Дом

Найтмер всегда знал, что, живя в одном доме с психами, в любой момент рискуешь остаться без этого самого дома, но он надеялся, что внушаемый им страх вселит в тупые черепа его подчиненных хоть сколько-то здравого смысла и прогонит любое желание драться в четырех стенах. Что ж, он еще никогда так крупно не ошибался, понял он стоя около того, что осталось от его прекрасного, мрачного особняка, то есть на руинах. А все виновники этого смылись и наверняка попрятались в позитивных АВ, куда самому Кошмару не то, что ходу нет, но еще и смертельно опасно. Кто захочет раствориться под действием позитива, будто мороженое под горячим солнцем. Вот и Повелитель негатива не хотел, и те остолопы прекрасно об этом осведомлены, раз так хорошо заныкались. — Что ж, — думал альфа. — когда-нибудь эти крыски вылезут из своих нор, долго без убийств они не смогут. Кошмар раздраженно передернул плечами, но напротив холодных размышлений, в душе Негатива все больше закипала злость, и ему пришлось спустить её самым примитивнейшим способом, а именно обрушить всю мощь своих щупалец на то, что осталось от некогда мощных стен. Когда пыль разрушений осела, Найт почувствовал, как бушующая ненависть, не исчезла, нет, улеглась огромной кошкой в грудине, хладнокровно ожидая момента, когда можно будет нанести один единственный, но решающий удар и наслаждаться убитой добычей. Он прямо чувствовал, как её пушистые бока касаются его ребер при мерном дыхании. От построения плана мести и мыслей о том, где можно найти жилище, главного плохиша мультивселенной отвлек тихий шорох шагов. Из извращенного подобия леса, что представлял собой мрачный частокол засохших деревьев с голыми ветвями, неторопливо вышел покрытый тёмно-серой дымкой скелет, двумя яркими пятнами на нем были лишь две глазницы с кроваво-красной радужкой и с белыми огоньками зрачков, разрушая мрачное уединение Повелителя Кошмаров. Сама Ненависть своей собственной персоной. Тоже состоит в банде «Плохих парней», но вроде и «кот, который гуляет сам по себе». Обычно Найт не имел ничего против него, но в данный момент руки так и чесались свернуть этому нагло ухмыляющемуся гаду шею. — Плачешь у разбитого корыта, о Великий~? — тон дымчатого не оставлял никаких вариантов, кроме того, что эта серая тварь откровенно издевается. — Нет, решил внеплановую перестройку сделать. — Зло огрызнулся Негатив, отворачиваясь от другого скелета и тем самым показывая свою незаинтересованность как в его компании, так и в разговоре. Его щупальца слегка постукивали по земле или просто беспокойно извивались в воздухе, выдавая нервозность их владельца. — Именно об этом я и подумал. Чем тебе еще заниматься, кроме как не перестройкой своего злобного гнездышка, о великий. — Ненависть, кажется, считал себя бессмертным, раз так открыто ёрничал с Хранителем Негатива. — Сделай одолжение. Убейся. — сохраняя крупицы спокойствия, выдавил Найт. — С каких пор Лорд Найтмер просит об одолжениях своих жалких слуг? — усмехнулся дымчатый. — Ни с каких. Это был сарказм, умник. Прекрати досаждать мне своим присутствием. — рыкнул Кошмар. — Я бы на твоем месте не был так груб с тем, кто может решить некоторые твои жилищные проблемы, ведь спать на улице мало приятное занятие. — пожав плечами, как бы между делом, обмолвился Хейт. — С чего бы такая «щедрость»? — настороженно спросил Найтмер, с прищуром посмотрев на воплощение ненависти. — Мои силы, как и твои, зависят от негативных эмоций, только у меня более узкая направленность. А ты всегда сильно фонишь негативом, ненавистью в том числе. Так что, я тебе кров, ты мне «еду». Как тебе предложение? — объяснил свое присутствие дымчатый, чуть склоняя голову набок. — Хорошо. — дал свое согласие Найтмер. Намерения собеседника были ему понятны и не несли какого-либо двойного смысла, простую выгоду для обеих сторон. Найтмер поднялся с остатка стены и неторопливо подошел к Хейту, засунув руки в карманы толстовки. Со стороны он имел несколько безмятежный и расслабленный вид, но дымчатый прекрасно чувствовал исходящие от Кошмара волны негатива. Будь в этом мире какая-либо растительность, то умерла бы от его ауры. Ненависть слегка удивился такому быстрому согласию Повелителя Ночи, но не стал задавать лишних вопросов, открывая портал в свой дом, находящийся в геноцидной АВ, в которой уже никого живого не осталось. Кошмар окинул оценивающим взглядом то место, где он оказался. Это оказалась небольшая мрачноватая гостиная, застланная коврами, с единственным диваном посередине, и огромной плазмой, на одну треть стены, напротив. В углу