Thx for loving me

      Остаток ночи прошел спокойно, и Артиту даже удалось выспаться. Проснулся он, когда на часах было девять часов утра. Неуверенно встав и пройдя в ванную, третьекурсник умылся и взглянул на себя в зеркало. Да уж. Показываться кому-то на глаза явно не стоит. Воспоминания о ночном позоре тяжёлым грузом лежали на душе, и парень, чертыхаясь про себя о незаслуженной черной полосе в его жизни, вернулся в кровать и закрыл глаза. Но планы на отсутствие контакта с любым живым существом на планете разрушил, конечно же, Конгфоб, который абсолютно безапелляционно завалился к нему в комнату и начал распаковывать пакеты с едой. К тому времени Артит окончательно пришел в себя, ещё раз умылся, надеясь на то, что с водой уйдут и все эти неприятности, и залип в телефон. Чувствовал он себя, как ни странно, гораздо лучше. Было как-то пусто и равнодушно, что на данный момент вполне приемлемо. Правда, сомневаться в том, что младший поднимет больную тему — даже не приходилось. — Как ты себя чувствуешь, Пи? — Конгфоб закончил сервировать стол и обернулся на старшего. — Уже не такой бледный… Ты сегодня ел? — младший уверенно задавал вопросы, но судя по тому, что в ответ удосуживался только жестов головой, речь к третьекурснику так и не вернулась. — Давай покушаем и поедем в клинику. Мы вчера об этом говорили.       Взгляд наставника очень красноречиво говорил о категорическом отказе такому плану. Встав и расправив покрывало на кровати, он прошел и сел за стол. Было накрыто на двоих и парень, расположившись напротив Конга, сразу принялся за еду. Он и не подозревал, что так проголодался. Ничто бы не испортило такой аппетит… — Да, Пи’Артит. То, что произошло ночью — ненормально. И это не обсуждается! … как упрямый Конг. Шумно выдохнув, глава наставников понял, что спорить бесполезно и бессмысленно. Конечно же, он сам горел желанием полностью прийти в себя и вернуться к привычному укладу жизни, но очередной мозгоправ не вызывал доверия и не прибавлял уверенности в лучший исход. Максимально медленно дожевав свой обед, Артит убрал за собой и младшим со стола и, обрадовавшись возможности еще немного потянуть время, принялся мыть посуду. Конгфоб, следя за действиями старшего, только нервно постукивал пальцами по поверхности стола и думал, чего добивается лидер наставников таким поведением. Терпение не железное даже у него. Мало того, что старший демонстративно не общался с ним, хотя бы посредством письма, как прежде, так еще и тянул резину. Надоело.  — Ладно. Если не хочешь — не езжай. Я тебя заставлять не буду. — Конг вложил в свою интонацию максимум разочарования и встал из-за стола, отмечая, как тарелка, находившаяся в руке Артита, тут же была отложена, а тот уже на ходу переодевал футболку и вскоре, полностью собранный и хмурый, стоял перед младшим. — Ого. Так быстро. И даже медленно шнурки завязывать не будешь? — младший скептически поднял бровь и усмехнулся. Взяв телефон, он заказал такси. — Пока присядь, я такси заказал. ***       Через двадцать минут ребята уже комфортно устроились на заднем сиденье белой Мазды. Лидер наставников выглядел вполне спокойно и сразу же равнодушно уставился в окно, но сжатые пальцы на колене говорили о том, что это спокойствие демонстративно. Конг аккуратно взял его за руку, воспользовавшись тем, что ладонь от неожиданности на секунду расслабилась, и переплел пальцы. — Не волнуйся ты так. Я буду с тобой в кабинете, если пустят. Конечно, если ты не против.       