глава 7
14 апреля 2018 г., 18:15
Кэролайн
Секунда. Две. Три… и наконец, Клаус прижимает меня к себе и властно сминает мои губы. Поддаваясь его напору, я чувствовала, как моё сердце бьётся в безумном ритме. Он всё крепче обхватывал меня за талию и прижимал к себе так, словно боялся потерять. Дрожь, пробивающая всё тело, совершенно не имела отношения к холодным каплям осеннего дождя, всё ещё льющегося и, сопровождающегося громкими раскатами грома. Вся эта непогода отошла на задний план, а причиной всей этой дрожи являлся тот, в ком я начала растворяться. Исходящее от него тепло, согревало лучше любой теплой одежды и алкогольного напитка. Ощущение его губ на моих губах, будоражило всё моё сознание. Смущение, страх, волнение, радость — всё это смешалось в безумном коктейле чувств и разрывало меня на части. Но больше всего я боялась лишиться волшебства этого момента, поэтому я лишь хотела остановить время. Почувствовав резкую боль в области запястья, я, распахнув глаза, дернула головой, нечаянно ударяя Клауса по подбородку. До этого крепко сжимающие меня в своих объятиях руки, ослабели и позволили мне отступить. Приводя своё сбившееся дыхание в порядок, я чувствовала, как губы горят после долгого поцелуя, а сердце никак не желает приходить в нормальное для себя состояние. Потерев правое запястье, я бросила взгляд на Майклсона и поняла, как примерно выгляжу сейчас со стороны. Растрепанные, запутавшиеся, мокрые волосы; горящие неким безумием и непониманием глаза и, опухшие от поцелуев губы. Ох, тот ещё видок. Вдохнув поглубже, я произнесла: — Ты тоже это почувствовал? — Да, но из-за дождя не получается разглядеть, что появилось на запястье, думаю лучше нам с тобой вернуться в машину. — И бросив на меня странный взгляд, продолжил. — К тому же, ты вся дрожишь, барби. Не думаю, что простишь меня, если ещё и заболеешь. Фыркнув, я не стала объяснять ему, что причиной этому является его присутствие рядом, а просто последовала за ним в машину. Включив обогреватель, Клаус накрыл меня теплым пледом, который до этого лежал на заднем сидении, а сам просто слегка протер волосы небольшим полотенцем. Я с удивлением рассматривала красивую вязь из двух связанных между собой букв «КК». Бросив взгляд на Клауса, я заметила, что он рассматривает идентичную вязь на своем запястье. Этот символ соединялся с лепестками розы, и несмотря на то, что он появился лишь сейчас, выглядело всё так, словно наконец всё это является полноценным браслетом. — И что же это означает? — Думаю, мы каким-то образом начали ритуал признания друг друга, барби. — Голос Клауса звучал не уверенно, но думаю он прав. Это наиболее логическое объяснение на данный момент. Продолжая рассматривать новый символ, я пыталась вспомнить, читала ли я подробности о ритуале признания. Перебирая в голове прочитанные материалы, я пришла к выводу, что нет. О ритуале я ничего не читала. Лишь знаю один основной общеизвестный факт: ритуал признания происходит у каждого по-разному, но всё же есть несколько часто встречаемых ситуаций. Да уж, в последнее время я лишь сосредоточилась на отказе от пары, а теперь даже и не знаю, что делать дальше. Мысленно поставив на заметку найти информацию о ритуале, я пыталась задушить в корне чувство сожаления, появившееся в душе. Не время сожалеть о своих действиях. Не важно прошлых или же нынешних, главное не сейчас. — Так что теперь будем делать? — Спросила я, бросив взгляд на Клауса, да так и застыла, встретившись с ним взглядом. Он смотрел на меня не отрываясь, и то, что сейчас читалось в его взгляде слегка напрягало меня. Его прямой взгляд словно видел всё, что происходит со мной. Он словно чувствовал о чём я думала. — Жалеешь? Стоило ему озвучить вопрос, как пред глазами предстала сцена нашего поцелуя. Я была той, кто начал это. Я была той, кто потерял контроль. И, я была счастлива в то мгновенье, так что же происходит сейчас? — Не знаю. — Совершенно тихо произнесла я, но