Без слов

Первым уроком сегодня профильная алгебра, а значит, мои друзья придут только ко второму уроку, так как учатся они в гуманитарном классе. Я же пошёл на физ-мат. Так, Антон тоже идёт к первому уроку – это повод познакомиться с ним поближе. Я проделал всё то же самое, что и прошлым утром и, чмокнув маму в щёку, поплёлся в школу. Сегодня по пути я не встречу Алёну, она не возьмёт меня за руку и не поцелует. И я не знал, думать ли мне об этом с облегчением или же наоборот. Всё трудно и запутанно в последнее время, и я знал лишь одно. Я знал, что скоро всё встанет на свои места. Почему я был так в этом уверен? Понятия не имею.

***

Учителя не было, и кабинет был закрыт, поэтому я вышел в рекреацию и сел на скамейку. Через минуты две я заметил, что рядом со мной сидит парень, которого я сначала не увидел. Ещё через мгновение я понял, что это Антон. Он сидел, уткнувшись в свой телефон, не обращая на меня ни малейшего внимания. Он даже не поздоровался, отчего стало чуточку обидно. Мы же одноклассники, как-никак. Я аккуратно, чтобы Антон не заметил, заглянул в его телефон. Ничего особенного, просто новостная лента вк. Заговорить с ним или нет? Боже, я так боюсь… С любым другим человеком я бы без труда заговорил, если бы захотел. Почему же я так волнуюсь, сидя рядом с Антоном? Это, наверное, из-за его дефекта. А может потому, что Шастун действительно особенная личность. В любом случае, я стеснялся. Я достал из своего рюкзака ручку и, поборов волнение, сказал: — Привет. Антон поднял голову, и я протянул ему ручку. Он без сомнений взял её, поднял свою ладонь выше, звеня браслетами, но сразу же опустил. Я уже успел пожалеть, что поздоровался с ним, как он взял мою ладонь и написал на ней «Привет». Я вопросительно посмотрел на парня. Тогда он написал у меня на запястье маленькими буквами: «Просто не хотелось снова пачкать свою ладонь». Я улыбнулся и он тоже. Снова той же улыбкой, которой улыбался вчера. Прозвенел звонок, и нам пришлось пойти в кабинет. К тому моменту учительница уже пришла, и он был открыт. Я, немного подумав, сел за одну парту с Антоном. У него до сих пор в руках была моя ручка. Он достал тетрадь по алгебре и, открыв её в середине, написал «Прости за испачканные руки». — Да ничего страшного, это было забавно. – усмехнувшись, ответил я. — А вот ручку придётся вернуть. И Антон, улыбаясь, протянул мне её. Целый урок мы не списывались, а решали задания вместе с учительницей. Признаюсь, я пару раз заглянул ему в тетрадь, чтобы посмотреть ответы. Один раз он взглянул на меня, и я это заметил. Я смотрел в свою тетрадь, но боковым зрением видел, что парень смотрит на меня. А когда поднял голову, он мгновенно перевёл взгляд. На перемене, пока не пришли остальные ребята, я спросил у Антона, какую музыку он слушает. Он достал из кармана свой телефон, вставил наушники и протянул мне один. Я взял его и вставил себе в ухо. Парень включил незнакомую мне певицу, которую зовут Alice Merton. Но я не успел дослушать композицию, так как пришли ребята, и мне пришлось идти к ним. — Прости, нужно… – я вернул парню наушник и убежал к друзьям, оставив Шастуна стоять в коридоре. Чёрт, нужно было ещё постоять, вот я дебил. Он теперь, наверное, плохо подумает обо мне. Я ещё так резко ушёл… Ладно, найду ещё время с ним поговорить, а пока нужно идти к друзьям. Только я вошёл в кабинет биологии, на меня сразу набросилась Алёна. Она поцеловала меня в губы, и я машинально закрыл глаза, отвечая на поцелуй. — Ты не забыл про сегодня? – она обвила мою шею руками и очень сладко улыбнулась. — Нет, не забыл. – ответил я, глядя, как Антон заходит в кабинет