притаился стеклянный шкаф, доверху заставленный пухлыми книгами. Из арки, ведущей в коридор виднеется лестница на второй этаж. — Ванная и кухня на первом. Комната на втором, самая дальняя дверь. А теперь мне пора идти. — с последними словами дымчатый исчез, оставляя Кошмара одного на неизвестной территории, которую Найт тут же пошел бесстыдно исследовать. Выяснилось, что дом небольшой, мрачноватый, что так любил Негатив, двухэтажный. На первом этаже, как и говорил Хейт, ванная комната в серых тонах, кухня тускло-бежевых оттенках и черно-красная гостиная. На втором этаже всего две комнаты. Первая комната Ненависти, что было понятно по мелким незначительным деталям, что отсутствовали во второй комнате. Закончив с обследованием дома, Найтмер стал думать о том, чем ему заняться, и ответ нашел довольно банальный, он просто пошел бухать в какую-то АВ, где всем было похер на то, кто он или же они просто не знали. Хейт не был удивлен вернувшись и не застав Лорда Кошмаров в доме, в конце концов его никто не пленил. Удивился он позже, когда Найтмер ввалился ночью пьяный в хламину. Ладно, с кем не бывает, ну выпил и выпил. Но подобное начало повторяться день ото дня, и так уже неделю. У Ненависти начало медленно кончаться терпение. И вот время давно перевалило за полночь, а дымчатый сидел на кухне и вливал в себя кофе, дожидаясь, когда придет чернильный пьяница, и он наконец-то сможет пойти на боковую, потому что ложиться до прихода Найта бесполезно, так как пьяная тушка с восемью плохо слушающимися конечностями создает просто колоссальное количество шума. И вот к облегчению хозяина дома раздался привычный хлюпающий звук открытия портала Повелителя Кошмара и в пределах видимости дымчатого возник сам Найт. Он тут же подошел к Негативу, намереваясь быстро оттащить его в комнату и блаженно придаться сну. Уже почти выполнив первую часть плана, он неожиданно оказался прижат к, на удивление не сильно пахнущему спиртным, чернильному скелету. — Какого ты творишь?! — задохнулся от возмущения он. — От тебя приятно пахнет, Дымок, прямо, как от омеги~. — на ухо Ненависти проурчал Найт. Тело на нем замерло, а потом с новой силой и большим рвением начало вырываться, гневно пыхтя. — Отпусти меня, пьяница, и спи. Видеть твою бухую морду не хочу. — ему было не до любезностей, если Негатив смог учуять его запах, значит действие подавителей подошло к концу, а если Кошмар узнает правду, то… Хейт даже боялся подумать о том, что тот с ним сделает. Но как назло хватка Лорда Кошмаров не становилась слабее, как бы дымчатый не изворачивался. Наоборот, от этого елозанья, тот начал возбуждаться и вскоре в бедро Хейти уперлось «что-то» твердое и горячее, даже сквозь слои одежды. Уровень, где это появилось, не оставлял никакого простора для фантазии. — Впрочем почему «как»~. Ты и правда омега, причем течная~. — альфа рыкнул, подминая его под себя и утыкаясь лицом в беззащитную шею, и глубже вдыхая, становящийся все более насыщенным, аромат печеных в карамели яблок. — Ид-ди проспись… — Дымок не терял надежды освободиться. — Думаю у меня нашлось занятие поинтереснее. — похотливо проурчал Кошмар, потирая пальцами намокающую промежность омеги. — Ублюдок… — с досады рыкнул Ненависть. Как он жалел о потерянной из-за течки возможности принимать ипостась дыма, тогда тот бы его точно не достал! К счастью дымчатого, Найтмер не обратил внимания на его слова, лишь стянул с него шорты, а затем нагло накрыл его текущую киску ладонью, надавливая пальцами на вход и проникая двумя из них внутрь, разводя их, натягивая стенки. Хейти болезненно зашипел, вцепившись ладонями в запястье той руки, что хозяйничала между его ног, в попытке прекратить это, но, как и во все предыдущие разы, у него ничего не получилось, Найт держал слишком сильно, и ему уже надоело это копошения, поэтому он связал щупальцами руки и ноги дымчатого. Ненависть понял, что ему никуда не деться, поэтому обреченно расслабился, отдаваясь в руки Лорду Кошмаров. Тот довольно рыкнул, заметив отсутствие сопротивления и добавил третий палец, оглаживая горячие, тугие стеночки, иногда задевая чувствительные точки, чем доставлял омеге вспышки затуманивающего разум удовольствия. Так что довольно скоро он сам начал подаваться тазом вперед, насаживаясь на пальцы Найтмера, чтобы те стимулировали его как можно больше. Негатив довольно усмехнулся, наблюдая за его потугами и назло вытащил пальцы, задевая ими клитор. — Значит решил смириться. И правильно. — Кошмар оставил на шее Дымки слабый укус, чем заставил того вскрикнуть от неожиданности и