What do you want?

- Ну, и чего ты хочешь? - спросил Чонгук, заглядывая в стеклянные глаза парня. - Почему молчишь? - он раскосо улыбается и подносит к губам полупустой бокал с пивом, не прерывая зрительного контакта с, наивно предполагая, своей жертвой. - Тебя. - кратко отвечает ему Тэхён (новый знакомый), за что получает дозу истерического смеха в лицо и пару капель хмельного на джинсы, потому что Гук, мягко говоря, не то что соображать, а на ногах нормально держаться не может. - Тогда, пошли. - Чонгук ставит пустой бокал на стойку и хватает парня за руку, норовя утащить за собой, скорее всего на пол этой грязной, пропахшей алкоголем, наркотиками и сексом, забегаловки. - Нет, мы пойдем ко мне. Тэхён тянет малолетку на себя, приобнимает по-дружески за плечо и помогает ему дотопать до выхода. Там, на парковке, он оставил свой неприметный, черный седан, который довезет их до места назначения. В машине Чонгук засыпает и спит до самого прибытия. - Вставай, приехали. Гук распахивает глаза и его, тут же, тянут за руку, заставляя покинуть уютный салон автомобиля. На улице начал моросить мелкий дождь и поднялся ветер. Парень поежился и огляделся вокруг. Темно. Где-то вдали мелькает призрачными огнями большой город. - Где мы? - интересуется Чонгук, но ответа не ждет, и так понятно, что они на окраине мегаполиса. - Мы в моем тайном месте - у меня дома. - все же отвечает Тэхён, разворачивается к парню спиной и направляется к большим, массивным воротам. Чонгук просто следует за ним. Его даже не волнует вопрос, почему Тэхён оставил свое авто возле ворот. Ему не интересно, в какой отдаленный район они прибыли. Он просто хочет оказаться в доме, немного согреться и напасть на "свою жертву". Тэхён показался Чонгуку слишком слабым и нежным, если не обращать особого внимания на грубый, низкий голос и блядскую привычку того, постоянно облизывать губы. Но он даже не подозревал, что попался сам. Как только они вошли в дом, Гук почувствовал всю силу гостеприимства хозяина. Тэ резко впечатал его в стену, прямо в коридоре, и приложился ладонью к паху. - Начнем сразу, или чаю выпьем? - прошептал он на ухо Чонгуку, обжигая кожу горячим дыханием. Чонгук сейчас бы не отказался горло прополоскать чем-то горячим, но от такого напора, кажется, утратил свой минимальный словарный запас, состоящий, в основном, из пары заумных слов, набора отборных выражений и банальных фраз на каждый день. Он сглатывает вязкую слюну и пытается острить. - Мм... Как ухватился-то. Не бойся, кроме нас здесь, видимо, никого нет. Так что, то, за что ты ухватился будет только в тебе. - Гук улыбается, но недолго. - Открою тебе маленькую тайну... - усмехается Тэхён в темноте. - Сегодня ебать будут тебя. У Чонгука подкашиваются ноги. Он понимает, как влип, только слишком поздно, чтобы отказаться и сбежать. Гук сам себя загнал в ловушку, повелся на очередную симпатичную мордаху. Но в этот раз лажанул. Его снова хватают за руку и тянут. Он бы сбежал, честное слово, но сил нет, даже на сопротивление. Чонгук просто волочится на Тэ, перебирая ногами так быстро, как может, а потом его просто швыряют, спасибо, на кровать. В комнате загорается тусклая лампа. Гук осматривается, подмечая в уме, что помещение довольно просторное, но мало обставленное; либо дом купили недавно, либо у хозяина денег хватило только на дом, ремонт, вот эту огромную кровать, с кованным изголовьем, старинный, на вид антикварный, шкаф, небольшой столик, кресло и комод. - Как-то здесь убого. - усмехается Чонгук, пытаясь не показывать своего внутреннего беспокойства. - Минимализм. - хмыкает Тэхён, скидывает с себя куртку, прямо на пол, и подходит к антикварному шкафу. - Складывается такое впечатление, что ты не умеешь тратить деньги. - подкалывает Гук и попадает в точку. Тэхён отмалчивается на это, открывает дверцы, что-то ищет и, отыскав, разворачивается к парню. Глаза у Чонгука расширяются от удивления. - Веревка? - он сглатывает и переводит взгляд на Тэ. Тот лишь хитро щурит глаз и усмехается. Гук, все же, решает бежать и даже дергается с места, устремляя взгляд на запертую дверь, но Тэхён ловит его, хватая за волосы и откидывает обратно на кровать. Парень шипит сквозь зубы и прикладывает ладонь ко лбу, прикрывая глаза, пока с него нагло и грубо сдирают одежду, разрывая ткань на куски. - Я влип, да? - интересуется он у Тэ. - Ты меня выебешь, а что потом? - его голос начинает дрожать, а губы - кривиться; еще немного и Чонгук заплачет, как школьница, упавшая и поранившая коленку. - Ты прикончишь меня, как тупую шлюху? - парень всхлипывает. - Не знаю. - отвечает Тэхён, совершенно не обращая внимания на истерику малолетки, и начинает вить веревку вокруг его тонких запястий. Гук мысленно молит о том, чтобы все прошло быстро и безболезненно. Лишиться девственности и жизни, в один день - не входило в его планы на будущее. Слезы душат, но он сдерживает их, как может. Перед глазами мелькают картинки не очень счастливого детства и такого же юношества, размытые лица родителей и более четкие тех людей, которые издевались над ним. Такое впечатление, что школьные годы вернулись и стремительно напоминают о событиях, происходящих где-то года полтора назад. Чонгук сбежал и думал, что