Прости, кажется я люблю тебя.
Так и стоял пару секунд в ступоре. Шок пронзил его буквально до кончиков волос. Это все на его глазах...Прямо под носом, а он об этом и не подозревал. "Спец в любви" ещё называется. Кретин...Пролетела мысль в голове Ивана, который так же тихо как и вошёл вышел, точнее вылетел из дверного проёма.
-"Можно пойти и без телефона...Стоп, куда пойти?! Я уже не смогу никуда пойти!" Нервно хихикнув, не пойми кому или чему, он прикусил губу, направляясь вон из дома. В клуб уже не хотелось, приходилось поневоле всё переваривать. -"Блять, вот это пиздец. Вот это попадос. Вот это я лохонулся...Хотя странно, что не я брезгаю, он...Впрочем ведь ничег..." На некоторое время он завис, будто компьютер прогружал информацию. -"Нет...Нет, нет, нет, нет. Да ну не, глупости. Но ведь Эля же, Эля...Так, это уже полный пиздец. Надо хорошенько всё обдумать. Но в комнату я сегодня, уж точно не вернусь. " Своим же мыслям нервно кивнул, быстрыми шагами направляясь к Ариэль в дом напротив. Парень и вправду не пришёл ночевать, хотя это был не первый раз , когда он вот так вот не приходил домой. Поэтому родители особо не переживали, да и Данила думал что парень в клубе поэтому наплёл родителям какую-то очередную чушь. Но только не про учебу и библиотеку. Кто вообще поверит в такую чушь? Ближе к другому вечеру Ваня всё же соизволил появиться, проходя через общую комнату, где его заметили родители, но похоже он и не пытался "уйти незаметно". Около двадцати минут его отчитывали, так как, он не брал трубку, не отвечал на смс-ки. Да и похоже они откинули слова которые сказал Данила. Молча покивав, мол, согласен, ибо на другое уже и сил не было, ушёл в свою комнату. Точнее его туда оправили как наказание. Да, их комната это прям "ад" для хулиганов..Пусть мама Лида и долго возражала, его комната разве похожа на "среду обитания" для наказания? Там же как в раю для подростка. Но похоже женщину проигнорировали. Данилы дома не было, родители действительно верили что мальчик отправился в библиотеку. Он хотя бы не врал, и действительно просиживал там долгое время. Сейчас это было для него спасением, там тихо, любимый запах книг смешанные с пылью, но когда время близилось к девяти мальчишка всё же вошёл в дом и направляясь к комнате "Писал" в голове Новый текст песни. Но Как только он прошёл за порог его встретил суровый взгляд, от которого просто прошли мурашки по всему телу. -"Ох, чёрт..." Сердце даже неприятно кольнуло. Он так не любил когда Ваня смотрел на него с отвращением или сурово, будто бы на врага. Для него это было просто неприятно. -Что, вновь наказали? Я говорил что даже мои слова не прокатят. Лучшая защита это нападение. Вот и сейчас он сделал вид, вто всё нормально, и "непринуждённо" усмехнулся над Ивановым. Прошёл в комнату оставив рюкзак возле шкафа, но его резко развернули за плечи, заставив притаить дыхание и с лёгким шоком смотреть на возлюбленного. Опять близко...Так грубо. -Слушай, ты блять...Я тебя ненавижу, ясно?! Я тебя презираю, я желаю чтобы ты наконец-то сдох. Ты портишь мне всю жизнь, зачем ты путаешься под ногами? Всё было так хорошо пока ты не появился, чёртов педик! Мерзость, какой же ты мерзкий. Ненавижу...! А он был действительно свиреп, жесток и аморален...Ведь он не чувствовал того самого отвращения, он не чувствовал неприязни, совсем нет. Но, в нём говорила лишь злость, лишь агрессия. Он злился за то, что именно Данила запутал его. Он услышал эту песню...И до него дошло, что в него влюблён по сути тот, кто у него все время под носом. Как он этого не заметил? Будет логичней если Ваня будет злиться на себя. Но он слишком глуп чтобы понять это. Правда для Дани...Это слишком жестокое наказание. Иван резко замахнулся кулаком и оставил свой отпечаток прямо на молочной груди. Если бы попал чуть выше, прямо по солнечному сплетению тот бы задохнулся, не успев и вдохнуть...Но это не меняет того, что было больно. Рыжик больше всего боялся услышать нечто подобное..