Испытание Искушением (Monsta X)

*** *** ПУСТОЙ КАТАФАЛК ***

«Когда детектив Че играет на контрабасе, доктор Ю бесится, но подпевает...» Чистилище... – бесконечные коридоры иллюзий, хитросплетения разных времён и пространств, сотворённые бурной фантазией Создателя. Не каждый чувствует себя здесь хорошо, только такой же хамелеон, как я, который подстраивается и меняет цвета со скоростью света. К примеру, можно вскинуть подбородок повыше, сделать шаг пошире и бросать серьезные взгляды по сторонам, даже если просто ищешь туалет. Вдобавок, взъерошить волосы, надень пальто до пят, сунуть руки в карманы и всё – ты уже самая деловая колбаса на этом уровне! Вот бы еще передвигаться с помощью часов, и работалось бы гораздо быстрее. Жаль, что в потустороннем мире это не этично. Говорят, в здании начнется хаос, если каждый будет появляться в нужном месте, когда ему захочется. Именно поэтому все здесь: и ангелы, и бесы - пользуются лифтами, как обычные смертные. К черту этичность! Вчера весь день сдавал отчеты за последние четыре дня. Мотался туда-сюда, вверх-вниз, вниз-вверх, как на карусели. Голова теперь кругом идет! Эх, тяжела жизнь тайного агента... Да-да, я сижу на двух стульях – докладываю информацию Раю и Аду одновременно. Заранее прошу простить за такое уточнение: жопа у меня маленькая, просто я быстро пересаживаюсь. Двух секунд хватает, чтобы понять, что к чему, и сориентироваться. Смекаете? Перед вами гений: хороший артист, немного поэт, но, в основном, хитрый оборотень. За последнюю черту меня и взяли на эту работу. От скромности, конечно, не умру. А кто не без греха? Да, я люблю пафос, правда, только в душе. Окружающие уверены, что нет парня скромнее Че Хёнвона. Конспирация прежде всего, но на самом деле меня так и охватывает пыл, восторг и возбуждение, когда я просто иду по пустому коридору, а за каждой дверью, встречающейся на моем пути, может оказаться немного искаженная копия Диснейленда, Хогвартса, древнего Рима или комната вашей мамы, если хотите. Вот сейчас пну хилую дверцу прямо перед собой, и окажусь на Бейкер стрит! Почему бы и нет? Я же детектив Че! Не успеваю попасть в другую реальность, как ветер тут же дует мне в лицо. Уворачиваюсь, поправляя воротник, и ступаю на каменную мостовую. Здесь очень шумно: бесконечным потоком идут люди, сигналят желтые машины такси, из кафе неподалеку доносится музыка. Слегка щурясь, продолжаю свое шествие. По пути мысленно тянусь рукой к освежающему фонтанчику и рычу в ответ небольшой статуи льва. Спонтанно решаю улыбнуться женщине, которая несет большой букет полевых цветов. Она надела узкое белое платье, очевидно, единственное такое в ее гардеробе, потому что в красивые вещи не по размеру стараются втиснуться только по большим праздникам. На шее дамы блестят жемчужные бусы, в волосах гнездится скромная заколка в виде фиалки. У леди мог бы быть День рождения, НО НЕТ. Думаю, она идет с неудачного свидания, скорее всего, единственного за последние пару лет. Почему именно со свидания, да ещё и неудачного? Посудите сами: - Бусы слишком старые, должно быть надеты на удачу, потому что в них венчалась её бабушка. К слову, платье тоже смахивает на свадебное. - Заколка невзрачная, но привлекает внимание, как бы намекая на то, что леди хочет выглядеть невинно и очень надеется выйти замуж. - Туфли на высоком каблуке, новые и, скорее всего, натерли, так как она прихрамывает на левую ногу. А ради кого обычно женщины готовы страдать и терпеть? Правильно, ради мужчин! - Букет не прижимает к себе, а держит поодаль, бросая на него недовольные взгляды. Наверное, хотела получить розы, а не простенькие полевые цветочки. Не зря же бусы и каблуки надела! - В целом, лицо недовольное: губы поджаты, глаза нарочито безразличные. - Помада стерта, губы не подкрашены. Духами второй раз не попшикалась. Осанку не держит. Сумочка болтается в руке, на трех пальцах, а не деловито висит на плече... Короче! Вы поняли, почему я решил сделать даме приятно и улыбнулся. Именно, чтобы хоть немного поднять ее опущенное настроение. Наконец, вижу знакомую дверь с номером 221В. Врываюсь внутрь и взлетаю по лестнице к своей сегодняшней квартире. Оказавшись в комнате, рысью бегу к резному стулу, падаю на него и начинаю играть на контрабасе! Если честно, впервые держу в руках этот инструмент, но мне важно было начать музицировать именно сейчас: Тарам-тарада-тарада-та-тарам! Не проходит и минуты, как дверь в квартиру снова открывается, и входит розоволосый коротышка. - Почему дверь открыта?! – кричит он сквозь музыку, указывая за спину. - Я ждал тебя! – отвечаю торжественно. - Ты же играешь! – морщит миленькое личико, указывая на контрабас. Потом прислушивается, начинает щелкать пальцами, притопывать ногой и тихонько напевать мотив. – Хм... Знакомая мелодия, - задумчиво щурится парень. - Тебе нравится? – спрашиваю у него, продолжая неумело скрипеть смычком. – Считаешь неплохо? - Фальшиво, но что-то в этом есть... – пожимает плечами мой гость. - Ха-ха! Я так и знал, что у тебя нет вкуса! – прекращаю мучить инструмент, отбросив его в сторону. - Ты позвал меня, чтобы сообщить об этом? – звонко произносит, проходя в комнату, и усаживается в кресле напротив. - Я тоже не очень рад тебя видеть, Кихён, но появилось одно важное дело, - теперь говорю серьезно, встаю и иду к окну, по ходу сбрасывая с себя пальто. - Что стряслось? – цокает языком розоволосый и складывает руки на груди. - Как насчет того, что мы не знаем, с кем имеем дело? – отвечаю туманно, буквально ощущая, как лучи солнца падают на моё лицо. - О чем ты? – в голосе гостя послышались угрожающие нотки. Яркий свет мешает ему смотреть на меня в таком ракурсе, поэтому парень недовольно отводит взгляд. - В досье Шан Ти есть графа «засекречено», - задвигаю штору и возвращаюсь к своему стулу. – Я обнаружил это вчера, листая бумаги в архиве Чистилища, - присаживаюсь и размашисто закидываю ногу на ногу. - И что? Нас это касается? Просто выполняй свою