Межсезонье

Супергерой Лентяево «Номер Десять» Спортакус умирал. Он лежал на откидной кровати, в своем синем дирижабле, под невесомым белым одеялом, и все видели — его часы сочтены. Вокруг него были люди. Много людей. Изредка приоткрывая глаза и всматриваясь в их лица, Спортакус понимал, что большую половину из них он видел чрезвычайно редко, но, между тем, это тоже были лентяевцы, и каждый из присутствующих хотел лично выразить народному любимцу и городскому герою слова поддержки и ободрения в столь непростой для него момент. Жаль лишь, что Спортакус их почти не слышал. Он был задумчив и тих. Девочки плакали. Мальчики сжимали кулаки и сурово хлюпали носами. Бесси, теребя в руках непросыхающий носовой платок, смотрела на Милфорда широко распахнутыми глазами, будто спрашивая: «И что же дальше?». Милфорд, окруженный несколькими мужчинами — телохранителей, что ли нанял? — судорожно вздохнул и, склонившись над угасающим супергероем, спросил: — Что я могу для тебя сделать, Спортакус? — Где Стефани? — Спортакус едва приоткрыл сухие бледные губы. «Стефани! Стефани!» — разнеслось по дирижаблю. Через некоторое время к кровати Спортакуса подвели бледную, заплаканную девушку с растрепанными розовыми волосами. — Спортакус? — позвал мэр. — Стефани здесь. Спортакус едва приоткрыл глаза. — Привет, Спортакус! — гундосо поздоровалась девушка, натянуто улыбнулась и осторожно помахала ладошкой. — Ты не Стефани, — едва слышно произнес Спортакус и снова смежил веки. — О дьявол! — чертыхнулся какой-то мужчина. — О боже! — воскликнул мэр. Плечи девушки судорожно задрожали. — Как же нам быть? — какая-то женщина обескураженно обвела взглядом толпу. — Я скоро, — буркнул мужчина помянувший нечистого и решительно пошел к двери. — Если он… Словом, держите меня в курсе всего. — Может, хочешь пить? — Зигги погладил Спортакуса по плечу. Спортакус едва заметно улыбнулся, и беззвучно прошептал: «Нет, спасибо». — Я не могу больше на это смотреть, нет! Я просто не в силах! — Бесси разрыдалась, и несколько женщин и мужчин вывели ее из дирижабля. — И что дальше? — спросил мэр, глядя себе под ноги. — Этого, увы, никто, кроме него самого, не знает, — ответил Стинги, и какой-то молодой человек крепко прижал его голову к груди. Раздался звонок телефона. — Алло! Привет! Да, да. Прекрасно! Мы ждем! Да, конечно... Передайте ему трубку! — Он не сможет ее держать! — Так приложите к уху! — Включите громкую связь! — Подключитесь по блютузу к динамику дирижабля, что вы, в самом деле! — Алло, Спортакус! Ты слышишь меня? Привет, это я, Стефани! — раздалось из динамиков. — Мне только сегодня сообщили, извини, я ничего не знала! Но я скоро приеду, держись там! Ты же герой! Супергерой! До встречи в Лентяево! И передавай привет ребятам! Раздались короткие гудки. — Будем надеяться, что она успеет, — вздохнул кто-то. — А этот злодей так и не?.. — Тс-с-с! Все стали оборачиваться, недовольными взглядами выискивая человека, высказавшего столь неосторожное замечание. — Там доктор приехал… «Доктор! Доктор!» — пронеслось в толпе. — Добрый день, — деловито поприветствовал всех молодой, энергичный мужчина с портфелем в руках. — Я могу попросить всех оставить меня наедине с пациентом? Спасибо. — Эм-м… Доктор, только вы… Кх-м… Шапочку с него не снимайте, — подсказал молодой человек, все еще обнимающий Стинги, постучал себе пальцем по голове и вышел. Доктор недоуменно оглядел выходящих из дирижабля лентяевцев и, вытащив из портфеля фонендоскоп, присел на край кровати. — Здравствуйте, меня зовут доктор Гисли Гуннлёйгссон, я бы хотел осмотреть вас, вы позволите? Спортакус медленно открыл глаза. — Доктор? — Доктор. — Злобинштейн? — Гуннлёйгссон. — Уходите… — Ничего у него не выйдет, вот увидите, — сказал Стинги и посмотрел