Эти слова больнее ножа и никак его не отвлекали, только добивали. Его поедал простой страх, что он видит Ваню таким злым, но следующие слова ударили куда сильнее. Они прошлись морально по сердцу, по душе. Расползлись по венам, вскрыв их к чертям. Как же больно слушать это от человека, в котором души нечаешь. Он даже не мог ничего поделать, он просто любит...В горле застрял ком, не дававший сказать ни слова. Но Данила распахнул глаза, до него дошло что Иванов всё знал, он знал про чужую любовь и теперь презирает его. Упавший на колени был повержен, что физически, что морально. Данила опустил голову сжав руками живот слегка подрагивая, рука поднялась а ладонь скользнула по груди. Которая так ныла от резкого и сильного удара, он тихо закашлял а из глаз несдержанно полились слёзы. Как же сейчас ему было стыдно за всё, за то, что он не сдержался. И сейчас наверняка выглядит жалким. По молочным щекам стекали горячие слёзы, в которых отражалась вся боль...Вся боль безответной любви. Он не издавал не звука кроме кашля. Видя это Иванов поморщился, фыркая и уходя за дверь хлопая той. Вот он остаётся один на один с собой. Хочется выть.Прошло две недели. Даня совсем ничего не ест, молча сидя за столом, а после и перестал приходить в школу. Он становился всё бледнее и бледнее, он понимал, что чахнет, но...Оно и лучше. Только эти мысли доводились в его голове. За столом он молча смотрел в окно, словно не моргая, а в какой-то момент Ваня всё же посмотрел на парня, его словно разразил шок. Дело в том, что после этого разговора они даже не смотрели на друг-друга. Данила попросил другую комнату, да хоть в подвале, где угодно только ни с этим додиком. Как не старались расспросить родители ничего не выходило. Конечно они сильно волновались за мальчиков. Понятно, что те поссорились, но сейчас их больше тревожил сам Даня, которому уже пару раз вызывали врача. Но Он стал ещё тоще, с синяками под глазами, пересохшими губами и бледной кожей. Распатлёшенные волосы падали на глаза, а в самих глазах не было никаких эмоций, они были такими бледными...Лишь свет с окна давал им какой-то блеск. Первые пять дней он ещё что-то говорил, но после замолчал, не разговаривая вовсе. Зато много сидел в соц сетях. В тот момент когда Ваня впервые за несколько дней поднял на него взгляд, он стал за ним следить. Даже не понимая этого, просто следил. Следил, как тот молча передвигался по комнате, за морганием глаз когда сам Данила попадался на вид. Но они всё равно почти не виделись. Зато всё чаще он замечал как рыжик периодически задыхался в кашле, даже не зная всю серьёзность ситуации... Данила каждую ночь рвал горло в кашле, алая кровь капала по стенке раковины в ванной. А на утро опухшие губы и жуткая головная боль, в один момент он не вернулся домой. С утра родители занервничали,телефон выключен, связи нет. Они обзвонили школу, побывали в библиотеке и везде где можно. Уже половина дня прошла и ничего. Они расспросили Ваню, но на их удивление он сам был очень встревожен этой ситуацией. Ничего не знал, в панике ходя по улице, за родителями. А на телефон спустя пару часов позвонили, это был номер Дани. Но голос уж подавно не его, взрослый мужской барритон сообщил им плачевные новости. Всех хватил удар, звонили из больницы, всю ситуацию объяснили только тогда родители были на месте. Парень захлебнулся кровью прямо на улице, упал в обморок, он мог умереть если бы не люди, которые вызвали скорую. Они рвались в палату где Иванов лежал с капельницей и прибором, прикрывающий рот и помогающий дышать. У Вани, кажется остановилось сердце глядя на эту картину, наконец до него дошло. Всё из-за него, Данила в таком состоянии из-за него. Врачи объяснили всю ситуацию, так же теперь родители знали что его кто-то ударил в грудь, но не знали кто. Данила очнулся спустя пару часов, но забрали его лишь ближе к десяти. До этого он прошёл обследование, и его ждала операция, так же спокойствие и уход. Пока родители были в спешке Ваню оставили на попечительстве у Дани. Тот лежал на кровати, тупо и устало пялясь в окно. Но как только зашёл Ваня его встретил взгляд, который смотрел на него пару секунд пока не отвернул голову зарывшись с нею в одеяло. При этом прозвучало ужасное и тихое..
