Наконец одни

      Это случилось в один вечер на коктейльной вечеринке у Родиона Мистосова — владельца сети ресторанов. Как давний знакомый , он пригласил Александра на закрытый вечер, куда пускали ограниченный круг лиц, и знакомых этих же лиц. Сама вечеринка частично посвящена годовщине открытия первого кафе, нелёгкому обретению личного успеха. Александр подумал, что давно не показывал свое лицо на публике и всё-таки пришёл, дабы хоть как-то разбавить рабочий день.       Люди были преимущественно умные и интересные в общении, каким являлся и сам Мистосов, поэтому скучать не пришлось. Однако совсем скоро, когда Александр остался без посторонних на несколько минут, он встретил совсем неожиданного гостя.       Роман Малиновский, мило беседующий со старшей дочерью Мистосова, был лишним кажется только для Александра. Он расспрашивал её о чём-то, сам охотно рассказывал. Они стояли слишком далеко, чтобы пытаться разобрать очередной кокетливый смешок в его речи. Роман с удовольствием держал бокал шампанского, периодически поднимая тот в тосте. Девушка рядом с ним охотно поддерживала такую инициативу.       Укор ревности пнул Александра под дых. Появление Романа казалось жестокой шуткой судьбы. Всё то время, что они виделись, его жгло желание подойти к этому человеку ближе, чем просто дежурный знакомый. До боли усугубляло ситуацию понимание, что этого произойти не может. Иногда ему хотелось быть другого пола, но чаще он ругал судьбу за то, что Малиновский уродился мужчиной. С девушками хотя бы понятно как себя вести.       Именно тогда, как по заказу зрителей, Роман посмотрел в его сторону. Их взгляды встретились. Он деликатно попрощался с дочерью Мистосова и пошёл к Александру. Шел медленно.       — Вечер добрый, — поздровался Роман и улыбнулся. — Отличное окончание дня. Я здесь уже полтора часа и мне до сих пор не хочется напиться. Всё-таки у Родиона прекрасные знакомые. С ними даже если захочешь — не напьёшься. Но это неплохо, — он помотал головой. — Необычно, но совсем неплохо.       — Привет, — сказал Александр как можно более обольстительно. — Не думал, что ты знаком с Мистосовым.       — А то! Мы с ним как-то в Швейцарии в горах отдыхали, там и встретились. Ты знал, что старшая дочь Родиона, как её… — задумался Роман.       — Полина, — подсказал Александр.       — Точно, Полина… Так вот, ты знал, что они с отцом часто отдыхают на горнолыжных курортах? У них это общее хобби. А по ней не скажешь, такая хрупкая и совсем не спортивная барышня.       — Нет, не интересовался, — сказал Александр и проследил за взглядом Романа, который оценивал фигуру вдали стоящей Полины Родионовны. Они почти никогда не общались наедине, он чувствовал себя не комфортно.       Они молчали, пока Роман не повернулся к нему с подозрительной улыбкой.       — Что? — проворчал Воропаев. Он всегда бесился на свою беспомощность, когда находился с Малиновским слишком долго.       — Да так… Какие девушки тебе нравятся? Звучит смешно, но я ни разу не видел тебя с кем-либо.       В другой раз Александр не стал бы отвечать на такой глупый вопрос. Но сейчас его спрашивает Малиновский. Малиновский, с которым они впервые за несколько месяцев общаются с глазу на глаз. Он горестно усмехнулся и ответил:       — Русые, с карими глазами, — и посмотрел на Романа с таким видом, будто сказал что-то смешное.       — А характером какие?       — Спокойные, с чувством юмора. А тебе?       Роман ухмыльнулся.       — Разные, но чаще стройные черноглазые шатенки. Самые пылкие в постели и острые на язык. — Он посмотрел в глаза Александру, из-за чего тот поперхнулся на вдохе. — Не так ли?       Александр кивнул. Взгляд Малиновского прибил его к месту. Тогда Воропаев решил попытать удачу.       — Поедем в бар? Здесь скучно.       Роман потёр подбородок.       — Ваше предложение весьма заманчиво, поэтому я, пожалуй, соглашусь. Но с одним условием.       — Это каким же?       — Моя машина в ремонте, так что прокатимся вместе.       Александр согласился, и они, поставив шампанское на ближайший пустой столик, вышли на улицу и сели в автомобиль. Роман сказал, что знает хорошее место. Александр не помнил этого заведения, поэтому Малиновский показывал дорогу. Но случилось непредвиденное.       Они попали в вечернюю пробку. Свернуть было некуда, по крайней мере, ближайший километр. Спереди — всё красное, сзади — черные ряды засвеченных фарами машин. Спустя полчаса некоторые водители начали выходить на улицу.       Малиновский тяжело вздохнул и включил радио. Его лицо было плохо видно ночью. Белый свет автомобильной трассы подчёркивал его темный силуэт.       «Всем привет, с вами снова Маша на Дорожном ФМ. Приятной ночи всем, кто еще с нами. Я не знаю, почему вы не спите, друзья, возможно вы работаете или вас пленила бессонница, но, в любом случае, мы рады видеть вас на нашей волне. Денис отлучился буквально на несколько минут, но как только он вернётся, мы начнём нашу полуночную рубрику с вашими романтичными и не очень любовными историями, которые вы присылали нам на почту. Напоминаю, если вы хотите поделиться с миром вашим необычным приключением, присылайте письмо на адрес doro****dgnoie@mail.ru и мы обязательно прочтем его в эфире. А сейчас, специально для вас, поёт потрясающая Юлия Савичева не менее прекрасную песню „Высоко“, на Дорожном ФМ».       Медленная музыка полилась из динамика. Александр отпустил руль и уставился на говорящего вдалеке по телефону водителя красной иномарки. Малиновский разлёгся на пассажирском сидении. На лобовое стекло упала капля воды. Пошёл дождь.