Клаус услышал. Естественно услышал, ведь нас разделяют каких-то пятьдесят сантиметров. Он ещё несколько секунд смотрел мне прямо в глаза, после чего отвернулся, разрывая зрительный контакт. — Что ж, раз уж дождь разрушил все наши планы, думаю лучше отправиться домой. Ты ещё успеешь поспать пару часов перед школой, если всё же не хочешь пропускать учебу. Он произнес это ровным тоном, ничем не выражая своё состояние. Я не могла понять, действительно ли ему плевать или же он притворяется, но одно я поняла точно: своим ответом я его разочаровала. Ощущая исходящий от него холод, я чувствовала, как внутри что-то обрывается, и это было неприятно. Внутри появилась ноющая боль, которая непонятно откуда исходила, но не давала покоя.***
Путь до дома заняло гораздо больше времени, нежели до этого дорога до парка. И всё это из-за ливня, который лил не переставая, и вызывал во мне некую печаль. Я не отрываясь смотрела в окно, лишь изредка бросая взгляды в сторону водительского сидения. За всё время пути мы не сказали друг другу ни слова, и от этого моё настроение упало ниже плинтуса. Чёрт, как же всё это раздражает. Но больше всего меня сейчас расстраивает моя неуверенность. Я не знаю причину своего поступка, своего ответа, да вообще всего. Как бы мне хотелось, чтобы все было просто. Вот раз и всё. Любишь значит любишь. Нет значит нет. И никаких раздумий, никакой неуверенности, никакого страха. Остановив машину рядом с моим домом, Клаус попросил меня выпить теплый чай и надеть теплую одежду, прежде чем лечь спать и всё. Открывая дверь машины, выходя из неё, и закрывая дверь я надеялась услышать что-нибудь, что даст мне подсказку. Я хотела услышать что-то, что внесет ясность во всё происходящее. Но ничего не произошло. Стоило мне отойти от машины, как он уехал. Смотря в след уезжающей машины, я проклинала сегодняшний день. Проклинала Никлауса Майклсона. И себя.***
Громкая мелодия звонка вырвала меня из объятий морфея. На ощупь найдя телефон, я, прищурив глаза, пыталась понять, кто мне звонит. «Бон-бон». Ох, чёрт, я совсем забыла их предупредить, что меня сегодня не будет. — Алло? — Произнеся это слово сиплым голосом, я обомлела. — Кэр?! Ты заболела? — Возглас подруги отозвался неприятной головной болью, так что я прикрыла глаза, пытаясь сконцентрироваться на чем-то другом. — Кажется, да. — Всё тем же сиплым голосом произнесла я, но конец фразы сопровождался неприятным сухим кашлем. Вот чёрт. Этого ещё не хватало. — Понятно. Кэролайн, я сегодня обязательно заеду к тебе после занятий, а ты пока отдыхай. — Обеспокоенный голос подруги, прозвучавший на том конце провода, подбодрил меня. Уж кто-то, но девочки всегда будут рядом со мной, и я смогу на них положиться. — Хорошо, до встречи. — Кое-как проговорив это, я сбросила звонок.***
К приезду Бонни я чувствовала себя чуточку легче, но голос был все таким же охрипшим и низким, что несколько меня огорчало. На следующей неделе начнется подготовка к осеннему балу, и, выступая перед людьми, я не хотела бы распространять вирус и пугать всех таким голосом. Ненавижу болеть. Вот такие простуды, как снег на голову. В ненужное время. Рушат все планы и портят настроение. Да и вообще, болезни всегда некстати. Не думаю, что кто-то приходит в экстаз от температуры 37 и выше, охрипшего голоса, саднящего горла и неприятной головной боли. А если такие и есть, то им явно нужно лечить голову. — Кэр, я приготовила тебе куриный суп и горячий чай с малиной, так что пошли ужинать. Бросив благодарный взгляд на подругу, я поплелась за ней на кухню. Вот честно, как же мне повезло с друзьями. — Спасибо, Бон-бон. — Поглощая безумно вкусный суп, я сначала даже и не заметила, что подруга внимательно смотрит на меня, не отрывая взгляда. — А ты почему не ешь? Да уж, от такого взгляда и подавиться можно. Интересно, у неё что-то стряслось? — Да вот, хочу понять, где вы с Никлаусом, — выделив его имя, Бонни продолжила, — простудились. — Что ты