Thx for loving me

      Как оказалось, вся следующая неделя не сулила ничего хорошего. Начиная с ужасной погоды, которая несколько раз в день «радовала» проливными дождями, после которых стояла невероятная духота, так ещё и появился какой-то зачинщик скандалов вокруг наставничества. Первокурсники начали создавать группы в социальных сетях, где активно обсуждали систему, наставников и собрания в целом. В не особо лицеприятном свете. И если предупреждение от декана старшие получили один раз, то регулярный разнос от четверокурсников настроения не прибавлял вовсе. И это всё, когда захват флага на носу! Больше всего доставалось Артиту, как главе наставников, который разрывался между наказаниями нерадивых подопечных и укрощением своих вспыльчивых товарищей, доводя себя до изнеможения. С Конгфобом он больше не пересекался за пределами собраний и даже подозревал его в участии в сговоре против наставников.       И вот сейчас, когда последнее собрание перед знаменательным событием в разгаре, первым тревожным звонком стал срыв Прэма. А всё потому, что первокурсник по имени Вад не поздоровался с ним на улице. Мелкая причина для такой агрессии. Артит вовремя останавливает замахнувшегося на младшего друга и выгоняет его с собрания. Потом тщетно мысленно уговаривает себя успокоиться и должным образом закончить последнюю встречу. Достаёт из грудного кармана свою шестерёнку и заводит очередную грозную речь о захвате флага и получении шестерёнки. Точнее НЕ получении её.       — Вы думаете, что всё так просто? Что вы себе позволяете последнее время? Раз вы здесь, значит, уже инженеры? Сердце инженера — вот эта шестерёнка, и пока она у меня — вы просто клоны, толпа, никто, — глава наставников проиграл самому себе и уже разошёлся не на шутку. Он спустился в зал и подошёл к первокурсникам.       — Конгфоб, 0062, встань! — приказал парень и, дождавшись пока младший выполнит приказ, повернулся к нему. — Ты же у нас такой самоуверенный, но что ты сделаешь, если не получишь шестерёнку?       В зале повисла такая тишина, что, кажется, было слышно мерное жужжание случайно залетевшего в зал комара. Строгий, отталкивающий взгляд чёрных глаз и такие же темные, самоуверенные, кидающие вызов глаза напротив. «Как этот человек мог мило смущаться и весело смеяться всего несколько дней назад, а сейчас излучать такую ненависть?!» — Конгфоб не веря помотал головой, но образ главы наставников с отвратительной ухмылкой на лице и скрещенными руками на груди так и стоял перед ним. — «Я сотру с твоего лица эту маску, Артит».       — Я сделаю тебя своей женой.       В зале наступила гробовая тишина. Даже комар притаился, не выдержав напряжения.       — Говорят, то, что принадлежит любимому, принадлежит и тебе. И если я сделаю тебя своим, то твоя шестерёнка станет и моей, — с вызовом закончил Конгфоб. Кажется, кто-то в толпе пискнул.       — Что ты сказал? — мгновение, и Артит бросается на младшего, резко хватая его за грудки, и замахивается, уже представляя, как своим кулаком сотрет наглость и вседозволенность с этого лица, но вездесущий Нотт перехватывает его руку и силой заставляет парня сделать несколько шагов назад. Наставник вырывается из кольца рук друга и кивает ему, показывая, что уже взял себя в руки.       — Ну, что ж, Конгфоб, если ты такой дерзкий, докажи на деле в пятницу. Но пока шестерёнка всё ещё у меня. Собрание закончено.       Когда наставники покинули зал, первокурсники тут же один за другим начали подходить к герою этого вечера. Кто-то просто хлопал его по плечу, кто-то восторгался его храбростью. Но младшему было не до этого. Раздраженно схватив рюкзак, он поспешил на выход, расталкивая некоторых ребят. Почему у него язык чаще работает несогласованно с мозгом? И вот как теперь смотреть в глаза наставнику? Он ведь его теперь будет ненавидеть, все видели, как Артит аж побелел от гнева. Первокурсник признавал, что перегнул палку, но вот извиняться желания не было. Оба виноваты. «Надеюсь, у него не будет из-за этого неприятностей» — с каким-то отчаяньем подумал Конг, направляясь прямо к своему общежитию.       