Общественное мнение

— Мне кажется, они начинают о чем-то догадываться, — пролепетал парень, пытаясь привести себя в порядок. — А тебе не все ли равно? — спросил мужчина. Усевшись за стол, он сцепил руки в замок и, положив на них подбородок, внимательным взглядом стал следить за движениями юноши, пытающегося справиться с рубашкой. — Нет, не все равно! — буркнул Бушрут, сдув со лба челку, — Я, в отличие от тебя, волнуюсь за свою репутацию! Реджинальд бросил все попытки застегнуть пуговицы на рубашке, потому как половина этих самых пуговиц просто-напросто отстутствовала, и уставился на Антиплаща, который в свою очередь жадно следил за всеми движениями парня. Бушрут был самым молодым в команде, зеленым (в прямом смысле слова). В то время, как Антиплащ являлся авторитетом и непосредственным начальником. Никто не знал, как именно все это началось, в какой момент молоденький Редж перестал ночевать в собственной комнате, однако, против фактов не попрешь — они стали любовниками. В свои девятнадцать лет Бушрут уже успел столкнуться с неразделенной любовью, и потому сейчас, стоя посреди комнаты своего любовника начальника задавался единственным вопросом: «Это любовь или очередная игра?» Видел ли Анти в нем что-то кроме постельной игрушки? Или весь цирк, что здесь развернулся вскоре соберется и уедет восвояси? — Почему тебя это так заботит? — Антиплащ прервал раздумья молодого человека. — Потому, что это неправильно. Ты — мой начальник, ты — мужчина, в конце-концов! — попытался привести аргументы парень, но на собеседника они, видимо, не оказали должного влияния. — Тебя больше заботит первое или второе? — с усмешкой поинтересовался он. — Скорее второе. Первое можно еще хоть как-то пережить. Анти невольно улыбнулся. Какой же Реджинальд сейчас забавный! Волосы растрепаны, тычинки торчат в разные стороны, щеки заливает стыдливый румянец, а губы припухли от поцелуев. Зеленая рубашка на нем измята, большая часть пуговиц разлетелись по разным углам комнаты, на тонкой шее видны свежие засосы. И вообще, он весь какой-то тонкий! Неимоверно худой и длинный, кожа у него с легким зеленоватым оттенком, волосы нежно-лилового цвета, пахнущие какими-то неизвестными травами. И глаза. Большие-большие, зеленые-зеленые, добрые-добрые. Таких глаз нет больше ни у кого на свете. Только у Реджинальда. — По-моему, тебе вообще должно быть по барабану все, что они о тебе думают. Ты все равно мой. Весь! — Но Эллен… — пискнул парень. — Что Эллен? — Антиплащ не любил, когда Бушрут поднимал разговор о новенькой в его команде, — Она распускает слухи или что? — Нет, не распускает. — Вот мне, например, пофиг, с кем она спит из нашей команды! Эллен относилась к такому типу девушек, глядя на которых можно было сразу сделать вывод — стерва. — С Квагой, — тихо пробормотал Реджинальд. — С Квагой? — Антиплащ разразился хохотом, — С этим шутом?! Вот уж не знал, что она умудрится спутаться именно с Квагой! Парень наблюдал за этим безудержным весельем, скептически приподняв бровь. Наконец, отсмеявшись, Анти поднялся со своего места, обошел стол и присел на край. — И все-таки, я считаю, что-то, что происходит между нами должно прекратиться, — Редж набрался смелости сказать то, что порывался сказать с самого начала, как только пришел в комнату к АП. Но в первый раз парня не стали слушать, а просто раздели, бережно уложили на кровать и так же бережно отымели, не дав и рта раскрыть. Вернее, рот то раскрыть дали, только разговора не получилось. — Считаешь, что все должно закончиться? — уточнил Анти, медленно начиная движение в сторону парня. Тот несмело кивнул. Когда Антиплащ подошел почти вплотную, Реджинальд выставил руки вперед, потому как знал, что как только мужчина начнет его целовать, он сам повиснет на Анти не в силах сопротивляться. Мужчина сделал вид, что не заметил преграды и с легкостью повалил парня на кровать, придавив его своим весом. А затем начал целовать губы мальчишки. Медленно, проникновенно, словно издеваясь. Затем сорвал с Реджа уже порядком измятую рубашку, проводя дорожку влажных поцелуев от подбородка до груди, периодически прекращая сладкую пытку и возвращаясь к губам. Каждый раз спускаясь все ниже и ниже, Анти плавно добрался до пояса брюк и остановился. Бушрут с трудом смог подавить разочарованный вздох. Но расстраиваться было еще слишком рано. Расправившись с брюками, Антиплащ потянул их вниз, стягивая вместе с нижним бельем. Но продолжать он не спешил. Он изучал внимательным взглядом каждую родинку на теле любовника, каждую венку, просвечивающую сквозь бледную кожу, но возобновлять процесс, видимо, не собирался. Редж попытался поерзать на постели — тем самым привлечь внимание к своей персоне, оставленной в весьма пикантном виде. Анти лишь усмехнулся и вернулся к губам парня. На сей раз поцелуи стали глубже, а по худому телу уже путешествовали тонкие бледные пальцы, занимаясь тем, что оставили без внимания ранее. Реджинальд прогнулся в спине и застонал прямо в губы любовнику, когда тот медленно ввел в него один палец. — Пожалуйста, — пропищал Бушрут, чувствуя, что возбуждение достигает своего предела. В момент расправившись со своей одеждой, Анти медленно вошел в уже разработанную дырочку, специально задавая медленный темп, чтобы доставить максимум удовольствия. Реджи кончил довольно быстро, даже без помощи рук, а затем и Антиплащу удалось испытать удовольствие оргазма. — Я люблю тебя, — вдруг прошептал Реджи, глядя на мужчину своими фантастическими глазами. Анти ничего не ответил, лишь крепче прижал к себе парня, накрывая их обоих одеялом. Бушрут понял все без слов. По взгляду, по движению, по мимолетной улыбки, проскользнувшей по губам любовника. И плевать на общественное мнение, если рядом такой замечательный мужчина, как Антиплащ.