Наставник сначала удивлённо посмотрел на сплетённые руки на худом колене, а затем на самого обладателя. Благодарно улыбнувшись, он кивнул, наклонился и поцеловал Конгфоба в щёку, придвигаясь ближе и прислоняясь всем боком. Машина подъехала к огромному белому зданию и заехала на парковку. Артит нехотя отпустил руку младшего и вышел из машины, нахмуренно озираясь по сторонам. — Идём, Пи. — Конг снова хотел было взять за руку старшего, но вовремя остановился, вспомнив, как наставник относится к прилюдным тактильным действиям. В регистратуре Артит заполнил необходимые документы, а первокурсник втихаря заплатил требуемую сумму. Оставалось подождать чуть больше десяти минут. Взяв заполненный бланк, парни прошли к нужному кабинету и сели на скамью перед дверью. На удивление, в коридоре, кроме них, было совершенно безлюдно, что порадовало Конгфоба и вызвало скептический смешок у Артита. Похоже псих он здесь один. Отвлек старшего самый нежеланный сейчас вопрос, который только мог существовать на свете. — Думаю, что мне все же надо быть там с тобой. Чтобы рассказать что произошло и… Пи’Артит, что тебе ночью приснилось? Думаю, об этом тоже стоит рассказать.       Лидер наставников в ужасе покачал головой. Нет уж, он никогда никому не расскажет, что его грубо трахнули во сне его насильники. Это слишком. Хвала Будде, из кабинета к ним вышел доктор и назвал имя Артита. Ребята встали и вежливо поклонились. — Артит, можешь пройти в мой кабинет. А Вы, прошу прощения, кто? Родственник? — мужчина перевел взгляд на Конгфоба. — Нет, я друг. Я хотел бы с Вами поговорить перед сеансом. — Конг доброжелательно улыбнулся и они все вместе прошли в кабинет. В комнате играла приятная музыка и царила уютная атмосфера. Обманчиво. Глава наставников устроился на диванчике, а доктор и первокурсник отошли в другую часть кабинета и тихо переговаривались. Очень тактично, что уж там. Через несколько минут Конгфоб прошел к выходу, возле двери обернулся и ободряюще улыбнулся наставнику. Остаться ему не разрешили. Конфиденциальность и врачебная тайна. Ничего не поделаешь. Младший устроился в коридоре, молясь про себя, чтобы все прошло удачно.       И действительно, первый сеанс прошел для Артита необычно. Во-первых, Пи’Джон оказался молодым и приятным человеком с симпатичной внешностью и глубоким низким голосом. Чем-то он притягивал внимание, а не отталкивал, как некоторые старые больничные хрыщи. Во-вторых, доктор не пытался вывернуть его наизнанку, как предыдущий, а просто всякими методами пытался расслабить тело и отключить разум. И это давало какой-то толчок. Например, когда наставник практически уснул под шум прибоя и тихий баритон мужчины, тот внезапно задал вопрос, на который парень четко ответил «да». Но как только он сам услышал свой голос, тут же запаниковал и закрылся вновь. Больше у него в этот день ничего не получалось, как бы он не старался, а к концу сеанса голова взорвалась болью в висках, а тело охватило мелкой дрожью. — Хорошо, Артит, хорошо, все отлично, — бодро сказал Пи’Джон, — отдохни немного и я тебя отпущу к твоему другу. А я пока отлучусь. Расслабляйся, Нонг.       Мужчина сделал пару заметок в своем блокноте и тихо вышел из кабинета, сразу натыкаясь взглядом на друга пациента, и уверенно присел рядом. — Ну, что ж, мне все понятно. В связи с негативными воспоминаниями, Артит поставил себе ментальный барьер, думая, что это спасет его от повторения ситуации. Вообще-то, по опыту, самым эффективным вариантом лечения является искусственное введение пациента в подобную стрессовую ситуацию, то есть в нашем случае — это инсценировка нападения. Но никто не может гарантировать, как поведет себя Артит. Есть и другие методы, конечно же, более гуманные, но более долгие. — Я слышал о подобном. Но, тогда это были ситуации связанные с боязнью воды, землетрясения, высоты и прочее. А сексуальное насилие… Это же так специфично. Разве такой способ действенный? — младший удивленно посмотрел на врача, явно недовольный такой перспективой. Какой сумасшедший согласится на подобное? — Я бы предпочел узнать о других методах. — Конечно, никто не собирается насиловать Артита, — улыбнулся и примирительно поднял руки вверх Пи’Джон, — Я имел в виду действия максимально приближенные. Но не настоящие. Но Вы