Ненависть? Нет. Это что-то другое

      Мир стремительно менялся, становясь все более чужим. Еще никогда небо не приобретало лиловый оттенок, а облака не светились, словно каждое поглотило маленькое солнце. Они не просто застыли на небосводе, а стремительно стягивались к городу на костях. Было в этом что-то зловещее, отчего кровь стыла в жилах. Запахи тоже стали другими, приобрели железистый привкус, к тому же они ощущались тяжелыми, давящими, удушающими. Что-то происходило и это пробуждало страх, осознание бренности жизни.       — Пора выдвигаться к Антигуа-Осса. Больше нельзя ждать, — Игнил с ужасом всматривался вдаль. Казалось, что они направляются на верную смерть, в полной мере осознавая, что не смогут вернуться. Драконид не представлял, как они смогут победить, как будут противостоять титанам.       — И чем скорее, тем лучше, — мрачно буркнул Гажил. Он сделает все, чтобы защитить свою ведьму, и не важно, что будущего у них может и не быть. Самому было тошно от таких мыслей, но избавиться от них было невозможно.       — Постой! — Леви схватила мужчину за руку, не позволяя сделать столь важный шаг. Сердце билось набатом, щеки пылали от смущения и повышенной температуры. У нее было недостаточно времени, чтобы все продумать и проанализировать, но все же, кое-какие мысли в ее голове появились. — Нужно кое-что проверить.       — У нас нет на это времени, — нетерпеливо заявил Нацу. Наверное, он был единственным, на кого вообще не влияло происходящее вокруг безумие. Он просто был голоден до битв и побед.       — Тебя никто не держит, — Люси, не сдержавшись, залепила дракониду подзатыльник. Поначалу она боялась его, затем привыкла, теперь все больше видела в нем наивного ребенка в теле взрослого мужчины. При всем этом временами он смотрел с невероятной серьезностью. Ведьма не понимала, как к нему относиться, но все больше ловила себя на мысли, что Нацу нуждается в хорошем воспитании.       — Эй! — обиженно вскрикнул воин.       — Ты же помнишь то ощущение, — не обращая внимания на разговоры вокруг, заговорила Леви. Она буквально растворялась в гранатовом взоре Гажила, тонула в его омуте. — Ты должен был почувствовать пробуждение дракона. Поначалу я решила, что ощутила его из-за связи с тобой, но теперь…       Девушка подошла вплотную к мужчине. Ей было немного не по себе, но к ненависти это чувство не имело никакого отношения. Внутри пульсировал сгусток чистой энергии, и чем ближе ведьма была к дракониду, чем дольше смотрела в его глаза, тем сильнее это ощущалось. Их сердца бились в унисон, дыхание одного, вторило дыханию другого, Леви намерено синхронизировала их ритмы и все лишь для того, чтобы проверить догадку.       — Помню, — руки Гажила легли на хрупкие плечи девушки, которую он избрал много лет назад, без которой не мог жить. Она его единственная слабость, его сила и смысл. Он видел в ее глазах намного больше тех слов, что девушка уже произнесла. Между ними было поразительное взаимопонимание, но все еще не было необходимых ему чувств. — Тогда все быстро и стремительно, мы не контролировали это. Нас просто коснулись отголоски чужой силы, пробуждая души драконов, которых уничтожили наши предки. Они и сейчас внутри нас.       Ощущения усиливались, они были такими же, как в прошлый раз, даже сильнее. И вдруг появилось понимание, что дело было вовсе не во вспышке, озарившей небо, а другом, его ведьме, именно она послужила катализатором для него.       — Он здесь, — кивнула девушка, чья магия тянулась к дракониду, оплетала его, создавая сияющий кокон. Она отдавала ему не только свою силу, но и душу, ведь между ними больше нет ненависти. Леви смогла признать это, хотя и не понимала, к чему это приведет. — Твой дракон все еще здесь. Он и есть воплощение порока. Драконы не ушли полностью, а их наследие осталось в тех, кто их убил. Они готовы сразиться вновь, исправить то, что не сделали.       Магия нынешняя и магия прошлого переплетались воедино, создавая необходимые условия для пробуждения. Драконы никогда не исчезали из мира, они дремали, дожидаясь своего часа. Последний маленький шажок сократил расстояние между Леви и Гажилом до пары миллиметров, и девушка оказалась в надежных и на удивление родных объятиях сильного драконида. Ей хотелось рыдать, кричать, что-нибудь разбить, чувства переполняли хрупкую душу девушки. И в этот самый миг железный дракон расправил свои крылья, взмыл в небеса, обретая временную плоть. Он был связан со своим носителем, готов был служить ему верой и правдой, доставив к месту битвы, сражаясь вместе с Гажилом и его маленькой ведьмой. Безудержный рев заставил мир содрогнуться, был слышим во всех уголках континента.       — Невероятно, — Люси с открытым ртом наблюдала за танцем железного ящера, поднявшим ее подругу в небеса. Она не представляла, что однажды ей доведется увидеть, как кто-то, оседлав дракона, будет летать. — Этого просто не может быть!!!       — Может, и мы так попробуем? — Нацу воодушевленно обнял блондинку, словно одного этого должно было хватить. Ничего не вышло. Между ними не было того, что возникло между Редфоксом и Леви. Жаль. Ведь ему этого хотелось.       — Идиот. Это не так действует! — огрызнулась Люси. — Нужно объединить магию и души, лишь тогда… — ведьма печально улыбнулась. Она не готова была довериться кому-то так же, как это сделала ее подруга. — Лишь тогда то, что скрыто в душе пробудится. Ни у тебя, ни у Игнила так не получится. Так что… У нас есть только один дракон, на большее рассчитывать не стоит.       Огромный железный ящер, сделав в небе мертвую петлю, стремительно снижался. Его взор горел огнем и яростью, клыкастая пасть скалилась в хищном оскале голодного зверя. Жуткое зрелище. Жуткое, но вместе с тем прекрасное, оно возвещало о конце нынешнего мира, ведь уже ничего не будет так, как раньше. Все изменится уже сегодня.