Другой мир. Другая жизнь. Другая я.

                    Глава 4                     Вокруг темнота и арктический холод. Лишь свет луны на самом верху освещает небольшой участок каменной стены колодца. Страх одиночества уже пропал, мыслю заторможено. Ледяная вода доходит до горла. Я пытаюсь двигаться, но тело уже потеряло много сил. Ноги практически закоченели. А руки поочерёдно теряют чувствительность. Кричать перестала, голос пропал. Ноги, в очередной раз соскальзывают с опоры и я, без звука, проваливаюсь с головой в темные воды. Вода подарила невесомость моему телу. Сил, отталкиваться от дна, больше нет, воздух в лёгких стремительно заканчивается. Больно. Но скоро всё закончится. Ещё чуть-чуть потерпеть... Дно не появляется, я долго погружаюсь во тьму. Вода забурлила и из глубины появился водоворот, который подхватывает меня и больно швыряет об стену. Я хочу кричать от боли, но вода поглотила последний вздох...       Просыпаюсь от своего кашля, который так неожиданно застал меня во сне.       Я приняла сидячее положение и медленно дышала, так как в лёгких всё ещё оставалась сильная боль после кашля.       Вот уже третий день подряд мне снится один и тот же сон, но с разным окончанием. Это было воспоминание о том, как Селин чуть не замёрзла до смерти в заброшенном колодце, в лесу за деревней. Она, почти каждый день, по утрам ходила в лес и неспешно прогуливалась там. Далеко не заходила, родители запрещали, и если в лесу были ягоды или травы лечебные, то обязательно часть забирала с собой. Примерно с рассвета и до обеденного времени она пропадала там и, хотя считалось что в радиусе километра нет опасности, у неё, на кожаном поясе в ножнах, всегда были прикреплены кинжал для самозащиты и так же острые ножницы для среза трав. Так вот, Селин, как обычно, ушла утром на рассвете. Взяла небольшую корзинку с собой и была такова.       Вообще не понимаю, почему её одну отпускают – в такие-то тёмные времена, когда ведьм на кострах сжигали и вообще рабы здесь на каждом шагу. Тут ведь в добавок могут сделать рабом если есть долги, или за преступление, или вообще захотел кто нибудь из знати и ты уже раб. Ещё не стоит забывать о том, что всем было известно о монстрах в этих краях, которые всего за одну ночь опустошали целые деревни. Многие люди пропадали, оставляя за собой пустые дома и растерзанные трупы. Некоторые деревни были сожжены дотла.       Значит, шляется она по лесу, туда-сюда и сюда-туда. Вроде бы не собиралась соваться за условно обозначенную линию безопасности. А вот сегодня не нашла свои травки-муравки и попёрлась она собирать их ещё дальше. И думала она что страшного в этом ничего нет, всё равно здесь ничего не происходило. Это конечно так, ведь вампиры, как только солнце уходит в закат, в течении ночи всю близлежащую территорию прочёсывают. Направилась она вглубь леса и наткнулась на старые развалины какого-то здания. Походила вокруг из любопытства, да и вышла к колодцу. Облокотилась руками о край каменного возвышения и посмотрела во внутрь. Вот тут-то и случилась беда, кладка не выдержала напора и, вместе с падающей Селин, камни частично обвалились вниз. В колодце, диаметр которого был полтора метра, а глубина около пяти метров, оказалась вода, по началу не казавшаяся сильно холодной. Селин свалившись в низ, чуть сразу не утонула (уровень воды немного превышал её рост), но вовремя догадалась начать отталкиваться от дна и со второй попытки удачно зацепиться за выступающий камень в стене. Ногами она нашла опору, по ощущениям похожую на большой камень и так держалась. Звала на помощь долго, пока не охрипла, но никто не пришёл.       После её ухода из дома, родители с младшей сестрой отбыли в соседнюю деревню проведать их младшего родственника, родного брата со стороны главы семейства. Прибыли обратно почти к самому вечеру, пока поняли что Селин нет дома, солнце уже село. Бросились на поиски, но никто не видел её. Отец порывался идти в лес один, но соседи убедили его подождать до утра и вместе идти на поиски. Ведь если сейчас он пойдёт искать свою дочь и что то случится с ним в лесу или он погибнет, то кто потом будет обеспечивать его семью? Он скрепя сердце согласился и с трудом дождавшись утра, вся семья не спала в эту ночь, отправился с другими добровольцами на поиски Селин. Нашли её только спустя пять часов, и то случайно. Один мужик, из добровольцев, нашёл корзину поставленную возле обваленного колодца и предположил что дочка архитектора могла туда провалиться. Вот так и заметили её. Она там проторчала весь день и всю ночь, а так же всё утро следующего дня. Когда её достали из колодца, она была похожа на труп. Селин практически сразу, как только оказалась на поверхности, потеряла сознание. Как она продержалась всё это время и не утонула, вообще не понятно. Плавать то она не умеет, а выносливость не бесконечная.       