секундной боли. — Свое я бы все равно получил. — Здесь нет… ничего твоего… — тихий, сорванный шепот в ответ. Найтмер лишь пренебрежительно хмыкнул на его слова, шире разводя ноги Хейти. Послышался лёгкий шорох ткани, а следом ко входу в лоно дымчатого прижалась горячая и пульсирующая, от переполняющей её магии и возбуждения, головка члена Кошмара. По костям серого скелета пробежался холодок, вызванный воспоминаниями о немаленьких размерах Негатива, что он раньше мог ощутить сквозь шорты, вместе с нахлынувшим на сознание ужасом. Найт заметил это и усмехнулся. — Хм, чего-то не хватает… — он задумчиво потер пальцем подбородок, окидывая взглядом распростертого на кровати скелета. Впрочем думал он недолго. — Создай-ка себе женское тело, а не то я тебе что-нибудь сломаю. — Хейт пришел в ещё больший ужас от обеих перспектив, и то, и другое было одинаково нежелательно, но все же, пойдя по пути меньших жертв, он все же создал то, о чем его «вежливо попросили». — Вот и славно. Знал, что мы сможем понять друг друга. Негатив осмотрел экто-плоть дымчатого и остался ей доволен. Даже плотояднее облизнулся. А было на что. Туго натягивающая футболку грудь аппетитного размера, с очерченными тканью, возбужденно торчащими сосками, по которой Найт ни преминул шлёпнуть. Плавный перекат талии и плоский живот, на которых он не удержался и оставил небольшие царапины, наливающиеся капельками крови. Округлые широковатые бёдра, которые наверняка будет одним удовольствием сжимать ладонями, втрахивая их обладателя в кровать. Дымок испуганно сглотнул. Слишком уж плотоядным взглядом скользил по его телу Повелитель Кошмаров. Появилось стойкое желание забиться под кровать, хотя трусом себя Ненависть никогда не считал. Найтмер склонился и провел языком по одной из грудей, задевая сосок. Хайт едва успел подавить в себе судорожный вздох, почувствовав сладко-болезненную тягу в паху и скапливающиеся внутри влагу. А следом нетерпеливый толчок и острый дискомфорт от безжалостно растягивающихся вокруг чужого неона стенок. Тут он уже не смог сдержать протяжный стон смешанный с шипением. Кошмар довольно рыкнул, чувствуя узость партнёра и сжал клыки на его шее, впиваясь ими в костную ткань. По мере того, как член в нем проникал глубже, Дымка кидало из крайности в крайность, его прошибало то удовольствием, видимо Найт задевал что-то чувствительное внутри, отдающее приятной дрожью по всему телу до самых кончиков пальцев, то режущими вспышками боли, заставляющей эти самые пальцы конвульсивно сжиматься. В какой-то момент внутри Хейта возникло чувство натягивающейся струны, которая лопнула после очередного короткого толчка альфы, и по бедрам потекла горячая, вязкая кровь, которую никто из них не заметил. Найту было не до этого, а Ненависть чуть было не потонул в нахлынувшей, словно бурная река, боли, что распространялась от паха по каждой клеточке всего его естества. Из этого марева омегу вытянули опять же толчки, что так недавно погрузили в него. Сосредоточившись на этом ощущении дискомфорта, от натянутых стенок, Хейт начал замечать как постепенно боль уходит, заменяясь сладким чувством нарастающего удовольствия. Он совсем потерялся во времени, не знал сколько прошло, минуты, часы или секунды, полностью зацикливаясь на получаемом ощущении. Большой неон Найтмера с влажными, похабными, заставившими бы любого раскраснеться, хлюпами от крови и смазки, коей стало гораздо больше, входил в лоно дымчатого. Параллельно тому, как увеличивался темп движения бедер Чернильного, его же клыки все сильнее впивались в шейные позвонки Ненависти, пуская первые рубиновые капли. По пьяни Кошмар не продержался долго, или просто омега и правда потерялся во времени, а то и выпал из него, и кончил во внутрь, наполняя того своим семенем, и до ярких в будущем синяков сжимая упругие ягодицы и бедра. Следом Дымок испытал и свой оргазм. Его затрясло ещё сильнее, чем прежде, изо рта не прекращали вырываться стоны, а из его уголков потянулись струйки слюны. Из зажмуренных глазниц по вискам покатились крупные слезинки, которых не было даже в момент самой сильной боли. Чуть позже, устало лёжа на раскуроченной кровати, слушая довольно мирное сопение свернувшегося рядом Повелителя Кошмаров, который собственнически закинул на него свои руку и ногу, да и кажется половину щупалец, если ни все, и ощущая саднящую боль от свежеприобретенной метки, что теперь каждому будет кричать о том, кому принадлежит этот омега, Хейт понял, что он в полной и беспросветной заднице. А потом просто уснул из-за навалившейся на тело и разум усталости.