The real story of AmberPrice

      Пока Рэйчел готовилась к спектаклю, Хлоя была вынуждена тосковать на парах, которые, казалось, тянулись бесконечно, составляя в голове девушки череду бессмысленной информации.       На большой перемене она вышла в главный коридор и направилась к автомату с батончиками, собираясь перекусить. Пятьдесят центов отправились в монетоприёмник, однако за этим ничего не последовало. В негодовании студентка со всей силы ударила ногой по боку автомата, надеясь его расшевелить. В ответ на удар внутри что-то шевельнулось, и батончик упал вниз. Радуясь полученной еде, Хлоя уже собралась обратно, развернулась и тут же врезалась в Элиота, который, вероятно, все это время стоял сзади.       — Чёрт, чувак! Ты так меня до инфаркта доведёшь. Хоть бы дал знать, что ты тут! — Хлоя, испуганно отскочив, с размаха стукнула кулаком по плечу парня.       — Спокуха. Не хотел тебя напугать, Хло. На самом деле… я, в общем-то, хотел тебя пригласить, — он замялся, не решаясь говорить дальше, глядя как Хлоя недоумевающее уставилась на него. — Хотел пригласить тебя на спектакль одного крутого постановщика, он приезжает на следующих выходных. Это современное искусство… и я подумал, может, ты захочешь пойти со мной?       — Ты что, упал с дуба? — Хлоя не смогла удержаться от подколов. Она закатила глаза и прыснула от еле сдерживаемого смеха. Эта картина, мнущийся перед ней Элиот и его нелепое предложение — все вызывало в ней отторжение. — Прости, но думала, ты в курсе, что я не ценитель искусства. Да и у меня планы на те выходные… — сказала она задумчиво, словно действительно вспомнила про какие-то дела.       — Что же, очень жаль, — Элиот выглядел расстроенным, и, вероятно, не знал, куда теперь деть себя от стыда.       — Да ладно, как-нибудь в другой раз, да? — Хлоя выпалила это прежде, чем подумала о том, что она не хочет ни одного из следующих «других» разов.       Глаза Элиота загорелись новой надеждой:       — Да, точняк. Давай в следующий раз, — он развернулся и зашагал на следующий урок. Хлоя осталась стоять в коридоре, всё ещё вертя в руках уже начавший таять батончик. «Вот же приставучий, — думала она. — Зачем я сказала ему про следующий раз? Как это будет выглядеть, когда я снова его отошью?»       Через урок уже должен был быть спектакль, и Хлоя решила, что на сегодня с неё хватит уроков и направилась в сторону театральной гримерки, где сейчас готовилась к постановке Рэйчел.       Нельзя было отрицать, что последнее время светловолосая звезда школы занимала большую часть мыслей Хлои. Она то и дело прокручивала в голове их встречи, разговоры. Вспоминала их поцелуи. Что было между ними, Хлоя пока для себя не решила — тяжело было сознаться самой себе, что у неё отношения с другой девушкой. Но и не замечать это было невозможно. Хлою как магнитом тянуло к Рэйчел. Насчёт ответных чувств последней она тоже была не уверена, не зная, то ли главная красавица школы правда заинтересована в ней, то ли она просто нашла для себя очередное развлечение, и со временем интерес угаснет. Особенно Хлоя сомневалась в том, что может быть соперницей многим другим поклонникам Рэйчел.       За этими мыслями Хлоя и не заметила, что уже несколько минут просто стоит перед дверью гримерки. Она нерешительно шагнула внутрь и увидела Викторию Чейз — девушку, чьё имя было синонимом слов «сплетня, скандал, показушничество и мажорство». Она всегда была где-то возле Рэйчел, то ли завидуя ей, то ли стараясь согреться в лучах её славы, отхватив кусочек и себе. Хлоя ненавидела Викторию всей душой за её высокомерное отношение к тем, кто отличался от неё. Девушка не стремилась подкалывать остальных даже по вопросам бедности и богатства — ведь это было так легко, учитывая, что семья Виктории была очень богата.       