Не забывай, помни меня. Ты не один, навсегда вдвоем.

      — Наши планы того, — Роман пожал плечами. — А мне так хотелось напоить тебя. Ремонт там что ли?       Ремонта не было, но случилось небольшое ДТП, о чём они могли только догадываться. Александр усмехнулся.       — Всё равно мы застряли. Какая теперь разница?       — Это не так плохо. Мы могли застрять по отдельности, а так хотя бы вместе. А вместе веселей.       Дождь размазал красные огни по стеклам. Роман улыбнулся и повернулся к водительскому сидению.

Я улечу, к тебе… На небо за звездой. Высоко! Тихий полет — это легко!

      Александр поймал себя на мысли, что смотрит на Малиновского не отрывая глаз. На его мятую рубашку, хитрые губы, чёрные блестящие глаза. И Роман это заметил. Повисла пауза.       — Я выйду покурить, — сказал Александр.       — Там дождь.       — Ничего страшного.       За горизонтом послышался раскат грома.       — Ладно, — неловко посмеялся Александр. — Останусь в машине.       Они снова замолчали.       — Саш, — позвал Малиновский. — У тебя пятно на брюках.       — Где? — всполошился Александр. Днём никакого пятна не было.       — Подожди, — Малиновский подвинулся и наклонился.       Александр застыл на месте, наблюдая, как Роман гладит его по штанине. Чужая рука полезла к нему в левый карман.       — Ручка потекла. И блокнот запачкала, — сказал Роман, подняв голову. Но заметив, как Александр нервно закусил губу и отвел взгляд, улыбнулся. — У тебя чернила на щеке.       Это была чистая правда. Воропаев сразу прикоснулся к лицу.       — Давай я помогу, — невинно предложил Роман. Не дождавшись ответа, он взял Александра за подбородок и повернул его голову немного набок. Их взгляды встретились. — Упс, салфетки закончились.       Близость стала невыносимой. Неведомая сила толкнула Александра навстречу этому человеку. Он начал целовать настойчиво, боясь отказа. Но тот сидел спокойно и даже начал отвечать. Александр не помнил, когда в последний раз целовался так смятенно.

Навсегда с тобой, Не забывай, ночи без сна, Где мы с тобой, я не одна. Я улечу…

      Раздался звонкий стук по стеклу. Они быстро отлетели друг от друга. Сообразив, Александр открыл окно со своей стороны. Громкое гудение сразу влетело в салон вместе с прохладным воздухом.       — Чего стоишь?! — крикнул крепкий седой мужик в дождевике. — Машина сломалась?       — А? Нет, не сломалась.       — Тогда заводи! Встал посреди дороги, как царь, а другие проехать не могут.       Александр быстро нажал на газ и поехал вперед. Через минуту молчания он сказал:       — Я не хочу в бар.       — Тогда-а, — довольно растянул Малиновский, — поехали в мотель.       Александр засмеялся.       — Хорошо, только с одним условием.       — Каким?       — Я чертовски устал, так что поедем ко мне.       На том и согласились.