Но надеждам Конгфоба не суждено было сбыться. Задремавшего после тяжелого дня главу наставников разбудил рингтон его телефона.       — Да, Нотт, в чем дело? — парень неохотно ответил на звонок.       — Артит, тебя вызывает декан. Срочно, — напряжённый голос друга не предвещал ничего хорошего.       — Хорошо, — коротко ответил глава наставников и, умывшись, помчался в главный корпус университета.       Спустя час Артит вышел из здания в весьма подавленном настроении. Он сразу заметил группу парней в бордовых рубашках и направился к ним. Подойдя к ожидавшим его друзьям, он коротко ответил на еще не успевший сформироваться важный вопрос:       — Кто-то рассказал про сегодняшний инцидент. Меня отстранили от наставничества. Захват флага без меня, — выслушивать возмущенные возгласы Брайта и Прэма или ловить сочувствующие взгляды Нотта и других ребят совершенно не хотелось, поэтому Артит сразу же направился в сторону общежития, только махнув товарищам рукой. Даже слова поддержки сейчас были неуместны. Голова просто раскалывалась, хотелось просто лечь спать, чтобы этот день наконец-то закончился. Но ночью его ждал еще один «сюрприз». Артит проснулся от жуткой боли в горле и от того, что вся его одежда пропиталась липким потом. Проклиная весь мир, он стянул с себя футболку и посильнее закутался в одеяло.       К четвергу Конгфоб совсем извелся. После некоторых раздумий он все-таки понял, что поступил некорректно, унизив своими словами главу наставников перед всем курсом. Он даже готов был извиниться перед старшим, отжаться двести раз или пробежать пятьдесят четыре круга, вот только Артит как будто испарился. Конг не мог выследить его ни в университете в учебное время, ни в столовой, ни в кругу друзей. Непонятная тревога закралась в сердце, и младший, больше не задумываясь ни о чем, просто подошел к столу наставников в обеденный перерыв.       — Добрый день. — Конгфоб вежливо поздоровался со старшими, чуть склонившись в привычном «вай». — Я бы хотел поговорить с Пи’Артитом, но не могу его найти.       — Шёл бы ты отсюда. Поговорил уже, — тут же вскочил Прэм.       — Успокойся, Прэм, держи себя в руках, — со вздохом остановил его Нотт, поворачиваясь к первокурснику. — Артит болеет, он не посещает занятия.       — Вот как… — почему-то о возможной болезни младший как раз и не подумал, но… — Но завтра же день захвата флага. Я тогда навещу его.       — Он отстранен. Не без твоей помощи, 0062. И поверь мне, видеть он тебя не хочет. Иди готовься, завтра будет непросто.       — Нотт, какого черта ты с ним якшаешься? Пойдем уже, скоро пара начнется, — обычно дружелюбный Брайт бросил на Конгфоба обвиняющий взгляд и потащил товарищей в сторону главного корпуса.       — Конг, ты идёшь? — Эм не дал зациклиться на словах старших и тоже потащил первокурсника на очередное занятие, только математический анализ никак не хотел усваиваться, и Конгфоб, уже даже не вникая, просто делал вид, что пишет конспект за преподавателем. А вот мысли о том, что главное событие года для первокурсников пройдет без их главного наставника, совершенно не выходили из головы. Это, черт подери, несправедливо! Младший планировал наконец-то доказать Артиту, что достоин учиться на инженерном факультете и что подходит к этому с серьёзными намерениями. Так не пойдет, надо что-то делать. Высидев кое-как до конца пары, первокурсник сорвался с места и уверенно пошел прямо к декану. Надо разъяснить ситуацию.       