Мстить мстителю.

Дождь не прекращался. А они просто шли пешком и говорили. Бартон расспросил её про инцидент с полицейским, который оказался весьма смешным - Реинхарт встретилась со своими знакомыми в баре, после этого пошла в супермаркет и купила себе томатного сока. Затем, к ней пристал полицейский по каким-то неизвестным причинам. Мария разозлилась и намеренно вылила весь сок на копа. После недолгой пробежки это казалось смешным. Бартон проводил девушку до дома и отправился к себе. Следующим утром Мария проснулась от того, что совершенно не могла дышать носом. Лениво открыв глаза, она услышала странный шум, доносящийся из кухни. Выйдя из спальни, Мария увидела на кухне Бартона, который усердно пытался что то приготовить. - Доброе утро! – лучник, одетый в фартук обернулся. - Да уж… Доброе, - убийца перевела взгляд на маленький кофейный столик. - Апчхи! – на столике стоял букет тёмно-красных роз. - Простудилась? Нехер было под дождем гулять. - Апчхи! Бартон, твою мать! У меня аллергия на розы! – девушка не прекращала чихать. - Серьезно? - Апчхи! Да нет, как же, мне по приколу чихать, - с этими словами девушка направилась к шкафу. - Что ищешь? - Таблетки, - Реинхарт достала из шкафа упаковку мелких таблеток и проглотила сразу две. - Я в душ. Пожалуйста, переставь цветы хотя бы на балкон. - Хорошо. Вернувшись из душа, Мария увидела на кухонном столе тарелку с завтраком. - Клинт! - Что? - Я не спросила самого главного. - Ну? - Что ты, блять, делаешь в моей квартире? - Долгая история. Завтракай, и нам надо срочно ехать в Щ.И.Т. Скоро прибудет Старк и Беннер. Будем разбираться с таблетками. - Окей, - убийца пожала плечами. Завтрак был обычным - пара тостов, яичница и зеленый чай. Увы, все запасы кофе в доме закончились. Средством передвижения была выбрана машина Бартона, ибо вчера мотоцикл заправить забыли. Когда агенты наконец-то приехали на базу, им доложили, что Старк и Беннер уже на месте, и они, быстрой походкой направились в одну из многочисленных комнат. Помещение было большим. За прямоугольным столом располагались гости, а в самом конце комнаты лежали ящики с препаратом, который изъяли с фабрики. - Доброе утро! – с улыбкой сказала Ринхарт, входя в помещение. - Здрасте, - слегка недовольно съязвил Старк. - Я что-то вас не припоминаю. Не подскажете свое имя? - Моё имя вряд ли вам о чем-то скажет, - Мария протянула руку человеку, сидящему рядом со Старком. - Доктор Беннер, наслышана о ваших работах. - Вам уже показывали аппарат для производства этих чудо-таблеток? - Да. Знаете ли, его создатель человек не маленького ума. Мы с доктором Бэннером сошлись во мнении, что лекарства были произведены вследствие кратковременного облучения компонентов. - В основном, эту дрянь производили в форме порошка, но, тем не менее, имеется пару ящиков таблеток. Вопрос заключается в том… - Зачем им нужен порошок, - перебила его Реинхарт. - Таблетки, вероятно, использовали для промышленных целей, но вот порошок, - девушка села напротив ученых. Несколько минут все молчали, обдумывая причины. Убийца, в свою очередь, подошла к ящикам с «Реквиемом» и вскрыла один из макетов с порошком. Попробовав его на вкус, она растянулась в улыбке. - Бартон, иди сюда, - стрелок поднялся со стула и подошел к агенту. - Что? - Возможно это банальная случайность, но этот порошок на вкус точь-в-точь как сахар. - Сахар? - Именно. - Эм… Может они тайно распространяют этот препарат на какой-то кондитерской, - с ухмылкой сказал Старк. - Было бы весело. Скушал пироженку, а у нее побочные эффекты, - сказала девушка. - а что, если они добавляют этот сахар в кофе? - Смысл? – пожал плечами стрелок. - Кто больше всего употребляет кофе? – Правильно, офисные работники. А вот теперь представь, что куча народу, работающего в офисах, лишилась страха. - Это интересно. Это может привести к… - Чему угодно, но вот только ничего хорошего из этого не выйдет, - добавил Беннер, - но вот где они конкретно реализуют это? - Самая большая кофейная сеть… - Старбакс. - Вот чёрт… - выдал Старк. - я даже представить не мог, что все так запутано. - Надо отдать распоряжение о проверке всех точек, - сказал Клинт. - Уйдёт много времени. - До вечера управимся. Если задействуем все ресурсы, - стрелок был мрачен. Этот «рабочий» день прошел в жуткой суматохе. Одной только Марии пришлось объездить пол-Нью-Йорка. Результаты не обрадовали никого. Ни в сахаре, ни в кофе не было обнаружено даже следов препарата. К концу дня все вольно-невольно засомневались в правильности «кофейной» гипотезы. Поздним вечером Реинхарт отправилась домой. Бартон заехал в Щ.