Маленькая сучка

После участка, как мы его посетили я не верила тому что произошло я разозлилась сама на себя зачем я вообще её отпустила. Со мной всё это время сидел Шуга, чуть посидев в кафе мы поехали обратно в больницу так как я была ещё слишком слаба что бы передвигаться самостоятельно. 4 часа после инцидента. В больнице. Когда слезы чуть поутихли, я, наконец, в полной мере осознала всю фатальность ситуации. Отстранилась от парня, вытерла лицо. -Шуга, а что на счет твоей болезни, ну неужели совсем ничего нельзя сделать? — я посмотрела ему в глаза. — Неужели нет даже шанса? — Шанс всегда есть, — тяжело вздохнул он, а во мне зародилась надежда. — Но не всегда им можно воспользоваться. — Как это? Что ты имеешь в виду? Он упрямо глядел сквозь меня в окно: — Не знаю, насколько эффективен, но есть метод лечения… — Так вот и выход! А ты говоришь не лечиться. Что же тебя останавливает? — недоумевала я. — То, что в моем случае все слишком запущено. Сурин, этот метод — это метод интенсивной терапии. Проще говоря, ежедневные процедуры, уколы, внутривенные инъекции и пичканье антибиотиками… — Сколько длиться эта терапия? — Непрерывный курс составляет два месяца. — Это же так мало, Шуга! Несчастные два месяца для твоего выздоровления! — я радовалась. — Нет никаких гарантий на поправку. Все зависит от организма. — Ты справишься! — заверила я парня. — Вряд ли… К тому же нужно бросить курить и отказаться от алкоголя. На два месяца, Грейс, на целых два месяца! — он выглядел разочарованным. —Шуга, я тебя очень прошу! — начала я, взяв его за руки. — Пожалуйста, пройди этот курс! Я хочу, чтобы ты был здоров! Шуга… Он молчал, не зная, что ответить. Я надеялась, что он одумается и согласится. — Понимаешь, Сурин, все не так просто. — Конечно, не просто! — перебила я. — Я знаю, что это очень тяжело, но я буду рядом, я буду с тобой! Мы справимся! Ты слышишь меня? Он кивнул. — Хорошо, — издал после минуты молчания. — Я пройду этот чертов курс. Может быть, мне показалось, но в его глазах заиграл огонек благодарности. Я ликовала! — Хороший мой, — я обняла его. — Мы все пройдем вместе. Ты и так столько всего пережил. — Знаешь, — он обнял меня крепче, — я понимаю, что уже ничего не исправить, но я чувствую, что должен попросить у тебя прощения за… всё. За всю боль, которую причинил тебе. За то, что тогда в лимузине… И что поднял руку на тебя. За то, что вообще посмел держать тебя взаперти. Прости меня, если сможешь. Он зарылся в мои волосы, сильнее прижав меня к себе. Я задрожала в его руках. А потом он вдруг приблизился к моему лицу настолько, что его дыхание обжигало кожу. Его рука обняла меня за шею, и он привлек меня к себе. Наши губы слились в нежном горячем поцелуе. Он мягко блуждал языком у меня во рту, вызывая невероятные ощущения. Вторая рука легла мне на талию, и я придвинулась к нему еще ближе, ощущая исходящее от его тела тепло. Внизу живота сладко потянуло… Но боль в боку дала понять, что больше, чем поцелуй нам ничего не светит. — Мм… — я из-за боли оторвалась от его пухлых губ. — Что? Ах да… Прости. Я забыл, — виновато произнес он. — Я с тобой обо всем забываю. Я смутилась. — Пойду, прилягу, а то что-то совсем скрутило… — Зачем же ты вставала? — встревожился он и хотел было мне помочь. Но тут в палату вошел мужчина в белом халате. Увидев меня, стоящую посреди комнаты, без капельниц и катетеров, его глаза полезли на лоб от возмущения: — Мисс Сурин! Вы почему не на койке? Вы же только после операции! Вам нельзя вставать! — Знаю. Извините… — пробурчала я и улеглась на кровать. — Мистер Мин, а вы что же это дали ходить девушке, которую лишь несколько часов назад перевезли с операционного стола? — обратился он к Юнги. — Мистер Ким, виноват, не уследил… «Мистер Ким?.. — вспомнила я. — То-то я слышу, что этот скрипучий голос мне знаком. Точно, это тот самый старичок, который два раза мне оказывал помощь…» —Сурин, как вы себя чувствуете? — спросил меня доктор. — Нормально вроде. — Я вижу, вы сняли с себя все приспособления. Это плохо. Я позову медсестру, и она поставит вам снова капельницу. — Хорошо, — согласилась я. — Рана дает о себе знать? — уточнил он. — Болит немножко. — Ясно. Значит заживает. Нужно будет пару дней потерпеть и дней десять полежать в больнице. Я нехотя кивнула — не люблю больницы. Он подошел к койке Шуги: — Как твое самочувствие? — Уже лучше, — улыбнулся парень. — Благодаря вам. Это же вы подоспели вовремя, правда? — Правда. Но спасали тебя доктора. Им спасибо. — Мистер Ким, когда меня выпишут? — спросил он. — У тебя, Шуга, ситуация не лучше, — вздохнул врач. — Дней семь точно нужно побыть под присмотром. Парень погрустнел. — Это очень долго. У меня есть незаконченные дела. При этом он непроизвольно сжал кулаки, и я это заметила. —Шуга, семь дней это совсем не долго. Курс вообще длиться два месяца. Ты же пообещал, — сказала я, глядя на него. Доктор был в растерянности и не знал, что сейчас можно говорить, что нет. Шуга обратил внимание на смешанные чувства мистера Ким: — Она все знает. Старичок облегченно выдохнул. — А о каком именно курсе идет речь? — спросил он. — Интенсивной терапии, — ответила ему я. Он не скрывал своего удивления: — Вы уговорили Шугу пройти реабилитацию? Милочка, я восхищаюсь вами! Я полгода пытался его заставить, но так и не смог, мало того он даже не бросил курить и баловаться алкоголем. Невероятно! Как положительно вы влияете на этого хулигана. Я немного покраснела, но вопрос о выписке Шуга оставался открытым. —Ким, ты же знаешь, что я не буду здесь лежать неделю, — сказал он. — Если ты выпишешься раньше положенного срока, я тоже уйду с тобой, — заявила я. — Я поставлю круглосуточную охрану у палаты, — парировал парень. —Мин, — я улыбнулась. — Я сбегу. Ты же знаешь меня. Он глубоко вдохнул и посмотрел на доктора: — Я буду лежать здесь, сколько нужно. А то она ведь и вправду сбежит. Я невинно пожала плечами, когда доктор покосился на меня. — Я рад это слышать, — усмехнулся мистер Ким. Было понятно, что разговор окончен, и доктор грамотно решил оставить нас наедине. — Вы оба отдыхайте, набирайтесь сил, а я пойду, позабочусь о том, чтобы вам, мисс Грейс, поставили капельницу и все необходимое. А для мистера Мина договорюсь об организации курса интенсивной терапии… Он вышел, а мы с Шугой каждый нырнули в свои раздумья.