Amor noster

Кэролайн

       Разглядывая стоящую передо мной девушку, я поняла почему она показалась мне знакомой. Изящная, высокая, кажется чуть выше меня, светловолосая девушка, с правильными чертами лица и с ярко-голубыми глазами. Несмотря на то, что черты её лица были мягче, в ней можно было заметить некую схожесть с Никлаусом. Её можно было заметить в овальной форме лица, в контуре носа, и в выразительных, глубоко посаженных глазах. В особенности именно эти ярко-голубые глаза, выдают связь между ними двумя. Вот только в отличие от глаз брата, глаза Ребекки святились добродушием и любопытством. А в глазах Никлауса, насколько я заметила, всегда читается самоуверенность и превосходство. Он любит смотреть на окружающих сверху-вниз взглядом, который буквально кричит «я лучше всех».        Пожав протянутую мне руку, я представилась своим полным именем: — А я - Кэролайн Форбс.        Вздох удивления, и книжка, которую Ребекка держала в левой руке, в миг оказалась на полу. Снова. — Форбс? Одна из семей основателей? — Благоговение и неверие, слышавшееся в голосе блондинки, слегка меня позабавило. Не думала, что смогу кого-то поразить лишь, назвав свою фамилию. — Именно так, Ребекка. Мой прапрапрапрадедушка был одним из основателей Мистик Фолс. — Если честно, я даже и не думала, что встречусь с кем-нибудь из семей основателей вот так вот, — и указав на окружающую нас обстановку, продолжила, — совершенно случайно, столкнувшись в узком проеме между стеллажами с мифами и легендами. Мне казалось, что я буду долгое время гоняться за потомками основателей, а они, зазнаваясь своим положением не захотят обращать внимания на юную и маленькую меня, пытающуюся взять у них интервью.        Стоило ей произнести последнее слово, как мы оба начали смеяться от нелепости ситуации и её довольно странного представления. Вытирая выступившие от смеха слезы, я пыталась кое-как себя успокоить от непрекращающегося смеха. — Хэй, как смотришь на то, чтобы оставить книги на потом, а сейчас направиться в «Мистик Гриль»? Там подают очень вкусный стейк, уверена, что тебе понравится. К тому же, — я посмотрела назад и заметила, направляющуюся в нашу сторону библиотекаршу, — кажется нас сейчас итак выгонят за нарушение тишины в библиотеке.

***

       Во время разговора с сестрой Никлауса, я сначала ужасно удивлялась тому, что мне было очень легко в общение с ней. Несмотря на то, что наши отношение с её братом не заладились с самого начала, с ней я подружилась практически сразу и это было немного удивительно. Как оказалось, Ребекка решила не продолжать обучение в школе — ясно почему Клаус был единственным новеньким Майклсоном — и сейчас всё свободное время посвящает изучению истории и мифов. Она даже начала писать небольшой проект, связанный с историей нашего города и мистическими существами, которые якобы обитали в Мистик Фолс. Если честно, пару минут я просто глядела на неё вытаращенными от удивления глазами, не веря, что ей действительно интересна подобная мистика. Нет, я понимаю её интерес в истории, но вампиры?! Это немного не моя сфера интересов и только тут наши мнения разошлись. Ребекка сначала яростно пыталась мне доказать то, что вампиры могли действительно существовать, основываясь на найденных ею фактах, но заметив, что я как-то не особо вникаю в суть, сказанных ею слов, обиженно пробурчала: мол, у каждого свои вкусы. А сейчас она, с видимым удовольствием, уплетает стейк. В это блюдо она, кстати, влюбилась с первого взгляда, точнее с первого кусочка. Попробовав эту прожаренную на гриле до румяной корочки говядину, Бекка что-то довольно промычала, и показала оттопыренный вверх большой. Видимо она так хотела сказать, что ей очень понравилось, в чем я конечно ни на секунду не сомневалась. Стейк в «Мистик Гриле» был одним из лучших блюд в нашем городе. — Кэролайн, можно я задам тебе один вопрос? — Закончив со своим блюдом, с внезапной серьезностью в голосе произнесла моя новая знакомая.        Кивнув, я посмотрела на неё в ожидание вопроса. Думаю, что я примерно знаю, о чем будет её вопрос, точнее даже, о ком. — Тебе не нравится мой брат?        Вот он — вопрос века. С самого первого дня я запрещала себе даже думать о подобном, но сейчас, когда его озвучил другой человек, а не я сама, я не знаю, что ответить. Я знаю, что я люблю Тайлера. Это точно. Определенно, совершенно точно. По-другому и быть не может. Но, в последние дни в мыслях всё чаще и чаще появляется другой парень. А ночью… ночью я вижу во сне холодные и насмешливые голубые глаза, вместо теплых и нежных темно-карих. И всё чаще я замечаю, что с появлением Никлауса, Тайлер занимает лишь маленькое место в моей жизни, даже планы по его соблазнению отошли на задний план. Несколько раз раздумывая над всем этим, я начала уверяться в том, что это всё воздействие браслета. Не может быть так, чтобы Никлаус мне нравился. Не в этой жизни. — Да, он мне не нравится. — Я даже и не поняла почему мой голос внезапно дрогнул на последнем слове, но успела заметить, что глаза Бекки загорелись после этого. — Вот и славно.        Удивленно посмотрев на Ребекку, я не могла понять, что её так обрадовало. Вроде, я только что призналась ей в том, что её брат мне не нравится. А никак не наоборот. Может её я тоже не устраиваю в качестве истинной пары для брата? Хотя, нет, раз уж мы с ней подружились, то всё должно быть совсем по-другому.        Пока я размышляла над странной реакцией блондинки, она взяла в руки трезвонящий мобильный и ответила на звонок. — Да, Ник?.. О, так это Хэйли?.. А где Ник?.. Аа, понятно… Да, конечно, я смогу забрать… Минут через 15, подойдет?.. Хорошо, тогда до встречи. — Положив телефон на стол, Ребекка посмотрела на меня. — Кэр, извини, но мне нужно срочно идти. Ник забыл телефон дома у Хэйли. А так как наш брат Элайджа сегодня уехал, то я единственная, кто сможет забрать его. — Ничего страшного, Беккс, ещё увидимся. — Попрощавшись с Ребеккой, я пыталась не обращать внимания на назойливые мыли, которые так и бились в моей голове:        Кто такая Хэйли? И что Никлаус делал в её доме?

