Котик и Альпака

***

      Душно. Ужасно душно и нечем дышать, рука то и дело тянется к спасительной жидкости в виде простой бутылки воды, однако это помогает не надолго, и лишь больше вызывает довольную ухмылку на его лице.       Напротив около полсотни радостных и взволнованных лиц, которые так или иначе отложились в памяти размытыми образами еще с прошлых встреч.       Долгожданный фансайн в честь выхода нового альбома только начался, а Юнги уже хочет быстрее оказаться дома, потому что атмосфера слишком напряженная.       И нет, это вовсе не из-за волнения перед непосредственной встречей с фанатами, они здесь наоборот играют роль некого успокоительного.       Вот Юнги видит знакомых нун из своей фанбазы, которые приветливо машут ему, на что парень натягивает милую улыбку, а вон слева от них какие-то совсем юные девушки в школьной форме пытаются держать себя в руках и не упасть в обморок раньше времени, так как память у Шуги хорошая, он делает вывод что они здесь впервые.       И все вроде идет как обычно, по протоптанной много раз дороге: новый альбом-выступления-шоу-фанмитинг.       Но именно сегодня у Юнги пересыхает в горле, и его периодически бросает в жар, а все потому что гребанный Ким-мать-его-любитель-фансервиса-Сокджин сидит прямо справа от него.       Вообще Юнги тяжело вывести из равновесия, словно он - непробиваемая скала. Да и в любых других случаях, рэпер мог просто кинуть свой фирменный суровый взгляд в того же приставучего Чонгука, и проблема бы сразу исчезла.       Но почему-то с Джином это совершенно не работает, и тот самый фирменный взгляд моментально ломается(как и он сам), превращаясь во взгляд запуганного лисенка, стоит лишь посмотреть в глаза старшего.       Ким наклоняется поближе, томно говорит в чужой микрофон, все еще держа свой в левой руке, и непробиваемая скала превращается в бесформенное желе, стекающее по краям блюдца. Но старшему, похоже, этого мало, мало того, что рэпер уже практически задыхается, не в состоянии сказать хоть что-то членораздельное фанатам.       Чужая рука медленно движется к шелковой рубахе - непозволительно глубокий вырез становится еще больше, и кривоватые пальцы мимолетно касаются бледной разгоряченной кожи.       Ким ухмыляется и мысленно хлопает себя по плечу, когда слышит радостные возгласы фанатов.       У Мина тем временем все плывет вперемешку с ужасной кашей в голове, и ему жутко хочется въебать по этой самодовольной роже. Но младший мужественно держится до конца, да и Джин вроде больше не достает, переключаясь на сидящего рядом Чонгука.       Шуга выхватывает причину своего ужасного настроения с блядско-розовыми волосами, когда они остаются одни в гримерке.       — Ну и что это за херня сегодня была? — к Мину мигом возвращается забытая злость вперемешку с обидой, когда он видит лицо Кима.       — Ты о чем? — Джин невинно хлопает оленьими глазами, словно это не он десять минут назад так открыто соблазнял младшего, — а, ты об этом, — вокалист тянет гласные и опять медленно проходится холодной рукой по кромке рубашки, задевая грудь младшего.       — Еще раз попробуешь провернуть свои уебанские фансервисные штучки на мне, и я за себя не ручаюсь, — рэпер откидывает руку старшего жестче, чем было в первый раз, на что тот лишь пожимает плечами и выходит из помещения, оставляя Мина с бешеным сердцебиением в груди.       Как ни странно, но старший послушал Юнги и не то что больше не приставал, а даже обходил того по возможности стороной.       И это... раздражало младшего еще больше, особенно когда все внимание хёна перекочевало к макнэ-лайну, которые уж точно не откажутся от обнимашек и тесного контакта с хёном, они же не идиоты.       А вот Шуга, похоже, тот еще идиот, и кто его тогда вообще за язык тянул.       Гордость не позволит забрать Юнги слова назад, и это лишь подтвердит его проигрыш в их игре под название "кто быстрее сдастся". По самодовольному взгляду старшего Юнги видит, что тот уверен в своей победе.       Но план Кима избегать Юнги трещит по швам, когда их ставят в одну пару для фотосессии. Младший ехидно улыбается, выжидая пока Ким оступится, пока нарушит их немой договор.       Теперь Мин ведет в этой игре, теперь они играют по его правилам, ведь Джин не может ослушаться команды оператора "ведите себя раскрепощеннее, помните про свой концепт" и проигрывает, касаясь открытого Минового плеча.       — Эй, слышь, хён, — самые старшие заканчивают фотосъемку быстрее всех, и Юнги находит Джина в все той же гримерке, сидящего на краю стола с визажистскими приблудами, — я же кажется предупреждал тебя, — Мин подходит ближе, опираясь обеими руками о стол и не давая старшему шанса высвободится, а еще смотрит не без ухмылки во взгляде.       — Ну и что же ты мне сделаешь? — Ким принимает правила новой игры, склоняясь над лицом Юнги в опасной близости, надеясь на его капитуляцию.       Однако Мин только этого и ждет, притягивая старшего еще ближе к себе. Борьба "кто кого" продолжается, даже когда парни исследуют губы друг друга в жарком поцелуе.       — Я же говорил, что не ручаюсь за себя, хён, — лицо младшего окрашивает довольная ухмылка, но старший не отстает от него, пошло облизывая губы от смешавшейся слюны.       Похоже, эта игра только началась.