Мерзко. Противно. Неприятно.
***
— Всё хорошо? - Салли задумчиво рассматривает утренние облака, переключая песню, даже не посмотрев в плеер. А Трэвису она, вроде, нравилась. — Вполне. - даже собственный голос не даёт покоя Фелпсу. Он всегда звучал так отвратно? Это не самый худший день за последнюю неделю. Сегодня, по крайней мере, не хочется лихорадочно чихать от цветочной пыльцы, выгибать собственные пальцы и царапать запястья.Весна — шумиха, будто папарацции рядом.
— Это аллергия? - приглушённый голос мимолётно разрывает тишину, от которой Трэвису хотелось содрать кожу с нижних век. Кажется, что голос был пропитан нежным беспокойством. Этот голос никогда не вызовет отвращения. Трэвис просто в этом уверен. — Нет. Ну, я не знаю. - даже неопределённость отдавала нотками этой "апрельской мерзости". Невыносимо. Сиплый апрель звучит как приглушённые крики птиц, пахнет ужасно едко, почти как смертельный яд, трогает руки Трэвиса и насильно сжимает в его кулаках крапиву, чтобы тот потом судорожно ходил по своей комнате и кусал пальцы.***
Салли Фишер пахнет как весна. Очень легкая и приятная. Свежо, почти как мята. Трэвису хотелось, чтобы весна действительно была такой. Он немного касается руки Фишера. Аккуратно, боясь разбить, будто берёт в руки хрусталь. Выглядит Сал тоже как хрусталь. Очень мило и нежно для парня пятнадцати лет. В его светло-голубых, мягких волосах путаются лучи апрельского солнца, от которого хочется жмуриться и закрывать лицо руками. На самом деле, Трэвис не помнил, как точно выглядит лицо Салли без протеза. Он видел его пару раз, но не запомнил. Зато он навсегда запомнит его большие голубые глаза. Такие яркие и сияющие, прямо как звёздочки на ночном небе летом, только в тысячу раз прекрасней. Трэвис не особо любит физически контактировать с людьми, но объятия Салли — это нечто иное. То, что перехватывает дыхание, будто зажимает нос, когда погружаешься в воду. Заставляет забыть на считанные минуты о всех невзгодах.Даже про мерзкий апрель.