работу, - без эмоций вымолвил Кихён, лишь слегка вскинув брови. - За всё время работы я видел такое лишь однажды - в досье на трехлетнего мальчика, который играл со спичками и погубил, в итоге, всю свою семью, - криво ухмыляюсь, выдерживая паузу, затем продолжаю делиться мыслями: - Думаю, в нашем случае что-то серьезнее, потому что Шан Ти давно не ребенок. Возможно, она убила одного из своих пациентов или, что еще хуже, много людей. Короче, до конца неизвестно, кем была при жизни наша медсестричка. Возникает главный вопрос: что от нас скрывают? По чьему сценарию мы играем? Только ли судьи Чистилища в этом замешаны? Очевидно, мы огребём от начальства, если совершим ошибку. Чувствую, нас могут хорошенько вздрючить в Судный День. Меня это не устраивает – здоровье и так хромает... - К чему ты ведешь? – перебивает меня Кихён. Вижу, что он заинтересовался. - Ты поможешь мне в этом разобраться? Нужно все разнюхать и быть настороже, - говорю, встречаясь с острым взглядом своего гостя. - Ситуация действительно подозрительная, но я же тебя ненавижу, зачем ты предлагаешь сотрудничество именно мне? – хмурится парень, втягивает шею и надувает щёки как хомяк. - Просто ты такой же хитрый говнюк, как и я. Всё-таки есть у тебя достоинство, кроме низкого роста, чтобы под стол ходить, не нагибаясь. - Так, я ушел! – привстает Кихён, деловито озираясь по сторонам, но я уже знаю, что у меня появился напарник. Просто его нужно немного поуговаривать. - Подожди, - закатываю глаза. – Слушай, я даже готов перекрасить волосы в розовый, чтобы ты лучше себя чувствовал в моей компании. - Чтобы я лучше себя чувствовал, тебе нужно меньше показывать свое остроумие, иначе я тоже начну это делать, - оскалился доктор Ю. – К тому же, я просто врач в этот раз. - Не прибедняйся! Ты главврач, если уж точно, - снова вскакиваю со стула и, продолжая размышлять, начинаю ходить взад-вперед. – Шан Ти работает под твоим начальством. Разузнай о ней больше раньше времени. Тебе же ничего не стоит познакомиться с девушкой поближе... - играю бровями. - Сам же говоришь, что мы не можем ошибаться. Если я влезу раньше срока, меня оштрафуют, - упрямо разводит руками Кихён. - Ты и так это делаешь, - притормаживаю и натянуто улыбаюсь своему напарнику. - Я не специально, это в моем характере! - оскорбленно вскидывает голову парень. - Не важно, просто теперь постарайся, - прошу более миролюбивым тоном. – Ты же знаешь, что она уже влюблена в тебя. - Тебе нравится то, чем мы занимаемся? Иногда это так грязно... – вдруг с грустью произносит Кихён. - Я люблю свою работу, - заявляю с уверенностью, - а ты выбрал неподходящее время, чтобы думать о таких вещах. - Ты извращенец, - морщит нос розоволосый парень. - Серьезно? Я только что назвал тебя хитрым говнюком, и ты тут же согласился стать моим напарником. Теперь кто из нас извращенец? – округлив глаза, хохочу во весь голос. Знаю, что доктора это бесит, поэтому специально смеюсь еще громче. - Кто сказал, что я согласился? – щурясь по-лисьи, бросает на меня взгляд Кихён. - На вид Шан Ти обычная смертная. Мало ли, что там засекречено в ее жизни? Может, нам не нужно этого знать? - Обычная?! – подпрыгиваю на месте от негодования. - Я уже четвертый день за ней слежу, и сначала думал, что все идет по плану, но теперь... Вот смотри: в неё ударила молния. Это кара небесная, что ли? Много людей вот так шарахает, а? Кроме того, мне кажется, медсестра догадывается, что уже мертва. Вопросы, которые она задает по ходу слишком подозрительные... Что, если Шан Ти уже выбрала себе сторону, а мы просто зря трудимся? Хотя это было бы самой меньшей проблемой. Говорю тебе, с ней что-то не так! – теряя контроль, начинаю размахивать руками как регулировщик. - Сегодня мой день! Поговорю с ней лично! Вдруг что-то прояснится... - Да понял я, - со вздохом сказал доктор Ю, указывая подбородком на стул, - Присядь, остынь, а то сейчас захлебнешься. Кто потом будет называть меня коротышкой? Я же заболею и умру от тоски, - прижал руки к груди и состроил жалобную гримасу Кихён. - Хорошо, но вот увидишь, что я прав, - нервно грожу напарнику пальцем, подойдя к журнальному столику. – К примеру, знаешь, почему тунец называется тунцом? - Нет, - задумчиво вытянул лицо Кихён. - Правильный ответ! Нечего нагружать свою голову всякой ерундой. Лучше подумай о том, как охмурить Шан Ти и затащить её... - Ты снова издеваешься?!! - И да, и нет... Доктор Ю в очередной раз нахмурился, сделал вид, что размышляет, а потом выпалил: - Да иди ты! Знаешь, Хёнвон, как лучше всего тебя выбесить? – берет небольшую подушку с кресла и со всей силы швыряет её в меня. - Уйти, не дослушав твою болтовню! Ловлю «снаряд», запущенный своим напарником, слегка пошатнувшись и прогнувшись назад. Задеваю журнальный столик, и посуда, стоящая на нем, отзывается жалобным звоном. - Я просто стебанул тебя, не обижайся, - растягиваюсь в милой улыбке, обнимая подушечку. – Хочешь чаю? - Ты очень вовремя предложил. Как раз, когда нам нужно уходить, - хмыкнул Кихён, язвительно улыбнувшись в ответ. - Что ж, пойдём, за нас никто работу не сделает, - деловито приглаживаю свой пиджак, а затем окидываю взглядом комнату в поисках своего пальто. Доктор Ю, топая ногой, терпеливо ждет меня у входной двери. Прежде чем уйти, замираю на месте и молю всех святых о том, чтобы новый день выдался удачным. Молюсь так минут пять. Всё это время слышу, как Кихён раздраженно сопит носом, но терпит. На прощание смотрю на настенные часы, а потом на ходу набрасываю свое длинное пальто и восклицаю: - Пойдемте, Доктор Ю! Нас ждут неотложные дела! - Оставь свой пафос в этом историческом месте, - ехидно предлагает мне Кихён. - Ты не стильный, - отвечаю ему невпопад. - Ну и что теперь? – разводит руками мой напарник. – К чему это сказано? - Я просто озвучил факт! - перебрасываю шарф через плечо и гордо выхожу за порог своей квартиры. Доктор Ю выругался, шумно выдохнул и потопал за мной следом, громко хлопнув дверью напоследок.