потеряется и выживет в этом мире, благодаря своей смышлености и дару увиливать от проблем. Но он встретил Тэхёна и попался на крючок. Руки надежно связаны и прикреплены к изголовью кровати. Тэ переворачивает парня на живот (длина веревки это позволяет), проводит с нажимом по напряженной спине, натянутому позвоночнику, а потом сильно сжимает упругие ягодицы, царапая короткими ногтями кожу. Гук дергается, но молчит, стискивая зубы и сильно-сильно жмуря глаза. Это больно, но не настолько, чтобы проявлять слабость. Он терпит. Тэхён, по сути, садист - жестокий, не способный идти на уступки, не верящий чужим слезам. Он хочет властвовать и не терпит отказов. Сказал "нет" - получи в разы больше, от чего отказался. Чонгук не хотел, чтобы его трахали, потому что сам может отыметь кого захочет - так он думал до этого момента. Но, увы, сейчас парень явно не сверху, а тем более, не на Тэхёне. Садист шлепает Гука по ягодице. Звук от шлепка раскатывается эхом по полупустому помещению. Тэхён вгрызается в спину парня зубами, до истошного вопля, слетающего с уст малолетки, до металлического привкуса на своем языке. Он отстраняется, приподнимается на локтях и рассматривает укус. Большой, кровоточащий отпечаток, обрамленный красноватой припухшей кожей, радует глаз. Тэ наклоняется, слизывает капельки крови и обдувает след своих зубов на теле парня. Чонгук немного расслабляется. Он свободно и глубоко вдыхает, шмыгает носом и трется лицом о покрывало, чтобы просушить предательски выступившие слезы. Тэхён садится на ноги парня, проводит кончиками пальцев по бедрам, как-то необыкновенно нежно. Один палец проскальзывает между ягодиц и находит сжатое колечко. - Девственник? - спрашивает он у Гука, будто невзначай, просто так, для справочки. - Да. - еле слышно отвечает тот и снова напрягается всем телом, хотя, когда Тэ провел пальцем по самому интимному, ему было не больно, а даже приятно. Видно, Тэхёна больше ничего не интересует. Он осторожно проталкивает палец в Чонгука и свободной рукой сжимает ягодицу, утробно рыча, как хищник, настигнувший свою жертву. Чонгук тихо скулит и цепляется пальчиками за веревки. Вряд ли, он их развяжет, или разорвет, зато так в половину легче переносить боль. Тэхён вводит в парня еще один палец и начинает двигать ими, прощупывая мягенькие, теплые стеночки. Гуку неприятно, немного больно. Но дальше становится страшно, потому что Тэхён вытаскивает пальцы, расстегивает и приспускает джинсы, а затем парень чувствует, как в него проникает что-то посущественнее и побольше в диаметре. Твердая, набухшая плоть проходит туго, заставляя Чонгука сжаться. Томный шепот на ухо и угрозы, если он не расслабиться, будет хуже - совсем не помогают. Тэхён резко толкается и шипит от узости прохода, ставит руки на поясницу парня и надавливает, чтобы тот прогнулся, а потом снова пробивается внутрь. Чонгук грызет зубами атласное покрывало. Слезы скатываются по щекам и жгут кожу, в носу пощипывает и он снова шмыгает. Тупая боль в анальном проходе не дает сосредоточиться, чтобы вытерпеть и сдержаться. Гук кричит, ноет о том, как ему больно и просит, чтобы Тэ прекратил это. Но тот будто не слышит его и продолжает. Без смазки, толком без растяжки - ужасно больно. Тэхён это понимает, но останавливаться не собирается. Он вбивается в парня грубо, аккуратно выходя и резко вталкиваясь обратно, пока тот не начинает хрипеть, сорвав голос беспомощными криками. Тэ приостанавливается, прикрывает глаза и шумно выдыхает. Он снова толкается в Гука и чувствует, как тот сжимается. Только в этот раз парень не кричит, а томно вздыхает. Головка члена уперлась во что-то мягкое и пульсирующее. От этого Чонгук теряет самообладание и сам прогибается в спине, желая почувствовать новый толчок в себя. Тэхён, естественно, не отказывает ему в милости и грубо входит в него по самое основание. Хриплый, рассекающий плотный воздух, стон, отбивается от всех четырех стен комнаты и проникает в сознание. Тэ начинает двигаться в одном направлении. Его член свободно проскальзывает в Чонгука и задевает чувствительное местечко. Но малолетка не должен кончить раньше времени. Тэхён останавливается и бьет Гука ладонями по спине, оставляя два первых краснеющих отпечатка на лопатках. Чонгук вскрикивает и тут же замолкает. Его пробивает дрожь, а в глазах темнеет. Он опускает веки и упирается лбом в постель. Но не тут-то было. Тэ хватает его за волосы, сжимает их в кулак и заставляет откинуть голову назад. - Рано расслабляться, сука. - шипит он на ухо Гуку и впивается зубами в длинную, тонкую шею. Чонгук скулит, надеясь, что парень пожалеет его и больше не будет увечить, но зря. Тэхёна заводят крики, ему башню сносит, когда его просят остановиться и говорят, что больно, у него член каменеет, от беспомощного и обреченного вида того, кто находится под ним. Он вдалбливается в Гука глубоко, набирая темп, оставляя на его теле все больше и больше отметин; укусы, синяки от пальцев, багровые засосы, царапины. Тэ издевательски слизывает слезы с щек парня и ехидно посмеивается. Непонятно как и почему, но Чонгуку это начинает нравится. Боль становится приятной, а тело пробивает нездоровый озноб. Он вздрагивает, кричит и кончает на прохладное покрывало...