Путешественник

— Мирослава! Подожди, —окликнул меня голос Наташки. Я обернулась и увидела подругу. Она бежала по противоположной стороне дороги, время от времени приостанавливаясь, скользя ногами по обледенелому асфальту и нелепо расставляя руки, стараясь не упасть. Наверное, опять допоздна перечитывала Гарри Поттера и, как обычно, проспала. Я тяжко вздохнула, изо рта вылетело облачко пара. Сегодня было очень холодно. Шел конец марта, а весенняя погода радовала нас проливными дождями в перемешку со снегом и градом, ураганным ветром и сильными морозами. Вот и сегодня ночью шел дождь, смывший всю насыпь песка, а утром ударил мороз под -18, превратив улицы в большой каток под открытым небом. Но несмотря на отвратительную погоду люди спешили по делам. Почти все они были странно одеты. У одних на ногах были зимние сапоги, у других резиновые, так как к обеду могло потеплеть, и лед бы растаял, превратив улицы в болото. Многие одели поверх пуховиков целлофановые плащи от дождя, остальные тащили в руках добротные зонтики, которые не сломаются от сильного ветра. Я взглянула на себя и зябко поежилась. Осенняя, черная, кожаная куртка, весенние полусапожки, черные джинсы, модный, красный шарф и отсутствие шапки. Да, я хотела заболеть. Приближалась неделя контрольных работ, а я не была уверенна, что напишу химию. Противная учительница за что-то невзлюбила меня с нашей первой встречи и специально занижала мне оценки, отбивая всякое желание учить её предмет. Мне бы лучше поваляться дома, а потом в спокойной обстановке выучить то, что будет в работе, что будут писать одноклассники. Её мне сфотографирует Наташа. А остальные предметы можно и потом прийти и написать. Благо их я знаю отлично. Как же холодно! Где Наташка? Подруга как раз переходила дорогу на зелёный свет и лучезарно мне улыбалась. Она такой светлый человек, готова прийти на помощь любому, никогда не оставит в беде одного. Мне так повезло с ней, она моя лучшая подруга. Я до сих пор помню, как мы познакомились еще в детском саду. Я насыпала ей в трусы песок, а она треснула меня ведерком по голове. Завязалась драка в ходе, которой я прокусила Наташе руку, а она поцарапала мне щеку. У нас так и остались шрамы с той памятной встречи на щеке у меня и на предплечье у нее. Она одна из самых близких мне людей, я знаю о ней все, что Наташа поттероманка, обожает морковку, ненавидит тушеную капусту, может питаться только шоколадом, верит в магию и многое другое. Чудачка, как и я. Громкий гудок отвлек меня от размышлений. К переходу неумолимо приближался грузовик, он пытался затормозить, но колеса скользили по льду. Наташа стояла и смотрела на свою приближающуюся смерть. Еще чуть-чуть и он собьет её! Я не могу этого допустить. Мир потерял все краски и сузился до одной точки. Стремительно побежав на встречу подруге, оттолкнула её с дороги на тротуар. Она упала на попу и осоловело смотрела на меня. Фух! Ещё бы чуть-чуть и случилась трагедия. Как вдруг я почувствовала дикую боль. Я хотела закричать, но из горла вырвался лишь хрип с кровью. Люди вокруг орали и суетились. Кто-то сказал, что вызвал скорую, надо лишь потерпеть.