*** «Считаете, Бог вас услышит?» ***

Я со вздохом открыла дверь и вошла в кабинет травматолога. Здесь, скорее всего, меня ожидает неприятный разговор. Сегодня с самого утра льет дождь. Когда смотришь в окно, становится настолько уныло, что тут же хочется из него выброситься. Поэтому отворачиваюсь и сажусь на мягкую кушетку. Болтая ногами, с грустью начинаю размышлять о своей жизни. После большого переполоха в клинике я была освобождена от работы на неделю, но пришлось выйти чуть раньше, потому что, как и ожидалось, все последствия пожара попытались свалить на меня. Конечно, формально именно я и выронила свечу, ну, а как же то, что устроил Ли Минхёк? Это ведь он создал аварийную ситуацию и довел дежурную медсестру до сумасшествия, а потом бесследно исчез, будто и не было такого человека вовсе. Я искала его блог, даже пыталась пробить информацию по имени Альберт, которое выбрал себе этот гадёныш, но так ничего и не нашла. В итоге, начала сомневаться в своем рассудке, потому что слишком много странных вещей происходило в последнее время. К примеру, куда делся мой любимый красный плащ? Он тоже бесследно пропал. Я оставила его у Чжухона дома? Тогда в чем пришла в больницу? Больше всего пугает то, что у меня стали появляться провалы в памяти. Вот ума не приложу, как я освободилась от наручников в тот момент, когда задыхалась от дыма и вообще ничего не соображала. Меня кто-то освободил? Пожарный Шин это отрицает. Рамён? Доктор Ю? Кто еще был там в момент пожара? Думаю, так и не смогу узнать правду. Кроме того, кажется, совершенно незнакомые люди знают, кто я такая. Точнее, я просто медсестра, но именно это и настораживает! Только вчера до моей больной головы дошло, что мне не обязательно знакомиться и представляться, чтобы кто-то назвал моё имя. Откуда они все знают, что я Шан Ти, а не какая-нибудь Хёнбин? Возможно, часть моей памяти действительно стерлась? Почему? В какой момент? Как я могла не замечать этого раньше? Может, я больна? Ах, слишком много вопросов... Если бы не проблемы с головой и страсти на работе, я бы думала о Хони, потому что он продолжает взрывать мой мозг. В день пожара Чжухон назвался моим парнем, а потом практически проводил до дома. Всю дорогу я молчала, так как слишком устала. Да и ожидала, что друг детства сам объяснится, но он продолжал отмораживаться. Тогда нервишки чокнутой медсестры окончательно сдали - я остановилась и устроила скандал. Наш разговор был огнеопасным: - Скажи-ка мне, с каких пор ты мой парень? Хлопает ртом как рыба, а потом начинает оправдываться: - Ну... Я это... – чешет плечико. - Хотел поскорее выдернуть тебя оттуда... Ты же была на работе целые сутки! Да и пожар... О нём сообщили в новостях, вот я и примчался... – моргает глазками и отводит взгляд. - Только поэтому ты так сказал, Хони? – подхожу к нему ближе, практически вплотную и дышу ему в подбородок, заставляя на себя посмотреть. – За дурочку меня держишь? Я устала слушать твое молчание! Или ты думаешь, я забыла, как твой член упирался мне в живот?! Считаешь, нормально так себя вести? Чжухон слегка отстраняется, встречается со мной взглядом и меняется в лице – теперь оно не растерянное, а выражает неосязаемую власть. Мурашки бегут по моей спине, дыхание сбивается, но я, как камикадзе, продолжаю всё ему высказывать: - О чем ты хотел поговорить вчера? Может, снова думал прижать к кровати, а потом сбежать? Что такое, Хони? Тебе как-то неправильно сделали обрезание? Знаешь, что? Я не хочу видеть тебя до тех пор, пока не определишься друг ты мне или парень, ясно?! - Я боюсь, ты пожалеешь..., если я определюсь, - произносит медленно, глядя на меня неотрывно – его глаза в этот момент похожи на две тонкие полоски. - А о чем мне жалеть?! Наша дружба и так превратилась неизвестно во что! Ты сам это знаешь, не прикидывайся! Тогда Чжухон наклонился и, скользнув губами по моей щеке, прошептал: - Дай мне один день. - Да сколько угодно, но я не буду ждать тебя вечно. - Вечность – это не так много, - вымолвил Хони загадочно, и в этот раз в его голосе чувствовалась теплота. – Сама увидишь... - Красивые слова не помогут, если и дальше будешь странно себя вести, - успокоившись, обнимаю его за талию. - Мы всегда выигрываем, - расплывается в улыбке Чжухон, бросая на меня хитрый взгляд. - Ну вот, опять заговорил загадками! – возмущенно округляю глаза. - Тебе осталось два квартала, я пойду... - аккуратно высвобождается из моих объятий, начиная пятиться назад. - Посмотрите, какой рыцарь! А вдруг меня маньяк подстерегает в собственном дворе?! – растерянно всплескиваю руками. - Всё будет хорошо, - лукаво улыбнувшись, склонил голову Хони, а потом развернулся ко мне спиной и медленно побрел обратно. Тогда я так и осталась стоять столбом, наблюдая, как мой больше, чем друг и еще недопарень исчезает в темноте улицы. Очень странно у Хони соизмеряются дни, потому что прошла уже неделя. Я продолжаю думать о нём, но постепенно всё меньше, так как есть и другие заботы. Вот, например, нашу реанимацию, в самом деле, на какое-то время расположили на этаже родильного отделения. Там постоянно кричат дети, поэтому совершенно невыносимо работать. Сейчас я спустилась, точнее, сбежала к травматологам, где меня должен допросить детектив Че по поводу пожара. Все уже успели поговорить с ним, одной мне до сих пор удавалось избегать этого. Как же хорошо, что в кабинете тихо, и я могу подготовиться к сложному разговору. Он точно будет не из легких, потому что многие вещи невозможно объяснить. Дождь начал заливать подоконник, но мне было лень закрывать окно, да и хотелось свежего воздуха. Я всё еще сидела на кушетке, когда дверь распахнулась, и ворвался высокий, худощавый мужчина с настольной лампой под мышкой. Его решительность и деловитый взгляд сразу давали понять, что он не будет со мной церемониться. - Шан Ти? Добрый день! – выпалил детектив, вытягивая шею и резко притормаживая в центре комнаты, при этом полы его пальто по инерции взметнулись вверх. – Давайте присядем за стол! «Ну вот, он уже ведет себя как хозяин», - подумала я, но потом поведение молодого мужчины изменилось. Как только Че Хёнвон приземлился на стул, сразу же немного согнул плечи и, взглянув на меня исподлобья, вымолвил: - Я не буду перед вами раздеваться. - А хотели? – озадаченно спрашиваю, садясь по другую сторону стола. - Нет, просто предупредил, - задумчиво повел подбородком детектив. - А еще я всегда ношу с собой настольную лампу, - тут же прикручивая её к краю стола, добавил Хёнвон, после чего указал пальцем на свое лицо: - У меня зрение - его нужно беречь! - Само собой, - соглашаясь, пожала плечами. - Шан Ти, вы мне нравитесь, так что давайте на чистоту, - подперев подбородок ладонью, без всяких предисловий начал молодой человек. – Помогите мне разобраться. - Я буду только рада. Может, стоит включить лампу в розетку? - Она на батарейках, - отмахнулся детектив Че, откинувшись на спинку стула. – У вас есть лист бумаги? - Да, конечно, - тут же порылась в папках и подала бумагу, усмехнувшись: - Я думала, у всех следователей есть свой блокнот для записей. - Это у всех, а я держу информацию здесь, - постучал по виску Хёнвон. – Правда, у меня на всякий случай есть три карандаша, - бережно доставая их из кармана пальто, сказал мужчина. – У каждого своё имя. Я называю их: Чёткий, Самюэль и Бродяга. - Да вы романтик! - Только, по отношению к карандашам, - поджав губы, ухмыльнулся Хёнвон. – Вот смотрите: это Чёткий. Я пользуюсь им, когда нужно срочно записать телефон, шифр или ответ на сложную загадку. Самюэль помогает мне писать стихи, а Бродяга вечно теряется, но всегда подворачивается под руку, если Чёткий сломался. - Хм, у вас там целая система, - с осторожностью произнесла я. - Без этого никак. Только отчеты печатаю на машинке. Знаете, люблю, когда клавиши так громко стучат: ТАХ-ТАДАХ! – для верности забарабанил по столу детектив. – Ну вот, мы нашли общий язык, а теперь к делу. Вы, устроили пожар? – положив руки на стол, наклонился он ближе ко мне. Собрав волю в кулак, решила говорить правду, лишь немного упуская детали: - Это я выронила свечу, но