Лотрикский звон

Негорящий возжег очередной костер. Звонкий голос Хранительницы огня раздался под сводами Храма. - Пришло время, Негорящий. Повелители Пепла уже собрались. И теперь мы можем возжечь... Пафосность момента прервалась смачным чавканием. Один из Повелителей Пепла с довольно большим аппетитом уминал кусок окровавленного мяса. Кровь капала на подлокотники огромного каменного трона. Блядский ты выродок... Шумное пережевывание прерывало повисшую тишину. Хранительница повернула голову к вечно голодному Олдрику. И в этот самый момент вся ее флегматичность испарилась. Возжигание костра, судя по всему, откладывалось на неопределенные времена. Этот ублюдок доедал одного из Лордов — Лудлета Курляндского. - Блядь... - С безысходной тоской тихо проговорила она. - Олдрик, сукин ты сын, когда ты уже нажрешься, скотина? Положи останки на место, уёбок! Прекрати жрать других лордов!!! Другого Лудлета в запасах не имелось. На Хранительницу уставилось замершее лицо, даже отдаленно не похожее на благостный лик Лорда Пепла. Кровь, смешанная со слюной, стекала с уголков полуоткрытого рта, из которого торчала не до конца обглоданная кость. - Мда... - только и оставалось буркнуть себе под нос. Мир погибает, а кое-кому перво-наперво набить брюхо, и гори оно все Огнем Первородного пламени. Плевать, что здесь чужие, и при гостях не принято чавкать. Кажется, кто-то слишком долго пребывал в гордом одиночестве. Глядя на него тяжело, она отчеканила каждое слово: - Положи. Лудлета. На место. Олдрик удивленно икнул и положил на трон Лудлета то, что не успел сожрать. Повернувшись и прислонившись к спинке своего трона, он обиженно отрыгнул и принялся выковыривать застрявшие кусочки из зубов. Этот свин не подумал о том, что теперь его кому-то придется сжечь. Хранительница еще раз вздохнула. Опять придется лезть на эти возвышения. Но подняться туда не проблема, а вот спуститься... Придется опять строить из себя неженку-недотрогу, ни на что не способную, потому, что в этих тряпках сильно не попрыгаешь. Благо, Негорящий не против будет поймать ее оттуда, вон какие взгляды бросает. Выдохнув, Хранительница обратилась к Негорящему, намереваясь произнести пафосные слова, но тишину снова прервали звуки, отнюдь не способствовавшие торжественности момента. Хранители Бездны опять что-то не поделили и затеяли свару. Хранительница хлопнула себя по лицу. - Блядь... - и зычно крикнула. - А ну сели на место, придурки! Здесь не комната игр. Шум потасовки пока что перекрывал ее голос. Хранительницу явно никто не слышал. - Детский сад, честное слово... А НУ, МАТЬ ВАШУ, СЕЛИ, БЛЯДЬ! Один из Хранителей повернул голову в сторону Хранительницы и вытащил меч из своего оппонента, не сводя с нее глаз. Хранительница так же, не сводя с него взгляда, прятавшегося под ацетановой диадемой, с тоской проговорила: - Срань господня, как я это все обожаю! Оставь его в покое, твою мать никто не обижал... Один из Хранителей почему-то очень не любил, когда поминали его мать разными нехорошими словами. Видать, было за что. Мамашино ширли-мырли никто не отменял. И дуру грешную так до сих пор сыночки не простили. Но слова Хранительницы огня достигли их ушей, и великовозрастные детишки уселись наконец на место и утихомирились. Она осмотрелась, не наблюдая признаков ненужной активности, но взор зацепился за нечто, выбивающееся из привычной картины. - Блядь... Лориан! Вообще-то, если память мне не изменяет — а она мне не изменяет, — друг мой, - этот трон принадлежит Лотрику. И сидеть там должен он, а не ты. Старший принц молча сидел и не двигался. Зато на Лотрика без слез не взглянешь. Этот чепушила явно был не против, чтобы посидеть на коленях своего любимого братца, который и в горящий храм вползет, и коню под копыта разложится штабелем так, что бедолага потом своих не соберет. Но, по крайней мере, сидели они тихо. Лориан напоминал деревянного истукана на пепелище, а Лотрик мартовского кота во время случки. Гвин с ними. Не шуршат, и ладно. Хранительница наконец обернулась к слегка подуставшему стоять в коленопреклонной позе Негорящему. И тут как назло... - Лотрикский звоооон!.. Лотрикский звооооон!.. Негорящий, не дожидаясь завершения, встал на ноги и повернулся к Гиганту Йорму, сидящему на своем месте с огромной кружкой эля. Он пребывал в состоянии изрядного подпития и на пафос происходящего ему было откровенно плевать. Хранительница в отчаянии прижала руку к диадеме и тихо произнесла: - У меня к тебе просьба, Негорящий. В следующий раз тащи их сюда уже мертвыми, ладно? Негорящий кивнул в ответ, сжимая рукоять меча. А над всем этим раздавалось пьяное вытье Йорма. - Как много дууууууум наводит оооооооон!..