и проходит на своё место. — Школьная дискотека, я помню. — Это здорово, потому что ты должен зайти за мной в пять. – Алёна снова поцеловала меня и ушла на своё место. Весь урок биологии я разглядывал надпись на своей руке. «Привет» красовалось у меня на ладони. Такие аккуратные, ровные буквы. Как он может быть таким? Почему так интересен мне? Ведь не может быть человек таким необычным, таким завораживающим. Он выглядит как обычный подросток: типичная для мальчиков стрижка, да и одежда никак не отличается от одежды других ребят. В нём нет ничего, что выделяло бы его из толпы, но он выделялся. И сильно. Неужели только я это замечаю? Его движение кистей, когда он пишет ручкой в тетради, звеня браслетами, когда разминает шею тонкими окольцованными пальцами. Вот вроде так же делают и остальные, но его движения всё равно отличаются. Они такие аккуратные, изящные… — Ты чего на молчуна пялишься? – отвлёк меня от раздумий мой сосед по парте. Серёга глядел на меня глазами размером с пятирублёвую монету. — Может, тебе ещё слюнявчик дать? — Что?! – я обернулась к другу. — Ни на кого я не пялюсь, с чего ты взял? О боже, я что, правда всё это время смотрел на Антона? Чёрт, я даже не заметил. Надеюсь, больше никто не спалил, особенно сам Шастун. — Эм, ну ты… пялишься на него! – зашипел Матвиенко. — Да ни на кого я не пялился, я думал. – Отличная отмазка, ничего не скажешь. — И о чём же? – ехидно спросил мой друг. — А лучше сказать, о ком? — О дискотеке, – на ходу придумывал я. — И что лучше надеть: футболку с «Арией» или… э-э-э… Кипеловым. — А это, разве, не одна и та же группа? М? Чёрт. — А вот и нет. Кипелов ушёл из «Арии», собрав отдельную группу, а у «Арии» новый состав. Ну я, в общем, не особо шарю, ясно? – как мог, выкрутился я. — Ну ладно, верю. – угомонился Серый. На перемене наш класс отправили в библиотеку, так как следующий урок у нас был наподобие классного часа. И снова нам будут рассказывать про старые книги, как появилась письменность и бла-бла-бла. Серёжа, Стас и Дима сидели на подоконнике, а я, Алёна и Маша стояли напротив парней. Алёна держала меня за руку, играя с моими пальцами. Мы обсуждали завтрашнюю дискотеку. Это была очень актуальная тема в последнюю неделю. Все только и болтали об этой дискотеке; вообще не понимаю, почему из-за неё такой ажиотаж. Алёна увидела, как Маша и Серый начали целоваться, и полезла к поцелуями ко мне. Я отвечал как всегда, но сомневался, что мне это нравится. — Как думаете, Молчун пойдёт на дискач? – спросил Дима, указывая на дверь. Я оторвался от Алёны и обернулся назад. В дверях стоял Антон, осматриваясь в поисках свободного места. — А это мы сейчас и узнаем. – Серый встал с подоконника и подошёл к Антону. Он встал возле парня и, закинув одну руку ему на плечо. Тот аж вздрогнул от неожиданности. — Ну привет, Шастун. – Серёга похлопал Антона по плечу. — На дискотечку завтра идёшь? Антон вопросительно посмотрел на меня, и я поёжился. В этот момент он был похож на маленького, загнанного в угол котёнка, отчего у меня вмиг защемило сердце. — Ну, что ж ты молчишь, Тошенька? – не унимался Матвиенко. — Ах, точно, ты же… Я не мог больше просто стоять и смотреть на это. Иногда Серый такой ублюдок! Не понимаю, как мы с ним нашли общий язык? — Так, всё, хватит, – я отстранил от себя Алёну и направился к парням. Схватив Серёжу за рукав, сильно дёрнул его в противоположную от Антона сторону. — Пошли. – как-то грубо сказал я и повёл Серого к свободным местам. Прозвенел звонок, и в библиотеку зашли наша классная и, естественно, библиотекарь. Все расселись на стулья, что стояли вокруг большого стола, на котором