Когда я утром очнулась, в этом - еле живом теле, со мной чуть не случилась истерика. Но я вовремя вспомнила, что она ещё никогда до добра не доводила и сделала себе самовнушение. Конечно я чувствовала себя виноватой в смерти настоящей Селин, ведь будучи духом, я, не различая добра и зла – убила человека, но вечно винить себя не собиралась. Самоистязание не выход. Особенно в этом мире.       Мне нужно было взять себя в руки и составить план моих будущих возможных действий.       Весь мой первый день я провела в постели и размышляла о своём бытие. Во первых, меня волновало восстание ликанов. Когда оно случится? Может именно в этот момент Виктор идёт убивать всех свидетелей знающих о местоположении Вильгельма? Ликаны уже сбежали и обращают людей в себе подобных? Мне готовиться к встречи со старейшиной? Голова, не переставая, раскалывалась от волнений.       Ещё буквально весь этот день мне капали на нервы мои новые родственники. Отец ходил и молчал, но так смотрел, будто хотел дыру прожечь или устыдить хотел за свои переживания. А мать, как только заговаривала о том что я могла погибнуть, начинала рыдать на весь дом. Лишь сестра, Юнис, как зайдёт в мою комнату, предлагала свою помощь. Вся семья так и не поняла что их Селин больше нет. Я по большей части молчала и старалась слушать. Воспоминания прежней хозяйки тела, всплывали только когда я спала и заканчивались сном о падении в колодец.       За три дня в моей голове появились воспоминания о десяти годах жизни Селин. Это немного облегчило моё пребывание в этом доме.       На удивление моё выздоровление двигалось быстро, ещё вчера дикий кашель приносил муки не переставая, а уже в следующие дни он появлялся один или два раза в день. Боль в костях прошла и я могла вставать с постели и выходить во двор. Вообще местная знахарка говорила, мол, странно это, не бывает так просто, болезнь может вернуться, вдвойне усиленная, и тогда заказывайте погребальный костёр или могилу сразу копайте, по желанию. Я махнула рукой на это. Мне становилось всё лучше и лучше, и ничто не изменит этого. Уверенность в своих силах, вот что я чувствовала.       Чем больше появлялось новых воспоминаний, тем сильнее я привязывалась к этим людям. Отец казался моим отцом, мама становилась родной и сестра, которой у меня никогда не было, вызывала теплоту в сердце. Прошло всего три дня, а я уже привязалась к ним. В моей прошлой жизни я была сиротой, родители рано умерли. А здесь я была не одинока. Обо мне беспокоились, переживали, любили. Думаю сейчас, это было единственное что порадовало меня.       Но тревога не давала до конца расслабиться. Если в скором времени появится новость о беглых рабах, то стоит ждать в гости Виктора. Он прикажет Крэйвену убить всю мою новую семью, и, возможно, превратит меня в вампира. Мне стоило обдумать спасение для семьи архитектора.       О себе я сильно не переживала. Даже если погибну, после смерти всё равно есть путь по которому можно двигаться дальше. Так что я собиралась жить здесь и сейчас, с не большой оглядкой на новых родственников.       Прошло ещё три дня и я, после долгих терзаний, решила поговорить со своей семьёй. Я стала даже про себя говорить, «мама» и «папа», и «моя сестра». Воспоминания Селин проявились уже в полной мере и поэтому я могла с уверенностью говорить с таким обращением. Все, что она пережила - стало моим, её чувства к семье прижились во мне безвозвратно. Я была Селин, благодаря её воспоминаниям, и одновременно собой. Странное такое состояние симбиоза. Словно прожила две жизни по очереди и теперь после моего вселения в это тело, проживаю следующую, свою третью жизнь.       Мы собрались все вместе за обедом. Дождавшись, когда все закончат приём пищи, я решительно посмотрела на каждого. Юлий, светловолосый мужчина пятидесяти лет. Петра, с тёмно-русыми волосами, уложенными в косу и каре-зелёными глазами, она младше своего мужа на пять лет. И Юнис, которой скоро исполнится пятнадцать лет, более нежная копия отца, такие же светло-русые волосы и голубые глаза.       