Кицунэ

До инаугурации осталось одиннадцать дней.       На следующий день, Наруто, как только проснулся, опрометью бросился в ванную. Из зеркала на него смотрело его собственное, страдающее от недосыпания, лицо. Всю ночь его мучил один единственный кошмар — война. События Четвёртой Мировой войны Шиноби раз за разом проносились в его голове. Хоть они и победили, но война забрала слишком много человеческих жизней, в том числе, и его друзей.       Узумаки поджал губы и начал осматривать себя на наличие каких-либо изменений. Слава Ками, всё осталось прежним. Пока ему и других проблем хватало. Пригладив свои волосы ладонью, он ещё раз всё придирчиво осмотрел и поплёлся на кухню. За десять минут сварганив себе быстрый завтрак, он поел, надел свой плащ и вышел из дома. По ощущению было где-то семь утра.       «Наверняка, Шикамару ещё спит. Может его не будить и зайти позже?» — подумал блондин, но тут же отказался от этой идеи: — «Ага, а потом он будет прятаться по всей Конохе, лишь бы его не нагружали работой.» — хмыкнул Узумаки. И побежал к дому Нара.       Их квартал находился в удалении от центра, почти в лесу. Это было тихое и спокойное место, что точно описывало характер людей, живущих там. Наруто остановился у входа в квартал и огляделся. Пост охраны пустовал, и Узумаки не решался входить на чужую территорию без разрешения. Постояв минут двадцать, он плюнул на всё и поплёлся к дому главы. Шикамару — его друг. Он, если понадобится, заступится.       Наруто уже собирался залезть через окно, но тут вспомнил, что мама у друга очень суровая и вечно беспокоится за безопасность сына (даже если сыну уже 18 лет). Дверь ему открыла темноволосая женщина — Ёшино Нара. Наруто оглядел её и заметил, что она выглядит лучше, чем в прошлую их встречу. Тогда у неё были красные от слёз глаза, большие мешки под глазами, сутулость. Всё это из-за смерти мужа. Шикаку Нара был одним из героев, отдавших свою жизнь на благо человечества. Новость о его смерти подкосила её веру в способности сына, и она всеми силами начала его излишне опекать. С этим и связано то, что Шика до сих пор проживает с мамой. Но её можно понять — она не хочет потерять единственного ребёнка.       — Здравствуйте, Ёшино-сан! А я к Шикамару, он ещё спит?       — А, Наруто! Рада тебя видеть, проходи. Шикамару спит, но ты не волнуйся, я его сейчас разбужу. — С этими словами она пропустила его в дом и ушла наверх.       Через пару минут вниз спустился человек, чья недовольная морда смотрела прямо на гостя.       — Зачем пришёл? — Сонно спросил парень.       — Привет, Шика! Нужна твоя помощь в одном важном деле. — Улыбнулся Наруто.       — В последний раз, когда ты так говорил, мне пришлось вымаливать прощение у Райкаге. За нас двоих между прочим, — Шикамару вздохнул и сел за маленький столик. — Ладно, рассказывай, что там у тебя за важное дело.       — Ну-у, так просто не рассказать — надо показать, а мне нужно, чтобы про это никто не узнал.       — Мне нужно на работу, Наруто. Может, отложим твоё важно дело, а?       — Не получится. Боюсь, если отложить, то последствия будут ужасающие. — Узумаки серьёзно посмотрел на друга.       «Что он опять натворил, что за последствия такие будут? Воскресил Мадару? Похоже это не очередной его розыгрыш.» — Шикамару нахмурился.       Наруто стянул свой хитай, и оттуда показались лисьи ушки. В довершение всего, он снял хёнге, и его зрачок принял вертикальную форму. Пока Шикамару неотрывно смотрел на его новый образ, блондин начал усиленно размышлять над тем, как рассказать другу, откуда у него таки метаморфозы.       — Кхм, Наруто, это…       — Да-да, я виноват, знаю. Это было очень глупо с моей стороны получить такое, и надо же мне было активировать печать?! В общем, вышло это случайно, совсем недавно, буквально на днях. Но впредь я буду осторожнее! И не буду мыслить как ребёнок, честное слово! Я просто из любопытства… я не хотел, чтобы так вышло, но потом деревня БАЦ! И взорвалась. А после этого вылезло вот это, — показал на свои уши, — а мои ведь пропали! Слава богу, что волосы отросли, и Бабуля ничего не заметила. Вот поэтому я и прошу твоей помощи! — выпалил Узумаки, складывая ладони в просящем жесте.       — Я ничего не понял. Давай-ка говори помедленней: с чувством, с толком и расстановкой. Следи, чтобы твои мысли не бежали вперед голоса. А то у меня голова уже пухнет. — Сказал Шикамару.       Наруто поспешил скрыть свои уши под повязку, так как в комнату вошла Ёшино-сан с подносом, на котором дымились две пиалы с ароматным чаем. А рядом с ними, в пакете, было завёрнуто что-то вкусно пахнущее.       — Вот, угощайтесь! — с улыбкой произнесла хозяйка дома. — Любой разговор за завтраком будет намного приятнее.       — Вот это сервис! Шика, у тебя всегда так по утрам? — поинтересовался Наруто, поедая что-то завёрнутое в мешочек.       — Неа, только когда гости дома. И вообще, не меняй тему. Я всё ещё жду объяснений.       — Всё начиналось неплохо. Это я про поиски секретов Узумаки говорю. Я обчищал подвалы, склады, храмы. Правда, только те, которые я мог открыть. И в одном из таких подвалов оказалась ма-а-аленькая печать, из-за которой всё и произошло.       — Произошло всё из-за твоей тупости. Не надо гнать на ни в чём не повинную печать! — Нагло перебил рассказ Кьюби.       — Кхм, я её активировал, и она начала резко поглощать мою чакру. Дальше, я думаю, она взорвалась, и меня отбросило взрывной волной. Иной причины, почему я оказался так далеко от деревни на момент пробуждения я придумать не могу. Нет, я, конечно, могу, но они не совсем правдоподобны.       — Понятно. Мне надо подумать. — сказал Нара и встал с насиженного места.       — Эээ, и это всё, что ты хочешь сказать? — уточнил Наруто. — А как же там удивление, отрицание реальности, может хоть какие-нибудь эмоции?       — Могу на тебя поорать, если хочешь. Но знаешь… лень. Да и не поможет. А вот с твоей проблемой надо разобраться.       — О, Шика! Ты знаешь как её решить?! Я и не сомневался в тебе, друг!       — Мендоксе-е. Слушай, прямо сейчас у меня нет никаких предположений насчёт тебя. Вот совсем. Чтобы исправить твой косяк, нужно хотя бы понять, что это за косяк. Потом отыскать его причину. И только после этого всего, слышишь, только тогда — исправлять. Помогу чем смогу. Придётся напрягать все свои связи и рыскать в архивах. Очень кстати поможет, если ты посодействуешь в этих поисках. Помнишь, как выглядела эта печать? Сможешь нарисовать по памяти?       — Нарисовать наверное не выйдет… Но я помню, что это был девятихвостый.       — Чёрт, не то. Конечно на свете существует не так много печатей с изображением кьюби, но рисунок бы очень помог.       — Ну-у, он смотрел вроде бы вверх и сидел в своих хвостах… или не сидел… — Наруто задумчиво скрестил руки, пытаясь вспомнить как выглядела печать.       — Дурень. Покажи ему шею. Там метка! — взвыл голос в голове.       — Точно! Шикамару, смотри.       И с этими словами он приблизился к другу, обнажая шею. Там красовалась чёрная метка, которая немного отливала лиловым цветом. Под ней было несколько иероглифов, обозначающих ручные печати.       — Гм, интересно. — Нара слегка провёл пальцами по метке и отодвинулся.       — Что значит «интересно»? — спросил Наруто, пряча печать под воротник.       — Наруто. — Шикамару улыбнулся краешком губ. — Кажется у нас есть зацепка!