***

       Почему-то сегодня взгляды окружающих уже не напрягали, лишь слегка раздражали. Неужели у них совсем нет своей личной жизни, что они с таким интересом следят за чужой?! Тоже мне сериал нашли. Стоящие рядом со шкафчиками подруги, помахали мне и попросили идти чуточку быстрее. Ничуть не удивляясь подобному ускорению, я поспешила к девочкам. Наверняка, какая-нибудь срочная новость или что-то в этом роде. Лишь подойдя к ним, я поняла, что «срочная новость» это новая записка на моем шкафчике. Сначала я подумала, что это очередное послание от фанатки Никлауса, но нет. Надпись на стикере гласила:       «Попробуем начать всё сначала? К.» — И что он хочет этим сказать? — А мы хотели спросить это у тебя, Кэр. — Со смешком в голосе ответила Бонни. — Вот именно, Кэролайн. Между вами произошло что-то ещё, о чем мы не знаем? — В тон ей сказала Елена, при этом подозрительно на меня поглядывая.        Удивленно на них посмотрев, я поняла, что задала свой вопрос вслух. — Девочки, я тоже понятия не имею, что всё это значит. — Пожав плечами, я достала учебник истории и взяв подруг под руки, направилась вместе с ними на урок.        Уже находясь в классе, я поняла, что до сих пор держу в руках, сорванный со шкафчика, стикер. Пару раз перечитав записку, я вложила её между страницами учебника. И, повинуясь внезапному порыву, написала свой вопрос на новом стикере. Во время перерыва перед следующим занятием, я, осматриваясь по сторонам, осторожно подошла к шкафчику Никлауса и приклеив свой стикер, перепроверила вопрос.        «Что ты имеешь в виду? К.»        Да, всё правильно, Кэролайн. Именно этот вопрос я и хочу ему задать. Мне нужен один ответ, и я просто должна понять, что задумал Никлаус. Только и всего. Убеждая себя, что в моем поступке нет ничего такого, я пошла на следующий урок.        Раз сто уже пожалев о своем порыве, я старалась не думать о том, какая была реакция у Никлауса, когда он увидел мою записку. Да, и вообще, может он её даже и не увидел. Так мне же и лучше. Или нет? Чёрт. Как же всё сложно. И что теперь со всем этим делать?! Бросив взгляд на часы, я чуть не застонала от отчаяния. Прошло лишь 20 минут. Никогда не думала, что сорок минут какого-то занятия могут быть столь безумно, мучительно долгими. Вдох… Выдох… Вдох… Выдох… Успокойся, Кэролайн, и сконцентрируйся на уроке. Вдох… Выдох…        Оставшиеся двадцать минут, я просидела, успокаивая себя и убеждая, что от ответа Никлауса ничего не зависит. Потому что мне все равно. Все рав-но. Несмотря на то, что в начале урока, я сидела, как на иголках, к концу занятия я смогла все-таки успокоится. Так что, когда прозвенел звонок, я не сорвалась с места, а обычном шагом, спокойно, дошла до своего шкафчика. Ответ на этот раз был нарисован. Черной ручкой Никлаус нарисовал большой, распустившийся бутон розы, похожую на ту, что изображена на нашем запястье, а в самом центре бутона он нарисовал маленькое сердце красной ручкой.        Роза из наших символов. Сердце. Так, Никлаус имеет ввиду… ЛЮБОВЬ?!