меня испугал пациент. Он вообще специально действовал мне на нервы целые сутки. - Зачем, как считаете? - Говорил, он блогер и ему скучно. - Тот самый Ли Минхёк, если не ошибаюсь? – с подозрением прищурился Хёнвон, а я кивнула ему в знак согласия. – Всё кажется логичным. Тогда почему этот пациент не числится в больничных документах? - Это смешно звучит, но он действительно не ломал ноги, поэтому никто и не заводил на него больничный лист. Только под утро Ли признался мне, что у него договоренность с больницей, и он просто хотел удивить гипсом своих подписчиков в интернете. - Ммм... вот как, - закивал головой детектив. – Это произошло незадолго до пожара, так? Расскажите мне по порядку, что было дальше. - Когда я перебирала справки в ординаторской, пропал свет. - Так, - наблюдая за мной неотрывно, стал загибать пальцы Че. - Зажгла свечу и пошла проверить пациентов. - Так. - Всё было в порядке, но в комнате блогера Минхёка горел свет... Он вскочил с кровати и испугал меня. Тогда-то я переципилась и выронила свечу. Видимо, сильно ударилась головой, потому что очнулась, когда меня нёс на руках пожарный. - Он был таким страшным парнем? Этот Минхёк... – вскинув подбородок, театрально выпучил глаза Хёнвон. - Нет, просто на нем была смирительная рубашка. Длинные рукава и всякое такое... - Он настолько плохо себя вел? - Да, невыносимо, но, где рубашку взял – не знаю. У нас нет психиатрического отделения, - нервно дернула плечом, показывая свое негодование. Детектив Че с тяжелым вздохом опустил глаза, а потом участливо сказал: - Я на вашей стороне, Шан Ти, - и прокрутив Чёткий карандаш в руках, продолжил: - Только беда в том, что Ли Минхёка не существует в природе. - Знаю, пыталась найти его... – устало прикрываю глаза, - но, уверяю вас, в тот день он был здесь, не смотря ни на что. Крякнув, будто не веря моим словам, детектив поднялся со стула и широким шагом подошел к окну. - Каким вы были ребенком, Шан Ти? – выставил руку под дождь Хенвон и замер так, наблюдая за каплями. - Ммм... тихим, послушным, творческим, - заморгала я глазами, вспоминая. - Вы явно были большоооой фантазеркой, - с выражением пропел Хёнвон. - На что вы намекаете?! – повысила я голос. - У вас никогда не бывало так, чтобы вы верили во что-то, чего не происходило? – метнул на меня вопросительный взгляд детектив. - У меня все в порядке с головой, если вы намекаете на то, что я сумасшедшая, - ответила слишком эмоционально, наверное, потому что сама в себе сомневалась. - Не обижайтесь, я о другом. Иногда мы чего-то очень хотим и со временем начинаем в это верить, обманывая себя. - Да, так бывает, но пожар в клинике здесь не при чем, - категорично заявила я. - Ладно, - с ноткой равнодушия бросил Хёнвон, хлопнув себя по карманам. - Я могу закурить? – теперь в его голосе звучала надежда. - Это больница... – обвела я взглядом кабинет. - Точно... Эх, ненавижу эту свою привычку, но ничего не могу с собой поделать, - взъерошил себе волосы молодой человек и, закрывая окно, как бы невзначай, добавил: - А у вас есть то, о чем вы жалеете? - Только о том, что иногда слишком долго жду чего-то... - Вам не хватает решительности, верно? – улыбнувшись, щелкнул пальцами Че. - Бывает... – с грустью призналась, но тут же заметила: – Вы детектив или психолог? - Разве вам не интересно докопаться до истины? Вы ведь любите задавать вопросы? - проигнорировал меня Хёнвон, начиная мерить шагами комнату. - Люблю, но все-таки вы задаете их больше, - ехидно цокнула языком. - Это моя работа, я родился детективом, - заявил Хёнвон, снова падая на стул напротив. – А кем вы мечтали стать в детстве? - Хм... писателем. Я с ранних лет любила фантазировать, как вы и сказали, - ответила, складывая руки на груди. Теперь у меня зарождалось удивительное чувство... Странно, но сейчас я видела себя в этом детективе. До мурашек и суеверного ужаса... он будто был моим отражением! - Вам, должно быть нравится описывать мир и придумывать новых персонажей? Я неуверенно кивнула и снова нахмурилась: - К чему вы ведете? Мы уже давно говорим не о пожаре... - Да там все и так ясно – обычный несчастный случай, но я советую вам нанять адвоката. Сами вы не справитесь, даже с вашей богатой фантазией, - подмигнул мне Хёнвон, поставил локти на стол, сложил руки лодочкой и, закрыв глаза, начал молиться. Я выждала какое-то время, а потом спросила: - Зачем вы это делаете? - Я всегда молюсь перед уходом, - тихим голосом откликнулся Че. - Считаете, Бог вас услышит? – изогнула я бровь. - Вряд ли, но многие люди так делают, когда на что-то надеются, верно? Вы, наверное, также, - резко распахнул глаза детектив и уставился на меня пустым, безжизненным взглядом. - Лишний раз не помешает помолиться... – его голос стал жутким, гортанным и потусторонним. Я замерла как изваяние, до боли сжав кулаки. В комнате стояла мертвая тишина, и даже дождь, кажется, не стучал в окно. Тут неожиданно скрипнула и плавно открылась кабинетная дверь. На пороге стоял доктор Ю, будто мой ангел спасения. Честное слово, свет из коридора на него падал так, словно Кихён был святым. - Шан Ти, вас ждут пациенты. Надеюсь, допрос окончен? – сказал мой начальник, прожигая детектива взглядом. - Этот красавчик у вас самый главный? – вдруг оживился Хёнвон, вскакивая со стула. - Повыше никого не нашлось? – саркастично хмыкнул он, протягивая руку для приветствия. - У меня нормальный средний рост, - вымолвил сквозь зубы доктор Ю, как можно крепче пожимая руку Че, чтобы того слегка перекосило. - Да-да, в точности, как у моего племянника, - еще шире улыбаясь, выдал детектив. - Ему шесть лет. - Вы точно преувеличиваете, - продолжая трясти руку своего оппонента, парировал Кихён. - Отнюдь. - Ваш племянник великан? - На самом деле у меня нет племянника, я просто вас стебанул, - вырвался из тисков доктора Хёнвон и, разминая пальцы, пошел откручивать от стола свою лампу. - Вы знакомы? – с подозрением спросила я. - Нет, ни в коем случае! – важно надул губы Кихён. - Я тоже не очень рад вас видеть, доктор Ю, и вообще мне пора идти... – поправляя воротник, приосанился детектив. - У вас есть какие-то претензии к моей подчиненной? – сложил руки на груди мой начальник, невольно поднимаясь на носки. - Ну... мы практически во всем разобрались, - пожал плечами Хёнвон, засовывая в карман карандаши, которые так и не использовал. - Впредь, если будут какие-то вопросы, задавайте их мне, потому что Шан Ти пострадавшая в этой неприятной ситуации. Эти слова Кихёна заставили меня глупо улыбнуться. Я тут же постаралась сделать максимально серьезное лицо, чтобы парни не заметили моей благоговейной радости. - Неприятной ситуации? – язвительно переспросил детектив. - Могла сгореть больница! - Но не сгорела же, - пожал плечами доктор Ю. - И, правда, - поджал губы Хёнвон, - тогда давайте продолжим разговор в вашем кабинете. Только мне сначала нужно отлучиться. Где у вас тут можно покурить? – выжидательно нахмурил брови. - На пороге у главного входа больницы, - разжевывая каждое слово и, будто получая от этого удовольствие, вымолвил Кихён. – В нашем здании НЕ КУРЯТ. Да, и пожар был недавно, сами знаете, - наморщил нос доктор Ю, чуть ли не хрюкнув в конце от радости, что ему удалось выдворить детектива из своей клиники. - Понятно! Через десять минут я буду у вас в кабинете, – выпалил детектив Че, отдал нам честь и быстро выскочил в коридор. Я хотела поблагодарить главврача, за то, что он так любезно вступился за меня, но розоволосый парень был увлечен своими мыслями, поэтому поспешил выйти вслед за Хёнвоном. После допроса в моей голове образовался еще больший хаос, из-за чего я неловко замялась у порога. Потом все же выглянула в коридор и решила догнать Кихёна, но увидела, как он общается с моими сотрудницами. - Ваууу... Это детектиф, да? Он такой фыкарный! – пролепетала Шепелявая Дылда. - Да, он такой, - вскинул подбородок доктор Ю, - только я этого не говорил, ясно?! – пригрозил пальцем обеим медсестрам. «Ха-ха! Кажется, фанатки нашли себе нового идола для поклонения!» - прыснула я от смеха и быстро прикрыла за собой дверь, чтобы меня не заметили.