***

      Наруто возвращался домой в приподнятом настроении.       — «Это я конечно удачно к Шикамару заглянул. Если он решит мою проблему, то с меня не убудет. Я ему такую должность дам! Будет главным советником деревни, во!» — рассуждал Наруто.       — Пфф, только ему это не говори. Он сбежит прежде чем ты заикнёшься об этом.       — «Да-а, ты прав. Шика сделает всё, что угодно, лишь бы не работать. Придумаю позже, как его отблагодарить.»       Уже на лестнице своего общежития Наруто остановился, решив, что будет лучше, если он поскорей разберётся с накопившимися миссиями. Ещё пару минут в нём боролись лень и долг шиноби. И вот уже джинчуурики идёт очищать слив канализации деревни.       После двух часов непрерывной работы с клонами, Узумаки сделал перерыв на обед. И со словами: «Хокаге должен хорошо питаться!», вошёл в первую попавшуюся забегаловку. Интерьер в ней ничем примечательным не выделялся. Вот только на одной из лавок спала собака, но не считать же её предметом мебели?       Поздоровавшись с хозяином, Наруто прошёл вглубь небольшого помещения. Здесь было много людей и свободных лавок почти не осталось. Часы на одной из стен показывали время обеда и голодный джинчуурики, следуя примеру остальных посетителей, незамедлительно приступил к приёму пищи. Наслаждаться горячим обедом ему помешало вторжение в его личное пространство. Кто-то бесцеремонно уселся к нему за столик. Наруто, глубоко вздохнув, поднял глаза на нарушителя спокойствия и увидел перед собой два чёрных глаза. В следующую же секунду он подавился воздухом и закашлялся.       — С-саске? Ты чего тут делаешь, даттебайо! — воскликнул Наруто, медленно восстанавливая синусовый ритм сердца. Из-за одного Учиха*, между прочим.       — Привет, решил зайти пообедать. — на Саске уставился один скептический взгляд.       — Сюда, — Наруто провёл рукой по помещению — где еда может быть сделана из несвежих продуктов? Ну не-е-ет, как так, Саске? Ты же можешь отравиться или употребить пересоленную еду, упаси Ками. Это же просто ужас! Нет, ты точно не мог прийти сюда просто пообедать. — с ухмылкой вещал блондин.       — Шиноби должны быть не прихотливы.       — Да ну! А в прошлый раз ты по-другому разговаривал. — возмущённо прокомментировал Наруто. На это Учиха только закатил глаза.       — Я искал тебя, Наруто. — признался он.       — Ммм, что-то случилось? — блондин сразу же успокоился. — Надеюсь, что да и ты вытащишь меня с этой нудной работы. Серьёзно, сегодня только первый день, а у меня уже ком стоит в горле, почти такой же как в канализации, которую я недавно прочищал. — с этими словами Узумаки начал активно показывать жестами как его тошнит от всего этого.

POV Саске

      Слушая монолог этого добе, я размышлял о том, как ему лучше преподнести новость о моём уходе из деревни. Когда-то я просто так же ушёл, никому не сказав и это вылилось в догонялки между мной и им на протяжении трёх лет. В этот раз всё по-другому. В этот раз он должен понять. Наверное…       В меня прилетела грязная салфетка. — Эй, теме, ты меня вообще слушал? Я тебе про свою жизнь вещаю, а ты опять в апатии?       «Такой же как и всегда. Шумный.»       — Я тебя слушал.       — Если так, то что последнее я сказал? — Наруто откинулся на спинку стула.       — Ты говорил о своей жалкой жизни. — подколол я его.       — Эй! Сам ты жалкий! Ты вообще-то с будущим хокаге говоришь. — надулся Узумаки.       — Кстати об этом. — перевёл я тему. — После твоей инаугурации я покидаю деревню.       Между нами повисла тишина. Его глаза ни капли не изменились, хотя всё его тело выдавало состояние шока. Что же, он носит хенге? Я могу посмотреть с помощью шарингана сквозь него, но Наруто ведь и обидеться может.       — Что?! Опять! Ты же только-только вернулся домой! — Я ожидал, что он будет злиться, но не думал, что настолько, что Девятихвостый проявит себя.       Слегка повеяло обжигающей чакрой. Радужка его глаз резко поменяла цвет на красный, а зрачок стал вертикальным. Тело джинчуурики начало дрожать. Быстро оценив ситуацию и возможное количество жертв, если Наруто снесёт голову, я активировал шаринган.

End POV Саске

      Наруто и правда удивился. Затем расстроился и, наконец, рассердился. Не настолько, чтоб перестать себя контролировать, нет. Просто в момент, когда гнев только начал зарождаться, его тело сковало от боли пронёсшейся от метки по всему телу. Узумаки почувствовал, что хенге слетело, но чтобы наложить новое, нужно сложить печати. Дрожащее и неподвижное тело явно было на это не способно. Вот бы ещё Саске понял, что опасность грозит только самому джинчуурики.       Но он не понял. И две пары красных глаз продолжали неотрывно смотреть друг на друга.