Ненависть? Нет. Это что-то другое

      Жерар не собирался мириться с решением своей подопечной. Эта девушка пытается решить проблему, но совершенно не задумывается о последствиях. Она вообще не думает! Как же все это раздражает! Полюшка с Эйлин тоже хороши! Как можно было разрешить все это?! Очевидно же, что Редфокс будет молчать и не предаст свою семью! Они лишь множат его ярость, вредят самой Леви, чье тело может и не выдержать такого напряжения! А тут еще странные знаки и землетрясение, заставившее содрогнуться весь континент! Им нужна Леви, с её благоразумием, способностью к анализу и невероятным чутьем! Они не могут потерять её! Он не может лишиться подопечной! Тембодай не просто проводит инициацию, но и на протяжении всей жизни несет ответственность за ведьму или колдуна. Для него это важно, существенно настолько, что он готов был нарушить все приказы, пойти против решения большого совета. Ему следовало сразу запретить затею Леви, а не надеяться на то, что это сделают другие. Не сделали!       Как назло, Полюшки не оказалось в поселении, старая карга отправилась на важные переговоры, никому не рассказав подробности. Что же, касается Эйлин, она продолжала с упоением пытать свою сестру, девушку, которую ребенком забрала из родного дома. Сколько дней это длится? Колдун с ужасом осознавал, что уже три дня, его подопечная страдает, кричит от боли, и теряет надежду, более того её душа переполнена и искалечена чужой яростью. Он не должен был допускать подобное! Обязан был все прекратить в первый же день! Еще один грех на его душе, и кажется, уже не отмыться от этой черноты, не исправить всего, что было. Эта война погубит их всех, и его в первую очередь!       Колдун, срывая массивную железную дверь с петель, ворвался в камеру, где держали Редфокса. Ему было плевать на запреты и охрану, на то, что Алое отчаяние будет против. Они равны по статусу и положению, к тому же у него в рукаве припрятан козырь, то, что усмирит гнев грозной ведьмы, чьи руки по локоть в крови. Стоило перешагнуть порог, как взору мужчины предстала ужасающая картина, отвратительная настолько, что тошнотворный ком подкатил к горлу. Окровавленная туша драконида все еще свисала на цепях, это даже телом назвать было нельзя, и лишь полные ненависти и отчаяния глаза, говорили о том, что Гажил все еще жив, что видит и понимает все, что происходит. Но не это заставило сердце Жерара дрогнуть, а вид Леви. Его милая, нежная, хрупкая подопечная лежала на грязном полу, в луже собственной крови, её тело было изуродовано до неузнаваемости, на нем не осталось живого места. Порезы, ожоги, торчащие кости, личинки копошащиеся в оголенной плоти, медленно и болезненно пожирающие её — Алое отчаяние пустила в ход все, и не собиралась останавливаться, ведь магия поддерживала в жертве жизнь. Леви страдала, уже была неспособна сказать: «стоп», а Эйлин этим пользовалась. Ему нужно было все бросить и примчаться раньше! Наверняка, его специально отослали подальше, на самую границу Черного лога, чтобы он не вмешивался. Твари! Они еще ответят за это! Что касается Леви, то, как только она придет в себя, у них будет серьезный разговор!       — Хватит!!! — мощное заклинание отбросило Алое отчаяние в сторону, впечатало спиной в холодную влажную стену камеры. — Эксперимент завершен! Он не был успешен, так что продолжать нет смысла!!! — мужчина подлетел к истерзанной ведьме. Даже враги, самые жестокие из драконидов, не смогли бы сотворить такое. Жерар даже не знал, как прикоснуться к девушке, чтобы не навредить еще больше.       — Это не тебе решать!!! — зашипела Эйлин. Её взор все еще застилала кровавая пелена, она не отдавала себе отчета в своих действиях. Все, что она хотела — развязать язык непокорному дракониду, заставить врага страдать, довести до края отчаяния и многократно усилить его боль.       — Мне!!! — рыкнул Жерар, загораживая собой подопечную. Его не напугать! Он способен дать отпор даже Алому отчаянию! — Сделаешь еще один шаг, скажешь еще хоть слово, и пострадает Она! Ты же этого не хочешь!       Эйлин замерла, а на её лицо исказила гримаса ужаса. Слова колдуна отрезвили женщину, заставили прийти в себя, вспомнить о том, что для нее, действительно, важно. Единственное, чего она боялась — вновь потерять дочь, потерять по-настоящему. Сердце матери дрогнуло, замерло и испуганно застыло, а в груди начала ощущаться пульсирующая ноющая боль.       — Ты не осмелишься! — руки опустились, а тело ведьмы задрожало. Да, что же с ней такое?! Так не должно быть!!! Она почти потеряла себя! Пусть она никогда не была святой, творила много ужасающих вещей, но еще никогда не падала так низко.       — Тронешь Леви хоть пальцем, осмелюсь! — пригрозил Жерар. — Пытка завершена, а нам всем, нужен отдых! — колдун с величайшим трепетом и нежностью поднял подопечную на руки. Ему придется постараться, чтобы привести её в порядок, восстановить все повреждения тела и исцелить душевные раны. Они зашли слишком далеко и уже не смогут остановиться. — Иди к дочери. Побудь с ней, — мужчине было непросто говорить спокойно, не наброситься на ведьму и лично не прикончить её. Нет. Он не сорвется! Нужно позаботиться о Леви, лишь это имеет значение.       — Спасибо, — слабо, почти беззвучно прохрипел Гажил. В его душе воцарилась пустота. Боль, страх, отчаяние отступили, но не исчезли. И зачем только он связал себя в этой упрямой ведьмой?! Он был совсем еще мальчишкой, когда совершил эту непростительную глупость. Теперь приходится расплачиваться за это. Драконид презирал и ненавидел себя, ведь он так и не смог определиться, что для него важней: жизнь Леви или долг. Он не сумел сделать выбор. Избранница важна, у них связь, которую невозможно разорвать, но её боль, становится его и наоборот. Остановить пытку, означало не просто предать себя, но и проявить слабость, но продолжать молчать было невыносимо больно. Гажил запутался, не понимал сам себя, и это ввергло в отчаяние.       Жерар не слышал слов Редфокса, как и сама Леви. Колдун торопился унести ведьму подальше из этого место, думал, как помочь спасти её. Он не представлял, сколько зелий, заклинаний и артефактов уйдет на это, не знал, возможно ли все исправить. Глупая девчонка! Где же было её благоразумие?! Где был он сам? Со всеми что-то происходит, это витает в воздухе, меняет магию, саму суть всех жителей Земного края.