком пьян и казался расстроенным. Сейя жестом указал Мотоки на место рядом с собой. Когда тот сел, они молча осушили еще по бокалу. — Заливаешь горе? — щурясь, чтобы лучше видеть, громко спросил Мотоки. — Ага, — коротко ответил Сейя и влил в себя еще бокал. — Ты, это, потише, брат. От виски только хуже. Сейя бросил раздраженный взгляд на Мотоки: — Я тебе не брат. Не называй меня так. — Так точно, шериф! — Мотоки мерзко рассмеялся. Спустя некоторое время, когда хмель ударил в голову Сейи, ему вдруг так захотелось выговориться. Он сфокусировал взгляд на Мотоки, сделал небольшое усилие, чтобы сесть в полоборота и подпер лицо рукой. — Знаешь, Фурухата, а ведь я здесь не просто так, — язык плохо слушался Сейю, то и дело заплетался, но он упорно продолжал говорить. — Ты думаешь, что здесь делает блюститель закона, думаешь, что мне не чужды человеческие страдания… — Что ты несешь? — Мотоки расхохотался и ударил ладонью по плечу Сейи. — Давай ближе к делу. Тебя бросила Усаги? — Откуда ты знаешь про нас? — недоуменно икнул Сейя. — А, впрочем, неважно… Она бросила меня давно. Но пью я не по этому. Она меня не любит. — Тьфу, ты. Мне бы твои проблемы… Моя жена умирает. Эти слова, словно ушат ледяной воды привели Сейю в чувства. Он резко протрезвел. — Что ты сказал? Что за бред? — Макото беременна. И выживет только ребенок. Черт возьми, мне это отродье не нужно! Если оно убьет ее, то оно не имеет права жить! — глаза Мотоки заблестели от слез. — Это несправедливо, — согласился Сейя. — Есть варианты? Мотоки отрицательно покачал головой. А затем, уже не сдерживаясь, зарыдал в голос. Сейя растерялся. Он аккуратно похлопал руками по плечам Мотоки, надеясь подбодрить, на что тот кинулся в объятия Сейи и заплакал на его плече. — Я ничтожество!.. Я не смог сделать счастливой свою жену! И теперь ей осталось жить меньше семи месяцев!.. Что мне делать?! Сейя опешил. Что можно посоветовать в такой ситуации? — Черт… Мотоки… Жизнь несправедлива… — он отодвинул от себя Фурухату и продолжил: — Но сейчас ты просто обязан быть рядом с Мако. Ты должен сделать ее счастливой. И именно на тебя ложится ответственность за ребенка. Твоего ребенка! — Даже если он убьет ее? Даже если я буду его ненавидеть? — Ты не имеешь права ненавидеть частичку себя и своей жены. Ты опора своей семьи. — Я не могу! Я боюсь быть рядом с Макото, не знаю, что говорить… — Мотоки, женщины намного сильнее нас. А мы только и делаем, что лажаем, а потом создаем иллюзию защиты и заботы. А на самом деле, это они нас оберегают. Да… А мы выдумываем проблемы, обиды, обвиняем их. — Сейя, тебе уже хватит пить, ты говоришь какую-то чушь. Я ничего не понял. — А тебе и не надо, — Сейя пристально посмотрел на Мотоки пьяными глазами и с видом пророка сказал громко и уверенно: — Иди домой! Иди к жене, и будь с ней, черт возьми! — Д-да… — неуверенно произнес Мотоки. — Да, ты прав. Я пошел. Спасибо, брат! — Не называй меня так, — усмехнулся Сейя. Когда Мотоки ушел, Сейя выпил еще. Его накрыла волна тоски. Он, возможно и дал хороший совет, но смог ли Сейя быть рядом с человеком, который вскоре умрет? Это безумно тяжело. — Жизнь, сука ты, — злобно прошипел Сейя и выпил еще виски.