Я вздохнула.       - Я думаю, вы помните, что случилось неделю назад?       - Мы все хотели бы забыть, но это, как бы невозможно, – нахмурившись ответила за всех мама. Юнис согласно кивнула, а отец скрестил руки на груди и вопросительно посмотрел на меня.       Что мне на это сказать, что это не моя вина, а вина вашей дочери? Я снова вздохнула и собралась с новыми силами.       - Мама, я уже столько раз извинилась за этот случай, я понимаю что вы злитесь на меня, но поверьте, я больше не собираюсь пропадать и падать в колодцы. Обещаю, - я как можно серьёзнее посмотрела на родителей. – Сейчас, не это главное. Совсем скоро произойдёт нечто, что вам, и мне в том числе, не понравится. Нет. Точнее, скоро смерть придёт в наш дом. И вы все будете мертвы.       Юнис вытаращила глаза и смотрела на меня как на сошедшую с ума. Родители не находили слов. Мама, то откроет рот - явно хотя что то сказать, но тут же, передумав, закроет его.       - Может у Селин горячка снова вернулась?! А ведь знахарка говорила, что болезнь не ушла просто так. – не выдержав долгого молчания, высказалась Юнис.       - Я не больна. У меня нет горячки. – бросив укоризненный взгляд на сестру, я продолжила говорить. – Когда я была на грани жизни и смерти, мне открылось кое что о будущем. Это будущее нашей семьи. Я прошу серьёзно прислушаться ко мне, ведь если бы я не упала в колодец, я бы никогда не узнала что такое может с нами случиться. Отец, это будет связано с Виктором. Он придёт чтобы сохранить свою тайну. Ты создал темницу, а Виктор захочет сохранить это место и ключ к нему в тайне.       - Селин, солнышко моё, ну что ты такое говоришь...       - Подожди, Петра, пусть она закончит, – перебил Юлий свою жену и внимательно всмотрелся в моё лицо. – Расскажи об этом, своём видении.       - Всё случилось ночью. Виктор появился со своими воинами и лично наблюдал как его люди убивают всех, одного за другим. Они делали это как мерзкие чудовища, впивались в шеи зубами и пили кровь, а после, на месте укусов - оставляли рваные раны. Смотреть, как вас убивают... Это было ужасно.       За столом стояла тишина. Отец напряжённо о чём-то задумался. Мама и Юнис машинально взяли друг друга за руки. Они испугались моих слов.       - Это ещё не всё, - продолжила я, - когда начнутся побеги рабов и не довольных своими хозяевами – крестьян, у вас появится возможность сбежать вместе с ними. Вы должны это сделать, если не хотите погибнуть от рук своего хозяина. Виктор – монстр, эти жуткие слухи про него, оказались правдой.       - Неужели, это правда? – мама взволнованно посмотрела на отца, - Юлий, ты веришь в это? Я, конечно, люблю нашу дочь, но не думаю, что это было видение свыше. Селин, дорогая, тебе приснился плохой сон, это даже неудивительно, учитывая через что ты прошла... Ты просто переволновалась.       - Нет, Петра, - покачал головой отец, не соглашаясь со словами жены, - Селин не могла знать о таких деталях. Даже учитывая что и Селин, и Юнис были со мной на острове, но тогда они были маленькими и всего один раз. И я никогда не говорил для чего строится этот замок, или что-то о ключе. Я тогда даже запретил говорить, что вы двое были со мной. Помните? - сестра, я и мама дружно кивнули, - Все рабы, что помогали строить замок, мертвы. Один я остался в живых. Я полезный подданный своего господина. Поэтому Виктор сохранил мою жизнь.       Сестра и мама в шоке смотрели на отца.       - Теперь, вы верите мне? – обратилась я к ним.       - Я верю. Расскажи нам, что ещё ты видела. А так же поподробнее про беглых рабов, - попросил отец.       - Я тоже тебе верю, и я не хочу умирать – ведь я только начала жить. – вставила свои слова поникшая Юнис.       Мама смотрела, то на меня, то на отца. Переводила взгляд туда-сюда. Ясно, она находится на перепутье предрассудков. Потом наконец остановила свой взор каре-зелёных глаз на мне.       - Селин, ты действительно видела что мы погибнем? Ты уверена в своём видении?       - Да, мама. Это будет.       Она глубоко вздохнула и повернулась к мужу. Её руки дрожали. А глаза выражали страх.       - Юлий, нам нужно бежать.       