Butterfly

Когда в нашем сердце больно, какие догадки посещают нас? Смерть ли это? Болезнь? Но мы никогда не задумываемся, что в этот момент страдает наша душа. *** — Я тоже их чувствую, — Санс нежно улыбнулся и прижал руки к животу. В такие моменты он выглядел как безмятежный, ветреный ребенок, на душе которого только радость и забава. Все тёплые чувства парень всегда хранил в себе, а затем выпускал на волю. Словно табун бабочек вырывался из его сердца, полного добра и справедливости. Он мягко улыбался и продолжал прислушиваться к порханию маленьких резвых крылышек в его животе. — Ты чего такая угрюмая? — краем глаза Санс мог видеть недовольно-злобное лицо Чары. Её телодвижения выражали какое-то тревожное волнение. Руки напряжены, ноги будто бы уже готовы рвануть, а лицо искажено в злобном оскале. Но ее рубиновые глаза так и мерцали, купаясь в лучиках заходящего солнца. Этот цвет идеально подходил под характер молодой хулиганки. Красный цвет — цвет решимости, огня, целеустремленности, дерзновения. И он единственный придавал ей хоть малейшей женственности. — Не твоё дело, — фыркнув, Чара отворачивала свое лицо от собеседника, — мне нужно идти, — она резко вставала с места и спускалась по лестнице. А уж зачем и куда, Санс этого не знал. Он вообще мало что знал о своей возлюбленной. Ведь она такая скрытная, непонятная для его изучения. Он привык к лёгким путям разгадки, где все просто и элементарно, там где нужно довериться чувствам. Но Чара… это совсем другой человек. Она никогда не подпускает чувства к своему сердцу. Парень даже неоднократно задумывался: А любит ли она меня? Но на этот вопрос ответа нельзя было дождаться. Может быть через год или два, шатенка уже наконец определиться со своими чувствами, может быть ей нужно время. Да и он сам не требует от нее быстрой взаимности. Покрайней мере такие догадки посещали Санса. Это было уже лучше, чем попросту биться в неизвестности. Парень вдохнул свежий воздух уходящего дня и закинув ноги на крышу, медленно привстал. Он не стремился следить за Чарой, так как знал, что у неё, как у достаточно взрослого и самостоятельного человека, есть свои личные дела. Но вот только какие они? Плохие или хорошие? Стоит ли беспокоится о душевном состоянии девушки или же оставить её в полном своеволии? *** Возможно, мне стоит сначала рассказать об отношениях наших героев. Ведь такую мелкую, но очень важную деталь, я ни в коем случае не могу упустить. *** — Чара, идём, — прикрикнул парень, ведя за собой «слепую» девушку. — Санс, что за шутки?! Куда ты меня ведешь?! — сразу было видно, что шатенка такую идею не оценит, но Санс знал, что ради такого сюрприза все «издевательства» были не напрасны. И наконец дойдя до заветного места, парень торжественно снял повязку с глаз Чары и перед ее взором открылся самый лучший вид на город. Это была обычная крыша одного из высочайших зданий города, на который в последствии, наши герои будут проводить больше времени вместе, прямо как вначале. — Это что? — девушка взглянула на украшенный стол посреди бетонной площадки, на котором располагались всякие вкусности. Среди всего этого можно было отыскать шоколад. — Я приготовил тебе сюрприз, — Санс мило улыбнулся и потупил голову, чтобы смахнуть появившийся румянец с щек. — Я же говорила, что ненавижу подобные приемы, — даже в своём изящном алом платье она нисколько не выглядела хрупкой, женственной леди. Совсем наоборот. — Да, но я старался. Я уверен тебе понравится, садись, — он любезно отодвинул стул для Чары. Но девушка села на соседний стул. — Я сама справлюсь, не маленькая уже, — её хрипловатый голосок совсем не подходил к её данному образу. Черные ласковые туфельки, с бантиками и аккуратненьким орнаментом по краям. Красное платье чуть ниже колен с чёрным пояском. Прибранные, уложенные в прическу волосы с золотой заколкой в виде сердца и такой же кулон покойного брата. Чара взялась за приборы. Управляла она ими неумело, неуклюже, все как в каменный век. Но Санс терпеливо объяснял своей возлюбленной правильное обращение с вилками, ложками, а про ножи она и так знает, попробуй тут переучи. — Чар, пока ты уходила, тебе тут из агентства звонили, — парень решил нарушить неловкую тишину, сковавшую обоих, — Я взял трубку, а они там что-то бормотать начали. Грозились кого-то убить. Шатенка резко вскочила и ударила кулаками по столу. Её пылкое дыхание говорило о серьезности происшествия. — Сколько раз я тебе говорила не брать трубку, — она медленно растягивала слова и говорила их на предельно-сдержанной ярости, — Не брать трубку! Какое из этих слов тебе не понятно?! — она внезапно перешла на крик. — Но я же хотел… — Санс пытался оправдаться, но видимо было поздно. — Что ты хотел?! Сдохнуть?! Я тебя просила миллион раз. Что, так сложно выполнить хоть одну мою просьбу?! — Чара развернулась и отошла у к выходу. — И что теперь? — тихо пробормотал блондин, пытаясь найти подходящее решение проблемы. Она не казалась ему опасной. — А теперь, пиняй на себя, — сквозь отдышку уже более сдержанно ответила девушка, скрывшись за дверью.