Зрачки расширяются, когда ты смотришь на того, кого любишь.

      Давайте немного поговорим о нашем первом герое, и это — Пак Чимин.       Он обычный ученик высшей школы в Сеуле. «Послушный и талантливый мальчик» — так называют его учителя. Родители гордятся им и верят, что он поступит в Университет Корё. Но лично этого парень не хотел, он занимался танцами с детства. Сначала родители помогали ему финансово, а когда тринадцатилетний мальчик сказал, что хочет заниматься танцами серьёзно, то родители пригрозили, что если он не поступит в университет, то может не рассчитывать на их поддержку и доброту.       Вот с ранних лет Пак начал работать для тайных обучений танцами. Сначала он развозил газеты ранним утром, потом нанялся уборщиком в какой-то забегаловке и так далее по низкооплачиваемым работам. Ну, что он мог сделать, его родители не поддерживали его глупое увлечение, а родственники, которых было на удивление много, боялись встать на сторону мальчика.       Бывало он хитрил, когда его родители давали ему деньги на пропитание, и всё отдавал своему тренеру. Вскоре тренер стал более милосерден к мальчику. Конечно, он не показывал это при других учениках, боясь вызвать скандал из-за неравноправия.       Шли годы, и из непослушного мальчика вырос красивый, милый и ответственный парень. Он помогал родителям и учился на отлично. Не для себя, а для них. Он уже смирился, что родители никогда не примут его увлечение, как серьёзный заработок.       Сколько он не разговаривал и не умолял, в слезах и стоя на коленях, но каждый раз они отворачивались от него. Да, он всё ещё ходил на танцы и подрабатывал в разных кафешках, не надеясь услышать от родни слов поддержки.       Как-то раз решив показать своим родителям, что это не какая-то детская забава, а действительно важное для него занятие, он позвал их на своё сольное выступление.       Весь зал аплодировал стоя, кроме двух самых важных гостей, что ушли посреди выступления.       Вот так обстояли дела с отношением родителей к его страстному хобби.       О личной жизни он даже думать не мог, ведь вся жизнь состояла из репетиторов и подработки двадцать четыре часа сутки и семь дней в неделю. А сам он и думать боялся об этом маленьком существе по имени «девушка». А если она ещё будет требовать от него любви в таком же «графике»… От одного представления бросало в дрожь.       Он был популярен среди девушек, и многие пытались с ним подружиться или хотя бы заговорить, но он ясно давал понять, что не нуждается в общении с противоположным полом. Его основное общение только и состояло из упрёков родителей, разговоров репетиторов о его успеваемости и длинных переписок с любимым тренером по хореографии.       Они правда сблизились с тренером за последние четыре года. Он стал ему старшим братом, понимающим, как никто другой. И всё это благодаря танцам.       Ещё один немаловажный герой — Мин Юнги. Тоже ученик высшей школы в Сеуле. Бледный, худощавый капитан школьной команды по баскетболу.       Учился он неплохо, только из-за частых пропусков занятий начал скатываться по оценками, но для него это было не самым важным.       Он любил писать тексты к песням и саму музыку, и даже имел способности к репу. Хитрюга решил на этом подзаработать.       Был один случай около года назад, когда Юнги хотел продать свои диски одному магазинчику, но этот настырный продавец даже не хотел прослушать аудиозаписи. Парень уже кричал на весь магазин и в тоже время умолял послушать, что он спродюссировал. На умоляющий крик обернулись все покупатели магазина. К ним подошёл высокий темноволосый мужчина и попросил прослушать диск. Закончив, мужчина дал Юнги визитку. — У тебя неплохие способности. Можем подписать контракт, и начнём поднимать на этом немалые деньги. Имя? — Мин Юнги. Спасибо огромное, эм… Сэр? — Ли Чон Хёк. Позвоните по этому номеру, если надумаете с нами работать.       Ли Чон Хёк. Добрый человек, увидевший в нем талант.       Так Юнги познакомился с своим будущим начальником.       Рассказав родне, что произошло, он не смог произвести на них особое впечатление. Перспектива композитора не вызывала восторга. Они были полны уверенности, что сын потерпит неудачу, и далеко не одну… Юнги, поняв, что музыка это для него — всё и что безразличие папы и мамы не разубедит его, сутками сидел над текстами песен и придумывал подходящую мелодию.       На его семнадцатилетие родители подарили звукозаписывающий микрофон. После их слов о том, что его ждёт провал и надежды пробиться вперед никакой, этот подарок стал для него сюрпризом. Стало понятно, что родители хоть и не уверены в нём, но всё-таки поддерживают.       Но надо было больше, чем старый компьютер, звукозаписывающий микрофон и разваливающееся пианино. Юнги стал просить за песни и музыку намного больше денег, но это не увенчалось успехом.       Начав подрабатывать курьером пиццы, а потом диджеем в каких-то клубах, парень обзавёлся какими не какими, но деньгами. Всё равно платили ничтожно мало, и всё время уходило на поиск хорошей подработки.       На личном фронте похвастаться тоже было нечем. Юнги казалось, что все девушки, которые его окружали были похожи на кукол: красивое лицо, тело, но они были пустышками внутри. Так что, даже времени не было думать о всём этом.       Он дружил с Намджуном из параллельного класса. Этот парень тоже увлекался музыкой, и они нашли о чём поболтать.       Два главных героя данной истории. Давайте подумаем, что их связавает. Им обоим нужны деньги, и у обоих есть любимое дело, которому они верны. Давайте вернёмся немного назад, к началу…

