Холодное сердце, замерзшая душа...

За неделю до случившегося...

POV Дин       Солнечные лучи пробивались сквозь закрытую штору, то и дело мешая доспать лишние десять минут до звона будильника. Лениво открыв глаза и потянувшись, я всё же решил принять вызов самой природы и встать пораньше. Оказалось, что не зря... Учуяв запах гари, я ломанулся на кухню, где вовсю орудовала моя подруга по совместному несчастью — Джессика. Она пыталась приготовить что-то вкусное, но получилось что то, что было вытащено из духовки, съедобным даже и не выглядело. Я всё ещё был не замечен, что играло мне на руку.       — Кхм, — прокашлялся я, чем нехило напугал девушку, аж до визга. — Ты всё ещё пугаешься? Можно было бы уже и привыкнуть за столько-то лет, — с улыбкой Чеширского кота, пригвоздив Джесс к стене и закрыв ей рукой рот, тихо на ухо прошептал я.       Сейчас я выглядел как маньяк, и в её глазах был виден страх до момента, когда я поцеловал её сначала в шею, а потом в губы, но уже со всей своей злобой и жадностью. Я усадил девушку на домашний бар и так же продолжил целовать, сжимая её грудь. Стон белокурой красавицы заполонил всю кухню.       — Тише, — прорычал я ей в губы, — перебудишь всех в доме!       — Ну, и что с этого? — в её взгляде играла похоть, но где-то в глубине души она меня даже любит. Это хорошо видно в её голубых, как небо, глазах.       Не знаю, что меня больше сейчас вывело из себя: неудавшийся завтрак, её холодные, как лёд, руки на моей спине, а я был только в трениках, или же её любовь...       Но всё же очень сильно разозлившись без причины, я достал отвердевший от возбуждения член, отодвинул её бельё и резко вошёл. С закрытым моей ладонью ртом, чтобы Паркер не кричала от боли и удовольствия на весь дом, я двигался в ней очень быстро, даже не думая сбавлять темп. Сегодня я так хочу, и она знает, что идти против меня не стоит, потому что только ей известно, сколько таких, как она, сейчас лежит ниже двух метров под землёй...       Получив то, что хотел, я покинул кухню, оставив Джессику в полном одиночестве сидеть на барной стойке. Выходя, я на секунду остановился возле почти закрытых дверей. Мысли были далеко за пределами сознания, но всё же капля человечности во мне осталась, но как бы мне сейчас ни хотелось вернуться к ней и утешить, я продолжил путь к своей комнате, снеся всё, что стояло на одном из комодов.       — Эй, Дин, — меня отвлёк Дэймон, выходя из комнаты Абигайль. — Что стряслось? Почему пахнет гарью? И почему Джесс кричала?       — Да завтрак наш сгорел, а Джессика кричала потому, что я её слегка напугал, — я улыбнулся во все тридцать два. — Дэй, всё просто очешуенно! Не переживай так…       — М-м-м… — проговорил Сальваторе. — Надеюсь, она в порядке, а то от тебя много чего можно ожидать, — уже лыбился и он.       — Я что, монстр, по-твоему? — хотя, так и есть, но всё же спросить будет не лишним.       — Да нет, всё нормально. Ну, кроме того, что ты снёс всё, что стояло на комоде, — проговорил он. — И был бы ты монстром, сидел бы уже давно за решеткой, а так у тебя просто не задалось утро, — вынес вердикт парень.       «Хоть и на этом тебе спасибо…» — пронеслось у меня в голове.       Не желая больше разговаривать и тем более уточнять что-либо в отношениях Дэя и Аби, я, ничего больше не сказав, ушёл в свою комнату, полностью погружаясь в мысли. POV Джессика       Тихий уютный вечер. Разожжённый папой камин тихо потрескивал и обдавал теплом комнату. Мы с мамой, как обычно, готовили поздний ужин, попутно обсуждая мою учёбу в универе. Папа занимался делами по дому. И так каждый раз, когда родители приезжают навестить меня, потому что учусь я в другом городе, далеко от Нью-Йорка — моего родного города. Приготовив и накрыв на стол, мы сели ужинать. Рататуй, который мы приготовили, был необычайно вкусным, отчасти потому, что его готовила мама, а у меня он всегда либо подгорал, либо же от него полностью оставались одни угольки.       — Всё придёт с опытом, и не стоит так расстраиваться из-за не получившегося ужина, — улыбнувшись, сказала мне мама.       — Ну да… — рассмеялся папа. — Знала бы ты, Джесс, как твоя мама готовила, когда мы поженились. Каждый завтрак, обед или же ужин был похож на груду угольков, — смех заполонил всю кухню.       У нас издавна сложилась традиция после ужина сидеть возле камина и обсуждать различные темы, которые не касаются ни учёбы, ни их работы. Вечер за вечером мы проводили такие посиделки, а потом шли ко мне в комнату поиграть в карты или же шахматы. Эти игры нам никогда не надоедали и каждый раз всё было по-новому. И каждый раз мама учила меня готовить, а папа учил играть в шахматы, помогая развивать логику. Это самые лучшие и тёплые вечера, по сравнению с тем, что тут бывает, когда я остаюсь в полном одиночестве в большом доме.       