правы, такое можно проводить только с разрешения родственников, и вряд ли кто-то подпишется на такое. — Мужчина покачал головой и, достав из кармана визитку, протянул Конгфобу, — Второй метод заключается в том, что я попробую обмануть его мозг, запутать разум и заставить открыться обратно нашему бренному миру. Я составлю график посещений и скину его Артиту. Или лучше общаться через Вас? Кажется, Вы близки ему, раз он осмелился прийти с Вами. Обычно ко мне ведут пациентов насильно родители. Ну, что ж, на сегодня я закончил. Прошу Вас, звоните, если будут осложнения вне моего офиса.       Артит вышел через десять минут, немного бледный, растерянный, но расслабленный. Смотря на любимое лицо, Конгфоб пообещал себе, что в лепешку расшибется, но никогда больше не позволит испытать подобное любимому человеку. Именно любимому. А вопрос с их «дружбой» надо срочно решать. — Давай, прогуляемся, Пи’Артит, погода сегодня замечательная. Да и в кафешке пообедаем, — парень встает навстречу и открыто улыбается, замечая легкий кивок старшего. — Как врач? Нападать не собирался на тебя?       Артит только фыркнул на подкол Конга и достал телефон, набирая текст, — «Все доктора ненормальные, но этот, по крайней мере, не хотел выпотрошить мой мозг. На самом деле… было неплохо. Давай съездим к озеру». — Да, конечно. У меня сегодня нет дел, поэтому с удовольствием проведу время с тобой. Только сначала пообедаем, я проголодался.       Зайдя в ближайшее небольшое кафе и сделав заказ, ребята молча думали каждый о своем. Младший еще раз прокручивал в голове слова доктора, хаотично придумывая как же помочь Артиту открыться. Что такого он может сделать, чтобы старший полностью ему доверился? Все-таки это важный вопрос, на который требуется время. А сейчас ни в коем случае нельзя дать одному вредному товарищу накрутить чего-либо страшного, поэтому Конг вовлек наставника в непринужденную беседу. Уже привычное молчание теперь не доставляло никаких неловкостей, и младший почти научился задавать вопросы, на которые можно отвечать лишь кивком головы. Но как же он соскучился по голосу старшего! На его вечное недовольство и ворчание, редкие теплые слова, сопровождающиеся смущением. Этого очень не хватало. Будьте прокляты, те ублюдки! Расплатившись, парни поймали такси и поехали к озеру, как и планировали.       К тому моменту, как студенты добрались до озера, уже начало вечереть, и температура воздуха понизилась на пару градусов, что только было на руку для прогулки. Последние деньки выдались такими тяжелыми, что Конгфоб чувствовал усталость, но в то же время неконтролируемый прилив новых сил. Как бы то ни было, они со всем справятся. Поток мотивирующих мыслей прервал наставник, который внезапно схватил его за руку и побежал вправо от центральной аллеи. Крепко сжимая теплую ладошку, младший бежал следом, улыбаясь во весь рот. — Хей, Пи, что за внезапный спринт?       Артит только загадочно улыбнулся и повел бровями вверх-вниз. Выбежав на небольшую полянку, вокруг которой возрастали огромные деревья, что создавали в солнечную погоду тени и скрывали от посторонних глаз, ребята остановились. Подойдя к кромке воды, лидер наставников, не отпуская ладони Конга, показал другой рукой на заходящее солнце, которое уже коснулось горизонта. Вот куда он так спешил — успеть увидеть закат. Открывающийся вид был поистине прекрасен. Небо приобретало розоватый оттенок, а на водной глади красиво переливались солнечные лучи. За это Конгфоб и любил природу. Улыбнувшись, он перевёл взгляд на свою руку, которую продолжал держать наставник, — Пи, вдруг на романтику потянуло?       