Через час Конгфоб вышел из кабинета декана выпотрошенный морально, но вполне довольный. Он признался, что сам спровоцировал конфликт, и Пи’Артит совершенно точно не собирался начинать драку, а просто схватил его, но сдержался. Прочитав ему поучительную и воспитательную лекцию, Конга все же отпустили, аргументировав его поведение «усталостью». Ведь оценки у него были хорошие, а победа в университетском конкурсе тоже давала преимущества. Да и отличные манеры, говорили о том, что младший больше не совершит такой ошибки. И Артита решено было восстановить в должности главы наставника. А понимание того, что завтра он увидит своего старшего, разлилось теплом по всему телу и отразилось на лице в виде идиотской улыбки.       Вот только в назначенное время в отведенный день, когда первокурсники без видимого энтузиазма выстроились в ряды, ожидая начала мероприятия, во главе наставников стоял совсем не Артит. Но все было готово.       — Первокурсники, здравствуйте, — громко и совершенно спокойно начал Нотт, — сегодня настал тот день, когда вы покажете всё, на что способны, чтобы взять этот флаг, — парень показал рукой на огромный флаг с инженерной символикой за своей спиной. — Но вам придется нелегко. Вам предстоит пройти цепочку заданий. Она состоит из четырёх частей. В конце каждого блока испытания вы будете находить ключи и открывать вот эти замки, — наставник показал на замок, который висел у него на поясе. — Как вы заметили, эти ключи символизируют нас, ваших наставников. Чтобы взять флаг, вы должны найти подход к каждому. Вспомните всё, чему мы вас учили. Когда все замки будут открыты, вы сможете забрать флаг.       — Начало испытания воооон там, у наших помощников. На выполнение у вас 4 часа. Начали, — закончил Прэм.       Первокурсники сразу засуетились и направились в сторону начала испытания, бурно обсуждая план действий вперемешку с отсутствием «дьявола». Собравшись в несколько компаний, каждый высказывал возможные варианты разгадок и делился с остальными. После часа бесконечных попыток сдвинуться хотя бы на шаг ребята немного приуныли и решили передохнуть несколько минут. Конгфоб направился к умывальнику за трибунами, чтобы хоть немного охладиться. Палящее солнце явно не способствовало хорошему мышлению. Вот если бы другое Солнце было здесь… Краем глаза младший заметил одинокую фигуру возле трибуны, на которой стояли наставники, и тихо рассмеялся. Артит был здесь. Он наблюдал за ними!       — Пи’, здравствуй, — Конг тут же направился к отдельно стоящему в тени третьекурснику, отмечая, что тот действительно выглядит неважно. Какой-то слишком бледный и осунувшийся, — почему ты здесь, а не…       — Конгфоб, — тихо, сквозь боль в горле просипел Артит, зачем терять время на разговоры, если они вообще еще ничего не решили?! — вы и так много времени потратили впустую. Иди и помоги своим товарищам. Вспомните всё, что я говорил вам на собраниях. Я в вас верю. — Но видя, что младший уже было открыл рот что-то возразить, добавил, — Мы поговорим позднее. Иди.       И Конг пошел. И как-то сразу первокурсники поняли, что задания ассоциируются с системой «Сотус» и её значением. Правильно распределив силы, шаг за шагом все стремились к конечной цели, даже вызывая улыбки наставников. К концу дня все ребята были уставшие, но как ни странно, счастливые. Все словно почувствовали, как стали ближе друг к другу, словно большая семья. И поняли, что сохранят эти воспоминания у себя на всю оставшуюся жизнь. Преодолев последний рубеж, староста группы взял в руки флаг, вызывая восторженные крики первокурсников. Конгфобу и вправду понравились некоторые задания и то, как они все вместе их решали. И он наконец понял, в чем заключается система «Сотус».       — Первокурсники, вы все справились, вы молодцы! Мы, ваши наставники, гордимся всеми вами, — Нотт сдержанно улыбнулся, — отныне мы стали ближе к вам, теперь мы не просто наставники, а ваши старшие братья. Мы будем заботиться о вас и помогать вам. Но! Главную вещь, шестерёнку, вы не получите, — наставник окинул взглядом ряды напуганных и расстроенных студентов. — Не сегодня. Их вы получите на следующей неделе, после зачётов на выездной церемонии посвящения. А пока — приглашаем всех на традиционную церемонию повязывания нитей.       