на обнимавшего его молодого человека, — верно? Молодой человек кивнул. — Посмотрим… — задумчиво протянул какой-то мужчина. — Надо бы идти поработать… Чего сидим-то? Будь, что будет… — Без Спортакуса? — удивился кто-то. — Ну обходились же мы без него как-то?! Почему нет? Попробуем! Лентяевцы зашумели, кто-то поддержал идею уйти и положиться на профессионализм специалиста, кто-то возражал, в итоге остались только самые верные друзья Номера Десять — дети, мэр и мисс Бесси. Через какое-то время из дирижабля вышел доктор. Он молча прошел мимо оставшихся, задумчиво укладывая в карман очки. Бесси медленно сползла по плечу замершего мэра и бесчувственно упала на деревянный настил. — Где он? — Стефани огляделась по сторонам. — В дирижабле. Вот, держи, — какой-то молодой человек протянул ей розовый парик. — Боюсь, ему не понравится, что ты выкрасила волосы. — Я еще и подросла, — улыбнулась Стефани. — Ой, ребята! Она побежала к дирижаблю, на ходу снимая верхнюю одежду, вязаную шапочку и напяливая парик. — Пиксель, Трикси, Зигги, Стинги! Мисс Деловая! Дядя! Как же я рада вас видеть! — Мы тоже рады видеть тебя, Стефани! — мэр неуклюже обнял Стефани одной рукой. — Видишь, что здесь творится? Похоже, это конец… Стефани ласково провела ладонью по щеке мэра. — Ах, дядя, если бы ты знал, как я скучала по всем вам! И она побежала к трамплину, ведущему в дирижабль. На пороге она остановилась. Спортакус по-прежнему лежал в постели и как будто спал. Это само по себе было настолько необычно, что Стефани даже подозрительно прищурилась. — Спортакус, это точно ты? Или это Робби Злобный снова всех дурачит? — с притворной строгостью пошутила она и подошла ближе к кровати. — Спортакус? Кабина дирижабля снова начала заполняться людьми. — Вот видишь? — спросила какая-то женщина. Бесси, стоявшая рядом с ней вздрогнула, будто очнувшись, и уткнулась спросившей в плечо. — Спортакус! — снова позвала Стефани. — Проснись, это я, Стефани… Слышишь? Посмотри, я кое-что тебе привезла. Мне кажется, тебе понравится… Стефани расстегнула сумку, висящую на плече, и достала из нее толстый, истрепанный синий блокнот, обложку которого украшала потертая фотография улыбающегося Супергероя Номер Десять на фоне синего дирижабля. Спортакус открыл глаза. — Ты приехала, Стефани, — он слабо улыбнулся. — Да! — выдохнула та, и ее глаза наполнились слезами. — И привезла твой дневник. Я его сохранила, как и обещала… А ты? Ты сохранил мой дневник? Спортакус устало прикрыл глаза в знак согласия. — Ах, Спортакус! — воскликнула Стефани и бросилась ему на шею. — Ты должен поесть, посмотри, как ты исхудал! — Стефани с нежностью глядела на лежащего перед ней угасающего Супергероя. — Хотя бы яблоко, ты ведь их так любил! Спортакус отрицательно качнул головой. — Дневник… — прошептал он. — Почитай мне… Какая-то женщина в толпе всхлипнула и вышла из дирижабля, видимо, не в силах больше наблюдать за происходящим. Стефани улыбнулась. — С самого начала? Хорошо. 19 мая — понедельник Можно выдохнуть. Первый день Лентяево прошел отлично. Все выглядит именно так, как я себе и представлял. Дети милые, мэр очень располагающий, Бесси очаровательна. Все очень ярко, красочно, уютно. Лично я был бы не прочь остаться здесь «навсегда». Жаль, что это невозможно. День был очень насыщенным, поэтому не буду многословным. Важно! 1. Отрегулировать скорость вылета капсулы из пневмопочты. 2. Робби сегодня как-то… :( 20 мая — вторник Кто придумал сделать овощную сыпь из цветных пайеток — тот Робби. Без вариантов. Было скучно и даже как-то раздражающе нудно. Весь вечер провел в спортзале, опасался, что иначе сорвусь на ком-нибудь. Важно! 1. Шест нижней платформы дирижабля какой-то… :( Исправить. 