Курение Убивают

Даня, будучи воплощением никотино-зависимости, любил курить. Даже не так, он не мог существовать без курения. Тело начинало болеть, а голова кружится, но страшнее всего было когда он терял плотность. Руки становились прозрачными, весь мир как будто накрывался белым туманом, а чувствительность уменьшалась. Призрак, как звала это состояние Алиса, кофеино-зависимость. Если пробыть в состоянии призрака слишком долго, то физическая оболочка просто исчезает, память очищается, а зависимость сливается с какой-нибудь другой. Дане, в таком случае, предстояло слиться со всё той же Алисой, что было даже не так плохо — не многие осознают, что зависимы от кофе. Но всё равно, Даня до дрожи боялся быть развоплощённым, одного недо-раза ему хватило сполна. Его прошлый носитель всегда знал, что рано или поздно от зависимости нужно избавляться, но Даня не считал, что тот серьёзно попробует бросить. Всё-таки, двенадцать лет, это не месяц, чтобы бросание прошло безболезненно, а на такое не каждый мог пойти, да и силы воли обычно хватало максимум на два дня. Всё изменилось, когда после ужина, вместо сигарет Кузьма засунул в рот леденец. — Эй, ты чего? Деньги что-ли закончились? — усмехнулся тогда Даня, не видя проблемы,— можно у соседей попросить. — Пошёл отсюда,— проворчал Гридин, бросая недовольный взгляд на зависимость.— Я бросать буду. — То есть у тебя просто не хватает денег на сигареты? Тогда можно брать дешёвые из ларька. — Нет, я не… Вообщем отстань. Я бросаю и точка. Тогда Даня лишь посмеялся, но когда и на следующий день Кузьма не курил, стало уже не до шуток. Было фигово и хотелось никотина, однако Кузьме было всё равно. Уже через четыре дня начали исчезать руки, а мир стал подозрительно бледным. В уже почти исчезнувшем теле, болело практически всё, а лёгкие будто бы сжимало и подпаливало. К счастью, совсем близко Даня смог почувствовать паренька с только развивающейся никотино-зависимостью. Зародыш было легко вышвырнуть, а Даня смог наконец вздохнуть спокойно. К тому же, его присутствие одобрила шестьнадцатилетняя кофеманка Алиса, самая длинная зависимость в доме. Он был вполне счастлив вместе с Юликом. Пожалуй, с ним было даже лучше чем с Гридиным в лучшие годы. Парень пыхтел как какой-то паровоз. Видите ли, это сейчас популярно. Юлик был заботливым, иногда жестоким, а когда надо командовал. С ним было приятно общаться, иногда даже проскальзывало что-то такое… эдакое… вообщем приятное, но непонятное. После того, как Даня поделился своими наблюдениями с Алисой, то та лишь улыбаясь, сказала что-то умное (и сложное) про эволюцию и ушла в другую комнату что-то писать. Лучше было не спрашивать, теперь вопросов только больше. Юлик часто говорил, что Даня клёвый. Он говорил, что с ним весело и есть о чём поговорить. Странное чувство снова появлялось, но к Алисе (как-то подозрительно хихикавшей на его объяснения) он больше не ходил. Она-то знает, но ему почему-то прямо не говорит. Ну и ладно, со старшими не спорят. Впервые носитель поцеловал свою зависимость спустя три месяца. Юлику довольно легко удалось затащить ничего не понимающего Даню в угол. Его кожа даже перестала быть прохладной, и грела какое-то время. Где-то в далеке были слышны крики «Это свершилось!» и «Мой отп канон!». Даня так и не понял, что произошло, но ощущения были приятные. «Даже лучше курения» Подумал он, смотря вслед убегающему носителю «Хотя, нет ничего лучше курения. ЭТО будет на втором» Добавил Даня и успокоился. Всё-таки надо было ещё раз попросить у Алисы нормальных и внятных объяснений. А то мало ли, вдруг это вредно. — Успокойся, чувак. Это всего лишь одна из ступеней твоего взросления. Если сейчас тебя могут видеть только те, кто был от тебя зависим, то после этого ты станешь кем-то вроде человека. Я и мне подобные очень редко выходим на этот уровень, но у курения и алкоголизма шансы гораздо выше. Вон, Лиззка из соседнего подъезда именно воплощение второго, — сдалась Алиса после часа уговоров,— Это случается, когда носитель полностью принимает и любит свою «вредную привычку». Даня тогда обрадовался. Было бы здорово почувствовать себя живим, а не быть привязанным к одному человеку. И сам процесс был приятен. Юлик стал больше курить. Он также стал иногда обнимать Даню, но похоже ему было немного неприятно из-за холодной кожи, которая к счастью становилась всё теплее и теплее. Приятное чувство появлялось всё чаще а иногда Даня даже мог поднять некоторые предметы. Через пять месяцев после смены носителя (что Даня вспоминал с неприязнью) он впервые полностью проявился. Просто по середине разговора, он вдруг почувствовал свой собственный вес и упал на пол, утащив Юлика за собой. Он тогда перепугался и матерился даже сильнее обычного. К счастью, подошедшая Алиса разъяснила, что это он наверное переступил порог. Юлик кстати, Алису так и не увидел. Тут Даня уже начал материться от радости, хотя не забыл поделиться этой счастливой новостью с другом (а другом ли?) который стал радоваться чуть тише. Юлик предложил попробовать что-то новое, а Даня был не против.