*** НЕ СОБАКА БАСКЕРВИЛЛЕЙ ***

Когда слякотный день подходил к концу, я широко распахнула дверь и вышла во двор больницы, чтобы насладиться ароматным кофе на свежем воздухе. Взглянула в небо – его затянули черные тучи, именно поэтому было слишком темно, как для девяти вечера, и уже включили фонари. Пока стояла на крыльце, многие врачи расходились по домам. Я вежливо кивала каждому на прощание, а сама грустно вздыхала из-за того, что меня снова ожидало ночное дежурство. «Даа, дорогая, теперь перспектива ночевки в клинике вызывает у тебя волнение, а не скуку, как раньше» Кажется, прошло много времени, стало прохладно, нужно было возвращаться к работе, и тут моё зрение выцепило огромную собаку, которая медленно шла по мрачной аллее в сторону нашей клиники. Походка животного была мне знакома: овчарка двигалась так плавно и уверенно, будто плыла по воздуху. Это точно был Сипкён! И тут меня будто сразила молния!! Я так и замерла с пустым стаканчиком в руках из-за внезапного озарения. В тот злосчастный день пожара Чжухон вернул в клинику Чипикао, а ДОЛЖЕН БЫЛ Сипкёна! Почему я раньше не отдала себе в этом отчет? «Что вообще происходит?» - у меня появилась возможность задать этот вопрос кинологу лично, потому что его фигура вышла из сумрака вслед за собакой. Мой друг тоже шагал не спеша, как на прогулке, будто специально играя на моих нервах. Дожидаясь Хони, я успела тщательно смять свой бумажный стаканчик и нервно швырнуть его в урну. Правда, и здесь промазала, и с досадой выругалась. Когда Чжухон, наконец, остановился в нескольких метрах от меня, и на него упал яркий свет, я невольно отметила, что приталенная бордовая рубашка и черные брюки, которые были сегодня на парне, отлично подчеркивают его точёный силуэт – мускулистые плечи и узкие бедра. Да! Этому паршивцу практически удалось сразу же сбить меня с толку и отвлечь от важного разговора! Но не тут-то было... - Что, решил сменить любимца? – тоже стала атаковать с самого начала. – Кажется, ты говорил, что они породистые и нужны для выгодной сделки? - Эм, если честно, обе собаки из приюта... – замялся Хони, натянуто улыбаясь. – Привет, Ти! Просто я иногда проворачиваю халтуру со щенками, выдавая их за породистых. Прости, что скрыл от тебя это, - стал объясняться, виновато поглядывая на меня исподлобья. – Вот решил теперь, чтобы Сипкён пожил у меня какое-то время. Всем уделить внимание хочется. Собака же – друг человека... - Привет. Ладно, забыли. Я и так знаю, что ты больше любишь собак, чем людей, - выставляю руку перед собой, не желая развивать эту тему. - Ну что ты сразу начинаешь? – двинулся мне навстречу Чжухон, раскидывая руки для объятий. Уворачиваюсь от него, не желая поддаваться манипуляции, и говорю тихим, серьезным голосом: - Знаешь, я устала от твоих щенков, глупых костюмов и кастрюль с ложками. Это все осталось в детстве, понимаешь? Хватит со мной играть. - Я пришел, чтобы поговорить об этом, - заглядывает мне в лицо, а затем отводит взгляд, начиная кусать губы. - Не очень-то ты спешил, - произношу, выдержав паузу, наблюдая за реакцией парня. - У тебя мой красный плащ? – резко перехожу на другую тему. - Тот самый? Нет, не у меня, – задумчиво сводит брови Чжухон, а потом расплывается в лукавой улыбке: - Что, без него ты не Красная Шапочка? – хихикает, игриво стукнувшись со мной лбом. Фыркаю и смущенно отстраняюсь. В порыве выяснения отношений, не заметила, как мы оказались очень близко друг к другу. Хони это сделал осознанно, а я, как всегда, зазевалась. Не знаю, что бы произошло чуть позже, но на данный момент нашему дальнейшему сближению помешал сильный раскат грома, который шарахнул где-то неподалеку – в глубине парка. Мы оба испуганно дернулись, а Сипкён, до этого мирно сидящий рядом, вообще повел себя необычно: громко залаял и, резко сорвавшись с места, устремился в посадку, быстро растаяв в темноте. - Сипкён! Куда ты, мальчик?! – растерянно распахнул рот Чжухон. - Он что, испугался? А всегда был таким спокойным... – вытягиваю шею, вглядываясь между деревьями. - Скорее, его что-то заинтересовало, - взмахнул рукой парень. – Мне нужно догнать его. Мало ли что... – быстро сообразил и помчался вдогонку за своей собакой. Всё произошло так спонтанно, что меня даже немного закоротило, потому что я, вообще-то, человек медленный, временами даже тугодум. Проморгав пару секунд, крикнула своему другу в спину: - Хони, постой! – с этими словами также ломанулась в парк, запахивая на ходу свой белый халат, но не успела преодолеть и пару метров, как потеряла шлепок. Раздраженно сбросила второй и побежала дальше босиком. «Чёрт возьми! Ну, только квеста мне сегодня не хватало перед ночным дежурством!» Беру себя в руки и начинаю набирать темп. Несусь на всех парах, как маленькая девчонка, и понимаю, что снова чувствую дежавю из детства... Я также бегу по лесу, под моими босыми ногами шуршит трава, хрустят сухие листья... Его спина то и дело мелькает между деревьями, а затем совсем пропадает из вида – мой друг умеет играть в прятки. Останавливаюсь и озираюсь по сторонам. Куда же он подевался? Хочу немного отдышаться, потому что голова идет кругом, да, и сердце выскакивает из груди, но Хони торопит меня, настойчиво крикнув из своего убежища: «Догони, Шан Ти, ни то я тебя съем!» ... Только сейчас это парк при больнице, да и я уже давно не ребенок, но Чжухон продолжает оставаться всё тем же Серым Волком. - Хони, ау! Ты где?! – останавливаюсь и верчусь вокруг своей оси. Мне почему-то становится жутко. Хотя мы в черте города, этот искусственный оазис около клиники всегда заставлял меня покрываться мурашками. Повсюду однообразные деревья да кустарники, и множество странных шумов вокруг – любой бы немного струсил. Нахожу взглядом тусклый фонарь на одной из тропинок посадки и быстрым шагом иду на его свет. Снова злюсь и чувствую себя глупо. Складываю руки на груди, смотрю по сторонам, то и дело, шарахаясь из-за подозрительных теней. Добираюсь до того самого светлого участка. Им оказалась небольшая лысая поляна. Деревья здесь пожелтели, а трава пожухла. Какое необычное место, будто сюда когда-то давно приземлилось НЛО, и природа вокруг восприняла это враждебно. Чего только нет на территории нашей больницы! Пока топчусь на холодной земле, за моей спиной раздается голос Хони: - Скажи, это очень мистическое место! Вздрагиваю от испуга, резко оборачиваюсь и ворчу: - Куда ты запропастился?! Знаешь, как было страшно одной в темноте?! Парень стоит в нескольких метрах от меня, на его лицо падает тень, но видно, что он тяжело дышит – запыхался, да и от аккуратной укладки волос не осталось и следа. Ворот рубашки расстегнут, рукава подкатаны... Разглядываю своего друга, и мне еще больше становится не по себе. Он уже совсем взрослый мужчина у себя на уме, и я всё больше