Сёстры в беде не оставят.

Вскоре Николь и Джессилина перестали обниматься. Пора было подумать о плане по спасению будущего Джессилины и Эдварда. Обычно влюблённые девушки бродят по дому, почти что порхая, поют весёлые и непонятные никому песни, но Джесс предпочла грустить и тайно думать о своей половинке. Одно же было, однако, так и не решено: примет ли участие в этом Розетта? Решит ли подключиться к Николь, чтобы тоже помочь сестре? Нет. Проблем с Розой как раз-таки не было бы. Бурундучиха с розовыми волосами обязательно помогла бы. Никки боялась, что Джессилина не захочет принимать помощи от неё, так как той и Николь достаточно, думая, что без Розы они вдвоём справятся быстрее. И бурундушка с рыжими хвостиками решила узнать у Джессилины об этом: — Джесс? — Николь вопросительно посмотрела на старшую сестру. — Что такое, Никки, милая? — А Розетта тоже может помочь тебе? — спросила полненькая бурундучиха. Джессилина помрачнела. Она любила сестрёнку Розетту, но не хотела вовлекать в свои проблемы ещё и её. Эдвард, конечно, не проблема, но Джесс боялась признаться ему в чувствах так сразу. Поэтому после длительной паузы последовал отрицательный ответ: — Нет! — покачала головой красноволосая. — Не спрашивай меня, почему. Я люблю её и ценю. Знаю, она в помощи не откажет, но я не могу. Прости, Ник. Будет лучше, если мы вдвоём решим вопрос моих отношений с Эдвардом. Николь молча кивнула и решила с Джессилиной не спорить. Розетта стояла в коридоре и осторожно прижималась к двери. Подслушав разговор от начала и до конца, она загрустила. На её месте кто-нибудь уже вошёл бы в комнату Джесси ещё в начале разговора и предложил бы свою помощь, но Роза решила дослушать всю беседу сестёр, и вот результат. Если бы Рози вошла к ней раньше, то, возможно, не было бы этого отказа. Бурундушка отошла от двери, почувствовав, что сёстры идут к выходу из комнаты, и поспешила к себе. Нет, Роза не была зла на Джессилину, но её глушила обида и слёзы сами собой текли по щекам, размазывая по личику потёкшую тушь.