Пока на стадионе творился настоящий хаос радости, младший нашёл глазами главу наставника и поспешил к нему.       — Пи', — довольно улыбнулся, подходя к Артиту, — я справился?       — Вы справились все вместе, — сдержанно ответил старший, проводя взглядом группу «первашей», прошедших за спиной Конгфоба, — я не могу оценить только тебя.       — Тебе и вправду так сложно просто похвалить меня? — парень продолжал улыбаться, но тут же одернул себя и уже серьезно сказал. — Я хотел извиниться за то собрание. Вышло не очень хорошо, тем более я узнал, что тебя отстранили из-за этого. Я сразу же попытался исправить ситуацию, но ты не участвовал сегодня. Тебя не восстановили?       — Да проехали, что было, то было. Но знай, это последнее предупреждение! В следующий раз буду серьезно наказывать, — как можно строже предупредил Артит. — Восстановили, просто некогда было еще раз менять план заданий. Иди, вон, там начинается церемония.       — Уже не будешь. Я ведь больше не твой подопечный, а ты не мой наставник.       — Я останусь твоим наставникам до тех пор, пока не выпущусь, чем ты слушаешь только. Иди уже!       — Пи', ты просто обязан после всего повязать мне повязку. Думаю, я этого заслужил.       — Ты ведь не успокоишься, пока не получишь своё, а? — Артит взял парня за руку выше локтя и потащил к палаткам, где проходила традиционная церемония. — Сядь, я сейчас подойду.       — Как ты заметил, я всегда стараюсь добиваться своих целей, — тихо прошептал Конгфоб, когда наставник вернулся, — ты столько раз на меня орал и наказывал, что только ты достоин подвести эту черту. Но мне понравилось, — чуть осекся, — нет, не то, что меня наказывают, а то, что я встретил тебя.       — Конгфоб! — прошипел Артит, оглядываясь по сторонам и опять смущаясь. И почему этот подопечный вечно ставит его в неловкое положение! Наставник присел на заготовленные подушки перед маленьким столиком, на котором стояла свеча и лежали белые ниточки. Взяв одну, он поднял глаза и встретился взглядом с Конгом. — Протяни руку, — попросил он и медленно завязал нить, проговаривая пожелания. — Учись прилежно, помни обо всем, чему я тебя научил, и цени дружбу. Готово. — Парень отпустил руки на колени и снова поднял взгляд.       — Спасибо, Пи’Артит. Я буду особенно ценить твою дружбу. Надеюсь, в будущем мы не прекратим общаться. Я правда на это надеюсь, — младший посмотрел на повязанную нить и медленно провел пальцем по белой полоске, а потом как-то странно посмотрел на старшего. — Знаешь, что? В свете этих свечей ты выглядишь ещё красивее. А еще ты говорил про какой-то сюрприз. Это про поездку или что-то лично для меня?       Артит закатил глаза. Кажется, смущаться и краснеть уже просто не было сил.       — Вот ещё. Конечно я имел в виду поездку. Но куда именно я не скажу тебе, даже не проси, — предугадывая последующий вопрос, Артит помотал головой. — Знаешь, Конгфоб, 0062, ты просто невыносим, — то есть «невероятен» подумал наставник.       — Я правда так невыносим? Тебе неприятно со мной общаться? Вон посмотри, — первокурсник указал парню куда-то влево, — Прэм и Вад помирились. Вокруг них только искорки не горят. Почему у нас так быть не может?       Артит задумчиво посмотрел сначала на Вада, потом на Конгфоба.       — Кажется, я уже спрашивал тебя однажды… — парень замолчал, кивая в ответ на приветствие второкурсников. — Давай поговорим с тобой после посвящения, а пока ты будешь прилежно учиться. Иди уже, любитель стимулов.       — Конечно. Отдохни хорошо, Пи’. И выздоравливай, — Конгфоб вежливо попрощался и направился в сторону друзей. Те уже получили свои ниточки и делились впечатлениями. Теперь все было хорошо, и можно было предаться всеобщему веселью.