Взаперти

— Приехали, — произнес Сокка, дернув за вожжи. Два носорога комодо недовольно тряхнули тяжелыми головами, но повиновались. Повозка остановилась, несколько магов металла, включая Тоф, спрыгнули на землю и выстроились вокруг, заняв боевую позицию. Их целью был оставшийся в повозке стальной ящик, вернее, тот, кто находился в нем. — Выходи, — скомандовала Тоф, открыв дверь с помощью магии. — И без глупостей, милочка. Я почувствую, если ты задумаешь напасть на нас или сбежать. — Как страшно, — насмешливо пропела Азула, делая шаг навстречу солнечному свету. Алое платье пошло бы ей больше, чем грязно-розовая форма лечебницы: рубаха с коротким рукавом и потертые на коленях шаровары, а на руках и ногах негромко позвякивали цепи. Заметив, что кузов повозки довольно высоко от земли, Сокка решил подать принцессе руку. Но Азула проигнорировала этот жест и, прижав к груди литые закрытые кандалы, легко спрыгнула с повозки. — Надо же, — сказала она, осмотрев отряд: шестеро магов в униформе полиции Республиканского города, Тоф в своем обычном доспехе шефа полиции, и Сокка, как всегда, не потрудившийся надеть поверх одежды хоть какую-то защиту. — Ни элитного подразделения, ни магов огня, ни Аватара. Вы намеренно хотели обидеть меня или же настолько глупы? — Чтобы справиться с тобой, хватит и меня одной, — Тоф криво усмехнулась. Под ее ногами твердая почва, вокруг высокие скалистые горы. Она в своей стихии, а значит — непобедима. Западное побережье Царства Земли — подходящее место, чтобы держать заключенного из народа огня. Сюда, в подгорные тоннели, не проникает солнечный свет, от которого маги берут энергию. — Тебя уже схватили, Азула. — напомнил Сокка, пресекая ссору. — Ты уже проиграла. Мы всего лишь сопровождаем тебя в новую тюремную камеру. — Да что ты? — Азула сделала плавный шаг в сторону, насколько позволили цепи на ногах, и оказалась вплотную к Сокке. — В таком случае ответь мне, — прошептала она, прижимаясь плечом к его груди и заглядывая в холодные глаза, — почему ты так напряжен? — Встань, где стояла! — скомандовала Тоф, и от ее громкого голоса зазвенело в ушах. Азула повиновалась, тихо рассмеявшись. — Не бойся, мы с твоим другом лишь перекинулись парой слов. Десять лет прошло с нашего сражения в день черного солнца, а ты все так же опекаешь его. Как глупо с твоей стороны. — Замолчи, — сердито крикнула Тоф и отдала команду подчиненным: — схватить ее. Двое магов металла крепко взяли принцессу под руки, двое встали спереди, двое позади, Сокка отошел на несколько шагов назад и осмотрелся. Что-то во всем этом было не так… слишком тихо. Несколько дней назад в лечебницу Страны Огня проникли агенты Дай Ли, и пусть им не удалось вызволить Азулу, инцидент получил огласку и народ потребовал немедленной казни опасной преступницы. Царь Земли Куэй дал временное разрешение заключить принцессу на его земле до тех пор, пока не будет готова темница на Южном полюсе. Остановив отряд у гладкой скалы, Тоф открыла широкий проход в подземелье. Азула увидела под потолком зеленые кристаллы и усмехнулась, обернувшись через плечо. — Пещера двух влюбленных? Твоя идея, Бумеранг? — Кристаллы завезли сюда как единственный источник света, — ответил Сокка. — Не думала же ты, что мы настолько глупы, чтобы разжигать здесь огонь или прорубить тебе окно к солнцу? И, нет, это другая пещера. — Прекращайте разговоры, — посоветовала Тоф, и ее голос эхом прошелся по длинному тоннелю. Свое беспокойство Сокка никак не выказал внешне, но от Тоф не скрылось учащение пульса. Став рядом, она заговорила полушепотом, чтобы больше никто не услышал: — Мои ноги надежнее, чем твое чутье. — Знаю, — нехотя согласился Сокка. — Но все же… По земле прошла вибрация: начинаясь как дрожь мелких камушков, за секунды она переросла в землетрясение, от которого отряд едва удержался на ногах. — Стены сужаются! — Выставить подпорки! — скомандовала Тоф, первой создав прочную балку. Ее люди почти синхронно повторили ее действия, выставив еще несколько вертикальных балок. «Азула», — вспомнил Сокка, уже обернулся, чтобы схватить ее, но ощутил на шее цепь. Еще миг промедления, и он бы не успел подставить руку. Железные звенья впились в кожу на запястье, оцарапав до крови. — Какой сообразительный, — прошипела Азула ему на ухо, с силой дернув цепь на себя. — Надо было убить тебя еще тогда. Сокка смог вырваться из захвата, но когда бросился вперед, чтобы схватить Азулу, земля ушла из-под ног. Провалившись в пропасть, долгий растянутый во времени миг он чувствовал пустоту — ощущение неизвестности, пугающее больше последствий удара о землю, а приземлившись, покачнулся и упал. Толща земли над головой сомкнулась, и перед глазами застыла чернота. — Все живы? — спросила Тоф. Сокка узнал ее голос, но разглядеть что-либо не смог. Под ним, отплевываясь от осыпавшей их грязи, извивалась Азула. — Слезь с меня, — раздраженно вскрикнула она, брыкаясь и отталкивая, насколько позволяли цепи, без чего Сокка поднялся бы намного быстрее. — Где мы? — спросил он, ощупывая собственные конечности, а убедившись, что ничего не сломано, стряхнул с затылка прилипший песок. — В стальной камере ее высочества, — ответила Тоф. — Запасной план. — Я не знал. — Знала только я. — Хорошо, — согласился Сокка, поднимаясь. — Детали плана? — Переждать здесь, пока не прибудет подкрепление. Дай Ли не умеют покорять металл, тут они нас не достанут, — Тоф вдруг болезненно охнула. — Что-то не так? — спросил Сокка, вслепую шагнув навстречу. — Ничего, — Тоф шлепнула его по протянутой руке, а после зажала рану на левом боку — глубокую царапину, оставленную осколком камня (видимо, срикошетившего во время их побега под землю). У Сокки должны быть бинты и пара пузырьков с лекарствами, но говорить ему о ранении в присутствии Азулы может быть чревато последствиями. Тоф единственная могла ориентироваться в темноте, видеть все отчетливо, и сосредоточила внимание на сражении своих подчиненных с Дай Ли. Азула попыталась отойти как можно дальше назад, но почти сразу же уперлась спиной в стену. Не зная, чем себя занять, Сокка принялся мерить шагами их временное укрытие. Он насчитал три шага на три — тесно даже для одиночной камеры. — Как дела наверху? — Скверно. Ребята неплохо держатся, но там не только Дай Ли. — Маги огня? — уточнил Сокка. — Нет. Разные стойки, стили атак сильно отличаются. Это могут быть очередные мятежники, выбравшие ее своим лидером. Тоф кивнула на Азулу, забыв, что Сокка не может ее видеть, но он все понял без разъяснений. — Они могут оказаться проблемой, если действуют по хорошо продуманному плану. — Я же сказала, — раздраженно выкрикнула Тоф, оседая на пол и морщась от боли, — все скверно. — Где носит вспомогательный отряд? Они должны были прибыть одновременно с нами. Услышать что-либо происходящее за пределами стальной коробки Сокка не мог, как бы ни прислушивался. Тихо звякнули цепи на руках и ногах Азулы, послышался тяжелый вздох Тоф. Ей приходилось хуже всего, ведь это ее люди рисковали жизнями, пока они прятались здесь. — Выпусти меня, — решил Сокка. — Нет. — Я могу помочь. — Можешь помочь, а можешь погибнуть. — Дадим им бой. Мы справимся! Тоф покачала головой и сдавила ладонями виски, стараясь унять вибрации битвы: грохот разбивающихся о стены камней, лязг железа, хруст ломающихся костей, треск лопающихся мышц, крики врагов и друзей, ярость, страх и боль. Если она откроет проход сейчас, ее и Сокку схватят, а Азула