лежали старинные книги-экспонаты. — Что за фигня, чувак? – зашипел мне в ухо Серёга. — На его сторону встал, что ли? — Ни на чью сторону я не вставал, просто эти ваши подколы очень жестокие, даже для вас. – раздражительно шептал я в ответ. — Ну да, – небрежно фыркнул мой друг. — А может ты того? Ну, втюхался в него? — Что?! – я аж подавился. — Ты, блять, совсем стукнутый, Серёг? Во-первых, – я оглянулся по сторонам, чтобы убедиться, что никто нас не слышит. — Во-первых, я не гей. А во-вторых, у меня, вообще-то, девушка есть! — С этих слов всё и начинается, – Матвиенко ехидно ухмыльнулся, и я ударил его в плечо. — Да ладно-ладно, чего ты так разбушевался? Я ж просто пошутил. Больно, блин. — Пошутил он… Я отодвинулся от друга и, подперев подбородок ладонью, стал слушать библиотекаршу. Но удавалось мне это с огромным трудом, так как напротив меня сидел Антон, и я порой ловил его взгляд на себе. Я и сам на него иногда поглядывал. В очередной раз заметив, что парень на меня смотрит, я тоже уставился на него. А он всё смотрел, не отрываясь, буравил меня своим этим мега-пронзительным взглядом. Я виновато улыбнулся, прося тем самым прощение за дурацкое поведение Серёжи. Когда уроки закончились, я направился в гардероб, где столкнулся с тем самым пареньком с зелёными глазищами. Он надевал своё чёрное драповое пальто. Я, спрятавшись за вешалкой с куртками, тихонько наблюдал, как Антон вертелся вокруг себя в поисках своей шапки, забавно вздыхая и оттопыривая нижнюю губу. Я почти засмеялся в голос, увидев торчащую шапку Шастуна из кармана его пальто. Парень просто её не заметил. — Эй, – я вышел из-за вешалки, и Антон поднял на меня свой взгляд, полный растерянности. Он показал на свою голову и пожал плечами. Я засмеялся, и он вопросительно уставился на меня. Я подошёл ближе, почти вплотную, отчего Шастун странно дёрнулся. Глаза парня ещё больше округлились, и тогда я засунул руку в его карман и вытащил шапку. Смеясь, я помахал ею у него перед глазами и отошёл от парня. — Ну как, – я надел на себя шапку Антона. — Мне идёт, Тош? – я впервые позволил себе назвать его Тошей и, знаете, мне понравилось. Сюда по тому, как на секунду он приоткрыл рот от удивления, ему тоже. Парень засмеялся и поднял большие пальцы обеих рук. Я ещё мгновение покрасовался в его шапке и вдруг решительно задал ему вопрос. — Пойдём домой вместе? Нам ведь по пути да и вообще… Не успел я договорить, как мои глаза накрыли чьи-то ладони. Я сразу понял, кто это был. — Алёна, – я повернулся к своей девушке. — У тебя же консультация по-русскому. — Ага, но её отменили, – Алёна обвила руками мою талию. — Прикольно, правда? Значит домой вместе пойдём. — Вместе? Но я… Она приподнялась на носочках и поцеловала меня в губы. — Давай, одевайся. – и она направилась к вешалке, где висела её куртка. — О, Антон, а тебя я и не заметила. Я обернулся к парню и слегка пожал плечами. Он лишь коротко кивнув, направился к выходу, опустив голову. До меня дошло, что его шапка до сих пор на моей голове, и я поторопился его остановить. — Тош, ты забыл! – я обернулся назад, чтобы убедиться, что Алёна не смотрит и, сняв с себя шапку, надел её на Антона. — Вот так, теперь не замёрзнешь. Уголки его губ лишь слегка приподнялись, и парень вышел из гардероба. «Теперь не замёрзнешь». Что? Зачем я это сказал? О господи, Арс, контролируй себя хоть иногда. Идя по улице и держа Алёну за руку, я снова разглядывал надпись на своей свободной ладони. Моя девушка что-то рассказывала, но я особо не вслушивался. Я был расстроен тем, что не смог пойти домой вместе с Антоном. Был расстроен и не понимал, что со мной не так…