Мне оставалось лежать и смотреть как из моей груди вытекает толчками алая кровь. С такими ранами не живут. Боль притупилась, холод сковывал конечности. Осталось совсем немного. Я кинула взгляд на подругу. Она сидела возле меня бледная и рыдала взахлеб, умоляя не бросать её, говорила всякую чушь, что мы еще столько не успели сделать. — Пр-прощай, — прошептала я. — Нет-нет-нет! Не смей, Мира! Темнота поглотила меня. *** Я падала в пустоту или же плыла в ней? Недалеко от меня поплыла стайка крылатых глаз. Вокруг все слишком яркое, психоделическое, ненормальное. Возможно я сейчас лежу в коме и вижу сны. Но чёрт возьми! Почему такие наркоманские? Огромная бабочка, только что, съела розовую акулу и сыто отрыгнула. Я не знаю сколько уже прошло времени, но чем дольше я провожу здесь время, тем больше уверена, что это все реально, а не кома. — Это Хаос, -тихо сказала я, потрясенная догадкой. Перевернулась в пространстве, или это пространство перевернулось вокруг меня? Я еще раз оглядела его: создавалось ощущение, что кто-то опрокинул краски и оживил существ с рисунков учеников на полях тетрадей. Например, вот тот одноглазый, кривой медведь в джинсах был очень похож на рисунок соседа по парте — Данила. По задумке художника он должен был наводить страх и ужас, но пока вызывал лишь жалость. Хм… А что это? Вдали виднелось что-то похожее на зеркало. Мне захотелось рассмотреть это. И тут возникла дилемма. Как к нему добраться? Я решила попробовать плыть. Получилось! Расставив конечности как лягушка, я плыла по этому океану безумия к своей цели. Вот обогнула синюю жабу во фраке, вот рука исполинских размеров приветливо машет мне, нырнула над головой пушистого желтого шара, который пел арию « Я свободен ». Подхватив мотив и напевая, я добралась до цели. Это не было зеркало, больше было похоже на картину. Синее небо, зеленый луг с цветами, на которых сидели бабочки-красотки, могучие деревья. — Краси-и-и-во-о, — протянула я. Отчего-то захотелось прикоснуться к картине. Протянула руку, надеялась ощутить шершавость краски, но рука прошла сквозь холст. Кончиками пальцев я почувствовала дуновение ветерка по ту сторону. Приятно. В этом месте не испытываешь ничего. Не хотелось кушать, спать, в туалет, пропали запахи, руки не чувствуют ничего, будто все сделано из гладкого пластика. Появилось желание нырнуть в картину. С трудом переборов его, немного отплыла, когда заметила плывущий на меня рояль. А вот и он. Рояль в кустах — подарок каждого попаданца. Он несся на меня, как Титаник на айсберг. Нервно стала дергать конечностями, стараясь уйти с траектории движения. Не выходит! — Бум, — состыковка меня и рояля прошла успешно. Боли я не почувствовала, но по инерции меня понесло прямо в картину. Наверное, это тонкий намек вселенной, что мне надо сюда. Это было последняя мысль перед тем как я прошла полностью. Тело взорвалось болью. Что не чувствовалось там, замечательно ощущалось здесь. *** Открыла глаза. Белый, незнакомый потолок. Неужели мне все приснилось в больнице, пока я лежала в коме? Оглянулась вокруг. Нежно-голубые стены, маленькое стеклянное окно с занавеской в мелкий цветочек, деревянный шкаф и стул в углу. Такая себе комнатка человека среднего класса 19 века. — Черт, — только не прошлое, пожалуйста. Тут дверь приоткрылась и в комнату вошла девушка в белой рубашке и зеленой юбке в пол. В руках у нее был поднос с миской и полотенцем. Меня пришли обтирать. Сколько я уже валяюсь? Тут она заметила, что я очнулась. — Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? — Хорошо. Все в порядке. А не подскажите где я? Она подошла, поставила поднос на тумбу, стоящую рядом с кроватью, и сняла полотенце с моего лба. И ответила: — Тебя принес мой муж, он нашел тебя в лесу. Ты была без сознания и сильно ранена. Я лечила тебя. Сейчас ты в нашем доме в деревне Верхи. Меня зовут Дина. Моего мужа Тим. Он портной, шьет из кожи зверей, что сам убивает на охоте. Для наших деревенских, если ткань принесут, из нее пошить может, но на продажу в город только их кожи. Так и живем. А кто ты?