перестаю узнавать в нём знакомые черты... - Так тебя обнять? – подходит ближе, скорчив милую, детскую рожицу. - Я не шучу, Чжухон, - отвечаю почему-то с опаской. – Где Сипкён? - Не знаю, так и не догнал его, - с досадой пожимает плечами, - но, думаю, он сам найдется. Сипкён очень умная собака. - Значит, мы зря потратили время? - Почему это зря? – берет меня за талию и рывком притягивает к себе. – Ты теряешь хватку, Ти? Помнишь, как мы играли в прятки в лесу, а потом танцевали на песке у пруда? - Конечно, помню. С чего бы я забыла? Мы часто проводили время в лесу, когда приезжали к тебе на дачу, - говорю немного сухо, потому что слишком остро ощущаю близость своего друга, но стараюсь не подавать вида. - Слушай, а давай сейчас станцуем? Теперь я умею танцевать вальс, - игриво щурится, и вместе с его хитрой улыбкой прорисовываются пикантные ямочки на щеках. - Что? Это было сто лет назад, - категорично качаю головой, - да и я босая, так не честно! - Это не проблема, - хмыкает Хони и снимает свои въетнамки, тут же отбрасывая каждый шлепок назад, чтобы обувь не мешалась под ногами. - От этого я не стану танцевать лучше, - продолжаю сопротивляться. – Особенно без музыки, вообще буду паралитиком. - С каких пор ты меня стесняешься? – произносит, обжигая дыханием, потому что его губы буквально касаются моей щеки. – Расслабься, я тебя не съем. - Вечно ты втягиваешь меня во всякие авантюры, - сдаюсь, позволяя парню взять инициативу и вести себя в танце. - Давай, раз-два-три, раз-два-три, - под счет переставляет ноги Хони, увлекая меня за собой. – Совсем же не сложно! Отключаю бесконечный поток мыслей и доверяюсь своему другу. Парень продолжает давать указания и смеётся, а я будто слышу его из-за стекла. Он же просил меня расслабиться? Вот теперь пусть терпит, если буду наступать ему на ноги. Прижимаюсь плотнее, расправляю плечи и прикрываю глаза... Растворяюсь в моменте. Хони тоже замолкает, управляя мной легко, словно куклой. Хм... да я еще могу дать фору! Моё природное чувство ритма все-таки не подводит в нужный момент. Теперь слышу только шум деревьев, иногда сквозь ресницы бросаю взгляд на аккуратные губы своего друга. Они влажные и слегка приоткрыты... Искушенно облизываюсь, поднимаю голову и гляжу в небо, остужая свой пыл. Тогда освежающая капля приземляется на моё лицо – начинается дождь. Раньше я бы тут же остановилась и покомандовала искать укрытие, но сейчас продолжаю ощущать стихию своей кожей и даже наслаждаюсь. Спустя минуту начинается самый настоящий ливень, но мы продолжаем танцевать. Без музыки. Свободно. Как сумасшедшие! Мои волосы быстро намокают, платье начинает прилипать к ногам. Широко распахиваю глаза и встречаюсь взглядом с Чжухоном. Его лицо тоже всё в каплях, которые струятся по щекам как слезы, но парень обаятельно улыбается мне в ответ. Бардовая рубашка на нём, в особенности на плечах, промокла и потемнела, стала практически черной. Снова отвожу взгляд и вскидываю подбородок. Тогда Хони обнимает меня крепче и прижимается к моей шее губами. Сначала легонько и щекотно, а потом грубо и страстно, с придыханием. Моё тело немеет, мурашки бегут по спине и почему-то становится страшно. Ощущение жажды и желания парня буквально давит, заставляет подчиниться. Он словно превращается в вампира, который хочет выпить меня до дна прямо здесь и сейчас. - Постой, не спеши... – аккуратно надавливаю ему на плечи. - Ты думал дольше, чем один день, а теперь ведешь себя так, будто все решено... - Я думал, гораааздо дольше, чем ты себе представляешь, - отлипает от моей шеи Чжухон, и мы соприкасаемся щеками. - Только не говори, что ты страдал, потому что я ждала тебя, когда ты дал обещание, - укоризненно заглядываю ему в глаза. - С каких пор, ты не держишь слово? Я тебя не узнаю... – произношу эти слова с замиранием сердца. В полумраке глаза Хони таинственно поблескивают, что пугает еще больше. - Я не только твой друг, но и просто парень. Я ведь могу ошибаться, правда? – снова тянется губами только теперь к моей щеке, но мне наоборот хочется отстраниться и держаться подальше. - Может, и я сейчас ошибаюсь..., но мы слишком промокли. Пойдем в больницу, - убираю от себя руки парня и делаю шаг назад. - А может, ты просто струсила, Ти? – ухмыляется, склонив голову набок. – Когда у тебя последний раз был секс? - Давай обсудим это в клинике, хорошо? – пячусь назад, а потом разворачиваюсь и начинаю бежать обратно к зданию. Его практически не видно за деревьями, торчит одна лишь крыша как ориентир. - Хочешь сыграть в прятки?! Ты же знаешь, я тебя догоню! – кричит мне вслед Чжухон, еще даже не сдвинувшись с места. Не отвечаю, а продолжаю мчаться как проклятая, будто за мной гонится стая волков. К черту этот парк! В больнице хотя бы сухо, и там я почувствую себя увереннее. Да и что может быть хуже пожара, который устроил Ли Минхёк? Босые ступни противно влипают в землю, но я не обращаю на это внимания. Удивительно быстро примчавшись во двор больницы, подхватываю свои брошенные здесь шлепки, взбегаю на крыльцо и тут же захлебываюсь от негодования, обнаружив Сипкёна. Он спокойно себе сидит перед входной дверью, очевидно, дожидаясь своего хозяина. «Вот, мерзкий пёс! Это ты нам устроил романтику в лесу, да?» - хищно зыркаю на собаку. Той, конечно же, все равно. Она и дальше самозабвенно дышит ртом. Оглядываюсь и наблюдаю, как Чжухон только выходит из посадки с обувью в руках. Снова двигается не спеша, в этот раз на сто процентов действует мне на нервы. Опять чувствую дежавю и качаю головой. «Может он там побыстрее булками двигать или нет?!» Дожидаюсь друга, и мы топаем в уборную мыть ноги. То и дело поглядываю на Хони, думая, что он будет злиться, но парень невозмутимо продолжает общаться со мной на отстраненные темы, будто потакая моим капризам. Обувшись, наконец, оставляем Сипкёна внизу, а сами поднимаемся на этаж родильного отделения. Даже ночью здесь подвывают новорожденные. Я настолько выпала из жизни, что успела забыть об этом бесконечном звоне в ушах. Подхожу к нашей ординаторской (комната отдыха), которую временно тут расположили, и говорю Чжухону: - Подожди здесь, я переоденусь, а потом тебе что-нибудь подыщем. Не знаю... Может, пижаму какую-нибудь, - пожимаю плечами, а затем захожу в комнату, сбрасывая мокрый халат на ходу. Хони не закрывает дверь, а остается стоять на пороге. Подозреваю, что он что-то задумал, поэтому быстренько порываюсь включить свет. В этой комнате много столов, поэтому я натыкаюсь на один из них, и начинаю искать настольную лампу. «Эх, дуреха! Почему сразу было не нажать на выключатель на стене?» - корю себя за беспечность. Медленно оборачиваюсь и интересуюсь: - Ты так и будешь там стоять? - Шан Ти, ты хотела на чистоту? Тогда зачем убегаешь или закрываешься, когда я начинаю разговор? – спрашивает