This dance is not striptease!

Кайе начал замечать, что БэмБэм стал часто пропускать тренировки. *** Бхувакуль уже многое узнал о Киме. Парень в курсе, кем Гем работает, что у него сеть развлекательных центров в городе. Также Бэму известно о его родителях. Отец остался в городе, где родился Югем, вместе с матерью. Идет третья неделя с их официального общения. У Югема складывается впечатление, что его новый друг что-то ему не договаривает. Он знает о БэмБэме немного — настоящие имя, про его мать, сестру и двух братьев. Наверное, Бхувакуль не собирается знакомить Югема ни с кем из них. Скорее всего, Ким торопит события. Он сравнивает этого ангела с собой: Гем готов знакомить Бэма с каждым сотрудником его развлекательных центров в Сеуле. Но парень, очевидно, не согласится на это. К чему такие глупости? Югем вечерами думает о прожитых днях с парнем, который, как оказалось, был старше его. Вот так ночами, Ким сидит на подоконнике и с каждой новой мыслью понимает, что нуждается в голосе этого парнишки из Тайланда. Становится как минимум страшно. Говорить, что младший одержим, еще рано. Еще день, еще один взгляд в два омута тайца, и все — конец нервам. Он погряз в этой рутине. Бэм решает ехать домой в два часа ночи. Они не заметили, как пролетело время за просмотром двух фильмов. Над одним они смеялись, а когда начался другой, Бэм решил обнять руку Кима. После они просто пили чай. Той ночью Югем узнал, что они вдвоем до смерти боятся щекотки. Бэм не оставляет выбора, не позволяя даже подвезти, и ставит условие, что завтра они еще раз увидятся. На прощание парень кидает: «ложись спать». В эту минуту Киму хотелось броситься и закрыть дверь к чертям, а ключ выкинуть в окно. Не дать исчезнуть ему в эту самую лучшую ночь в жизни Югема. На яву же Ким стоит, опираясь плечом о стену, кратко кивает и молча закрывает дверь. Утро не самое лучшее, Югем борется с желанием позвонить Бэму и сказать: Я схожу с ума, и виновник этому ты! Но для этого нужно много смелости, к тому же это только третья неделя их дружеских отношений. Югем планировал все рассказать, когда у него и у Бэма будет время. Канпимук не дурак, он прекрасно все прекрасно видит, но позволить такую роскошь, как Ким Югем, себе не может. Ему очень хотелось остаться тогда, в два часа ночи, у него дома, где есть камин. Они сидели возле него и грели ноги. Югем уверен, соседи снизу проклинали их. Слишком уж громко они проводили время вместе. Марк рассказал, что Джексон был зол. Тогда, день назад, он решил посмотреть как Бэмбэм тренируется в главном зале, но заметил только возле Ки о чем-то говорящего Иена. — Объясните мне недалекому, где этот засранец? — искренне не понимая, спросил Ван. Иен молча смотрел в глаза любимому, и тот понял все без слов. — Ну, хочешь, вмажь мне, Джексон. — как всегда спокойно произнес Марк. Вана это раздражает. Канпимука тогда не звали в кабинет Вана. Сам Джексон не приходил к нему в комнату. Его было сложно увидеть по своему желанию. И Бэм до поры, до времени был рад, что так происходит. В жизни Бхувакуля черная полоса сменилась белой. Югем этому способствовал, но, скорее всего, сам он не понимал этого. Даже на работе Соен говорит, как тот светится, и утверждает, что он бесспорно влюблен. В конце дня уже привычно видеть припаркованный черный джип у входа в бутик и Югема, одетого с иголочки. Это стало настолько обыденным делом, что Бэму кажется: вот оно, счастье. Свои эмоции Бхувакуль, как сильно бы он не старался, показать при Киме просто не мог. Старший боялся выдать свой блеск в глазах, смотря на Кима. Мысли не давали Гему покоя, пока тот был на работе. Почему-то настроение подлетело выше крыши. Юноша сидел остаток дня вдохновленный сегодняшним вечером. В его голове творился хаос. Гем был не в состоянии думать о бумагах и был занят сюрпризом. Сидя в машине, Югем