21 мая — среда В Лентяево был «День спорта». Робби откровенно перетягивает одеяло на себя. Но кого винить? Важно! 1. Не поддаваться на провокации! Он, конечно, талантливый актер, но ведь я — Супергерой! 2. Успокоиться! У меня все получится. Со мной дети, а это всегда заведомое преимущество 3. Упавшие на Робби яблоки поскорее раздать желающим, уже вечером заметил над ними облако дрозофил 4. 10:45 — стоматолог. Чертово сахарное яблоко! 22 мая — четверг Верно! Робби не так прост, как стоило ожидать от опереточного злодея, которого он пытается изображать. Но посасывание пальца, лежа у меня на руках… Это уже не провокация, это саботаж! Я понимаю, ему скучно, но дети уж во всяком случае точно не должны ничего заметить! Недоумеваю. Но забавно, хотя сейчас мы почти не общаемся… Важно! 1. Пресс! 2. Четырехглавая бедра! 3. Ягодицы! 23 мая — пятница Зря я, пожалуй, вчера не проработал бицепсы и спину, сегодня им досталось. Робби вынудил меня полдня проходить на руках: этот негодник подсунул мне какие-то хитроумные сапоги… Я явно недооценивал его. Но он был очень забавным в этом «костюме супергероя». Ленивикус, вы подумайте! И еще, я понял... Он просто ревнует! Это такое ребячество, честное слово! :) Но я снова чувствую себя победителем, ар-р-р! Важно! 1. Постараться провести выходные дома 2. Мне нравится это «Ар-р-р!», стоит запомнить! 3. Купить Робби настоящий плащ супергероя. А то куда же он… в скатерти?.. :) — Хватит! — рявкнул чертыхающийся мужчина с порога, заходя в дирижабль. — Этим мы ничего не добьемся. Стефани замолчала. Спортакус по-прежнему не подавал признаков заинтересованности происходящим. Люди снова стали медленно покидать дирижабль. — Я отправлял сюда доктора… — начал все тот же чертыхающийся мужчина. — О был здесь, — подтвердили в толпе. — А сейчас?! — Кто-то искал доктора? — раздался голос с улицы. Чертыхающийся обернулся. Грациозной крадущейся походкой в дирижабль вошел доктор в белом халате и с рефлектором, надвинутым на лоб. — Ро-об!.. — Стефани не успела вскрикнуть, как рот ей накрыла чья-то рука в трикотажной перчатке. — Тс-с-с-с! Покосившись на руку в бело-оранжевой футболке, Стефани молча кивнула. — Э-э-э, Милфорд, вам не кажется, что нужно напомнить жителям Лентяево об их прямых обязанностях? — игриво спросила Бесси, не разжимая губ. — Какие обязанности в десять вечера?! И без того работаем по двенадцать часов в сутки! Да уж, работаем! Штаны протираем! Смотря кто, за себя говори! — раздались голоса из толпы. — Да-да, уважаемые, давайте-ка по домам! Вечер пятницы, чего толпиться?! — мэр замахал руками на выход. Чертыхающийся мужчина пробрался к Стефани. — Что это у тебя? — он потянул у нее из рук синий дневник. — Не отдам! — Я только посмотрю! — Это личное! — Прошу вас, дорогие мои, давайте продолжим разговор за пределами Лентяево! Пока я здесь мэр, я запрещаю ссоры и склоки! Чертыхающийся что-то сердито буркнул, оттолкнул дневник и раздраженно вышел из дирижабля. — Пойдем, Стефани, оставим доктора наедине с пациентом, — сказал мэр, упираясь головой в пол. Стефани кивнула и с надеждой посмотрела на доктора. — Удачи и… держитесь, — прошептала она и улыбнулась. Оставшись наедине со своим пациентом, Доктор кашлянул. — Э-эй! — позвал он. — У заводной мартышки лопнула пружинка? Доктор сделал несколько комичных движений, уселся на откидную кровать рядом с лежащим Спортакусом и помахал ладонью над его лицом. Спортакус не реагировал. Доктор усмехнулся. — Кончай эту комедию, я знаю, что ты все прекрасно слышишь. Спортакус открыл глаза. Доктор снова хмыкнул и покачал головой. — Шут гороховый! Или горох не в твоем вкусе? Спортакус неопределенно поджал губы. Доктор снял с головы рефлектор. Раздались ритмичные щелчки, и все вокруг погрузилось в темноту. Лишь где-то вдалеке, за креслом пилота, остались