spectre

мысли о смерти делают людей забавнее. ты вычитал это где-то в интернете однажды и с тех пор не переставал этим гордиться. а я все слушал и смеялся. ты и правда был чертовски забавным, а я до одури влюбленным и совсем не замечал, как медленно эта мысль оседает в голове. как-то ты сказал, что если умирать, то только дома, в своей собственной постели, чтобы последние минуты жизни были умиротворенными, а знакомый запах убаюкивал сознание. ты говорил это в шутку, а может, мне так казалось, ты улыбался всегда, когда думал о своих последних минутах, и я был рядом, чтобы улыбнуться тебе в ответ и предложить выкурить по еще одной сигарете. лежал с тобой рядом, нос к носу, дышал одним воздухом с тобой, таким, казалось, счастливым. не замечал. один из двоих всегда бросает другого. вопрос лишь в том, кто кого опередит. у меня руки были всегда холодные, но ты грел их дыханием, целовал, сухие губы твои были роднее всего на свете. и если бы я думал о смерти так же часто, я бы выбрал умирать не в постели, а в твоих объятьях, с твоими руками поперек тела, чтобы ты чувствовал последнее содрогание моего сердца, чтобы я чувствовал последнее содрогание твоего сердца, и чтобы уши закладывала от того, как души сливаются воедино. но теперь я думаю, что упустил то, что так люблю. и не успел прочувствовать момент, когда все было лучше некуда, когда зарывался пальцами в твои спутанные волосы, когда целовал тебя. нужно было быть внимательнее. сука сука сука ты так внезапно все испортил. приходил к тебе утром, уходил через неделю. готовил завтраки, ты говорил, что это лишнее. целовал улыбающееся лицо, ты, смеясь, уворачивался. как там, ты обещал, что мы умрем в один день? ты обманул меня дважды. ведь однажды я пришел к тебе с коробкой пиццы, твоей любимой. два стука в дверь, подождал немного и не придал значения твоему долгому молчанию. ну, что могло случиться? мы договаривались всю ночь смотреть фильмы, заниматься любовью и много курить. поставил коробку на пол, в голову полезли беспокойные мысли, но я отгонял их. да не может быть, чтобы так. а оказалось, может. ты говорил, что умирать в собственной постели лучше, но зачем-то закинул петлю на шею а конец на люстру. ты говорил, что если умирать, то обязательно вместе, но почему-то оставил меня, даже не попрощавшись. твое лицо больше не светится от счастья, а может, оно никогда и не было счастливым. может, за смехом ты прятал слезы, может за шутками, ты скрывал то, что по-настоящему гложет. дурак дурак дурак который был настолько ослеплен, что не видел очевидного. я так и замер тогда в проходе, пока твое бледное тело выносили из дома, пока твои стеклянные глаза смотрели в никуда, пока твоя рука волочилась по полу прочь. и ведь даже в мыслях не было. я думал, ты счастлив. а ты умер потому, что я всегда смеялся с твоих шуток и никогда не пытался поговорить серьезно, оставил меня, потому что не нашел во мне помощи, которой так долго искал. и все, что у меня, сука осталось, это твоя чертова улыбка в памяти, твой смех, перечеркнутый словом «забавный». и, может, для меня это станет уроком. это не называется забавным, джерард. суицид это не гребаная шутка.