-Что-ж я не сдох то... -Не говори так. Тут же отозвался Иванов, сев на край кровати. -Пф...Тебе то какое дело...Ты же только об этом и мечтал. А ведь действительно, Ваня же сколько раз повторил "сдохни". Он даже не думал об этом в серьёз. Но похоже следовало всё обдумать. Иванов замолчал, сказать было действительно нечего, из под одеяла выглядывала одна рука, тоненькая ручка которая просто слегка дрожала. Спустя три дня состоялась операция, которая вполне успешно прошла. Теперь его просто заставляли есть, а родители не спускали глаз, даже не давая покоя. Но всё же врачи сказали что так нельзя, в любом случае, присматривать за ним оставили Ваню. Даня совсем не спал, но он притворился лишь бы его оставили в покое, он понадеялся что Ваня уйдёт наконец, но нет. Тот сел на кровать тупо пялясь на лицо рыжика, и это...Даже пугало. Ваня смотрел пару минут, пока не провёл рукой по его недо-рыжим волосам, по молочной коже. Парень приблизился нежно касаясь губами бледные губы Данилы, застывая так на пару секунд и отстраняясь. В этот момент сердце остановилось когда он увидел распахнутые глаза того, кого поцеловал. Иванов подскочил с места прикрыв ладонью губы и вжавшись в спинку кровати, его лицо до ушей так мило покраснело... -Т-Ты что сделал...?! Дрожащим голосом признёс мальчишка, сжимая одной рукой край одеяла, но деваться уже было некуда. Ваня долго морочился, но опустив голову он всё же тихо заговорил. -Прости меня. Прости за всё и...Кажется я люблю тебя. В ту же секунду воцарилась тишина, Даня убрал руку то своего рта, с теми же растерянными глазами смотря на возлюбленного, но после покрутив головой нервно усмехнулся. -Д-да конечно...Хватит издеваться...Хватит играть с моими чувствами...Ты это специально...Потому что я чуть не умер. Это отвратительно, знай. Это отвратительна шутка! На это Иванов лишь выдохнул приблизившись к Дане и поместив руку на его затылок втянул в поцелуй. Вот так вот...Просто. Сейчас ему было не важно, зайдёт кто нибудь, или нет. Он так винил себя за всё, и так хотел ощутить эти губы...Он сминал иэ своими, ласкал языком. И просто игрался в чужом рту, у обоих сердце сжалось и стало часто часто отбивать странный ритм. Щёки Вани покрылись обычным румянцем в ту очередь когда щёки Дани пылали сладким огнём. Ведь тот даже не умел целоваться, но сейчас ощущал горячие губы и язык человека, которого безумно любил...Не смотря на то, сколько же боли ему Причинили. Поцелуй был таким вязким, таким сладким. Активом был лишь Ваня, но все равно приятно, будто слишком хороший для этой жизни сон...А вот по щеками потекли горячие слёзы. Ваня тут же отстранился, чуть склонив голову и большим пальцем смазал мокрые дорожки, тихо прошептав: -Прости. Но мальчишка только и мог, что повиснуть на его шее, уткнувшись носом в участок плеча. Просто тихо всхлипывал, чувствуя ответные объятие, тепло чужого тела. А сквозь этот всхлип, можно было услышать..."Я тоже...Тоже тебя люблю."
