Они любят

      — Милый… Я хочу, чтобы ты знал: я люблю тебя… Ты самое дорогое, что у меня есть, — шепотом произнесла Селена, сидя рядом с кроватью сына.       — Я знаю, мам. Не волнуйся, — недоуменно пробормотал сонный пятилетний Фэш, чувствуя нежную руку матери. — Запомни: я всегда буду рядом, — сказала красивая женщина, гладя сына по голове, — что бы ни случилось…       — Мам, ты плачешь? Не плачь! — испуганно проговорил мальчик, бросаясь матери на шею. — Обещай, что ты никуда не уйдешь! — капризно, но испуганно попросил мальчик, заглядывая ей в глаза.       — Обещаю… — обнимая сына в ответ, сказала Селена, проклиная себя за эту ложь. Картинка сменилась.       Он сидел на каменном полу и в его руках была Василиса. Не понимая, что происходит, он опустил глаза на девушку. Ее одежда была в крови, и он понял.       Она умирает.       Нет, нет, нет, нет…       Он не знал, что случилось. Он не понимал. Он не верил.       Наклонившись к груди девушки, он услышал слабое биение ее сердца, и слабая надежда загорелась в его груди.       — Фэш, я…       Боже… Ее голос был таким хриплым, что отдавался болью по всему телу.       — Я умираю? — спросила она, глядя в пустоту.       На ее лице воцарилась слабая, жуткая, болезненная улыбка.       — Нет, нет! Ты не умрешь, я не позволю, — ответил он, прижимая ее сильнее к себе.       Он попытался встать на ноги, но не смог. Все тело будто закостенело.       — Почему?.. Поч… ему? — прохрипела она.       Борясь с рыданиями, вырывавшимися из его груди, он наклонился к ней, пытаясь расслышать слова девушки.       — Почему ты позволил мне умереть? — спросила она, нежно глядя ему в глаза.       Фэш проснулся в холодном поту.       Вскочив с кровати, он ринулся к двери из комнаты, спотыкаясь и сшибая все на своем пути. Парень открыл дверь и на негнущихся ногах побежал по коридору, периодически хватаясь за стены, чтобы не упасть.       Сбившееся дыхание… Слезы на щеках… Она не могла умереть… Не могла…       Василиса лежала на кровати, ворочаясь и желая наконец-то уснуть.       Предчувствие, что должно произойти что-то плохое, не оставляло ее в покое. Она накрыла голову подушкой, уткнувшись носом в матрас.       Спать, спать, спать, спать, — повторяла она про себя.       Вдруг она услышала какой-то звук. Совершенно неясный стук, донесся до нее будто через несколько комнат.       Приподняв голову, она прислушалась.       Стук повторился. Уже громче. За дверью ее комнаты послышалось чье-то сбившееся дыхание. Как будто этот кто-то долго-долго бежал или… Плакал.       Встав с кровати, она босыми ногами прошлепала к двери и опустила ручку.       На пороге ее комнаты стоял Драгоций.       Она испуганно посмотрела на парня. Взгляд его был таким испуганным, руки дрожали, ноги казалось вот-вот подогнуться от непосильного груза. Он казался таким беспомощным… Таким… Маленьким.       — Фэш, что случилось? — спросила она, судорожно сглотнув.       Он обводил ее с головы до ног не верящим взглядом.       Протянув вперед дрожащую ладонь, он остановил ее в миллиметрах от ее щеки.       Будто боится, что я сейчас пропаду, рассыплюсь прямо на его глазах… — промелькнула мысль в ее голове.       — Фэш, что…       Ее прервал судорожный всхлип.       Сорвавшись с места, он прильнул к ней, крепко-крепко сжимая ее в своих дрожащих руках.       Воздух громко вырвался из ее груди, когда она почувствовала горячие слезы, бегущие по его щекам.       — Я думал… — его голос сорвался. Василиса, судорожно обнимая его за плечи, молча ждала продолжения. — Что ты умерла… Что я… я не смог тебя спасти.       Девушка отстранилась и посмотрела снизу вверх на его лицо. По его щекам бежали слезы.       — Я не умерла, — прошептала она, стирая кончиками пальцев горячие капли. — Я здесь, я жива, я… Я с тобой.       От этих прикосновений он задрожал всем телом, и медленно начал оседать на пол, потянув подхватившую его девушку за собой.       — Это все сон… Просто сон… — шептала она ему на ухо, одной рукой прижимая его голову к своей груди, а второй перебирая спутанные темные пряди. — Просыпайся, просыпайся, Фэш.       Находясь еще в оковах сна, Фэш закрыл глаза и всем телом внимал этой ласке, все больше и больше успокаиваясь.       — Я потерял их… Потерял, не смог спасти… Я не могу. Не могу потерять и тебя, — словно в бреду повторял он.       Она впервые в жизни видела его таким растерянным, таким потерянным, таким испуганным. И от этого ее сердце разрывалось пополам.       — Не волнуйся…       Он пришел ко мне… Будто я единственная, кто смог бы его утешить, — думала она, изо всех сил прижимая его к себе и укачивая, как маленького.       Василиса никогда себе и приставить не могла, что будет вот так сидеть и жалеть плачущего парня, ищущего покой и спасение в ее объятиях и нежных прикосновениях. Что будет так смело гладить его по голове и прижимать к себе.       Неожиданно он открыл глаза.       — Обещай, что ты никуда не уйдешь! — требовательно попросил он.       — Обещаю, — не задумываясь, ответила она. Обещаю…