получит свободу и что еще хуже — власть. Наверху многие получили увечья, некоторые погибли. Двое ее людей пали за первые минуты: Ли рассекли пополам тяжелым мечом, разделив тело на две части. Тоф всхлипнула, когда его кожа начала рваться, а правая половина тела медленно отделяться, пока не упала в пыльную землю с тихим шлепком. Пенг получил прямой удар в грудь, канабо проломила ему ребра, острые осколки костей проткнули легкие. Несколько секунд он пытался удержаться на ногах, глотая воздух, отчаянно сражаясь за свою жизнь, но шанса выжить не было. Последние удары его сердца Тоф почувствовала отчетливо, будто стояла совсем рядом. Бой проходил слишком быстро, условия были неравны и исход уже был предрешен. — Закончилось. Сокка вытер о штаны вспотевшие ладони. В горле пересохло, и он сглотнул, прежде чем задать вопрос: — Их взяли в плен? — Тоф ответила очень тихо, но Сокка услышал ее дрогнувшее «нет». — А противник? — Еще двадцать, может быть, больше. Это только в пещере. Больше Тоф ничего не смогла вымолвить. Сокка схватился за голову, пытаясь придумать новый план, но ничего не получалось. Азула тихо посмеялась из угла за его спиной. — Как трогательно. Я могу сказать несколько прощальных слов… — Лучше бы тебе помалкивать, — предостерегла Тоф. Сейчас она была готова убить принцессу. И плевать на ее родство с Зуко, на рассуждения Аанга про прощение и сострадание, на рациональное мышление. — И снова пустые угрозы. Чего еще ожидать от трусихи, которая оставила своих людей умирать, только бы спасти… — насмешливый тон Азулы сменился криком. Литые кандалы на ее руках медленно сжимались под магией Тоф, с противным хрустом ломая тонкие пальцы. — Нет! — вмешался Сокка, догадываясь, что произошло. — Ты не должна причинить ей вред. Тоф остановилась, а Азула, прижав оковы к груди, начала тихо смеяться, содрогаясь всем телом. — Кто бы мог подумать, — не унималась она, — шеф полиции слушается тебя — не-мага, как собачонка хозяина. Ты ведь знаешь, почему? — Угомонись, Азула. Сил на подобные разговоры у Сокки не осталось, но принцесса не подумала прекращать. — Ты знаешь. А ты, Тоф? Неужели ты настолько слепа? Твои жалкие попытки бесполезны. Сколько бы ни прошло времени, он никогда не увидит в тебе женщину. Он никогда тебя не захочет. Тоф не стала отвечать: ее ответ ничего не изменит. Благодаря магии она чувствует вибрации, исходящие от каждого, кто заперт в этой камере. Чувствует, как ликует Азула, упиваясь своей правотой, и ее нестерпимую ноющую боль в руках, которую она пытается игнорировать. Она чувствует Сокку: усталость, презрение к собственной беспомощности, чувство вины за провальный план и жалость к ней — безответно влюбленной дурочке. — Провокация не сработает, — заговорил он сухо. — Что бы ты ни сказала, мы будем сидеть здесь, пока не прибудет подкрепление. Или не закончится воздух. Надеешься, что Тоф выйдет из себя и в ярости разнесет твои оковы? Этого не случится. Даже если тебе удастся атаковать магией — тогда мы все сгорим заживо. Все втроем. Конец. — Ошибаешься. Дай Ли уже ищут меня, не так ли, Тоф? Ты же наблюдаешь за ними отсюда? Видишь, как они проверяют каждую щель, прощупывают каждый метр земли? Тоф действительно наблюдала некоторое время назад, но решила поберечь силы. Кровь из раны просочилась сквозь пальцы и капля за каплей стекала на стальной пол. Рана оказалась серьезнее, чем она предполагала, и если бы не защитная пластина, Тоф была бы уже мертва. «Надо встать», — уговаривала она себя. Подняться на ноги было несложно, но голова закружилась и мокрая от крови рука, которой она поспешила ухватиться за стену, соскользнула. — Тоф? — всполошился Сокка, услышав падение. — Все-таки тебя ранили? Я посмотрю. Сокка