"The estimated probabilities" Оцененные вероятности, часть первая: Опора стратегии.

Я вышел в центр гигантского плацдарма, прокручивая свои воспоминания на моей очередной задаче. Принцесса Селестия говорила о том, что её тест состоит из того, чтобы испытать меня в сообразительности в критических ситуациях и умении учиться на своих ошибках. Зато у принцессы Луны задание интереснее: не дать завладеть мной кошмарам и не бояться их тоже является частью миссии в центре этого поля. То есть, это тест на сообразительность и иммунитет к страхам в моей жизни. Интересно, что он из себя представляет? Зная принцесс, они вполне могут впихнуть сюжет с антидружбой, что вряд ли подействует на меня.  — Итак, Квайт… Ты готов? — раздался голос откуда-то свыше. Я поднял голову, но никого не обнаружил, что заставило меня осознать: сёстры-принцессы под заклятием невидимости и будут полностью контролировать все мои шаги. Но с чего всё начнётся то? Стремительно и внезапно поднялись из-под земли зелёные стены из растительности, заставляя меня отпрыгнуть в сторону, где услуживо поджидали меня новые катаклизмы: потёкший ручей, фонтан; живая изгородь, которая подозрительно шевелилась, хотя ощутимого ветра не было, то есть, его вообще не было. Правило номер один — не приближаться к этой изгороди. Правило номер два — осмотреть фонтан и понять, что за арка появилась позади меня. Я неспешно тронулся с места, шагая в сторону фонтана и держась на расстоянии от стены живой травы. В фонтане ничего не было, только вода фиолетового оттенка неспешно выливалась из его жерла. Не уверен, что это питьевая вода… Я отошёл от фонтана, заметив, что изгородь слегка не на месте. Она ещё и передвигается, да с такой скоростью? In ass all! Я рысцой побежал в сторону открывшейся арки. Там что… Лабиринт? Да шатал я эти лабиринты, пусть они мне и нравятся. Оп-па, табличка… Я подошёл к ней, читая написанное от… копыт? Впрочем, большинства пони пишут с помощью телекинеза рогом, поэтому оно начертано рогом. Эта поговорка даже неплохо звучит. Ладно, неважно, ибо я так и не прочёл надпись. «Путник, не остерегайся яда, ибо он целебен, но бойся того, что к нам любезен.» Отсоси и станешь каждому другом… Может, мне бы нормальную надпись? «Квайт, это я! Твайлайт! Золотой что-то сделал со мной, так что теперь я могу свободно переключаться на мысленную связь, не опасаясь за ту аномалию.»  — Идеально. Ты прочитала эту надпись? — пробормотал я, понимая, что Твайлайт меня и без слов поймёт, всего лишь прочитав мои мысли. Итак… Любезность, которую надо бояться и яд, который является, наверное, боржоми… Не понимаю. Так, блин, стоп! Дедукцию на уровень бога и гадаем. Фонтан считается ядом? Я принял воду за непитьевую, а значит вариант первый — фонтан. Но я же ещё не осмотрел остальные места и локации. Локации… Почему-то это ассоцируется с нечтом из разряда геймерского сленга. Квайт Геймер… Это звучит! «Что за Геймер?»  — Предмет развлечения, который находится на специальных устройствах и мой планшет с нетбуком не исключение, — полувнятно пробормотал я. «А тилевон?» — кажется, это слово было выговорено с величайшим трудом, достойным нобелевского лауреата.  — Телефон тоже считается. Но гораздо лучшие развлечения находятся на гаджетах помощнее. «А разве не проще создать один целый гардзет, в котором будет всё?»  — Гаджет. Не выгодно в финансовом случае, ибо оно будет доступно лишь единицам. «И почему вы, люди, не можете что-нибудь нормально придумать?»  — Тоже зависит от финансов, — отрезал я, переключая внимание на окружающие вещи, дабы отвлечься от этой темы, от которой по телу пробегали мурашки недовольства. А ведь Твайлайт права — почему бы людям не сплотиться и не создать нечто лучшее, чем стараться убить каждого, и если не физически, то хотя бы морально, заставляя несчастного опускаться на самое дно социальной лесенки. А ведь я тоже помню, как меня пытались всячески унизить, но я каким-то чудом успешно избегал этого, либо всегда был в стороне, изображая статую и слушая всё в округе. Кстати, а что с моим слухом? Я же вроде глухой, а вроде стал слышать всё, что ни есть. Магия Гармонии? Мир, дружба, пони… Я прошёлся по аллее, наблюдая картину из трёх геометрических фигур: банально, шар, ромб и квадрат, которые местами являются благом, но в каждой фигуре заключён оригинальный кошмар, подобранный лично для меня. Это я узнал с помощью таблички, где также было сказано примерно следующее: «Шар даст вам сил пережить яд, но выпустит на волю ваш кошмар с прошлым. Ромб подарит ключ к дверям, которые будут заперты, но выпустят кошмар, связанный с вашей любовью. А квадрат даст вам амулет, что спасёт вас от того, что будет просить о помощи, но заставит кошмар принять обличие ваших ошибок, что были в прошлом и есть в настрящем.»  — Определённо — ромб, но где взять его фигуру? Я взглянул на табличку, которая мгновенно сдвинулась в сторону, словно прочитав мои мысли. Хотя, иначе, чем мои мысли, не будет, ибо тогда всё было бы слишком просто. Хотя… Что-то мне внутри говорит, что даже само собой оно не откроется, даже если заклинание «умное». Принцессы же следят за мною и моими мыслями… Вот и паззл к разгадке. Я достал из ниши нечто лёгкое, но довольно плотное, что дало ассоциацию с деревом, хотя материал далеко не оно. И я это понял, всего лишь глядя на квадрат, который быль сплошь чёрным, но руки нащупывали ровные линии, которые очерчивали квадрат по диагонали. Что-то мне это напоминает…  — Путник, перед тобой ключ к разгадке, используй его с умом, если хочешь использовать, — пропел слегка механический голосок изнутри этой «шкатулки». А я понял суть этих линий! Если квадрат разделить по диагонали, то я смогу получить два тругольника, а из двух треугольников можно составить один ромб.  — Вы уверены в своём решении?  — Первое правило обслуживания: клиент всегда прав! Да, — пояснил я, наблюдая, как стремительно изменился квадрат, поделившись на нужные мне половины, которые после соединились сами по себе. Слишком легко… Но разве кошмар не лучший выбор для проверки моей личности или что они там искали у меня? Я вложил новоявленную фигуру в отверстие посередине и с громким скрежетом стена исчезла, сдвинувшись вниз, и отворяя мне пропуск в широкий коридор, который расширялся ещё больше вдали. Я застыл на месте, рассуждая о том, хочу ли я переступить черту стен и войти туда, где витали неясные туманы, а по стене словно тени бродили неясные тёмные фигуры, заставляющие меня дважды подумать о том, насколько я сильно хочу туда войти. Но там единственное место, где я ещё не был. Меня никак не отпускает чувство реальности этого лабиринта, словно принцессы вырезали всё основное, оставив мне то, что они решили оставить, плевав на всё остальное. Например, я так и не увидел стену, которая должна была открыться после решения паззла, не увидел камень подсказок после того, как я смог заставить рычаг функционировать и так далее… Что-то мне это всё начинает поднадоедать. Я спешно бросился вперёд, решив, что хватит с меня этих неуверенностей и выборов. Путь остался один, и он будет вести меня вперёд, сквозь дебри этого тумана, а после них я уверен, что я увижу того, кого люблю, но в виде кошмара. Это принцессы так тонко оскорбляют меня, ибо я рискую увидеть пустоту вместо кого-нибудь. Интересно, а Флаттершай присутствует в роли наблюдателя? «Здесь есть все!» — раздался голосок Твайлайт. «И даже Меткоискатели!» Вот зараза… Они весь Понивилль сюда собрали? Я осторожно огляделся, так как этот туман начал постепенно расступаться впереди меня, освобождая дорогу вперёд. Это довольно подозрительно… «Квайт, тебе нужно повернуться назад! Мне кажется, что мы не всё посмотрели» — послышался детский голос, который мог принадлежать только Скуталу.  — Не хочу. Я уже сделал выбор. «Квайт, нам уже почти семнадцать лет и мы старше тебя на два года!» — а это ЭпплБлум смеётся. Обидно-то ведь… Если им уже семнадцать, то отчего они до сих пор такие несерьёзные? Переходной возраст ещё не прошёл? И да, что-то мне не даёт покоя отсутствие отличительной метки у этой троицы. Что-то случилось с Даймонд Тиарой, отчего они не смогли с ней встретиться… И это довольно подозрительно тоже. А также… Как я выучил Эквестрийский язык за три дня? Я этого не могу вспомнить… Нельзя выучить целый язык за такой мизерный отрезок времени! Спокойно, Квайт, спокойно… «Квайт… Мы только что прочли твои мысли и одно воспоминание… Это правда, что мы должны носить особенные метки, которые обязывают нам искать всем пони их таланты?» — тихо прошелестел в голове голос Свити Бель.  — Да. Вы же прочитали мои мысли. Зачем ещё спрашивать? «Квайт, это так странно знать, что у нас уже должны быть три одинаковые метки… Но при этом их нет…» О чёрт, это слегка похоже на депрессивные нотки… Я кому обещал спасать Эквестрию от этого? Себе. А также мне надо будет потом пообещать спасти Эквестрию и от себя, иначе большинство народа войдёт в депрессию или повесится… А может, стоило бы уделить время настоящему, а не продолжать копаться в «если бы, да кабы», ибо я сейчас вижу нечто, что начинает шевелиться в этом тумане. Тёмным силуэтом показалась фигура аликорна и пегаса, которая стремительно убежала прочь от меня. Я мгновенно сорвался с места, пытаясь добежать до них, но тщетны мои попытки, потому что фигуры начали буквально таять в тумане. Но самое странное — они не оставляли следов на земле, что заставило меня кое-что понять.  — Это кошмары… Но кто эти фигуры? — прошептал я, надеясь услышать ответ в своих мыслях от наблюдателей. Но ответа не последовало. «Аликорн и пегас! Ух ты… Может, в них одна из принцесс? Но кто?» — спросила ЭпплБлум. «Точно не принцесса Кейденс. У неё Шайнинг Армор, а в табуне не бывает второго жеребца.» — послышался тихий ответ от Свити Бель. «А может они тайно встречаются?» — предложил третий участник, известный ранее как Скуталу.  — А может быть я вас слышу? — Недовольно спросил я, озираясь в поисках знакомых фигур. Что-то меня терзает смутное чувство, что я знаю кто они, но продолжаю упорно отгонять эту мысль, не давая ей родиться, чтобы эта троица ничего не прочла в моих мыслях. А что по поводу того, что меня ждёт в конце этого кошмара? Я даже толком и не подумал об этом… Может, финалочка, где мне придётся биться насмерть с этими фигурами? Я спешно двинулся с места, едва в тумане родилось новое движение. Но увы, это была всего лишь игра света и тумана, что заставило меня жестоко разочароваться. Я сделал короткий шаг влево, стараясь охватить всё пространство в поле зрения. — Тили-тили, бом-бом… Я вышла поиграться… Маленькая кукла с перекошенным лицом, которого украшал огромный и широкий порез, неспешно сдвинулась с табуретки, смотря на меня полностью чёрными глазами.  — Ну нахер! — воскликнул я, мгновенно бросаясь в бок. Но увы и ах — дверь оказалась чуть левее и я скакнул мимо.  — Папочка не хочет играть со мной? — изуродованное личико состроило гримасу огорчения, отчего шрам стал будто чуть больше.  — Папочка хочет покоя от этих паранормальностей! То в зеркале отражается какой-то красный конь, то кукла, блин, живая… — я с отвращением взглянул на ожившую игрушку и застыл в ужасе. Её гримаса продолжала расширяться, пока резина на этой машине не лопнула, выставляя наружу страшный железный череп, который пародировал человеский, а челюсть сразу начала свисать вниз.  — Папочка не любит меня… Я заставлю его полюбить меня! — раскатистым голосом пронёсся бас по комнате, заставляя волосы шевелиться даже на заднице. Причём, это было явно сказано от этой… Этого нечто, что было безобидной игрушкой, но при этом её голос мгновенно изменился. Боже спаси, я каюсь за грехи! Забери меня в чистилище, если этого недостаточно. Забери меня куда угодно, но подальше от этого исчадия ада!  — Папочка… — механическими нотками прочирикала совсем не детская машина, с нечеловеческой скоростью переступая ножками по полу ко мне, издавая при этом ужасающее клацанье. Мгновение, и я ощутил сильнейшую боль в боку. Оно прогрызло мне бок! Я взглянул вниз, наблюдая, как неживые, мёртвые глаза равнодушно рассматривают оторванный кусок моей плоти, что бесполезно истекал кровью, равно и моя рана.  — Папочка… — кукла подняла голову на меня, смотря своими чёрными глазами в мои, словно вгрызаясь мне в душу. Мгновение, и кукла вновь дёрнулась, а я ощутил, что моя шея перестала функционировать, полностью заблокированная нечеловеческими клычками этого исчадия ада. -…Квайт?.. Квайт!.. — в моё лицо ткнулось нечто тёплое и приятное. Я открыл глаза, увидев Флаттершай, жмущуюся к моему лбу щекой, и Твайлайт, которая стояла неподалёку, явно находясь на посту.  — Вы здесь… Я провалил тест? — хмуро спросил я, наблюдая, как нервно дёрнулась Твайлайт, а после, словно запустив цепную реакцию, и Флаттершай. Что-то в этой дрожи было неестественным…  — Да, ты провалил тест! Я разочарована в тебе! — огрызнулась аликорночка, отвернувшись от меня. Мой взгляд потупился, а голова сама повернулась к Флаттершай, которая… Гневно смотрела на меня. Все думали, что злая Флаттершай выглядит милее и няшнее, но она в реальности была просто… кошмарна… Я попытался убрать свои руки с неё, но она лишь злобно напирала на меня, не давая мне простору для действий. Мне лишь осталось беспомощно передвигаться на четвереньках назад, стараясь двигаться быстрее. Едва Флаттершай отпустила мои ноги, я мгновенно вскочил с земли, глядя в глаза Флаттершай, которые мгновенно изменили цвет. Это уже были не бирюзовые, которые внушали спокойствие и заставляли творить добро, а красно-алые глаза, из которых потекли тоненькие струйки кровавой жидкости.  — Квайт… Ты нас обманул, говоря что любишь… — тоненьким голоском зашептала она, статно взмахнув крыльями и поднявшись вверх, где начала неспешно кружиться вокруг меня, роняя на землю кровавые слёзы.  — Я этого не говорил… — отчаянно проговорил я. Мои черты лица неожиданно сдвинулись, собираясь где вместе, а где расстягиваясь, придавая моему лицу отчаянный вид под стать голосу. А после, я почувствовал, на сильно наморщились нос, лоб и щёки, словно пытаясь чего-то изобразить, но я этого уже не мог понять. Моё лицо зажило своей жизнью, и я в этом именно сейчас уверен.  — Не говорил, значит… Но ты знал, что ты умрёшь, оставив нас страдать! Ты — монстр! — истерически завопила Флаттершай, после чего мою спину озарило сильной болью, и я уверен, что это очередь Твайлайт. Я обернулся, стремительно перекатываясь по земле от очередного чёрного лучевого заряда, исходящего из её рога. Мимо меня молниеносно взмыла Флаттершай, не переставая плакать кровяными слезами, после, делая полукруг вокруг аликорна и возвращаясь ко мне. Мгновение и она сбивает меня с ног. Теперь на меня смотрит желтая мордочка Флаттершай, испачканная в красной жидкости, а глаза так и не вернули былой бирюзовый оттенок. Она удовлетворено улыбнулась, к моему ужасу, показывая большие клыки, которые стремительно выросли из её рта. Над ней тенью нависла аликорночка, которая приобрела тёмные оттенки цвета своей шкурки, напоминая мне… Тот самый кошмар… Теперь я знаю, КТО эта нынешняя Твайлайт.  — Я, Найтмер Спаркл, приказываю тебе, Даркнесса Шай… Убить его! — и тёмная Твайлайт захохотала во весь голос, заставляя меня невольно сжаться. Я счастлив, что я теперь знаю, каково это — чувствовать, но почему мои эмоции ожили так не вовремя, причём, сейчас ожили только отрицательные чувства, заставляя меня сжиматься при виде этих безумных глазок Флаттершай и этой уверенной позы Найтмер Спаркл. Рядом с ухом громко щелкнули клыки, заставив меня на инстинктах вскочить с земли и бежать в сторону… В любую сторону, ведь сейчас самое главное — сбежать от свихнувшихся пони! Я не должен сейчас умереть, не пройдя тест. Да, тест ещё продолжается! Не верить кошмарам, верить ядам! Я должен закончить эту миссию! Я стремительно вспрыгнул, непонятно на что надеясь, но, к удивлению, я не вернулся на землю, лишь воспарив сквозь стены лабиринта, словно они стали призрачными. Перед глазами нарисовался силуэт статуэтки прямо сквозь листья, заросли и другие препятствия. Статуэтка светилась, маня меня к себе своей ослепительностью. Я должен… Я… Просто… Обязан… Но разве кошмар не оказался правым? Он сказал то, что я меньше всего хотел слышать. Я дал своему табуну ложную надежду на избавление от несчастия, либо Золотой убьёт и их заодно, чтобы не мучались, лишив Эквестрию двух важных Элементов:, Доброты и Магии. Лишив их существования в этом мире… А также оставшимся Элементам придётся искать замену мёртвым, скрепя своё сердце. А что, если Смех прекратит своё существование, узнав об этой трагедии? А как распадётся Верность, если возомнит их смерти своей виной. И останется лишь только Щедрость и Честность, первая из которых войдёт в депрессию, а вторая… Нет! Я не должен умереть! Я должен жить! Но как жить, зная, что смерть близка? Легко. Я должен побороть её! Я вышел на открытую поляну, увидев лежащую на зелёной траве при свете луны Луну. Звучит как каламбур…  — Золотой? Ты тоже здесь, — аликорн лениво повернул голову в мою сторону, ласково глядя мне в глаза. Я присел рядом с ней, проводя руками по восхитительно мягкой шёрстке вокруг шеи принцессы ночи.  — Лулу, Тия опять жалуется, что ты съела её клубничную пасту.  — Ну-у… — принцесса хитро улыбнулась, — это была случайность.  — А ведь ты говорила, что не любишь мою стряпню, — с укором произношу я, переложив руку уже на потрясающе синюю гриву, которая эфемерно развивалась по руке, даря ей ощущение тепла.  — А что просила твоя мама? — неожиданно спросила она.  — Похоже, что ты начала издеваться надо мной… Она просила тебя разобраться со сбитым графиком распорядков дней, то есть, ночей у фестралов, — проговорил я, после неожиданно для неё бухнулся на траву спиной, притягивая к своему боку синюю кобылку. Она довольно мурлыкнула, поворачиваясь ко мне мордочкой и глядя при этом мне прямо в глаза. Но вместе с этим я заметил, что плутовская улыбка с неё не сходила, продолжая откровенно висеть у Луны на мордочке, мешая мне мысли.  — Золотой, ты же всё равно… Ну-у… Тебе же ничего не стоит щелчком твоих пальцев решить эту проблемку?  — Я бы, может, согласился, если бы это не был уже четвёртый раз, Луняша.  — Ну пожалуйста! — выражение мордочки лунной пони изменилось на жалостливое, заставляя моё сердце биться сильнее, чем обычно.  — Луна, нельзя злоупотреблять этой силой, иначе я просто не прощу себе, если обнаружится какой-нибудь катаклизм!  — Ну Золотой! — Луна неожиданно поддалась вперёд, прильнув к моему лицу. Что это было? Я боязливо обернулся, сразу увидев знакомые силуэты моих любовных кошмаров. Они явно спешили, быстро приближаясь ко мне. Как они смогли преодолеть такое расстояние, если я за короткое время смог удрать сюда сквозь стены. Я повернул голову в другую сторону, но заветной статуэтки нигде не обнаружилось. Стоп… Я… Летал сквозь стены? Как? Это невозможно! Квайт не сможет летать, если не будет обладать силой… Золотого! Только он может творить безумные вещи под стать Драконикусу Дискорду. Но где Золотой сейчас? Он может абсолютно всё, но я уже сомневаюсь, что он сможет без зрительного, хотя бы зрительного, контакта дать мне немного магии. Я обернулся к двоице, Найтмер Спаркл и Даркнессе Шай, вытянув руку вперёд и подумав о том, что нужно их спрятать в огромные сферы. Делаю щелчок пальцами, и, о Селестия, это сработало! Магия сработала, но из сферы кошмары всё-таки вышли, смеясь над моей глупой попыткой их удержать. Почему оно на них не повлияло? Магия работает, но не работает на них. Может, потому что они призрачные? Призраки? Кошмары, призраки, приведения… Созвучно, а? Теперь я уверен, что они нечто, что считается за нематериальное. Но как тогда злая Флаттершай смогла меня удержать за ноги? Тут уже у меня есть смутная догадка — я никак не могу вспомнить то, что она их вообще касалась. Хитрая магия, либо чем оно там является…  — Врёшь, врёшь не уйдёшь!.. — из-за моей спины выскочили три маленькие кобылки, которые мне были хорошо известны. — Ты убивал жителей Эквестрии на глазах жеребят и других несчастных пони!.. — хором, едва ли не пропели они, поравнявшись в линию между подошедшими порождениями кошмаров. А эти вообще откуда здесь появились? Те двое — ладно, они меня любили, но эти-то что здесь забыли? Видимо, правила меняются… А выхода я так и не нашел, не говоря уже о том, что лабиринт стал бесконечным. Что сделали принцессы с плацдармом? У меня такое смутное чувство, словно здесь что-то нечисто…  — Квайт, неужели ты сейчас не рад нас видеть? — зло ухмыльнулась Найтмер Спаркл, выходя из ряда кошмаров. Я замер, не в силах пошевелиться. Силы стремительно покидали меня, заставляя скорчиться на земле, пытаясь спрятать от них свои глаза, дабы не видеть это злорадство, гуляющее у них на мордочках. Злые пони вовсе не милые, как все думали…  — Ничтожество… — хихикнула Спаркл мне прямо в ухо, неожиданно приобретя плотность. Она уже не призрак… Я мгновенно вскочил с земли, стряхивая с себя ошалевшую от моего поступка аликорночку, начав бежать прямо. Коридор, ещё один, поворот налево, пути расходятся, но я по-прежнему продолжаю бежать по ледовой стороне. В боку нещадно кололо, а цокот копыт сзади не желал прекращаться. Мне надоел этот тест. Я хочу обратно к настоящим пони, а не этим злым двойникам. Я хочу увидеть Флаттершай, которая всегда скромна, а ещё никогда не станет себя так вести. Её розовая грива красиво развевается, а жёлтая шерстка столь мягка и приятна пальцам, заставляет меня дышать спокойнее. И тот чудный запах ромашки, который исходит из её нежной гривы… Флаттершай…  — Флаттершай… — бессильно прошептал я, с невероятным усилием щелкая пальцами. Мир вспыхнул пурпурным цветом, прорезая барьеры реальности. Я неспешно сдвинулся с места, перепрыгивая груды книг, коими была завалена вся библиотека.  — Твайлайт, неужели опять перестановка? И в этот раз ты решила переставить всё по цвету?  — Неа, в этот раз я хочу всё расставить по Авторам. Начиная со Стар Свирла Бородатого, который…  — Спас мир, создал луну и звёзды, отлизал Селестии, а также поборол Найтмер Мун.  — Голди! Это неприлично! — засмеялась пурпурная аликорночка, появляясь в поле зрения из-за пустого стелажа, который медленно, но верно заполнялся книгами с символикой остроконечной шляпы с бубенцами. Серьёзно? Этот старый хрен решил поменять обложки в редакции на свою шляпу вместо символа старых Элементов Гармонии? Нарцисс…  — Золотой, Флаттершай хотела тебе передать следующее: к восьми будь во второй библиотеке Твайлайт.  — Сейчас уже без пяти восемь… — растерянно проговорил я, создавая щелчком пальцев подобие золотых часов на цепочке, словно выкрав их у аристократии в средние века.  — Значит, не вовремя передала. Надеюсь, Флаттершай не обидится? — Твайлайт неожиданно погрустнела, от чего я следующим щелчком лишил своё детище существования, подняв аликорна в воздух и пролевитировав её себе на руки.  — Твайли, мы же одна семья… — проговорил я, прижимая к себе это лавандовое чудо. Неожиданно меня укутали большие жёлтые крылья, которые столь приятно отдавали теплом внутри меня.  — Я не обижена, а счастлива, что Золотой всё равно здесь, — зашептала пегаска мне на ухо. Я неспешно кивнул, стараясь не удариться о мягкую и доверчивую головку Флаттершай.  — Флатти, а где наша Луна?  — До того, как я вошла сюда, она жаловалась на то, что её все заставляют копаться в сбоях ночных работ фестралов…  — А, это видимо я и Селестия.  — Почему ты ей не захотел помочь? — Твайлайт неожиданно извернулась в руках, поворачиваясь животом к верху.  — Пятый раз за неделю? Она так разучится понимать политику и всё, что с ней связано.  — Всё равно Тия её подтянет, — задумчиво проговорила Твайлайт, буквально мурлыкнув, едва мои пальцы прошлись по её мягкому животику, ероша шерстку, что так мягко шелестела между пальцами. Они такие милые, эти пони… Неожиданно, всё померкло перед глазами, и я увидел отчётливую фигуру существа: человек, природа над которым жестоко постебалась. Вместо головы — большие, громоздкие часы с кукушкой, которые были явно прямиком из средневековья. Вместо кожи — чешуйки зелёных оттенков, а на концах рук находились три длинных отростка, которые были заострены в конце. Зато, талию прикрывало железное нечто, которое эфемерно струилось до самого пола мятным цветом.  — Твою ж мать, Золотой! Прекрати играться со вр… Квайт! Счастливые новости: ты дышишь, а какой-то чувак с кукушкой тебя не тронул. Но он трогал того, чьё имя — Золотой. Значит, я не Золотой. Да, я Квайт. Но от чего голова столь яростно гудит, не желая собирать мысли в единое целое? Тут даже я орать буду:  — Золотой, твою же…  — Квайт, заткнись! — истошно заорала Найтмер Спаркл, оказавшись мордочкой в полуметре от моего лица. — Ты должен вернуть всё на круги своя от твоего Креаче! Быстрей! Креаче? Моего? Что здесь творится? Я поднял голову, увидев как небо стремительно начало покрываться неестественными трещинами, которые с каждой секундой расширялись всё больше и больше. Безумие скоро закончится, и я буду свободен от этих кошмаров. Я устал от извращённых оригиналов, ставших тёмными копиями, устал от того, что я перемещаюсь в другие миры, либо чем оно там является, где моё тело и разум живёт отдельной жизнью, словно контролируемое кем-то. Я опустил глаза вниз, с радостью наблюдая, как глядят на меня с ненавистью исчезающие злые копии Меткоискателей, равно и злая Флаттершай, которая на прощание решила вновь проплакать последние секунды жизни кровавыми слезами, смотря на меня с безумным выражением мордочки. Лишь тёмная Твайлайт продолжала стоять, с демоническими ужимками смотря на небо, трещины на котором перестали расширяться, но по-прежнему красовались неправильными искажениями пространства. В следующее мгновение Найтмер Спаркл обернулась ко мне.  — Неужели ты перестал меня любить? — её морда начала искажаться, превращаясь в прежнюю, но я по-прежнему стоял на месте, не желая двигаться в её сторону. Ну в баню, это же кошмар! Но она выглядела столь реально…  — Чем я заслужила этого? — прежним, настоящим голоском проговорила Твайлайт, смотря на меня огорчёнными глазами. Что-то внутри меня заныло, заставляя меня дёрнуться в… противоположную сторону от неё. У меня, кажется, началось обострение панических атак. Я уже чёртов параноик! Но я всё равно чувствую себя плохо, даже от того, что видел свой кошмар в таком огорчённом, жалком виде. Твайлайт… Я не хочу больше этих тестов! Пожалуйста! Кто-нибудь, спасите меня отсюда. Я устал… Я устал бороться за благо Эквестрии, получая взамен такую несправедливость. Перевёртыши успешно сбежали из-под моего контроля, алмазные псы уже начинают творить муть под предводительством моего отца. Когда-нибудь кошмар всё равно кончается… И я надеюсь на его скорый конец. А ведь… Золотой! Ты обещал, что я скоро умру, но когда? Я хочу уже сейчас отойти от мирских дел, став покойным, которого никто никогда не вспомнит и не потревожит. Я обернулся, вновь сталкиваясь взглядом с изменившейся Твайлайт.  — Трус. Даже ради своего табуна ты не будешь стараться… — с презрением сплюнула она. Ради табуна?.. Табуна… Твайлайт… Я провожу своей рукой по мягкой, пурпурной гриве, которая отдавала приятным запахом лаванды.  — Голди… — томно вздохнула аликорночка, касаясь моих боков кончиками крыльев. Моя рука мягко поглаживает её мягкое и горячее ушко, опускаясь ниже, к шее. Мягкая шёрстка пряно отдаёт по руке, словно бы создавая между нами некую особую связь… …Флаттершай… Я плюхнулся на траву, касаясь рукой мягких пёрышек крыльев Флаттершай, которая поднимает на меня свою головку, смотря в моё лицо своими восхитительными бирюзовыми глазами, слегка поблёскивающими в лучах солнца.  — Золотой, тебе ещё не надоело тискать нас? — мило хихикнула пегаска, раскрывая свои крылья во всю длину и позволяя мне рассмотреть их более детально. Но стоило мне коснуться пальцами основания перьев, как крылья резко вжались обратно.  — Ой, это было щекотно… — она вновь расправила крылья, и я внимательно присмотрелся к основанию пёрышек, увидев, что они как будто не прикреплены к ней.  — Как?  — О-о, это пегасья магия, от того наши перья никогда не линяют и не выпадают, если мы не захотим… Погладь ещё раз там. Это приятно. …Они — мой табун… Но… Откуда у меня такие… Воспоминания?.. Я… Я всё понял! Я никакой не Квайт! Я не Тихий! Я Голден! Я Золотой! Не будь я им, не были бы эти воспоминания. Что по поводу его, то… Он наверняка из будущего, но почему он не мёртв? Он предрекал именно моё духовное изменение? Он обещал прекратить муки средством того, что я стану другим? И… У меня в табуне есть Твайлайт, Флаттершай и Луна. Может, кто-то ещё? Я не согласен мириться со своей потерей, даже если я её и не приобрёл. Моя цель для будущего — создать идиллию, которая была в воспоминаниях. Стоп, откуда воспоминания, если они не сбылись? Бред… Бред… Бред…  — Ты трус, Квайт… — вновь зловеще прошептала псевдоТвайлайт, оказавшись у самого уха. Мои нервы сдали. Я мгновенно щелкнул пальцами, воссоздавая гигантскую сферу, в которой внезапно оказалась Кошмарная Спаркл. Мгновение, в котором я захотел сыграть триумф, и она с хохотом вылетела оттуда, презрительно взирая на меня с воздуха. Новый щелчок, и воздух вокруг неё исказился, шумно и стремительно расширяясь в такт раздавшемуся взрыву и мареву огненного дыма. Но и это никак не повлияло на неё. Что стало с лабиринтом? Я уже на сто процентов уверен, что этого безумия здесь и быть не должно! Чем бы эти кошмары не были, я их уже боюсь меньше. Даже, если они называют меня трусом. Когда-нибудь кошмары прекращают своё существование, и это истинный вопрос времени.  — На что ты надеешься?  — На скорейшее избавление от проблем, вроде тебя.  — Не добьёшься! Я уже не переставал щёлкать пальцами, ощущая бесконечный прилив сил в моих жилах. Однако, пальцы уже начинали неметь от этих упражнений, но злобный клон никуда не исчезал. Щелчок — клона стремительно раздуло, но с тихим хлопком изнутри этого телесного шара вылетела целая и невредимая Найтмер Спаркл. Ещё щелчок — клона обдало жаром, но он остался невредимым. Одно ясно — на него моя магия не работает. Спрашивать «Откуда у меня магия и когда она появилась?» я не стану, ибо некому и некогда. Но одно мне нравится: я — Золотой, а значит — могу всё! Но какой есть изъян в неуязвимости этой псевдоТвайлайт? Увы, я не знаю ответа. Пока что не знаю. Но… Трещины… Они никуда не исчезают с потолка нематериального неба, но именно из-за него этот кошмар вышел за все рамки, стараясь быстрее меня изничтожить. Я вновь щелкнул пальцами, с наслаждением взирая, как трещины небосвода начали расширяться, разрушая материю сего нереального мира. Кошмар в облике Твайлайт стал стремительно распадаться, превращаясь в ничто, но продолжая смотреть на меня с ненавистью. Странно, что оно не попыталось прервать мои попытки.  — Золотой… Я чувствую, что ты снова стал Золотым… Убью настоящего, — недовольно пробасила испарившаяся Твайлайт, явив на свет странное существо: человечек, похожий на стикмана, но с той же самой улыбкой, что и в последнюю встречу. Да, это тот самый Нечто, которого прогнал Золотой. Не я Золотой, а тот, кто другой… Пожалуй, на первое время я буду Голденом, иначе путаница получается.  — Итак, назовись! — мой голос звучал вполне внушительно и басовито, что весьма обрадовало меня. Наличие эмоций и чувств придают голосу нужные оттенки.  — Это мне приказывает существо-гуманоид, чьё тело не достигло восемнадцати лет… А-ха-ха, — гадко захихикал Нечто. Ну нет, сейчас он у меня попляшет! Щелчок, и тонкий красный лазерный луч прорезает воздух, проносясь сквозь левую лодыжку этого мистера кошмара.  — Замечена нестабильность состояния сосуда для души…  — Тела, дура, заткнись! — вскрикнул он, обхватывая руками свою голову, на которой смайлик стал грустным.  — Как я посмотрю, ты здесь обзавёлся искусственным интеллектом?.. — мир приобрёл краски, являя на волю тот самый плацдарм, откуда начались эти злоключения. Золотой вышел вперёд, без эффектной магией превращаясь в человека бледных оттенков, но в чёрном, с красными узорами, плащом, полностью закрывающим его тело. Также, воротник внезапно приподнялся, превращаясь в стоячий. Это выглядело… Изумительно! Я хочу больше таких шоу! Стоп, я же Голден, а значит тоже могу это. Попробую позже.  — Не искусственный это интеллект, а существо, добровольно продавшее мне свою душу ради присутствия рядом со мною… Она надоедливая! — вновь взорвался Нечто, а его конечности вплелись сквозь голову, откуда незамедлительно послышался хохоток, который мог принадлежать только женской половине. Либо трансвеститу, но я надеюсь, что оно им не является.  — Что-нибудь сказать хочешь? — спросил Золотой, в тоне которого послышалось нетерпение.  — Ага. Моя миссия исполнена?  — Да, — ответил человек, щелкая пальцами. Я обернулся. На плацдарме оказались все Элементы Гармонии, кроме Пинки Пай, но за неё я не волновался, ибо такое иногда бывает. Рэрити внезапно вывалилась из толпы, подскочив к Золотому.  — Откуда этот наряд??? — едва ли не истерически прокричала королева драм.  — А что, знакомый секрет выкройки? — подмигнул человек в ответ. — Твой наряд. Из того времени, откуда я пришёл, — он уже наконец-то улыбнулся. Улыбнулся не простой улыбкой, которая обычно говорит о ехидстве, хитрости и озорства, а настоящей, тёплой, понячьей… Уверен, в его времени между ним и Рэрити явно что-то есть. А также между Луной, Твайлайт и Флаттершай… Итого: четыре кобылки. Да ну, какой-то он ненасытный.  — Золотой, что далее? Мои способности пробудились.  — В тебе пробудился только дух Мира Снов, точнее, её магия. И отсюда начинаются глюки с памятью.  — Ясно. Что далее-то делать будем? — Нетерпеливо отозвался я, взирая на его плащ, где, кажется, красным узором оказался вышит символ Элементов Гармонии.  — Кто-то думает, что он будет жить дальше в таком виде? — Золотой хитро ухмыльнулся, поворачиваясь ко мне и поднимая на ходу руку с зажатыми пальцами. Ощущение, словно сейчас произойдёт нечто из разряда «мне 3.14зда», охватило меня по самую душу. Мне совсем не понравилась его улыбка и манер движения… Раздался щелчок, а после моё тело мешком рухнуло на землю, принуждая закрыть глаза. Я сопротивлялся этому, пытался кричать, сучить ногами, но никакого отклика. Тело стало непослушным. Вот какая цена доверия этим существам, вроде Золотого. Сначала ты им доверяешь, а после они изничтожают твоё существование, заставляя бесполезно проклинать их. Но я никого не проклинал. Я был лишь очень разочарован в нём. Хотя бы, он исполнил мою заветную мечту: убить меня. Он и убил меня… Глаза неспешно захлопнулись, а сердце прекратило стук. Сознание поплыло, от чего я перестал мыслить, видеть… Существовать разумом…

*      *      *

Золотой вновь щелкнул пальцами, заставив труп воспарить над землёй под дружный хор криков всех присутствующих. Мгновение, и тело обволокло сферой, которая оказалась непрозрачна, лишь очертания тени виднелись на полу рядом с ней. А все пони, что были здесь, не могли пошевелиться, надёжно скованные заклятием Творца.  — Ну, вроде бы всё. Итак, я не опасен для вас, но Таймер вынудил меня идти по сюжету, ибо я слегка сотрудничал с ним, подкидывая все свои воспоминания из дальнего настоящего. Примерно за три жизни до официального Творца.  — А… Кто такой Творец? — тихо подала голос Твайлайт, почувствовав, что её тело вновь слушается её. Она сделала шажок вперёд, после чего мгновенно плюхнулась на землю, перестав ощущать в Золотом угрозу. Этому примеру последовали все, и со следующим щелчком местность изменилась на ферму Эплов, среди деревьев, полных яблок.  — Эй, сейчас же не сезон… — задумчиво воскликнула рыжая кобылка.  — Для Творцов, всё — сезон… Ах да, Творцы, научно, — существа, способные на всё; и ничто им не помеха, ибо помехи сами зависят от их желания. Если их не создают другие Творцы, конечно же. Умно говоря, мы — объединение всех жизней, что мы пережили. Моя жизнь зачастую перетекает отсюда до Земли, откуда Квайт вернулся. И наша магия — закон всему. Я даже это магией назвать не могу, потому что она слишком могущественная и чужая для простых миров.  — Простых миров? — из-за деревьев неожиданно вышел отец Квайта, который немедленно заключил в объятия подоспевшую к нему принцессу Луну.  — Скажи, Золотой, а откуда ты начал свои… Игры? — подала голос принцесса Селестия, молчавшая всё это время.  — Точнее, когда. С самого момента попадания в Эквестрию. На Земле, после Дня Рождения и мнимой смерти отца, он погиб.  — Как? — ужаснулась Флаттершай. Золотой умолк, наблюдая за розовой гривой пегаски, что красиво развевалась из-за начавшегося ветра, который немедленно обдал всех потоком тёплого воздуха.  — Ну-у… Отец был единственным, кто по-настоящему любил Квайта… И… Квайт повесился. Я стёр ему память об этом при попадании в Эквестрию, но сделал так, что он эти воспоминания сможет лишь ощутить. Как наваждение. Например, он чувствовал странный след на шее, словно она была сдавлена и по этим признакам определил свою судьбу. А сумку ему подбросил я. Классно получилось ведь! Мне очень понравилось его шоу с «Диглом» в замке Селестии… Одно дело помнить, другое — видеть собственными глазами… А также меня до сих пор бесит Таймер, который считает своё королевское присутствие каноном! Он вообще нарушает материи настоящего, как будто так и надо! По крайней мере, он — бог, а я — Творец. Пользуясь этим, я нарыл кое-что в его памяти, так что я оказался прав! Вполне в его полномочиях изменять канон, если есть разрешение главного Творца в его вселенной, либо разрешение Творца над Творцами — Вайза (Б: а чо не Томми Вайсо???). И то, и другое у него было. Говнюк…  — Золотой! — укоризненно пропела Флаттершай, расстягиваясь на траве и распрямляя крылья.  — А, ага… — Золотой рассеянно смотрел во все глаза на неё.  — Воу, воу, полегче, Золотой! Ты не в том времени, чтобы влюбляться, — ухмыльнулся Семён, перестав поглаживать ночную правительницу.  — А ты не в том времени, чтобы тискать чужих кобыл.  — В каком смысле?! — принцесса Луна стремительно вскочила, с недоумением разглядывая Творца с головы до ног, но после вновь уселась, жестом заставляя Семёна продолжать ласки, задумавшись о чём-то своём. Видимо, она решила, что речь о Золотом. Не прогадала… Наверное.  — Обожаю эти смятения… Итак, я чуть-чуть отвлёкся. Когда он попал к Твайлайт в замок Гармонии, он учил Эквестрийский язык. Это было слегка глупо и по-детски, отчего мне пришлось полностью искажать пространство и время, дабы никто не заметил, что Квайт выучил этот язык за три дня, но при этом три дня и прошло. То есть, я полностью изменил вашу память и временнóе восприятие. Далее, псы оказались не тем, кем себя представляли. Это мои личные химеры со слабой душой, способной на всё, но зависимой от вождя. Причём, их временный вождь был тоже этой самой химерой, и импровизировал на ходу. После, появился Квайт, которого они поприветствовали со всей почётностью… Так же устроены и перевёртыши… А его расточительность была лишней, ибо псы ничего не желали, кроме приказа вождя.  — Какая расточительность?  — Да такая, Твайлайт, что Квайт разбазаривал по пять золотых битов на одну стаю. А их у него несколько.  — Восемь стай, — согласился Семён, вновь замолкнув, позволяя Золотому продолжить.  — Сорок золотых? Откуда у него набралась такая сумма? — до неприличия изумилась Селестия.  — По его теории, когда произошёл побег из твоего подземелья, то… Он случайно прихватил с собой кошель с золотыми битами. А в реальности — я ему это подложил, и регулярно наполнял этот кошель…  — Квайт, а насчёт этого лабиринта…  — Я слегка обхитрил принцесс, подсунув им Пантеон Ужасов. Он создан лично самим богом Страха и Ненависти — Нечтом Странным. Это его владения, где он мучает заблудших душ. Неотрывный спутник на протяжении моих жизней… А голова у него вполне отрывная, — с наслаждением поведал Золотой, явно вспоминая какой-то момент, который сейчас известен только ему.  — Золотой! Как ты можешь быть таким кровожадным! — вновь воскликнула Флаттершай.  — Ну-у… Когда раз за разом убиваешь таких розовогривых няшек, то и не таким станешь.  — Что??? — хором вскрикнули все четыре принцессы.  — Не волнуйтесь. Сейчас вам это не грозит…  — Золотой, давай продолжай историю. Читатели ждут! — поторопил Золотого Семён. Тот встрепенулся, с новым щелчком становясь снова алым аликорном с золотой гривой.  — Хорошо, итак… Что я забыл?.. Ах, да! Эмоции Квайта ожили лишь с моей помощью. Что-то ещё?.. Наверное, тот момент с его пистолетом. В тот день мнимой Найтмер Мун я подбросил пистолет в руки Квайта, равно и в комнате Флёрри Харт, где была Кризалис в облике Лии…  — А по поводу принцесс и… Какая жизнь по счёту здесь?  — Четыреста пятьдесят. Юбилей… Ладно, принцесс водворим в богов после всего этого представления… Теперь давай перейдём к делам насущным.  — Золотой, у меня такое ощущение, что уже жёстко сломали четвёртую стену… — проговорил отец Квайта, укутываясь крылом синей правительницы, которая заботливо ворковала ему что-то на ухо, не колеблясь того, что может мешать событиям, которые сейчас произойдут. Неспешно подплыла сфера с трупом, находящимся внутри него. Золотой встал перед нею, расставив ноги на ширине плеч и вытянув руки вперёд. Мгновение, и произошла бирюзовая вспышка, после которой труп выплыл из-за сферы. Пурпурная вспышка — по коже трупа прошлась рябь, в которой мертвец начал изменяться, сужаясь в размере. Синяя вспышка — человек стал пони. Жёлтая вспышка — пони приобрёл крохотные размеры тела, а копыта начали судорожно сжиматься, словно пытаясь схватить нечто в воздухе, но явно безуспешно. Вспышка радужной смеси цветов — у жеребёнка шерстка стала ярко-жёлтого, почти золотого цвета, а грива стала бурого цвета. Белая вспышка — жеребёнок открыл глаза, которые стали ярко-голубыми, едва не сливаясь с бирюзовыми. Розовая вспышка — жеребёнок закрыл глаза, а его бока начали неспешно наполняться кислородом, который вдыхался и выдыхался за счёт врождённого инстинкта дышать, который присущ всем живым. А после из головы стремительно начал расти крохотный рог, который немедленно засветился ярко-фиолетовым. Ещё одна вспышка, вновь бирюзового цвета, заставила жеребёнка воспарить над землёй, после, одеваемый в воздухе в материализующуюся переноску жеребят, которая пролетела по направлению к Флаттершай. Розовогривая пегаска с благоговением взирала на малыша с потаённым в груди счастьем, одевая на себя хипсит, либо слинг* и смотря на жеребёнка новым выражением глаз — с материнской любовью, готовой подарить приёмному сыну прекрасное будущее, какое бывает у жеребят Эквестрии.  — Флаттершай, я отдаю малыша Квайта тебе на попечение. Обеспечь ему ту жизнь, в которой он будет искренне счастлив, — спокойным и размеренным голосом произнёс Золотой.  — Что-то у меня такое ощущение, что Золотой мутит с разумом Флаттершай, — ухмыльнулся Семён, нарушая сию священного типа минуту торжественного молчания.  — К моему изумлению, разум Флаттершай чист и она этого хочет искренне… — задумчиво сказал алый пони, с затаённой лаской в глазах глядя на пегаску. — А также, я очень прошу не отворачиваться от малыша и остальным пони, что присутствуют здесь… Но Квайт будет личным жеребёнком Флаттершай, — добавил Золотой, вновь увидев воспрянувшее в груди счастье пегаски. Милое зрелище: счастливая пегаска, ставшая мамой.  — Но, у меня вопрос… Как нам жить дальше? — Твайлайт рассеянно осмотрела поляну, вокруг которой продолжали спеть яблочные деревья.  — Мы перенесёмся в прошлое, и тут уже хозяином канона становлюсь я! И да, Квайт будет поражать своими талантами в магии… Мир резко меняется, как все пони оказываются в замке Гармонии, Биг Кастла. Золотой, не теряя времени, вскочил вновь на копыта, приподнимаясь на задние, отчего передними начал создавать движения, испуская разноцветные вспышки.  — Комментируй! — едва ли не приказал Золотому тот же отец Квайта.  — Гуд… Итак, Найтмер Мун повержена, жители помнят это. Атака перевёртышей тоже была, равно и свадьба Ми Аморе Кадензы. Тирек повержен, Дискорд приручен, несостыковки с Деревом Гармонии решены… Но тут закавырка в том, что никто не сможет заметить то, что некоторые события даже не случились, а уже в прошлом. Я окутал гипнозом всю Эквестрию. Они всё помнят, но находятся в прошлом. Примерно, тогда, когда Меткоискателям уже столько, сколько сейчас Квайту. Однолетки. По сути, на этом всё. Никто ничего не заметит, если вы вернётесь обратно домой. Считайте, что время возобновилось, но с малыми изменениями деталей. В крайнем случае, слово Творца — закон всему, что он создаёт и создал.  — И… Что ты будешь делать? — робко спросила Флаттершай, явно подумав о том, что Золотой не отстанет от её нового чада.  — Отдыхать. Кстати…  — Золотой, ну чего ты опять на меня так странно смотришь? — досадливо обернулся к нему Семён. Золотой щёлкнул пальцами, заставляя принцесс — Селестию и Луну — испариться из этого замка.  — Дарк, пора домой! Конец! Итак, мои дорогие читатели. Вот и подошла очередная книга к концу, а Автор начал жаждать отдыха. Подозреваю, что я ещё о многом забыл в сюжете, но всё главное уже раскрыто. Далее, я буду всё объявлять по очереди. 1. Прода будет, но уже в новой, второй части этого фика. 2. Автор сейчас занят тем, что переписывает историю «Пополнения мощи в Эквестрии». Это название поменяется, но возможно не полностью. 3. Вторая часть этой книги, возможно, увидит свет ещё не скоро. Всё остальное в моём профиле. 4. Я рад был видеть вас всех здесь. Не прощаюсь, ибо — до встречи в новой книге!

*      *      *

Немного каламбуров, либо чего ещё в качестве бонуса, пока Автору скучно.

***

Как создавался этот фик. Версия первая.  — Ден, давай устроим порево среди поней, а? — вещала первая мысля, а вдохновение подхватило эту идею, отчего Автор стремительно начал печатать первую главу.  — Ден, а давай сделаем насильника мрачным, угрюмым и эмоционально несчастным? — спросила вторая мысля. Автор так и сделал.  — Ден, а хули ему тогда нужны пони??? Давай жёсткий джен, где Тихий нифига не тихий, а лишь пытается быть им?  — Го! — согласилось вдохновение, заставив Автора перечеркнуть всё и начать новую историю.  — Ден, а давай…  — Пошло оно всё в даль и дальше! — вскрикнул Автор, бацая на Квайта тяжёлое бремя страдать. Теперь он будет страдать от мнимого гнёта принцесс, от проблем с алмазными псами, от проблем с перевёртышами, а отец будет ещё и клоунадой заниматься, а потом Квайт сдохнет в конце… Му-а-ха-ха-ха!

***

Как создавался этот фик. Версия вторая.  — Ден, что-то лайков мало в других работах… Давай создадим что-нить годное? — спросила меня первая мысль.  — Давай! — Автор достал балду и начал писать новый фик от балды.  — Ден, давай добавим легенду о новых персонажах? Например, неизвестный призрак, который скитается по Эквестрии и имеет чёрно-белые цвета в полоску, не считая лица, ибо на нём синие полоски слёз и красные румянцы. А ещё оно будет всегда улыбаться? — говорила первая мысль.  — А тебе не кажется это чем-то знакомым?  — Не, них/я… Отзыв: классная отсылка к Фнафу!  — Бл///… — проговорили Автор и первая мысль вместе.

***

Как создавался этот фик. Версия третья.  — Ден, а ведь маловато сюжета на тему Золотого… — спросила первая мысль.  — Уже пилю! — Автор настрочил пол книги в одно мгновение.  — Ден, а давай немного пасхалок? — спросила вторая мысль.  — Если только немного… — Автор начал добавлять пасхалки. Замечены пасхалки и отсылки к: Фнаф’у, Халф-Лайф’у (Одна была заменена Бетой на отсылку к Деус Эксу), DDLC'у, и Overдофига других.  — А я хотел только могилку Дио вставить… — Автор в шоке взирает на всё это.