Ненависть? Нет. Это что-то другое

      — Леви… — знакомый, ласковый голос звучал далеко, он настойчиво звал за собой, ему невозможно было противиться. — Леви, проснись, — ведьма ощутила сладкий аромат зелья, щекочущего ноздри. — Ну же, девочка, все уже позади. Ты в безопасности. Открой глаза.       — Ммм… — поморщилась девушка, с трудом разлепляя глаза. На это ушли все ее силы: голова болела, все тело ломило, на душе было мерзко и противно настолько, что хотелось сдохнуть. Воспоминания нахлынули на нее разрушительной волной, заставляя вновь пережить все то, что было. Щеки заалели, и Леви сдавленно застонала.       — Все хорошо, не стоит волноваться. Выпей, — к сухим потрескавшимся губам поднесли стакан с водой. — Вот так. Не торопись, — ласково шептала ведьма, поглаживая волосы Леви. — По маленькому глоточку. Умница.       — Госпожа Анна? — наконец, смогла произнести девушка. В горле саднило, голос хрипел — а все от того, что она использовала неверную дозировку сонного зелья. От такого количества и умереть можно было, но судьба смилостивилась над ведьмой. Леви медленно осознавала, что она была вовсе не на полу, а на мягкой кровати в своей спальне. Рядом сидела глава поселения, Анна Хартфилия, женщина редкой доброты, именно эта ведьма дала ей воды и помогла прийти в себя. Вот только наслаждаться моментом было нельзя. Девушка попыталась подняться. — Драконид… он…       — Он пойман и связан, не стоит волноваться об этом, — заверила ведьма. — Мы использовали твое зелье, чтобы лишить его силы и хорошенько заперли. Ему не сбежать! Уверяю тебя, опасаться больше нечего. Ты все верно сделала, смогла избежать сражений и жертв, но при этом поймала опасного врага. Ничего иного от нашей благоразумной ведьмы я не ожидала.       — Его нужно убить, — зашипела дрожащая девушка. Это было её самое страстное желание, она всей душой ненавидела Гажила и свое собственное тело, изнывающее по ласкам врага. Ненависть — не порок, она естественна для всех живых и даже для некоторых мертвых.       — Да, нужно, но для начала мы его допросим. Алое отчаяние лично займется этим, так что можно не сомневаться в том, что в скором времени Редфокс заговорит. Без своей силы он долго не протянет, познает боль, узнает, каково это быть простым человеком.       — Это бесполезно, он ничего не скажет.       — Не стоит недооценивать Эйлин, — возразила Анна. Она не могла сказать, что будет дальше, но пленный драконид может стать козырем в их войне, залогом победы. — А теперь отдыхай. Тебе нужно набраться сил. Позже я пришлю к тебе Жерара и Люси, они помогут восстановиться.       — Благодарю, — Леви прикрыла глаза. Как же ей плохо! Проклятое зелье, оно чуть не прикончило её! Хотя… именно благодаря нему она свободна и никто не погиб. Хорошо, что ей пришла идея сделать концентрат сонного зелья, да еще так вовремя.       — Это я должна тебя благодарить, девочка, — ведьма грациозно поднялась на ноги. — Так что, если что-нибудь нужно, просто скажи.       — Угу, обязательно, — больше всего на свете Леви сейчас хотелось шоколадных жемчужин, но просить о них она точно не станет. Лучше подождать, а после забраться в свои запасы.       Девушка не видела, но почувствовала, что Анна ушла, бесшумно прикрыв за собой дверь. Она снова осталась одна в своем доме, который больше не был убежищем. Здесь навсегда сохранятся воспоминания о Редфоксе и том, что они делали, подобное при всем желании невозможно вычеркнуть из памяти и даже зелье забвения не поможет. По щекам ведьмы катились слезы, она не могла их остановить, слишком долго сдерживалась, пытаясь казаться сильнее, чем она есть. Леви не хватало присутствия тембодая, его понимающего взгляда, слов поддержки. Хотелось, чтобы кто-нибудь обнял, крепко прижал к себе и прошептал, что все было правильно и больше не повторится. Вот только так ли это? Драконид жив, он может сбежать, вновь добраться до нее или начать убивать. Анна неправа! Таких, как Редфокс нельзя оставлять в живых, их нужно уничтожать сразу, не оставляя ни одного шанса!       — Я ненавижу его… — всхлипнула ведьма, поджимая колени к груди. — Ненавижу. Всегда буду ненавидеть, даже когда от драконидов не останется и следа, все равно буду ненавидеть. ***       Даже не открывая глаз, Гажил осознал, что он стал пленником. Пошевелиться невозможно — руки крепко зафиксированы над головой, ноги связаны, к тому же он подвешен в воздухе. Вокруг холод, промозглость, витает запах гнили и смерти. Но хуже всего то, что его снова лишили магии, и теперь точно не позволят ему восстановиться. Он недооценил свою ведьму и вот результат. Ярость с новой силой зародилась в душе, но на этот раз она не была союзником, всепоглощающее чувство душило мужчину, затуманивало разум, не позволяя трезво оценить свое положение и принять верное решение. Редфокс рычал, дергался, пытался вырваться, но его физических сил было недостаточно. Каждое движение лишь заставляло магические путы сильнее сжиматься, врезаться в его кожу, оставляя кровоточащие следы-полосы. Но разве это может остановить воина, чей порок ярость? Даже без магии и силы он вырвется, уничтожит всех, кто встанет у него на пути, порвет их в клочья, утопит Черный лог в крови, а после заберет Леви. Эта ведьма ответит за все, и за его болезненное желание, и за одержимость, и за то, что по её вине он стал пленником.       Вне всяких сомнений Леви его ненавидит, но это не имеет значения! Она все равно будет при нем, родит ему детей — истинных драконидов! У нее не будет выбора! Все так и будет, нужно только вырваться на свободу, дать волю неистовым чувствам, клокочущим в душе. Гажил все сильнее дергался, не обращая внимания на то, что уже давно истекает кровью, он кричал и рычал, не замечая, что его голос давно сорвался и больше походил на хрип. Он не мог остановиться, не мог сдаться и проявить покорность — лучше уж сдохнуть в муках.