Тот согласно кивнул. Все повернули головы ко мне, в их глазах горела решительность.       - Хорошо. Я всё расскажу. Но сначала пообещайте мне, что вы примете дар, что будут предлагать всем беглецам. Нет, не так. Лучше поклянитесь.       - Это поможет сохранить наши жизни? – удивился отец.       - Да. Только этот путь поможет спастись от Виктора.       - Тогда я согласен. Клянусь, я приму этот дар.       - Клянусь, что я приму его, – это сказала мама смотря на отца.       - И я клянусь. Клянусь принять этот дар, - голос Юнис выдавал её волнение.       Наконец я почувствовала что могу расслабиться. Теперь осталось рассказать всё остальное. Уже предвижу как они будут в шоке, когда узнают какой дар надо получить. Я нервно улыбнулась. Ладно, всё равно они поклялись, а в этом времени клятвами не пренебрегали.       - Слушайте. Нужно следить за появлением незнакомцев, предлагающих сбежать от своего хозяина...       Мы просидели на кухне почти до самого ужина. Решили все вопросы и составили план. Сколько было возмущений матери, когда я рассказала какой именно дар им нужно принять. Сестра, после этого, долго икала от испуга. А отец так вообще смотрел на меня как восьмое чудо света. Но в итоге все согласились, потому что клятвы назад не возьмёшь. И жить хочется. А потом, когда я сказала что не могу с ними уйти, то случился скандал. Только на тихой ноте, чтобы не привлекать внимание соседей. Мне с трудом удалось их убедить, что Виктор меня не тронет, потому что я похожа на его драгоценную дочь. Я так и сказала, что это цена спасения. Это вынужденная мера. Они будут жить. И я в какой-то мере смогу. Другого выхода не было.       Потекли дни за днями. Мы готовились. Отец и мать готовили вещи для пешего передвижения. Это вяленое мясо и засушенные фрукты и сухари. Всё должно было уместиться в заплечные сумки. Уходя с утра пораньше в лес, я занималась разным усилением тела. Бег требовал выносливости. А чтобы бегать с камнями в сумке за спиной, нужна была не только выносливость, но и сила. В общем, я в темпе готовилась к возможному будущему.       Прошло уже два месяца. Я стала сильнее. Когда я ходила без утяжеления, мне казалось что могу взлететь. Сила бурлила в теле. И искала выход. Я не могла нормально посидеть на месте. Хотелось всё время куда-то бежать и что-то делать. А что делать? Всё уже было готово. Поэтому мне только и оставалось тренироваться в лесу.       Выявилось, нечто, крайне любопытное во мне. Я очень быстро могла привыкать к разным нагрузкам. Мне постоянно приходилось увеличивать вес камней, а когда в сумке стало не хватать места, я перешла на подковы, они были на порядок тяжелее. Я словно, белка, могла также быстро забраться почти на самый верх дерева без сучков, после нескольких дней тренировок. А бегала-то как быстро без груза за спиной. Я каждый раз удивлялась прорыву в моих силах и радовалась своей необычности. Я думаю, что это такой эффект из-за души. Может после всех путешествий по вселенным я приобрела больше сил, чем было в начале? Силы души влияют на тело? Думаю, да.       Я, как прилично одетая сельская девушка - в платье, возвращалась после очередного забега по лесу домой и в руках несла корзинку с травами. Травы я собирала в первую очередь, а потом уходила за развалины подальше от лишних глаз для занятий спорта. Все свои не пригодные для девушек вещи я хранила в развалинах. Зайдя домой, наткнулась на взволнованную маму. Она нервно мерила шагами кухню.       - Мама, что случилось?       Вздрогнув, она остановилась на месте и повернулась ко мне. Потом кинулась ко мне и схватила за плечи. Страх плескался в её глазах.       - Началось, – прошептала она, словно боясь что её кто-то услышит, - твой отец только что приехал с новостями. Плохими. И хорошими.       Так и оказалось. Начали пропадать рабы и крестьяне. Вместе с этим чума проникла в наши края. Уже были умершие. Город в долине первый, несмотря на свою изоляцию, подвергся этой болезни. После двух месяцев изоляции, они снова открыли ворота и вывезли из города десяток трупов, и сожгли их на пустыре. Всё это рассказал отец, после поездки к своему младшему брату. Он решил и его семью забрать с собой. Что ж, я не против, главное чтобы всё получилось.       