открыто и упирается руками в дверной косяк. Лунного света, падающего из окна, было достаточно, чтобы заметить насколько сильно промокла и прилипла к телу рубашка Чжухона, отлично подчеркивающая в таком виде его подкачанную грудь и точёные бицепсы. «Мдааа... Через этот «турникет» мне не перескочить!» - Я только хотела переодеться... – нахожу, что ответить, а потом, копируя голос Хони, говорю его же словами: - Ну что ты сразу начинаешь? - То есть тебе мешает одежда? – произносит игривым голосом, воодушевленно хватается за воротник и начинает расстегивать пуговицы. - Зачем же воспринимать всё так прямо? – посмеиваясь, выставляю перед собой руки. - Ну, знаешь ли... у мужчин такое мышление. Я мужчина, - решительно снимает с себя рубашку и отбрасывает ее в сторону, просто на пол. «Опа-опа! Шан Ти, собралась! Держи себя в руках, девка!» - даю себе команду мысленно, а вслух отшучиваюсь: - Ого, как брутально! Я успела заметить, что ты другого пола. Мы давно знакомы. Ха-ха! - Недавно меня обвиняла, что я веду себя как ребенок, а теперь сама в игры играешь, - цокает языком Хони. - Да всё нормально, можешь вести себя как хочешь, - сказала, а потом подумала: «Кто тебя за язык вообще тянул, Шан Ти?» Снова поворачиваюсь к столу в поисках настольной лампы. Куда она вообще подевались? Была же здесь точно! В это время Чжухон заходит в ординаторскую и закрывает за собой дверь на щеколду. - Теперь так и будешь расхаживать без рубашки? Слушай, включи свет, ты как раз там, рядом стоишь... - делаю последнюю неуверенную попытку, чтобы отморозиться от парня. - Я могу совсем раздеться, - заявляет Хони и в самом деле быстро снимает штаны, оставаясь теперь в одних обтягивающих трусах. - А зачем нам свет? – спрашивает наивным голоском, закладывая большие пальцы под резинку нижнего белья. - Аааааа! Ты издеваешься?! – не выдерживаю и машу на себя рукой. - Помнишь, как мы щекотали друг друга в детстве? – хихикает Хони из-за моей реакции. - Сейчас это важно? Зачем так одеждой разбрасываться, а? – обхватываю себя руками за плечи. - Хм... Мы знакомы всю жизнь, неужели ты никогда не хотела... – говорит с придыханием и подходит ближе. - Защекотать тебя до смерти?! – выпалила ему прямо в лицо, вскинув подбородок. Чжухон хохочет во весь голос, а потом резко успокаивается и томно произносит: - Можно и так сказать. - Серьёзно! Ты думаешь, что я так просто... – говорю на эмоциях. - Да! Не усложняй, - перебивает меня, поцеловав в губы. Сразу же глубоко и с языком, без всяких прелюдий. Ну и тут я сдалась. На мне все еще было мокрое платье, поэтому Чжухон избавился от него буквально одним рывком: схватился за юбку и потянул вверх, помогая выпутаться из рукавов. Потом на автомате швырнул мой наряд за спину, подхватил меня на руки и усадил на стол. Я тут же расчистила его руками, чтобы ни на что не наколоться. Папки, ручки и прочая канцелярия градом посыпались на пол. И зачем столько всякого хлама держать на рабочем месте, а? Приходят люди, хотят расслабиться, а тут тебе дырокол! А-я-яй! Пока я забочусь о нашей безопасности (не подумайте про какую-то там контрацепцию), парень стягивает моё белье и устраивается у меня между ног. Впервые позволяю себе смотреть на Чжухона другим взглядом – томным и дразнящим. Будто демон рычу и обхватываю его горячий фаллос пальцами. Затем резко меняю роль, состроив невинное личико, и начинаю быстро двигать рукой. Парень на мгновение закусывает нижнюю губу и растворяется в ощущениях, подает бедра вперед, а потом останавливает меня и берет инициативу в свои руки. Буквально. Инициатива, кстати, была не малых размеров, поэтому я невольно заговорила, чтобы отвлечься: - Хони... Я тебя не узнаю... Ты обычно так не делаешь... Ты такой... Ты... ты... ... Временно мы замолкаем, слушая лишь дыхание друг друга. - Правильно... Я и не должен этого делать... – произносит он через время, прочищая горло. - Скорее всего, меня накажут..., но плевать, я хочу быть с тобой... - Что ты несешь?... Кто накажет?... Мама с папой?... – спрашиваю, делая паузы и посмеиваясь. - Можно и так сказать... – смеётся в ответ, шумно выдыхая носом. - И что... они тебе... сделают? – сильнее обхватываю Чжухона ногами. - Наверное..., буду гореть в аду..., но это того стоит... – начинает двигаться быстрее. - Я так решил, - произносит с остервенением, наморщив лицо. Стол начал поскрипывать под нашим весом, поэтому мне пришлось подвинуться дальше, чтобы Хони лег на меня. Выгибаюсь в спине, запрокидываю голову и начинаю тихонько стонать. Теряюсь в ощущениях... И тут внезапно в дальнем углу комнаты загорается настольная лампа. Вверх тормашками замечаю детектива Че, сидящего за столом, в шоке давлюсь собственной слюной и кашляю. Чжухон тоже останавливается и замирает. - Эм... Простите-извините! – подает голос Хёнвон, привставая со своего места. – Я тут хотел прикинуться кактусом, только у меня не вышло. Всё это так увлекательно, но я сейчас уйду и сделаю вид, что меня здесь не было, а вы продолжайте, не отрывайтесь. Я уже ухожу... – говорит это, продвигаясь к выходу и прикрывая лицо листом бумаги. – Всё, меня уже нет, тарахтите дальше... Приятного спаривания! Дверь за детективом Че захлопнулась, и мы с Чжухоном тут же посмотрели друг на друга. Не найдя никаких слов, просто зажмурились и судорожно стали хохотать. Но не тут-то было! Хёнвон вернулся! Снова быстро заскочил в комнату, на ходу приговаривая: - Простите, я лампу забыл! Не смогу без неё заснуть. Извините-простите! – гуськом подбежал к столу, схватил то, что нужно и метнулся обратно к выходу, унося с собой источник света. – Предохраняйтесь! – крякнул напоследок и окончательно исчез. Совсем растерянно моргаю, придавленная к столу Чжухоном. Ёрзаю, всё еще ощущая его достоинство в себе, и пытаюсь подобрать нужные слова, чтобы выразить эмоции, но парень меня опережает: - Продолжим? - произносит с серьезным лицом, а потом чмокает меня в нос и добавляет: - Он же пожелал нам удачи, правда? – фыркает от смеха. - Вообще-то это был детектив! – таращу глаза. - И что теперь? Он подаст на нас в суд? – снова отрывисто целует, только теперь в губы. - Очень даже может! – говорю с ударением. - Ну и пусть! Плевать, я и так пошел против Создателей, - закатывает глаза. - В каком смысле? – моргаю, опять ничего не понимая. - В самом прямом, - говорит практически в мой рот Чжухон, снова начиная плавно двигаться. - В последнее время мне кажется, что я сошла с ума, - делаю глубокий вдох и снова расслабляюсь. - Давай сходить с ума вместе, - медовым голосом шепчет Хони. – Перевернись, пожалуйста, на животик. Я хочу тебя сзади... - Не думай, что будешь все время командовать, - говорю стервозно, но подчиняюсь. - Как скажешь, потом я сделаю всё, что ты захочешь, Госпожа, - вымолвил парень, осыпая мою спину горячими поцелуями.