имеешь в виду? Я старалась не смотреть в глаза подруги, и чувствовала, как лицо начинает гореть от смущения. Вчера я забыла предупредить Бонни с Еленой о том, что сегодня меня возможно не будет в школе. А сегодня я даже не хотела поднимать эту тему. Ох, попала так попала. — Да так, просто на выходе из школы, я совершенно случайно с ним столкнулась, и он не выглядел особо здоровым. Было похоже, что он не смог выспаться ночью, волосы были в полном беспорядке, да и к тому же, его голос был таким же охрипшим. — Клаус спрашивал обо мне? — Клаус?! Между вами что-то произошло, Кэролайн? — Бонни не сводила с меня пристального взгляда, и я поняла, что действительно стала по-другому относится к нему. Да, вчера я не обратила на это внимания, но я стала называть его сокращенным именем… — Кэролайн, не хочешь поделиться с подругой? — Ох, Бон… — Так что? — Мы вчера ездили в парк для кемпинга и отлично проводили время, но потом начался дождь. И, знаешь, ничего не испортилось. Погода никак не повлияла на царившую до неё атмосферу. Наоборот, после выпитого алкоголя я творила нечто невразумительное, и захотела танцевать под дождем. А во время танца я чувствовала такую близость с ним, такое единение и это было подобно безумию. Я чувствовала эйфорию, восторг и счастье. Всё было каким-то сказочным, так что я поцеловала его. Это длилось некоторое время и резко прекратилось. Не знаю, что именно тогда произошло, но наших запястьях появился новый символ, и именно после этого мною завладела неуверенность, сожаление, и я не знала, что делать. Я разрушила всё волшебство момента. Мельком бросив взгляд на Бонни, я поняла, что она внимательно меня слушает и даже и не думает перебивать. В этом вся Бонни Беннет. Идеальный слушатель и советчик. На неё всегда и во всем можно положиться, и знать, что уж она точно никому не расскажет твои секреты. — После этого мы вернулись домой, и знаешь, мне показалось, что он отдалился. Просто взял и стал холоден ко мне. И я не знаю радоваться мне этому или же плакать, я совсем запуталась, Бон. — Я чувствовала, как с каждой сказанной фразой на душе становится всё легче и появляется вера в то, что всё наладится и подруги помогут мне найти выход из ситуации. — Ты сомневаешься в том, что всё по-настоящему? — Я не знаю, Бонни. Я чувствую, что меня тянет к нему, но в то же время я против него. Всё моё сознание просто разрывается от всех мыслей и эмоций. С одной стороны, он абсолютно не тот человек, с кем я вижу своё будущее, а с другой стороны он имеет определенное влияние на меня. С ним я чувствую себя словно наконец я живу, с ним я настоящая и абсолютно свободная. И всё это меня пугает. — Кэр, — голос подруги звучал тихо, но уверенно, — ты и сама уже знаешь ответ, просто не хочешь признавать этого. Ты боишься признать это. Я скажу тебе лишь одну вещь, милая: просто доверься себе и тому, что чувствуешь.***
Прошла неделя с того разговора с Бонни и за всё это время, я ничего не слышала от Клауса. Пару раз я видела Ребекку в библиотеке, но та просто переводила тему, так что я даже понятия не имею, что с ним происходит. Сколько мыслей о нем посещали мою голову и не сосчитать. Я просыпалась и засыпала, думая о нём. Я пыталась понять, что мне делать. Следовать ли совету Бонни или же действовать согласно своему первому плану. Любить или отказаться от своей судьбы. Разрываясь от всех этих мыслей, я находила покой и на время забывала о нем, занимаясь подготовкой к балу. Оформление, билеты, выступления, музыка, фуршет, и всё остальное должно быть идеальным. Загружая себя всем этим, я чувствовала себя, как рыба в воде. Моя сфера деятельности, моя отдушина. Проведя целый день в школе, я была занята подготовкой к балу и лишь под вечер добравшись домой, заметила, что кто-то прислал мне сообщение с незнакомого номера. Прочитав его, я почувствовала, что сердце начинает биться, как ошалевшее, а ладони вспотели от волнения. «Всё ещё жалеешь? Потому что я — нет.»
