Заложница Кима Тэхена

      Темнота тесного помещения предупреждала об опасности, пробуждая в глубине подсознания это чувство страха, что прекрасно умело перекрывать путь к кислороду, однако все же знание о своей небольшой невиновности неким образом придавало небольшую уверенность. Благодаря этой мысли подобные чувства развеивались, во взгляде появлялись спокойствие и покой, а боли в некоторых части тела утихали.       В кабинете таилась глубокая тишина, убивающая разум, а серьёзные взгляды бессердечных полицейских ни на секунду не отрывались от жалкого лица Тэ, что сейчас исподлобья в ответ глядел на них, нервно сжимая края деревянного стола. Над головой юноши сейчас висела единственная лампа, в свете которого лицо казалось более напряженным и далеко не хорошим, но в данное время на все это не обращалось внимания: проводился допрос.       — Имя? — серьёзным и твёрдым голосом вдруг заговорил мужчина-полицейский, что-то попутно печатая на компьютере. Мужское лицо не выражало ничего, кроме негодования, и это негативное чувство доказывал его грубый голос, заставивший тому мгновенно выдавить ответ.       — Ким Тэхён.       — Возраст? — Большие глаза, наполненные нетерпением, посмотрели на Кима, и в этот момент по больному плоти Тэ пробежали мерзкие мурашки, возбуждая негативные эмоции. Карие глаза допрашивающего по какой-то неясной причине зарождали чудовищный страх на душе при каждом зрительном контакте, отчего мысли навсегда потерять Ынху больно заполняли голову и сжирали сознание, но приходилось иметь спокойствие. Однако через некоторого времени уже звук клавиш постепенно начал действовать брюнету на нервы, видя которого тот, словно бы предугадывая состояние юноши, более энергично нажимал по клавиатуре напряженными пальцами.       — Двадцать один год, — как можно спокойно проговорил брюнет и отвёл взгляд, готовясь к очередному вопросу.       При малейшем движении тело пронизывала чудовищная боль от весьма сильных ударов, нанесённых Хосоком, а воздух, казавшийся колючим, чудовищно царапал легкие, и Тэхен несдержанно стонал, каждый раз проклиная Чона. Рвано вздохнув и на несколько секунд задержав дыхание от боли в рёбрах, Ким оперся руками о стол и глубоким взглядом всмотрелся в пустые глаза полицейского.       — Я невиновен, — едва разборчивым тоном произнёс вдруг брюнет и чуть опустил голову, глядя на весьма нерадостного мужчину исподлобья, что сейчас безразлично печатал что-то непонятное в комп. — Вы сильно ошибаетесь, считая меня виновным. Уверяю Вас, что ваши предположения насчёт моего преступления абсолютно неверны. Вам следовало бы задержать того, кто на самом деле совершил преступление и из-за чьей вины ушла одна жизнь. — Этими словами с легкостью завоевав внимание доращивающего, Тэ удовлетворенно улыбнулся в мыслях и откинулся на спинку чёрного металического стула, собираясь более подробно описать случившееся.        — Я весьма надеюсь, что Вы сможете дать нам хоть какую-то малейшую информацию о причине данного происшествия. — Вновь заговорил этот жесткий голос, раздирающий плоть на мелкие куски, и его глаза, полные лёгким недоверием, посмотрели на Тэ, что в этот миг принял серьёзный вид и выдавил из себя первое:       — Чон Хосок.       С сей же секунды твой конец стал вдвойне ближе к тебе. Ты теперь сгниешь за мерзкими решетками и этим заплатишь мне за все эти боли, нанесённые тобой мне. Радуйся последними минутами, Хосок, — В себе вдруг заговорил Ким со своим противником, и после данного мысленного обращения к Чону на жалком лице юноши расцвела хищная улыбка, подтверждающая его счастливое будущее с ней.