и не заметил короткого стремительного движения позади. На его шею снова легла цепь. — Не посмотришь, — горячо зашептала ему на ухо Азула. Она налегла на цепь всем своим весом, затянула ее так, что Сокка захрипел. — А ты, Тоф, сиди смирно. Хотя держаться на ногах ты уже не можешь. — Если переживаешь за мои силы, то зря. Одно движение, и можешь распрощаться со своими руками. Азуле не нужно зрение, чтобы понять: если Тоф была ранена еще при падении, то прошло предостаточно времени, она потеряла много крови и ослабела. Магия — не просто одно движение — это концентрация, воля и сила. Которых у нее больше нет. — Не против, если мы постоим в обнимку? — усмехнулась Азула. — Сокка не возражает. Возразить было невозможно, Сокка едва мог дышать. Кровь прилила к голове, но он еще был способен соображать и понял: пользуясь темнотой, он мог подать Тоф знак. — Что ты хочешь? — спросила Тоф, заметив, как Сокка неторопливо складывает пальцы в жесты, образуя послание: «Не слушай ее». — Чтобы ты открыла проход. И быстрее, пока не отошла в мир духов. — Вот ведь забавно, — Тоф посмеялась, стараясь отвлечь Азулу и растянуть время. — Если я умру, тебе ни за что не выбраться отсюда. — А знаешь что еще забавно? — нараспев произнесла принцесса, выставив колено между ног Сокки, и плавно повела им вверх. — Что мы с Соккой останемся вдвоем. — Не сработает. — О, правда? — посмеялась Азула, касаясь губами мочки уха, а затем провела по нему языком. Сокка попытался вырваться, но принцесса снова дернула цепь. Грубые звенья оставили на коже несколько царапин. — А если так? Горячее дыхание Азулы коснулось его затылка, колено скользнуло еще выше по внутренней стороне бедра, и Сокка вздрогнул, теперь уже от желания. Азула не сомневалась, Тоф тоже почувствовала это. — Опасность так возбуждает. Я могу продолжить. А могу сделать кое-что похуже. Например, задушить твоего ненаглядного. Какой вариант тебе больше нравится? Ты слушаешь, Тоф? Ты ведь еще жива? — Отпусти его. — Выпусти меня из камеры, иначе я его убью. Ты знаешь, я не блефую. Тоф сдалась. Позади Азулы послышался скрежет: металлические листы разомкнулась, а каменная стена в полметра толщиной ушла вниз, открывая проход в тоннель. — Так-то лучше, — засмеялась Азула, увлекая Сокку за собой, но только до выхода, чтобы Тоф не взбрело в голову закрыть проход, как только она выпустит заложника. — Счастливо оставаться. Получив свободу, Сокка подбежал к Тоф, на ходу роясь в сумке в поисках бинтов и лекарств, чтобы обработать рану. — Ничего не вижу, — пожаловался он, руки дрожали, но Тоф накрыла его ладони своими. — Успокойся. Я помогу. Тоф сняла нагрудную пластину, Сокка на ощупь задрал кверху насквозь пропитанную кровью рубаху, и плеснул на рану лекарство из пузырька. Шипя от боли, Тоф вцепилась ногтями в его предплечье. — Подними руки, — попросил Сокка, прикладывая повязку, и осторожно обернул бинт вокруг ее талии. Закончив, он устало сел рядом, приложившись затылком о металлическую стену. — Прости. Он сам не знал, за что извинился. Слишком многое сегодня произошло по его вине: провалил план, не заметил ранения Тоф, угодил в заложники. Именно из-за его беспомощности Азуле снова удалось уйти. — Мы схватим ее, — пообещал Сокка, нарушив долгое молчание. — Мы уже схватили. Сокка услышал в голосе Тоф улыбку, а затем топот ног дальше по тоннелю и знакомые голоса — к ним приближался вспомогательный отряд. — Скажи, — решился спросить Сокка, — если бы ты не знала, что прибыла подмога, то отпустила бы ее? «Позволила бы мне умереть, чтобы не мучиться совестью?» — услышала она истинную суть вопроса. — Не отпустила, — солгала Тоф — сказала именно то, что он хотел услышать. Как и положено поступать друзьям.