И.Т и, на свое удивление, обнаружил в зале Старка, который мирно разглядывал досье девушки. - О, Леголас, - гений растянулся в улыбке. - а я тут просматриваю ваши новые кадры. - Угу, - отмахнулся Бартон. Проходя мимо Старка, он невольно заметил графу «Дата рождения». Вернувшись назад к монитору, он на удивление обнаружил, что у Марии сегодня день рождения. Сказав что-то несуразное себе под нос, он помчался к выходу. Купив букет цветов и бутылку Джек Дэниелса, стрелок направился к Реинхарт. В квартире её не было, Бартон на секунду загрустил, но всё же, поднялся на крышу, где и нашел «именинницу». - Привет, - послышалось сзади. Реинхарт обернулась. Заметив Бартона с цветами, она слегка не поняла, в чем дело. - С днем рождения, - неуверенно сказал он. - Спасибо, - девушка опустила глаза. Вручив ей букет из зеленых орхидей Клинт сел рядом, заметив, что рядом с ней преспокойно стоит неполная бутылка абсента, он понял, что слегка опоздал на «празднование». - Гуляешь? – с ухмылкой спросил стрелок. - Ага. Безудержное веселье, - сказала девушка, сделав еще один глоток зеленой бурды. - Подарок, - Клинт протянул ей бутылку виски. - Как раз кстати. - Неужели обязательно напиваться в свой день рождения. - Не сыпь мне соль на рану. Это традиция, Купидончик. - Традиция? - Ага. Много лет назад в этот день убили мою семью. Думаю, я имею право напиться. - Имеешь. Могу я составить тебе компанию? - В принципе да. Как ты догадался про орхидеи? - Никак. Пальцем в небо. Неужели угадал? - Ага. Не люблю цветы, но эти мне очень даже симпатичны. - Ну, надо же… - Клинт никогда особо не любил орхидеи. Он вообще не любил цветы, но уж орхидеи казались ему самыми странными. Красивые снаружи, но не пахнут. Странно. Следующие полтора часа они провели в тишине. То ли не хотелось говорить, то ли не о чем было. К тому же, звездное небо было очень красивым. Мария глубоко погрузилась в свои мысли. На часах было уже 11:15, и, почему-то, она была уверенна, что скоро пойдет дождь. Сколько она себя помнила – на её день рождения всегда идет дождь. Это действительно произошло. Реинхарт растянулась в улыбке. Точно по расписанию, блин. Допив изумрудную жидкость из бутылки, она повернулась к Бартону, который предпринимал тщетные попытки укрыть её своей курткой. Окончательно спихнув с себя куртку стрелка, она наконец-то успокоилась. Впервые за много лет она почувствовала облегчение. Все вокруг стало значительно проще. На душе остался лишь один камень – неотомщенные родители и сестра. Но она знала, что рано или поздно эта проблема разрешится, и не предпринимала резких действий, слепо подчиняясь своей интуиции. Тем временем, Бартон сидел близко к ней и тоже смотрел на небо. Сидел, можно сказать, даже слишком близко, и, когда девушка повернула к нему голову, он безо всякого стыда всматривался в её глаза. Не выдержав такой пытки, она заслонила лицо руками и тихо сказала: - Так не честно. - Прости. Тебе неприятно? - Что в этом может быть приятного? Словно в голову ко мне пытаешься влезть. - Ну почему «словно»… - Зараза ты, Бартон, редкостная… - Ну, что поделать… Ты тоже хороша…. - Что поделать… - она пожала плечами и сделала глоток из бутылки с вискарем, машинально передав после этого её Бартону. Тот тоже сделал глоток и задал вопрос: - Что с тобой, черт побери, творится, а, Реинхарт? - Сама не знаю. Мне слишком херово, чтобы о чем-то рассуждать. Хорошо и плохо одновременно. Я просто псих… - Думаешь? - Уверенна. - Знаешь, пределы нормальности вообще штука интересная, - она улыбнулась. Дождь шел всего полчаса, но обое успели промокнуть до нитки. Настояв на своем, Бартон все-таки укутал девушку в свою куртку. Взяв отложенный вдаль букет, она протянула его лучнику. - Понюхай, - стрелок ощути лёгкий и в то же время сладковатый запах. Тонкий, его вообще сложно было услышать. Удивительно. - Эти цветы всегда пахнут под дождь, - одарив Марию улыбкой, он всмотрелся ей в глаза и спросил: - Может, пойдем домой? – она лишь рассмеялась. - Зачем? Тебе тут не нравится? - Ты вся мокрая, можешь простудиться, - тихо сказал мужчина. - Ты за меня переживаешь? – её лицо выражало насмешку. - Если я скажу, что волнуюсь, ты пойдешь в дом? - Ну ты и хитрожопый, скажу я тебе… - Какой есть… По