Рэйчел в гримерке не было. Хлоя почти собралась выходить, как вдруг поняла, что Виктория, которая её не заметила, делает что-то странное. Остановившись напротив одного из зеркал, она держала в руках какой-то пузырек. На столе перед зеркалом стояли две кружки с чем-то дымящимся. Виктория быстро сыпанула в одну из них порошок из пузырька, закрыла его и кинула в свой рюкзак. Затем она развернулась и вышла. Всё это время Хлоя наблюдала за ней, спрятавшись за стоящую в тени коридора полуразвёрнутую ширму. Когда Виктория удалилась, Хлоя прошмыгнула внутрь и бесцеремонно залезла внутрь рюкзака, пытаясь обнаружить там пузырек. Но сзади послышались шаги, и девушка просто села на один из стульев, делая вид, что кого-то ожидает.       В гримерку вошла Виктория и Рэйчел. При взгляде на Хлою Чейз скривилась и бросила небрежно, как будто обращаясь даже не к Хлое, а к пустоте:       — Гримёрная комната только для актёров и дублёров. Посторонних убедительная просьба выйти, — она махнула в сторону выхода и отвернулась к Рэйчел. — Дорогая, я приготовила нам с тобой чай, чтобы унять волнение перед выступлением, — Виктория чуть приобняла Рэйчел, которая с любопытством поглядывала то на Хлою, то на Викторию, то на кружки с чаем, за талию и немного подтолкнула в сторону столика.       — Рэйчел, не вздумай пить эту шнягу, я видела, как наша мисс маленькая сучка туда что-то сыпанула, — Хлоя не смогла сдержаться и оттолкнула Викторию в сторону. Та отлетела и уже собралась возмущённо завопить, но ее прервала Рэйчел.       — Хлоя, я думаю, Виктория бы не стала так поступать. Ведь она моя подруга, верно, Вики? — по тону нельзя было понять, сарказм это или нет.       Виктория закивала, довольная ответом Рэйчел.       — Однако, чтобы доказать тебе, как сильно ты ошибаешься, давай попросим Викторию выпить из обеих кружек, — пока Виктория в полном шоке таращилась на Хлою, а Хлоя на Рэйчел, та незаметно для Виктории подмигнула ей.       — Но я… — пыталась отмазаться главная сплетница школы. — Ты же не веришь ей? Нахрена она вообще приперлась? — сказала девушка, обращаясь к Рэйчел, а затем перевела взгляд на Хлою: — Катись отсюда, панкушка недоделанная!       — Рот закрой, Чейз, — Хлоя еле сдерживалась от того, чтобы ей не навалять.       — Ну так что, Виктория? Ты докажешь Хлое свою правоту, покажешь ей её место? — последние слова были сказаны так медленно, сладко — приторно, что прозвучали почти угрожающе.       Виктория смотрела на Рэйчел, её нижняя губа чуть подрагивала — было видно, что эта ситуация привела её в замешательство. Ей ничего не оставалось сделать, кроме как выполнить указание Рэйчел. Она сделала два маленьких глотка из каждой кружки, а затем злобно прошептала:       — Ну что, теперь вы довольны? Злобные сучки, — сказала она, уходя по коридору.       Хлоя молча показала ей средний палец.       — Спасибо, что спасла меня от позора, — сказала Рэйчел нежно. — Мой выход на сцену бы сорвался, если бы не твоя привычка ненавидеть Викторию и следить за всеми её телодвижениями.       — Всё для тебя, детка, — Хлоя подмигнула девушке напротив, как это сделала недавно Рэйч. — Ты уже готова к выходу?       — Почти. Мне не хватает только одной детали. — Рэйчел потянулась к Хлое, приобняла её за талию и слегка притянула к себе, сорвав с губ мимолетный поцелуй. — Теперь я готова.       Некоторое время они сидели в гримёрке, обсуждая то, как прошёл сегодня день у одной и у другой.       Когда до постановки оставалось всего минут тридцать, Хлоя и Рэйчел услышали чьи-то приближающиеся шаги. В помещение вошёл руководитель постановки.       — Девушки! У нас трагедия. Наша прекрасная Джульетт, которая должна была исполнить роль Ариэля, сломала ногу! Горе нам! Кто же теперь возьмет эту ответственную роль на свои хрупкие плечи!       У Рэйчел, которая от волнения всё это время зажимала рот рукой, внезапно приподнялись брови. Глаза её загорелись, когда она посмотрела на Хлою. Этот взгляд Прайс уже знала — после него Хлое всегда приходилось делать какие-то нежеланные действия. Вот и в этот раз интуиция не подвела.       — Мистер Китон! — всплеснула руками Рэйчел. — Я знаю, знаю, кто нас спасёт! — она взяла за руку Хлою, уже начавшую пятиться назад, к выходу из гримерки, и подтолкнула её вперед. — Это Хлоя Прайс. Мы с ней частенько дурачимся, устраивая импровизации, думаю, она отлично бы справилась с этой ролью, да и костюм ей придется ровно в пору!       — Хмм, пожалуй, это действительно отличная идея! Я доверяю вашему решению, мисс Эмбер. Тогда скорее переодевайтесь, дорогая! — сказал он, обращаясь уже к Хлое. За полчаса Хлоя должна была переодеться, загримироваться и хотя бы поверхностно прочитать реплики Ариэля.       Помогала ей с этим, конечно же, Рэйчел. Когда грим был нанесён, девушка подвела Хлою к зеркалу. Из него на них смотрели две красивые девушки, одна из них — Проспера, а вторая — недовольный Ариэль. На Хлое красовалась шапка, имитирующая птичью голову, а костюм был отделан чёрными и тёмно-синими перьями.       — Ну что ты куксишься? Разве мы не прекрасны? — решила развеселить подругу Рэйчел, которая явно кайфовала от перевоплощений.       — Я похожа на блядскую ворону, Рэйч. Что за фигня? Не понимаю, почему я всё ещё не свалила отсюда. — Хлоя обняла себя руками, стараясь успокоиться.       — Да брось, тебе очень идёт костюм. Я уверена, тебе понравится, когда ты соберёшь все лавры в конце постановки.       Когда спектакль начался, Рэйчел вышла на сцену. Хлоя наблюдала за ней из-за кулис, думая о том, как прекрасно Эмбер удается играть, словно это её стихия. Наконец, пришла очередь Хлои выйти под свет софитов. На негнущихся ногах она подошла к сцене, подавляя внутреннее желание сбежать.       — Приди ко мне, мой Ариэль! Явись, прекрасный дух! — Рэйчел зазывала Хлою, говоря в сторону кулис.       Хлоя решила, что бежать уже поздно, и решила отвечать то, что считала логичным в ответ на реплики Рэйчел.       — Приветствую тебя, моя владыка. Готов я сделать всё, что ты прикажешь.       — Мой бесстрашный и благородный дух! Скажи, выполнил ли ты все мои приказы о буре?       — На королевский я напал корабль, повсюду, от кормы до носа, я сеял ужас, пламенем взвивался, — вещала Хлоя, стараясь припомнить реплики Джульетт из текста пьесы, что дал мистер Китон. — И от сверкания, грохота и дыма затрепетал в пучине сам Нептун, его трезубец грозный задрожал. И в ужасе взметнулись в небо волны.       — Прекрасно! И кто ж остался духом твёрд? Кто сохранил в сумятице рассудок?       — Никто. Сын королевский, Фердинанд, первым прыгнул в воду, закричав: «Ад пуст! Все дьяволы сюда слетелись!»       — Но, Ариэль, все ли они спаслись?       Хлоя оглянулась и подошла к остову постановочного корабля.       — Все невредимы! — начала она. — Как ты мне и велела. По острову я всех их разбросал.       — О, Ариэль! Ты порученье выполнил отлично. Но дело есть ещё одно.       — Ты шлёшь меня на новые труды? Позволь напомнить, ты мне обещала…       — Недовольство? И что же хочет от меня мой Ариэль?       — Свободы!       — Свободы? Такому не бывать! Во век сие неисполнимо!       «Это ведь вроде не её реплики…» — подумала Хлоя, растерянно уставившись на Рэйчел.       — Но ты же обещание дала освободить меня...       — Признать не в силах я была, как дорог ты мне, дух. Привычно чувства я скрывала безразличием. Мой преданный дух, напарник мой и друг! Является ли служение мне твоей наградой, счастьем, наслаждением?       — Конечно, госпожа. Твоя правдива мысль.       — Тогда зачем, спрошу я, просишь ты свободы?       — Восторг не длится долго. Я боюсь, что, отправившись на новые свершения, устанешь от меня. И я останусь один.       — В моей ты власти, и я тебя не отпущу. Не дам тебе я в одиночку двигаться вперёд! Ведь ревности своей сдержать я не смогу.       — Тогда пойдем со мной! Могу просить я это у тебя?       Рэйчел опустилась перед Хлоей на колени.       — О дух, возьми же за руку меня. Молю, служи мне до конца моих затей. Как только ты исполнишь всё, клянусь тебе, мы с острова сего отправимся тотчас, и мир открытой книгой ляжет перед нами. Я сделаю тебя таким счастливым, что о свободе ты забудешь и подумать. И что ж ответишь ты мне на мольбу?       — Я не могу другого и сказать — согласием отвечу на мольбы.       — Безмерно рада я! Ступай, пока я вновь не позову. Скорее прочь лети! Ещё остались у меня дела.       Хлоя ушла со сцены, мысли её спутались, ноги были, как ватные. Что это было, Хлоя не понимала. Как во сне, она наблюдала за последними сценками, не отводя глаз от Рэйчел. Когда спектакль закончился, зал взорвался аплодисментами, поощряя такую живую и непосредственную игру юных актеров. На сцену вышли все, кроме Хлои. Мистер Китон начал говорить слова благодарности всем актерам и зрителям, а в конце добавил:       — На самом деле, наша постановка сегодня была на грани срыва. На всех спасла от провала мисс Прайс. Выходи к нам, прекрасный Ариэль!       Хлоя оставалась за кулисами, решив, что на сегодня с неё хватит сцены, но к ней подбежала Рэйчел и буквально вытянула девушку на сцену.       Когда все разошлись, Рэйчел поговорила с родителями, — те, конечно же, растаяли, увидев, как мастерски исполнила главную роль их дочь. Ссора была забыта. Рэйчел отпросилась погулять недолго вечером с Хлоей, пользуясь их добрым расположением.       Скоро стемнело. Хлоя и Рэйчел шли по улицам, держась за руки. Сентябрь медленно остывал, ночи становились холоднее. В свете фонарей летали всё ещё не впавшие в зимнюю спячку бабочки и мотыльки.       Хлоя остановилась под одним из фонарей и закурила, медленно выпуская в воздух струи плотного дыма. Рэйчел, которая до этого шла по бордюру, показывая прекрасное чувство равновесия, спрыгнула и подошла к Хлое. Бунтарка выпустила ей в лицо облако дыма.       — Это тебе за то, что затащила меня на сцену, — проворчала Хлоя, стараясь выглядеть хоть немного обиженной, хотя обижаться на Рэйчел ей было очень тяжело.       — Ты прекрасно справилась, — улыбнулась Эмбер, показывая белоснежные зубы и игриво поглядывая на Хлою.       — А это тебе за то, что было на сцене, — губы Хлои растянулись в улыбке от приятных воспоминаний, и, отбросив сигарету, она притянула Рэйчел к себе, заключив в объятия.       С тех пор, как они были в мотеле, прошло не так уж много времени, но за этот период не было ни одного такого же горячего поцелуя, как в ту ночь, в клубе. Тогда главным побудителем был алкоголь, а на трезвую голову тяжело было признаться себе, что испытываешь такие сильные чувства к другой девушке. Это немного тормозило их. Но сегодня, окрылённые успехом постановки и адреналином, что ещё не успел выветриться из крови, тайные желания так и бурлили в их крови.       Хлоя нежно взяла лицо Рэйчел в свои ладони, поцеловав сначала лоб, затем веки, нос и щеки. Потом — краешки губ Рэйчел. От предвкушения Рэйчел чуть приоткрыла рот, и Хлоя, воспользовавшись этим, поцеловала её, немного прикусив нижнюю губу Рэйчел. В голове не было ни одной мысли, в животе что-то трепетало, словно при падении вниз. Рэйчел почувствовала, как от прикосновений и поцелуев Хлои у неё в животе разгорался огонь. С её губ сорвался сладкий стон, заглушенный поцелуем. Они, казалось, не могли отойти друг от друга, притянутые, словно два сильных магнита. Наконец, почти задохнувшись от страсти и нехватки кислорода, девушки отстранились, пытаясь перевести дух.       — Ох, Рэйчел. Это было… горячо.       — Мне не хотелось, чтобы ты останавливалась, — призналась Рэйчел, тряхнув волосами. Она смотрела прямо в глаза Хлои. В этих глазах, таких бездонных и казавшихся сейчас потемневшими от еле сдерживаемого желания, Хлоя потерялась. Она не могла отвести взгляд, не могла пошевелиться. Ей показалось, что она даже вздохнуть не может.       Рэйчел взглянула на часы:       — Чёрт, уже так поздно. Не хочу раздраконить родителей снова. Надо иногда делать вид, что я приличная девочка, — хохотнула светловолосая красавица. — Как насчёт прогулки завтра?       — Было бы круто, тем более, завтра суббота — мой мудотчим будет торчать дома. Давай спишемся утром.       Девушки обнялись на прощание, крепко стиснув друг друга в объятиях, и разошлись в разные стороны, направившись по домам.