Шутка.

Сильное задувание метели за окном показывало, как снаружи холодно и мерзопакостно. Поэтому Владимир решил остаться у своего друга на ночь.Теплое, но немного тускловатое мерцание лампы озаряло комнату, освещая ее и делая по-домашнему уютной. Владимир оглядывался, любопытно взирая на многие детали интерьера, которые напоминали ему о Сергее. Впрочем, что было логично. — У него такой бардак… — хмуро и слегка непонимающе, как так можно жить, оглядел другую часть комнаты, где находилась кровать. Неосознанно взгляд переметнулся на рядом стоящего Сергея. Слегка покраснев своей случайной находке, Владимир отвернулся. — Я все слышу! — немного пьяный голос донесся со стороны, откуда только что отвел свой взор Маяковский. В этот чудесный зимний вечер Сергей пригласил своего друга отпраздновать свой день рождения. И кто как не он, быстро пьянеющий и безрассудный парень, отпразднует этот праздник лучше всех? Слегка повернув голову в сторону Владимира, Сергей прищурился, сняв рубашку. Резко выдохнув, он провел пальцем по своей губе, а в его глазах заплясали чертята. — Владимир, как вы думаете, какое бы окончание для вечера лучше бы всего совпало для нас? — Медленно и грациозно подходя, Есенин, немного красным лицом от алкоголя, и туманными глазами хитро смотрел на своего друга. Почему бы немного не пошутить? Владимир, слегка прикрыл лицо рукой, облокотился локтем на подлокотник, не выдавая своего смущения, лишь неловко промолвил пару слов: «Я не знаю.» Сергей же только сильнее загорелся азартом, показывая это своими плавными и элегантными движениями. Медленно подходя к Владимиру, он слегка вилял своими бедрами, приманивая взгляд на них. Будто бы мурча, он медленно сел на колени к Маяковскому, продолжая свою нелепую и жестокую шутку. — Ну чего же ты? — плавно проведя пальцем по шее, прошептал томно в ушко, — Не нужно так волноваться и бояться, милый, тебе понравится, я всему тебя научу, — медленно выдохнув в ушко, Сергей бесцеремонно провел рукой по торсу парня, прижавшись крепче. Со стороны Владимира последовал выдох, после чего он медленно сжал свою ладонь в кулак и стиснул зубы. Под Сергеем что-то явно стало неровно. — Не мог бы ты так не шутить на свою пьяную голову, и просто встать с меня, Сережа? — немного красный, но хмурый Маяковский посмотрел недовольно на своего мучителя, после чего тот одарил его насмешливым взглядом, и лишь слегка укусил мочку уха. Способен ли Владимир сдержаться в такой момент и совладать со своими чувствами к этому маленькому, заносчивому пареньку? Нужно ли найти способ, и как-то по-другому сбить спесь с Сергея? «Плевать.» — было единственной мыслью в голове у Владимира, перед тем, как под ним оказался удивленный Есенин. Нотки самодовольства и насмешки ушли с его лица, подарив ему слегка испуганный и неловкий взгляд, что возбудило Владимира еще больше, чем то, когда он насмехался над ним. — Я… просто неудачно пошутил, Владим… — не успев договорить, его рот закрыли поцелуем, и строгий взгляд смотрел прямо в глаза парню, который мог лишь мычать от такого напора. Медленно сняв пиджак, в которых часто любил ходить Маяковский, он отбросил его в сторону. Отстранившись от губ парня, он примкнул к его шее, начиная медленно покусывать ее и ставить засосы. — От тебя все еще разит алкоголем. — медленно облизнувшись, он оттянул кожицу на шее, схватив ее зубами. — Нх… с-стой… — возражение Сергея вновь прервали, медленно толкнув ему в рот два пальца, проведя носом по шее, он вдохнул запах одеколона, и прошептал в ушко: «Кажется, твоя же шутка обернулась потехой уже для меня.». Проведя другой рукой по талии, и медленно опуская ее ниже, Маяковский стянул трусы со смущенного парня под собой, который слегка обхватил пальцы Владимира губами, перестав их кусать. Довольно улыбнувшись, он вытащил пальцы изо рта, и медленно, спускаясь от подбородка, он провел по телу Есенина дорожку, задевая возбужденный орган парня. Обхватив его рукой, он стал поглаживать член, немного сжимая, и нежно проводя по основанию до конца. Проведя еще пару таких движений, и окончательно возбудив красного под собой Есенина, Маяковский медленно надавил чуть ниже, входя слегка, сначала первыми фалангами двух пальцев. От возбужденного вскрика, Владимир выдохнул. Пытаясь не сорваться, он медленно вставил пальцы до конца, и дав Сергею привыкнуть, медленно начал двигать их. Проводя тем временем другой рукой по телу разгоряченного парня, Маяковский, слегка поцарапал ему талию, не в силах сдерживать свое возбуждение. — … постарайся расслабиться. — нежно, коснувшись носом щеки, Владимир прошептал в губы Сергею. После чего медленно, боясь ранить, он вошел в него сначала головкой, а потом и вовсе до конца, когда возбужденный Сергей под ним уже привык к нему, и чуть двинулся навстречу, томно и возбужденно посмотрев на парня сверху, слегка облизнув свои губы. Эта ночь была самой долгой, сладко-соленой и томной, ведь этот день изменил в жизни обоих парней одно, но самое важное: отношение друг к другу. Чувства, стоящие преградой между ними, были сорваны и каждый из них отдался похоти и взаимному чувству симпатии. А за окном тем временем бушевала метель. И лампа, которая горела, освещая комнату, уже погасла.