Услышав насмешку, Артит бросил руку Конга и, скрестив руки на груди, надул губы, старательно отворачиваясь от противного младшего. Такое ощущение, что они поменялись местами. Усаживаясь прямо на траву, парень подтянул к себе колени и положил на них руки и подбородок. — Эй, ну ты чего? Я не смеялся над тобой, Пи, — первокурсник примирительно приобнял старшего за плечи и притянул к себе. — Просто я так рад, что ты чувствуешь себя лучше, что хочется улыбаться и смеяться без конца. Мне очень нравится здесь. Спасибо, что позвал с собой, мне тоже требовалось немного отдохнуть душой, и ты мне это устроил. Мой хороший наставник.       Покосившись на младшего, наставник убедился, что тот не издевается над ним и улыбнулся, показывая пресловутые ямочки на щеках. Когда солнце наполовину ушло под воду, Артит достал телефон и сделал несколько снимков, а потом вдруг резко повернулся и запечатлел мечтательное лицо Конгфоба. Хохотнув, парень улегся на траву, удобно устраивая свою наглую голову на коленях младшего. — Только в инсту не выкладывай, а то обижусь на весь свет, — младший посмотрел на знакомое лицо сверху вниз и, не удержавшись, снова поддел старшего, припоминая ему Чиангмай. Сейчас синяки и мелкие раны на лице Артита начали заживать, а некоторые стали почти незаметными. Конгфоб нежно огладил кожу вокруг самой явной раны на лбу наставника, делая себе заметку, что по возвращению надо будет все хорошо обработать и нанести мазь. Вообще, после известных событий, младший заметил за собой постоянное желание находиться рядом. И успешно это делал, что не могли не заметить окружающие. Да только дураку может быть непонятно, что Конгфоб неровно дышит к своему лидеру инженеров. А Пи это явно не приветствует, поэтому надо снова начать соблюдать субординацию на людях. За своими мыслями парень и не заметил, как стал нежно перебирать волосы наставника, которые уже так заметно отросли. Отвлекся он только на подсунутый под нос телефон. «Ты выглядишь печально. Что тебя беспокоит?» — Артит отчетливо видел, как меняется лицо младшего от мечтательного удовлетворения до беспокойной грусти. Что за мысли могли поселится в всегда спокойной голове?! — Эм, да нет. Ничего не случилось. Просто атмосфера такая, на всякую философию потянуло.       Артит только фыркнул в ответ, недовольно отмечая, что парень что-то скрывает. Но долго злиться не получилось, рука Конга сменила траекторию, пройдясь по кромке уха и задевая мочку, отчего, стайка мурашек пробежалась от макушки вниз по позвоночнику, а тело охватила лёгкая дрожь. Наставник шумно вздохнул и уткнулся носом тому в живот, — Ко-онг…       Услышав родной голос, Конгфоб на пару секунд замер, а сердце пропустило удар. Ему же не послышалось сейчас? — Пи’Артит? Ты… Попробуй еще, скажи что-нибудь!       Наставник открыл глаза и непонимающе посмотрел на Конгфоба. Затем резко сел и развернулся всем корпусом к младшему, — К..о , — в горле пересохло так, как будто туда насыпали тонну песка, а замутило и вовсе как будто вместе со звуками из горла выдавливают внутренности. Наставник откашлялся и прикрыл глаза, пережидая это неприятное чувство. — Тише-тише, Пи, не надо больше. Главное, я уже слышал, — младший притянул парня к себе, заключая в объятия и успокаивающе поглаживая по спине. — Я очень соскучился по твоему голосу. И теперь ты можешь говорить целых два слова. Будем искать во всем плюсы. "Конг" и "нет"... Звучит как девиз, — парень засмеялся, а потом отстранившись, стянул с себя рубашку, оставаясь в футболке, и расстелил её на земле, предлагая расположиться на ней, — Уже и звезды начинают появляться, нужно будет проследить за падающей звездой. И загадать желание, — Конгфоб улыбнулся и снова взял руку старшего в свою, устраивая рядом. Так комфортнее. — Слушай, Пи. Можно… мне сегодня с тобой остаться? Я просто боюсь, что тебе снова может присниться кошмар, — немного помолчав, решил все-таки спросить Конг, поворачивая голову на бок, чтобы увидеть ответ. Артит лежал на спине и смотрел на звезды. Казалось, он вообще не двигался, но мимолетный кивок оказался как гром среди ясного неба. Тогда можно попробовать зайти дальше… — Расскажи, что тебе снилось.       