В один момент смех и уютность вечера прекратились, когда на первом этаже дома с грохотом открылась дверь. Родители будто знали, что что-то случится, поэтому на их лицах не было ни испуга, ни удивления.       — Дочь, — позвала меня мама, и на её лице уже были видны капельки слёз, —спрячься под кровать и ни в коем случае, что бы ни случилось, не вылезай и не издавай никаких звуков.       В этот момент я ещё больше испугалась, хоть мне девятнадцать лет и я учусь на следователя, чтобы стать такой же, как и мои родители. Они всегда были моими кумирами и я старалась быть похожей на них. Но в этот момент я очень сильно испугалась и за них, и за себя.       Как только я залезла под кровать, дверь с грохотом была выбита ногой. Папа достал оружие, но он не успел ничего сделать, и три парня, которые ворвались ко мне в дом, безжалостно расстреляли родителей. Чтобы не заплакать и остаться незамеченной, я закрыла рот рукой, а по щекам уже давно градом катились слёзы. Мама, упавшая возле кровати, истекала кровью, а папу я не видела.       — Тут ещё девчонка была, — сказал один из парней.       — Да нет её дома, — огрызнулся второй. — Скорее всего, с друзьями где-нибудь сидит отдыхает, пока родители играют дома в настольные игры.       — Думаешь? — всё не унимался тот.       — Уверен!       Ещё перекинувшись парой слов, они вышли из комнаты и, судя по шагам, из дома. Но я всё ещё не рискнула подать хоть голос, пока не услышала звук отъезжающей машины. Когда я вылезла из-под кровати, мои мама и папа лежали по разные стороны комнаты в лужах крови…       Резко открыв глаза, я почувствовала леденящий холод. Это самый ужасный кошмар, который только можно видеть. Изо дня в день мне снится одно и то же — смерть двух дорогих мне людей. Вытерев со щёк слёзы, я посмотрела на часы. Полпятого утра…       Решив, что больше не могу валяться в кровати, я встала, накинув халат, и пошла на кухню. Скоро проснутся ребята, и я решила на свой страх и риск самостоятельно приготовить на завтрак рататуй по маминому рецепту, как бы в память о родителях.       Прошло, наверное, около двух с половиной часов. По времени блюдо минут через десять надо доставать, и всё бы хорошо, если бы я не задумалась о том, что в очередной раз во сне увидела смерть родителей.       Не знаю, сколько я стояла и думала о своём, но из духовки уже чувствовался противный запах гари. Я быстро подскочила к плите и начала вытаскивать блюдо, которое уже сильно подгорело.       — Кхм, — сзади прокашлялся кто-то из парней, отчего я испугалась и завизжала, но в момент мне закрыл рукой рот Винчестер и прижал к стене, говоря уже с улыбкой Чеширского кота на ухо: — Ты всё ещё пугаешься? Можно было бы уже и привыкнуть за столько-то лет.       Я сильно испугалась, а его это даже забавляло. Но никто в нашем дружеском коллективе, кроме меня, не знал, кто он на самом деле и что может сделать с такими, как я и Абигайль. Чтобы хоть как-то успокоить меня, Дин поцеловал меня в шею, медленно поднимаясь к губам. И это не назовёшь нежным поцелуем. Он был раздражителен и требователен в своих желаниях и действиях, что меня в нём и заводило. Едва я поддалась ему, Винчестер усадил меня на бар, продолжая целовать и сжимать мою грудь, отчего я начала стонать.       — Тише, — прорычал он мне в губы, — перебудишь всех в доме!       — Ну, и что с этого? — в моих глазах уже играла похоть. Я влюблена в него, несмотря на то, каким маньяком он бывает, а свою любовь я от него не скрывала. Мои холодные от страха руки изучали каждый мускул на его спине.       Он сразу становился очень злым, когда видел мои чувства к нему, а иногда его злость была и без причины. Он достал уже возбуждённый член и, смотря мне в глаза, будто ища в них что-то, отодвинул моё белье и вошёл, закрывая мне рот рукой. Он знал, что будет больно, но ничуть не останавливался и не сбавлял темп.       Получив то, что хотел, Дин покинул кухню, оставив меня в полном одиночестве сидеть на барной стойке. Осознание того, что он только что в очередной раз мной только воспользовался, пришло очень быстро. Слёзы в очередной раз потоком текли по щекам. Услышав, как что-то упало в коридоре, я слезла на пол, привела себя в порядок и начала заново готовить завтрак. Трясущимися руками приготовила сырники, потому что ни на что другое меня тут не хватит, и ушла в свою комнату, чтобы сходить в душ и переодеться.