* За неделю до встречи *

*Со стороны Чимина*

      Парень как всегда бежал на занятия после подработки в кафе. На улице стояла поздняя весна, многие гуляли, но экзамены, к сожалению, никто отменять не хотел.       Как обычно Чимин активно участвовал в теме урока. Не потому что тема была особо интересной или новой, а просто потому что хотел поскорее уйти. Да, он понимал, что так он время не сократить, но сидеть на уроке и слушать то, что он давно знает, скучно и бесполезно.       Мысли были больше заняты предстоящим разговором с тренером. Он не знал о чём будет эта беседа, но ходят слухи о скором чемпионате танцоров Южной Кореи, и Чимин наделся, что он затронет именно эту тему.       По окончании занятий парень сразу побежал на встречу с тренером в кафе за углом.       Прийдя на место, Чимин огляделся: здесь было всё так знакомо. Тот красный столик, на который он в первый день работы случайно вылил стакан колы, эта дверь, которая открывается с двух сторон и которую он чуть не сломал.       Увидев знакомый затылок, парень задумал напугать танцора, но тот заметил его. — Садись, Чимин, — он показал ладонью на сиденье против него. Парень послушался и быстро сел на указанное место. — Говорить буду ясно, чётко и по делу, — на это Чимин только одобрительно кивнул. Он чувствовал, что такой серьёзный тон был не к добру. И оказался прав. — Я хотел с тобой серьёзно поговорить о нашем общем деле, — начал он, но его прервала официантка, ставя две колы и одну большую тарелку с картошкой фри, но у Чимина даже аппетит пропал. Мужчина продолжил: — Так вот, я очень долго думал над этим и как поступить с тобой. Ты, наверное, уже знаешь, что я ищу танцоров для тура и, конечно, я хотел бы видеть тебя среди участников, но ты ещё несовершеннолетний, и если твои родители придут и подпишут нужные бумаги, то ты можешь гастролировать…       Чимин хотел снова повторить, что его родители Н И К О Г Д А не поддержат его в этом решении, но это не понадобилось объяснять, потому что далее мужчина сказал: — И я, конечно, понимаю, что твои родители не подержут эту инициативу, и я вообще тебя позвал сюда не для того, чтобы поговорить о туре, а о дальнейшей твоей карьере как танцора. Меня не будет больше полугода, и вместо меня придёт другой учитель. Он не станет делать поблажки. Чимин, ты можешь платить за обучение?       Чимин понимал, что нет. Он еле-еле мог наскребсти оплату одного занятия, и то, при скидке.       Мужчина понял, что на его вопрос услышит отрицательный ответ, и закончил: — Подумай, Чимин, — он подозвал официантку, чтобы оплатить заказ, и ушёл.       Чимин ещё долго сидел, думая, где можно подзаработать, но ничего не приходило на ум. И оставался один вариант: позвонить Сокджину.

*4 дня до встречи*

*Со стороны Юнги*

      Был обычный жаркий выходной. Юнги сидел дома и как обычно работал над своим творчеством.       У него было ещё время до встречи с Намджуном: они решили сходить в парк. Может быть там к ним придёт вдохновение.       Прошло два часа. Юнги уже ждёт Намджуна в парке, как вдруг к нему подошёл высокий широкоплечий парень. Юнги он кажется очень даже знакомым. Присмотревшись, он понимает, что это богатенький ученик из паралелльного класса — Ким Сок Джин.       Поняв, что Джин решил подойти не просто поздороваться, а с делом, Юнги решил быстро уйти с этого места, но не сумел, так как его уже держал за плечо Джин. — Привет, Юнги. Давно не виделись, как поживаешь? — усаживая Мина обратно на скамейку, произнёс парень. — Что тебе надо? Вообще-то то меня ждёт Намджун, — злобно прорычал Юнги. — Не беспокойся о Намджуне. Это я попросил его о встрече. Я слышал тебе нужны деньги на новое оборудование, не так ли?— с ухмылкой произнёс старший. — Ну и что с того?— не успокаивался Юнги. — Я тебе работу хочу предложить, а ты здесь рычишь, как дикий зверь…       Парень хотел уже встать и уйти, но его снова задержал широкоплечий задира и продолжил. — У моего друга скоро день рождения, и я уже забронировал клуб, но только там нет диджея. Я знаю, ты раньше работал в клубах, а нам нужны только свои люди. Я плачу, сколько захочешь, ну, конечно, в мере приличного.       Юнги молчал, обдумывая это выгодное предложение. Джин добавил: — Я уже всех нашёл: и танцоров, и барменов. Нам нужен только ты!— уже умолял он. Юнги усмехнулся и сказал: — Хорошо, точную сумму я скажу чуть позже. — Отлично. Я скину тебе адрес клуба и время. Подготовь хорошую музыку, — с улыбкой сказал Джин и ушёл.       Юнги, конечно, побаивался всех предложений Джина, но на этот раз предложение было слишком выгодное. Ему было все равно, что он будет диджеем в гей-клубе, и где сам гей-Джин будет играть со своими дружками в азартные игры. «Самое главное — ты сможет купить себе хорошое оборудование для студии.» — успокаивал себе Юнги. — Самое главное — я же не Г Е Й!— повторял себе Юнги.