***

      — Юна?..       Сердце неосознанно ушло в пятки, когда осознание того, что стоящая перед ней Юна, теперь являющаяся для Ынхы бывшей, в один день больно растоптала её доверие, верность и любовь в грязную землю, закрыв глаза на сильную дружбу между ними. Тело впало в ступор, разум затуманился от увиденного, а глаза, расширившиеся в ужасе, в упор посмотрели на Юну, в то время как она при первом же взгляде Ынхы горько усмехнулась, словно бы жалея о содеянном. Внутреннее состояние блондинки сейчас сказывалось на её лице не хуже, чем у Ынхы, а душевные переживания были не меньше её, которые до боли сжимали внутренности и из-за чувства совести пальцы чудовищно немели от мерзкого холода.       — Ты не предстовляешь, Ынха, как я рада тебя видеть, — неожиданно заговорил этот родной для брюнетки голос, слушая которого душа обретала покой, но теперь, казалось, он в виде острого игла пронизывал сознание. — Признаться честно, я сейчас не в состоянии смотреть тебе прямо в глаза, когда в глубине души таится чувство вины и лишает меня покоя, но, подруга, сейчас я здесь ради твоего спасения. — Взгляд, пропитанный безумием, устремился в землю, а голос вдруг перешёл на шепоты, отчего волнение Ынхы удвоилось. — Этот Тэхен вижу умеет скрывать своё истинное личико.       — Вы достаточны рассказали мне о будущих намерениях Кима, Юна, — напряженным тоном вдруг выдавила это Ынха и фальшиво улыбнулась, пытаясь скрывать разрастающуюся ненависть по отношению к Юне. — А также поскольку с того дня мое доверие к тебе померло, я не могу верить в помощь, оказанную лично тобой. Из-за того, что именно Вы привели меня в такое состояние, я совершенно не понимаю в каком направлении движусь. После твоего предательства, Юна, твои слова бесполезны.       — Я признаю свой глупый поступок подруга, но Тэхен, что вовлёк меня в нелёгкое положение, заставил слепо пойти на это. Мне было ужасно тяжело, было паршиво, горько и безумно, когда в безвыходном положении я неосознанно дала ему согласие вот так разрушить эту дружескую связь, поскольку другого выхода не находилось. — Безумный голос Юны не переставал больно сжирать девичье сознание Ынхы, в то время как той от собственных слов мучительно убивалась плоть. — Осознавая то, что наша дружба разрушена, до сегодняшнего дня не давала мне покоя, но сегодня, увидев тебя, я на миг отправилась в те наши радостные дни, когда мысли о предательстве не смели посещать голову. Мне нет прощения, Ынха, я это прекрасно понимаю, но все же прости меня.       — Неудивительно, что ты это осознаешь, Юна, но лично я, если была бы на твоём месте, не пошла бы на это, поскольку эта сильная дружба между нами не подтолкнула бы меня к этому. — Казалось, обиженные глаза, наполненные горем и несчастьем, хотели поскорее выпустить эти тяжелые, больные кристаллики слез, чтобы унять негативные чувства на душе, но что-то не останавливало её изнутри. — Я была рада нашей нежданной встречи, но, к сожалению, боюсь, что эта наша последняя встреча.       Ответ от Ынхы до глубины ранил жалкую душу блондинки, острыми, раскалёнными иглами пронзил сознание, и знание того, что её драгоценная подруга и на этот раз будет повторной жертвой Ким Тэхён, словно электрический ток ударило тело, заставив настороженно кинуться к Ынхе. Ледяные руки, которые имели безжизненный, бледный цвет, резко схватили запястья брюнетки, и её глаза в недоумении посмотрели на восьма встревоженную подругу.       — Прислушайся к моим словам, Ынха! Этот негодяй Тэхен воспользуется твой невинностью и прикончит тебя, чтобы этим отомстить твоему отцу!.. Просто поверь мне на слово и держись подальше от него. — С каждым неразборчивым словом, которое сопровождалось глухим кашлем, на душе становилось некомфортно, беспокойство наполняло тело, а недавние слова Чонгука, что отправился в иной мир, невольно проносились в голове.       — Отпусти, Юна... — неожиданно выдавила это из себя девушка и притянула руки к себе, чтобы избавиться от цепких рук, но хватка блондинки становилась все грубой, жесткой и больной. — Пусти...       — Я знаю Кима, как свои пять пальцев, Ынха. Он просто убьёт тебя. Поверь своей жалкой подруге, хотя бы в последний раз!       — Она права, — уже заговорил и мужской голос, хозяин которого был Чон Хосок, и его взгляд, тут же направленный к ней, заставили всем девичьим чувствам, давно накопившимся на душе, нахлынуть наружу. Резко высвободив руки из крепкой хватки Юны, девушка покачала головой и неожиданно из-за порывав эмоций заплакала, глядя то на Джей-Хоупа, то на Юну.       — Хватит! Достаточно мне о подобных вещах! Отстаньте от меня!.. — Выкрикнув эти слова в ответ их загадочным взглядам, Ынха сделала пару неуверенных шагов назад, и не прошло всего одной минуты, как она в истерике уже ускорила шаги, уходя прочь отсюда.

