Бонус.
21 марта 2018 г., 23:56
Девушка
бледная словно призрак, с неровно обрезанными волосами и небесно синими глазами. Шла по самому нижнему коридору тюрьмы, словно призрак. Она то и дело бросала взгляд на тонкий кожаный браслет, что лишил её магии и словно становилась еще бледнее. Король поступил с ней жестоко. Одев браслет, коротко и неровно обрезав ее волосы, он отправил её в башню. В ту самую, где раньше в заточении находился он. Девушка не получала известий из окружающего мира и что страшнее всего, она не знала, что стало с её возлюбленным.
Затаив дыхание волшебница открыла железную дверь, что отделяла её от любимого. Та долго не открывалась, будто бы не желая показывать брюнетке ужасную картину. Но Анжелика не отступала. И двери ничего не оставалось, как сдаться. И с тихим скрипом пропустить девушку внутрь. Перед её глазами предстало тело любимого, что было оставленные лежать на полу.
— Вэриан! Воскликнула она и побежала к нему. Но из — за нехватки сил, она упала и разбила в кровь колени. Но несмотря на жуткую боль и усталость. Её глаза просили хоть часика сна. Брюнетка всё-таки доползла до тела алхимика.
— Вэриан. Она потрясла его, не веря, что он мертв.
— Вэриан! Проснись! Прошу тебя открой глаза. Из опухших глаз вновь полились слезы. — Молю тебя открой глаза, посмотри на меня, я здесь. Она трясла безжизненное тело, на которое капали прозрачные словно хрусталь слезы.
— Прости. Прости меня родной. Если бы я пришла раньше. МОЛЮ ТЕБЯ ПРОСТИ. Руки девушки прижимают алхимика к себе. Но словно, по велению судьбы она натыкается пальцами, на маленький кусочек стекла. Она поднимает его и разглядывает, затуманенными слезами, глазами. Решение приходит ей в голову секундой. И она верит, что так правильно. Так и должно быть.
— Потерпи малыш. Мы скоро вновь будем вместе. Я уже иду к тебе. И больше нас никто не разлучит. На его бледном запястье появляются несколько глубоких, кровавых ран. Что словно браслеты, украшенные кровавыми рубинами, опоясывали её руки. Глаза медленно закрываются и засыпает. Засыпает на век, держа на руках тело любимого. На Корону наступила ночь, укрывая двух мучеников темнотой, навсегда скрывая их от посторонних глаз.