правде говоря, я к тебе очень сильно привык, - эти слова дались ему особо тяжело. - Я к тебе тоже. Знаешь, ты, наверное, один из немногих людей, кто до сих пор не хочет меня убить. - Наверное, - он опустил голову. - а теперь в дом, да? - Хрен те… - договорить она не успела, так как Бартон подошел к ней и взял на руки. - Отпусти меня! - Неа. Либо ты сама идешь, либо я тебя несу. - Ладно, ладно, я пойду, только отпусти! – стрелок поставил девушку на землю. - мудак ты, купидончик! – с этими словами она начала спускаться по лестнице. Вернувшись в квартиру, они на удивление обнаружили, что свет отключили. Наверное, из-за сильной грозы. Первым делом Бартон чуть ли не силой заставил Марию принять теплый душ, дабы не простудиться. С недовольным ворчанием девушка все-таки ушла в ванну. Бартон решил поискать чего-то сухого на смену. В шкафу нашлись старые джинсы, по видимости, когда-то оставленные здесь им. Сняв с себя футболку, Бартон не нашел подходящей замены сам, и вынужден был расхаживать по комнате в одних штанах. Когда девушка вышла из душа в одном полотенце она, мягко говоря, была удивлена. - Твою мать! Так вот ты какой развратный, купидонишка! – после этих её слов Бартону чуть ли не крышу со смеху сорвало. - Не найдется футболки для меня? - Думаю, найдется, - Мария направилась в спальню и, вскоре, вынесла ему футболку. Ту самую, фиолетовую, которою он ей одалживал. - Благодарю. - Да не за что. Если что, я в спальне, переодеваюсь, - с этими словами она скрылась за дверью. Спустя пару минут она вышла оттуда в свободной камуфляжной футболке цвета хаки и коротеньких шортах, которые были еле видны из-за футболки. - И кто из нас еще развратный! – Клинт в насмешке закатил глаза. - Ты, ясное дело. Кстати, ты заметил, что уже не так злишься, когда я зову тебя «купидончиком». Привык, – лицо девушки растянулось в ухмылке. - Может и привык, - за окном слышались раскаты грома, света не было, и увидеть что-либо можно было только во время очередной вспышки света в виде молнии, - Бартон заметил, что, не смотря на горячий душ, по телу девушки все равно пробегали судороги. – Замерзла? - Есть немного. - Надень что-нибудь теплее. - Например, мокрые джинсы? - Неужели у тебя в доме нет теплых вещей. - Нет, конечно. Я никогда не покупаю одежду заранее. - Почему? - стрелок, как ему показалось, задал абсолютно бесполезный вопрос. - Мало ли, может, придется резко свалить отсюда, а багаж паковать я не люблю. - Со мной примерно также. - Блин, подожди, схожу вторую футболку надену чтоли. - Ну, в этом нет необходимости, - Клинт расставил руки в стороны, - обнимашки? - Бартон, ты ли это? – она даже сделала шаг назад, - я тебя не узнаю. - А это не обязательно, - Клинт подошел к ней и обнял. - Я сейчас начну кричать, громко материться и пинать тебя ногами. - Это тоже не обязательно, - странно, но тело Марии было очень даже теплым. Такое ощущение, что она не замерзла, а чего-то боялась, - что-то случилось? - Да нет. - Не ври мне. - А я и не вру. - Знаешь что?! – Бартон слегка отодвинул девушку от себя. - Можешь прикидываться бесчувственной и твердой сколько угодно. Я-то не дурак. Ты ведь до сих пор осталась тем напуганным ребенком, да?! – не смотря на то, что они были в полной темноте, он попытался всмотреться в её глаза. Она ничего не сказала. Просто обняла его сильнее и вцепилась в плечо. - прости меня, - на выдохе сказал стрелок. Я не хотел тебя обидеть. - Все в порядке. Ты прав, - голос её звучал тише. Бартон ещё сильнее прижал её к себе. - Не бойся. Я с тобой. Хочешь чаю? - Кофе, если можно. - Хорошо, - Бартон усадил её на диван, и отправился варить кофе при свете мобильника. Вернувшись в зал, он словно почувствовал, что Мария смотрит на него. - ты на меня обиделась? - Нет. Просто я… Ты сказал мне правду и… Одним словом, я не могу это правильно воспринять. - Что воспринять? - Тебя воспринять. Ты помогаешь мне, спасаешь меня, заботишься, в конце концов. Зачем? - Не знаю. Я мог бы сказать, что ты хороший напарник, но, мне кажется, ты этого не одобришь. - Угу. - Если я скажу, что мы чем-то похожи, ты успокоишься? - Чем мы можем быть похожи? - Не знаю, - Бартон сел рядом с девушкой, - ты когда-нибудь стреляла из лука? - Да. Я до тринадцати лет занималась стрельбой. - Вот видишь. Все не так уж запущено, - Клинт растянулся в улыбке. Впервые за все время он заметил искреннюю улыбку Марии. Она улыбалась глазами. Он это чувствовал.