гореть несколько маломощных ламп. — Надумал сбежать? — тихо спросил Спортакус. Доктор устало потер лицо ладонями. — После всего, что было?.. — Спортакус отбросил одеяло и резко сел в кровати. — Не ожидал… — Не могу больше, — признался Доктор. Спортакус стянул с головы шапку, уткнулся в нее лицом и всхлипнул. — Не смеши меня, я сам комик. Актерство — это не твое, — вздохнув, Доктор уставился на свои ботинки, поворачивая их носы то вправо, то влево. Спортакус убрал шапку в сторону. Глаза у него были абсолютно сухими. — Ты прав. Но у меня все же есть одно преимущество — я умею учиться. А еще — ставить перед собой цели и добиваться их. — Вижу, я вам больше не нужен, — усмехнулся Доктор, — пациент уже, скорее, жив. И здоров. Во всяком случае, ведет себя ровно, как раньше. Хлопнув себя по коленям, Доктор хотел подняться, но Спортакус поймал его за руку. — Погоди… — Не смеши людей, отпусти меня, — прошипел Доктор. — Все ушли. — Тебе это только кажется! — Пусть так! Каждый знает, что молчание — золото. Доктор снова нехотя сел. — Хорошо, послушай, — начал он примирительно некоторое время спустя, — эта комедия… Я оценил. И очень тронут, правда. Но три года прошло… У меня уже три дочери и... Спортакус усмехнулся. — У меня тоже. — Вот видишь… Время идет. Мы меняемся, все меняется. Готов спорить, что я уже не втиснусь в костюм Гланни… — Мне не нужен Гланни, мне нужен ты, — Спортакус придвинулся. — Почему меня не оставляет ощущение, что ты уже не видишь разницы между мной и мэром? — Доктор прищурился и внимательно посмотрел на Супергероя. — Я устал быть марионеткой… — Ты никогда не был ею! — Тогда дай мне уйти! Дай мне жить своей жизнью! Дай мне самому выбирать роли, мне надоела игра в маскировку! — Значит, я тебе надоел?.. — глаза Спортакуса недобро блеснули. Доктор застонал и повалился на спину. Лежа поперек кровати, он смотрел в потолок. На его горло легла крепкая ладонь. Он закрыл глаза. — Еще столько побед впереди, — горячо зашептал Спортакус, склонившись. — Мы молоды, богаты, знамениты… Нам хорошо вместе. Мы проживаем две жизни, разве это не чудо? Разве тебе чего-то не хватает? — Меня, — придушено ответил Доктор. — Может быть, ты проживаешь две жизни, а мне приходится проживать три, четыре, пять и ни в одной из них я не могу застать себя. Меня будто нет. — Чего ты хочешь?.. — ладонь Спортакуса медленно сползла с шеи Доктора на грудь. — Я докажу тебе, что это не просто слова, что я… — Лестница! — Что? — Или «лук». А может, «листья»? Но это более подходящие слова на букву «Л». — Ты мне не веришь? — Спортакус отстранился. — Не знаю, — глядя в потолок, протянул Доктор. — Верю. Или не верю? Спортакус наклонился и прижался губами к губам доктора. — А как на Гавайях было классно… — Моему сыну скоро два года, — Доктор вздохнул. — Расходы увеличиваются, — напомнил Спортакус. Доктор закрыл лицо руками и расхохотался. — Я слишком хорошо знаю тебя, чтобы поверить, что этот мой побег останется безнаказанным! — Я постараюсь забыть, — усмехнулся Спортакус. — На крайний случай, у тебя есть Стиратель памяти три тысячи… Он убрал ладони доктора от лица. — Это же самая увлекательная игра в мире! Кем ты будешь на этот раз, Робби?! — Актером! Актером Стефаном Карлом Стефансоном, черт бы тебя подрал, эльф перекаченный! Лента новостей пестрила заголовками. «Третий сезон «Лентяево» уже запущен в производство. Автор и продюсер сериала Магнус Шевинг заявил, что все проблемы с актерским составом удалось уладить, но, увы, не обошлось без потерь. На смену повзрослевшей Джулианны Роуз Маурьеллы на роль Стефани найдена другая девочка; посмотрим, удастся ли ей завоевать любовь поклонников телешоу с мировой популярностью? Роли Робби Злобного и Спортакуса по-прежнему будут исполнять...»