***

Этой же ночью, когда Хони вызвал такси и уехал домой, я долго не могла заснуть. Потом всё-таки задремала на стуле в ординаторской, и мне приснился странный сон... Я стою в белом длинном коридоре со множеством дверей, а в конце его виднеется распятие. Подошла к нему ближе - оно оказалось огромным. Ещё ближе... И распятие ожило. Точнее Бог, прибитый к кресту, был МНОЙ. Вторая Шан Ти, истекая кровью, взглянула на меня исподлобья и громогласно вымолвила: - ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ, ШАН ТИ?! ЗАЧЕМ ГРЕШИШЬ?! ЗАЧЕМ ПОЗВОЛЯЕШЬ ИСКУШЕНИЮ ВЗЯТЬ НАД СОБОЙ ВЕРХ?! Потом распятие снова стало деревянным и, в итоге, сгорело. Да, кажется, я сошла с ума. Или это совесть заговорила?

*** ЭТЮД В РОЗОВЫХ ТОНАХ ***

Покончив с докладом за собственный рабочий день, я спускался на лифте с Небесной Канцелярии, мирно насвистывая любимую мелодию. Меня похвалили и снизу, и сверху, так что я был в превосходном настроении. Чтобы окончательно чувствовать себя на высоте, надел сегодня чёрный плащ и модную шляпу с двумя козырьками, как у сыщика. Дожидаясь пока дверцы лифта разъедутся, аккуратно складываю бумаги и зажимаю ценную папку под мышкой. С ощущением, что все тайны потустороннего мира у меня в руках, ступаю на один из этажей Чистилища. Бесконечный белый коридор и разномастные двери в разные реальности рябят у меня по обе стороны, когда я замечаю вдалеке доктора Ю, который уже оттуда истерически кричит мне: - Чтооо? Ты тоже покрасил волосы в розовый цвет?!!! – так возмущается, что даже подпрыгивает на месте. Молчу до тех пор, пока не оказываюсь в нескольких метрах от своего напарника, а затем, радушно раскинув руки, стебусь, как только могу: - Ну, я же обещал, что мы станем ближе! Ты вон тоже длинный плащ надел, - не перестаю коварно улыбаться. - Это случайно получилось, - зажмурился, успокаивая себя Кихён. - Значит, судьба так решила, не парься, - махнул рукой, становясь бок о бок с доктором. - Судьба, говоришшшь? Теперь мы с тобой, как два идиота! – шипит в мою сторону мой мелкий розоволосый двойник. - В таком случае, сделай вид, что ты прихрамываешь, - спокойно предлагаю, поправляя воротник своей рубашки. - Зачем еще это? - Тогда хотя бы я буду выгодно смотреться на твоем фоне! - Иди ты в задницу! - Пойдем туда вместе, у нас там много дел. Заднице спешим на помощь! Слушай, да мы не детективы, а проктологи! – подталкиваю локтем своего напарника, начиная двигаться вперед по коридору. – Хватит нести бред! - психует Кихён, но топает со мной рядом. – Вот будет мой день и, увидишь, я отыграюсь! - Не сомневаюсь, а сегодня МОЙ ДЕНЬ, и он прошел успешно, так что заткнись и слушай! - И не подумаю, - повел бровью доктор Ю, - Буду специально петь во весь голос! Ла-ла-ла! Ла-ла-ла... - А я буду мысленно тебе подыгрывать, - активно изображаю игру на контрабасе. - Извращенец, - зыркает на меня Кихён, переставая выть. - Сказал извращенец! – закидываю руку на плечи своему напарнику и продолжаю говорить ему на ухо: - Да мы идеальная пара, доктор Ю! Как насчёт твоей ориентации? Ты гей? Может быть немножко би? Хотя бы капельку? По воскресеньям? Кихён, плотно сжав губы, сердито отталкивает меня, а потом фыркает: - Смени тему, я настаиваю! - Что, совсем нет? Какая скука. Я бы повесился, да уже слишком поздно... – бормочу, скорчив печальную гримасу, а потом со вздохом успокаиваю своего розоволосого друга: - Забей, я просто прикалываюсь. - Недостаточно согрешил вчера, что ли? Почему опять срываешь на мне своё хорошее настроение? - Просто ты создан для этого, смирись, - хлопаю по спине доктора Ю. - Знаешь, говорят, если истребить всех грешников, начнут грешить святые. Всегда, должен быть баланс. - Ты так считаешь? – задумчиво выпячивает нижнюю губу мой друг. - Нет, я думаю, нет на свете святых. - Я так и знал. Хватит умничать! – закатывает глаза Кихён. Замечаю, что он снова бесится, но неосознанно идет со мной в ногу. Тогда я гордо расправляю плечи и вприпрыжку шагаю навстречу бесконечности Чистилища, прямо таки ощущая, как наши плащи с доктором Ю эпично развиваются на ветру. Двери, которые мы проходим, приоткрываются, хлопают и скрипят, будто аплодируя нам вслед...

***

«Все начинается и заканчивается дверью. Родившись, вы открываете для себя дверь в новый мир. Умерев, за вами захлопывается последняя дверь – это крышка гроба. После будет тысяча дверей, но уже для вашей души».

Записка детектива Че, аккуратно написанная Самюэлем