***

      Это чудовищное чувство страха раскалёнными иглами пронизывал каждую жалкую клеточку ледяного тела девушки, лишал воздуха, дара речи и способность нормально размышлять. Взор был застелен тем же бесполезным чувством, а слезы, не прекращающиеся ни на секунду, напоминали о собственной беспомощности. Осознание того, что никто, кроме самой себя, не остался в её жизни, все более убивало её, и мысли насчёт самоубийства постепенно зарождались в сознании, веля ей немедля уйти из жизни. Однако что-то Ынху останавливало.       В замешательстве и безумстве шагая по асфальтной дороге, которая вела домой, девушка тихо плакала, вглядываясь в эту кромешную темноту и иногда ускоряя шаги. Мысли о потери дорогой матери не покидали её, как бы она не старалась откинуть их, и они, естественно, приносили неописуемую боль, вновь осведомляя её об одиночестве. Утерев тыльной стороной ладони горячие слезы и убрав с лица локоны, мешающие взору, Ынха неожиданно перешла на бег, направляясь к подъезду. Сейчас безумно хотелось закрыться в доме, в своей комнате, чтобы больше не сходить с ума и не видеть знакомых, из-за которых ей и приходилось терпеть эти мучения, но неожиданный ход события быстро вовлекает девичье тело в ступор.        У подъезда стоит парень. Его тело прислонено к холодной стене, лицо скрыто чёрным, свободным капюшоном, а руки — в карманах жакета. Мужской взор устремлён в одну только точку, землю, и, кажется, что он едва сдерживает себя, чтобы не поднять глаза на неё. Поза, телосложение и состояние неизвестного до жути напоминает Ынхе о том Ким Тэхене, но его тихое молчание и сдержанное терпение унижают эти предположения девушки. Однако когда брюнетка уже в полной уверенности делает один шаг навстречу к нему, загадочные глаза парня неожиданно обращаются к ней, и тело в буквальном смысле лишается равновесия.       Это он, Ким Тэхен. Стоит прямо у подъезда Ынхы и неотрывно глядит на неё, словно бы ожидая какую-либо реакцию, в то время как та в недоумении просто нелепо пялится на него, которому каким-то образом каждым своим появлением удаётся добиваться внимания девушки. Языку сейчас слишком трудно связать какие-либо слова, спросить, как он мог оказаться тут, но учащенный пульс сердца не позволяет этого сделать. Не отрывая свои мокрые и покрасневшие от слез глаза от Тэ, Ынха истерично улыбается, и уголки её губ предательски начинают дрожать, выдавая истинные чувства и ощущения.       — Как ты... — еле слышным голосом произносит вдруг брюнетка, сумев пересилить себя, — ... оказался здесь?..       Неслышный вопрос остаётся неотвеченным. Проходит некоторое время, но тот не приходит хотя бы в малейшее движение — просто смотрит на свою жертву безразличным взглядом и о чем-то размышляет, словно бы заставляя той подозревать нечто плохое. Страх с каждой секундой напоминает слова подруги, Хосока и Чона, и мысли о собственной будущей смерти вдруг подталкивает её к нему. Горько сглотнув тяжелый ком в горле и покрывшись жарким потом, она в нетерпении и неуверенности поднимается по лестнице и боковым взглядом смотрит на Кима.       — Рад, что удачно предугадал твоё местоположение, но, признаюсь, это было нелегко. — Тэ проходит по теле девушки оценивающим взглядом своими миндалевидными глазами, и подаётся вперёд. — Мне жаль, что тому несчастному не удалось усадить меня за решетку. — На израненном лице расцвела удовлетворенная улыбка, и белоснежные зубы Тэ обнажились наполовину.       Его голос отдавался колокольным звонком в сознании, а предупреждения трёх людей, являющимися ей знакомыми, предательски сжирали разум, превращая обращение Кима в полный неразборчивый диалог. Истинные намерения Кима — вот, что сейчас до жути интересовали девушку. Не желая быть измученной от подобных размышлений и неположительных чувств, Ынха отвела взгляд, затем — в упор посмотрела на него.       — Странно, но я успел соскучиться по тебе, Ынха, — Вдруг опередил её Ким и нежно взял брюнетку за тонкую талию, приступая к обворожительным прикосновениям и ласкам. — Ты не скучала? — Скользнув тёплыми ладонями по спине Ынхы, тело которой тут же напряглось и уже поддалось этому наслаждению, лишая её дара речи, Ким зарылся носом в короткие волосы девушки и на этом все резче привлек к себе. Однако не успевает тот и вдохнуть этот ставший для него родной запах, как та резко обращается к нему неожиданным вопросом.       — Правда ли то, что ты намерен прикончить меня собственнолично?...       В этот же самый миг, когда из бесцветных уст девушки вышел этот вопрос, руки Кима мгновенно прекратили ласки, а его взгляд пропитался безумием. Не смея делать каких-либо действий, Ынха глядела перед собой и ждала ответа, но тот все лишь отстранился и абсолютно изменился в лице.       Кажется, она напомнила ему его нерадостное прошлое.       — Я намерен тебя прикончить? — Выражение остаётся тем же, но брови театрально вскидываются, а губы мягко складываются в улыбку. — О чем ты? — В глубине глаз засверкало то, что вновь вынудило той повторить вопрос.       — Не ври мне, Тэхен. Я знаю о твоих задумках и обо всем том, что хочешь со мной сделать. Так что лгать мне бесполезно.       — Я считал тебя глупой, Ынха, но теперь я осознаю, что полностью ошибался в тебе. — Его корпус подался вперёд, отчего та в страхе попятилась назад в намерениях подальше отойти от него, но жесткие руки Тэхена резко приостановили её. — Тебе не кажется, что вмешиваться в подобные вопросы не имеет никакого смысла, малышка?       — В смысле?       Его бесцветные губы неожиданно растянулись в хищной улыбке, и в этот момент Ынха осознала: она и является кратким ответом.