А дальше всё происходило по плану. Утром послышались крики и отец пошёл проверить. Это был Рейз, в будущем правая рука Люциана. Он, в окружении десятка других оборотней, призывал к восстанию против знати. Некоторые соглашались, а некоторые послушав, немного, молча уходили. Отец сделал вид, что ему не интересно. Но он запомнил место встречи. Домой вернулся весь на нервах. Вещи ещё вчера спрятали в телеге. Когда они были готовы ехать, я вышла вместе с ними во двор. Я стала пучками развешивать травы, чтобы они сушились на солнце. Родители и сестра были расслаблены и спокойны. Ничего не происходит. Всё как обычно. Брат едет к брату. Мы и отправились.       А потом на следующее утро вернулась только я. Волосы растрёпанные, на порванной одежде кровь и глаза пустые. Изобразить потерю родных было не трудно. Я вспомнила как жила после смерти родителей в приюте, и когда поняла что никто не придёт за мной.       Люди увидевшие меня, бредущую к своему дому, прониклись. Они поверили и испугались близости этого происшествия. Несколько женщин проводили меня домой и расспросили о том, что произошло с нами. Я рассказала выдуманную историю. В лесу, на обратной дороге домой, на нас напали огромные монстры, лошадь убили с одного удара когтистой лапой. Затем они напали на нас. Отца, маму и сестру утащили в глубь леса. Спаслась только я, потому что их было только трое. Я успела залезть на дерево и когда они вернулись, попытались меня достать. У них не получилось и они вернулись обратно. Я просидела на дереве до утра. Естественно люди отправились посмотреть на оставленную разломанную телегу и следы волочения с кровью на земле и когтей на дереве, на убитую лошадь.       Там они это всё и найдут. Мы хорошо подготовились.       Меня оставили на время в покое. Но, скорее всего, это на время. Я слышала, как женщины шептались о моей возможной свадьбе с одним из их сыновей - думали что я не услышу. Обломятся.       Этой же ночью пришли вампиры.       Я лежала на постели и думала о родителях и сестре - они, наверное, уже в безопасности. Внизу раздался удар и что-то упало. Дверь. Потом топот по всему дому и наконец дошли до моей комнаты на втором этаже. Дверь отлетела от удара и чудом не задела мою кровать. Спать я ложилась не раздеваясь, только длинные волосы расчесала и оставила распущенными. Я вскочила и вытащив кинжал из ножен на столе, направила его на входящих людей в доспехах. Последним зашёл Виктор. В комнате стало тесно.       - Кто вы? – я испуганно попятилась к стене и мой пульс участился.       Один воин снял шлем и я узнала его. Крэйвен.       - Где твоя семья? – он угрожающе сделал шаг в мою сторону. Его глаза светились неоновым голубым светом, как и у остальных вампиров, - где остальные?       У меня потекли слёзы.       - Их больше нет... Они... – мне было трудно говорить и я замолчала. Всё таки даже если это притворство, но слёзы и боль в груди настоящие.       - Как это, «их больше нет»?! – Крэйвен сделал ещё шаг, натыкаясь доспехами на мой кинжал.       - Они умерли. Вчера на нас напали монстры. Они умерли, а я нет... Почему?! – я смотрела как бы на каждого и одновременно в никуда. Перед глазами всё расплывалось от слёз.       - Говори правду, - Крэйвен ударил по руке с кинжалом и он отлетел куда-то в сторону. Я беспомощно прижалась спиной к стене и схватилась за, простелившую болью, руку. Больно, скотина. Он схватил меня за шею и принялся душить.       - Крэйвен, - произнёс Виктор, но таким тоном будто заморозить хотел.       Он перестал меня душить и склонив голову в почтении, отошёл в сторону.       Виктор приблизился и внимательно посмотрел на меня. На его лице появился намёк на улыбку.       - Дитя, расскажи мне что случилось?       Я судорожно вздохнула и посмотрела на вампира.       - Вчера мы ездили к моему дяде, брату моего отца. Когда возвращались обратно через лес, раздался вой и эти чудовища выскочили из-за деревьев. Они утащили их и вернулись за мной, но я к тому времени уже залезла на дерево. Я слышала как кричала моя сестра. Это было невыносимо. Я не хотела это слышать. И я не хочу больше вспоминать это... - Я закрыла глаза и замолчала. Слёзы текут не переставая.       Кто-то погладил меня по голове. Я открыла глаза и увидела руку протянутую Виктором. Он сочувственно смотрел на меня. А ведь, точно. Соня уже мертва, он скорбит, а здесь появляется девушка, очень похожая на любимую дочь. Он видит её во мне.       В его глазах засветилась большая надежда.       - Как твоё имя, дитя моё?