довольно улыбается не в силах сдержать радости от мысли, как же будет счастлив Канпимук. Сегодня Югем не только сделает сюрприз этому ребенку с щенячьими глазами, но и уже через несколько минут он задаст очень важный для него вопрос. Ким надеется, что для Бэма он будет важен не меньше. Бхувакуль не стал надоедать своими догадками Киму и молча ехал с черной повязкой на глазах. В голове было пусто, а гадать, куда его отвезут — только себе нервы трепать. Было до дрожи интересно. БэмБэм уже давно не испытывал таких чувств. А может, никогда не знал, какие они на самом деле. Только в детстве, когда мама дарила игрушку. Но это было в прошлом, и давно забыто. Небо затянулось тучами, на улице стало темнее. Пахло свежестью, но больше, наверное, сыростью. Обычно от такой погоды падает настроение и настрой, пропадает желание делать что-либо полезное. Однако сегодня такого с Бэмом не случилось. Такая погода бывала очень часто в последнее время. Но Югем как лучик солнца в этот дождливый день. Именно этот парень дарит улыбку на протяжении всего дня. Мысли о нем — уже счастье. Благодаря ему Бхувакуль уже не так часто думает о проблемах. Они уже подъехали к большому зданию, а Гем так и не позволил снять повязку с глаз. И только когда Бэма завели внутрь, ему разрешили снять повязку. — Это центр развлечений? — Да. Пойдем? Так как был вечер, людей было больше, чем в будние дни. Но лишь для двоих парней в этом огромном здании не было никого. Было столько восторга, радости. Бэм и подумать не мог, что этот вечер запомнится ему навсегда. Пока они, как дети, играли на разных автоматах, смартфон Бхувакуля разрывался от звонков Туана. БэмБэм, конечно, слышал и знал, почему тот звонил ему столько раз. Искренне жалко Туана, потому что Бэм понимал, что будет огребать именно он. Он обязательно попросит прощение у Вана за Марка. Югем признался, что хотел закрыть центр для них двоих: выгнать всех, остаться вдвоем. — Ты жестокий, Югем. — шутливо обвиняет его старший. — Ты виноват в этом, — улыбаясь отвечает Ким, и после они смеются вместе. Слишком громко: люди начинали оборачиваться на них. Время, которое проводится весело, летит незаметно. Югем мог бы остаться здесь еще на три часа, но Бэм сказал пожалеть людей и наконец отпустить их на заслуженный отдых. Гем не мог перечить этому милому созданию, выполняя все его просьбы. Ким был очень занят Бхувакулем, что забыл о своем вопросе. Он обязательно должен задать его парню. Если не сегодня, то тогда уже никогда. Такой момент терять было нельзя. Они сели за столик в игровой комнате. Югем несколько минут смотрел на юношу. Было так волнительно: а вдруг Бэмбэм не чувствует того же? — Канпимук, я скажу очень важные для меня слова сейчас, — Ким берет руки Бэма в свои, — ты сильно запал мне в душу, ты сводишь меня с ума. Он сжимает руки парня сильнее. — Ты очень нравишься мне, — смотря в глаза, говорит Ким. БэмБэм смотрит с трепетом, чуть улыбаясь. Он отпечатал эти слова у себя в голове. Бхувакуль, с минуту смотря в эти уже родные глаза, видит в них тревогу. Он решает дать ответ действием. Канпимук вырывает руки из-под других, вскакивает с маленького стульчика, преодолевает расстояние между ними, обнимая за шею Кима. Взрыв. Буря. Невозможно описать то, что ему отвечают на признание объятьями. Оба были рады и сильно сжимали друга в объятьях. Бэм, до этого стоящий на коленках, перекинул ногу через Гема, садясь на него, так же крепко обнимая младшего за шею. В следующую секунду они, не рассчитав вес, валятся на спину Югема. Стульчик не выдержал перевеса. Громкий вскрик, долгий смех двух взрослых парней и тихие слова на ухо Кима: " Ты мне тоже " Находясь в машине, Канпимук все-таки смотрит на входящие звонки и сообщения. От: Марк-хен. 21:43 "Живо на тренировку." От: Марк-хен. 00:00 "Джексон едет за тобой, я не смог остановить его."