Пару минут ничего не происходило. Потом лидер наставников встал, достал телефон, написал ответ "тоже самое, что было в действительности, только он смог довести дело до конца» и, передав Конгу, отошел на пару шагов, отворачиваясь.       Собственно, это Конгфоб и предполагал. — Это просто кошмар, Пи. Всё несомненно наладится. Просто знай, что ты можешь рассказывать мне обо всем. Не стоит хранить все в себе, это плохо.       Несколько долгих минут наставник просто стоял и смотрел на лежащего перед ним младшего и не мог оторвать взгляд от красивого, спокойного лица. Но небольшая морщинка на лбу говорила, что тот о чём-то увлеченно думает. Артит медленно подошёл к импровизированной подстилке, опустился на колени и навис над младшим. Его взгляд встретился с теплый и нежным взглядом первокурсника и, издав какой-то неопределённый звук, похожий на отчаяние, старший склонился и дотянулся своими губами до губ напротив. Поцелуй нельзя было назвать уверенным, но упрямым точно. Конгфоб улыбнулся в любимые губы и, притянув того за шею ближе, углубил поцелуй, врываясь в податливый рот и переплетая языки. Слишком долго он ждал этого момента. Все мысли разом улетучились на задний план, сейчас хотелось только одного — Артита. Аккуратно сменив позицию, парень уже сам нависал над старшим, продолжая целовать его, а руки уже вовсю блуждали по телу, поглаживая талию и бедра. Чувствуя, как по всему телу проходит волна возбуждения, парень немного отстранился и спустился легкими, почти невесомыми поцелуями к нежной шее главы наставников. Безумие. Собрав всю свою волю и терпение, Конгфоб заставил себя отстраниться. — Пи… Ты так красив. — Конг, — И пусть это почти единственное доступное ему слово на данный момент, но оно самое важное. Всё, что сейчас имеет для наставника значение — это Конгфоб. Артит приподнялся на локтях и, обхватив Конга за шею, поцеловал его ещё раз. Но на этот раз поцелуй был нежный, невесомый и сладкий. Оторвав взгляд от раскрасневшихся губ младшего, третьекурсник посмотрел ему в глаза, стараясь разглядеть ответ на свои сомнения. Но в глазах первокурсника плескалась нежность, легкое беспокойство и… надежда? — Я тебя так сильно люблю… Ты даже и не представляешь насколько. Ты — самое важное, что у меня сейчас есть, Пи. Позволь быть с тобой. — Конг… я… — Артит замолчал, почувствовав ком в горле. Лучше он скажет все младшему, как только сможет нормально говорить. Столько слов хотелось сказать, столько всего несказанного ранее хотелось произнести. От нежности сердце сжалось и заныло, а приятный трепет охватил все тело. В глазах защипало, и наставник резко притянул к себе бесценного человека, прижимая к себе, обнимая за плечи, спину, гладя по голове и зарываясь в волосы. Внезапно краем глаза он уловил яркий свет и, повернув голову, увидел след от метеорита. Не успел загадать желание. Ну ничего, будет еще шанс.       Конгфоб горько ухмыльнулся. Несмотря на важность момента, ответ он так и не получил. — Пи, пора возвращаться. Мне ещё надо подготовиться к завтрашним занятиям. Совсем из головы вылетело. ***       Добирались обратно ребята долго, сначала ждали такси около получаса, затем попали в небольшой затор. Усталые, поднялись на свой этаж, и наставник открыл свою дверь, показав жестами, чтобы Конгфоб забрал вещи и приходил к нему, а сам направился прямиком в душ, после которого залип в телефон. Он совсем забыл, что в клинике выключил звук и теперь ужасался количеству пропущенных сообщений и звонков. Больше всего разрывался Брайт, осыпая его и Конга не совсем лицеприятными оборотам. Как раз к этому моменту и вернулся первокурсник и, судя по его обеспокоенному выражению лица, от друга досталось и ему. Отсюда можно сделать простые выводы — Брайт знает, что они были вместе. На секунду наставник захотел провалиться сквозь землю, но быстро пришел в себя, стояло только его взгляду упасть на Конга. Ну и пусть знают. Всё равно. Парень в два шага подошёл к Конгфобу и, взяв его за шею, притянул к себе, дотрагиваясь губами и неспешно целуя.       «Будда, кто ты и куда дел Артита» — пронеслось в голове младшего, прежде чем он с превеликим энтузиазмом ответил на поцелуй, сминая любимые губы до тех пор, пока не понадобился глоток воздуха. — Не переживай насчет того, что другие могут узнать. Я не думаю, что они догадываются, мы ведем себя как обычные близкие друзья.       Артит отпустил Конгфоба и отошёл на шаг, доставая из кармана телефон и быстро и уверенно строча, отточенными движениями пальцев. — «Пусть знают, мне всё равно. Я больше не хочу тебя терять. Я хотел это сказать, когда смогу, но не могу больше ждать. Конгфоб, будь со мной. Как парень». Отдав телефон, парень замер, ожидая ответа.       Прочитав сообщение Конг вошел в небольшой ступор. Он не ожидал. Правда, не ожидал. Артит, который полгода контролировал каждый их совместный шаг, согласен на то, чтобы открыто встречаться. Более того, он первым заговорил о том, чтобы возобновить отношения. Прикусив губу, первокурсник попытался сформулировать поток мыслей, но вышло отвратительно. — Будда, Пи… Я… Я, конечно же, согласен, — широко улыбнулся, чувствуя, что стремительно краснеет, хотя ранее это ему было несвойственно. — Умеешь же ты удивлять все-таки. — «Я голоден. Давай поедим, а потом наконец-то займемся делом! А то так и останешься неучем». — Артит с улыбкой пронаблюдал, как Конгфоб фыркнул и закатил глаза, вот теперь отчетливо узнавая своего Пи. ***       Через несколько минут студенты уже вовсю корпели над заданиями, погрузившись в мир цифр и формул. Заниматься такими вещами поздно вечером было малоприятно, но Конг сам виноват, что тянул почти неделю. Благо, методологию отменили, и презентацию делать не пришлось. К часу ночи с домашними заданиями было закончено, и парни наконец-то легли отдыхать. Взяв телефон в руки, младший поставил будильник и проверил свое расписание на завтра. Заметки подсказали, что пары у него до четырех, а после нужно будет съездить с Фанг в ботанический сад для приобретения растений, которые ей понадобятся для участия в конкурсе при университете. — Да уж… Завтра только вечером освобожусь. А еще же с Эмом должен был поиграть в баскет. Почему в сутках не 48 часов? — «Наслаждайся, пока и этого времени хватает хоть на что-то, потом будет хуже» — Артит зевнул и улегся поудобней на спине, укрываясь одеялом почти до подбородка. Он раздраженно подумал, что должен не пролеживать бока в комнате, а усердно заниматься, чтобы набрать хороший балл и найти достойное место для практики. Завтра же посетит больницу и закроет больничный лист, чтобы вернуться к учёбе. Да, будет тяжело. Будут и сочувствующие взгляды и, возможно, кто-то будет смотреть на него с отвращением, но сидеть в комнате становилось невыносимо и недопустимо. — «Я намерен вернуться к учёбе». — Это отличная новость. Если ты готов, значит уже в состоянии снова грызть гранит науки. А со временем… Ты так говоришь, будто старше меня не на пару лет, а на десяток. Да и не уверен, что второй курс чем-то тяжелее первого. Кажется, даже проще. Да и третий тоже. — «Посмотрим, КАК ты заговоришь в следующем году, Конгфоб», — Артит даже немного обиделся и, надув губы, отвернул голову к стене. Первый семестр третьего курса был невероятно сложен для него. Он должен был успевать учиться, организовывать всякие мероприятия, проводить собрания, составлять отчёты для деканов. Он ложился поздно ночью, а вставал рано утром, что было просто кошмаром для такого сони, как наставник. А потом прибавились ещё и эти чувства. Да парень был совершенно вымотан! — "Спокойной ночи". — Не злись, ежик. И тебе спокойной ночи, — Конг улыбнулся, пристроился к Артиту, обнимая его со спины, зарылся носом в его взлохмаченную макушку и блаженно закрыл глаза.