Indifeso.

Skillet - Rebirthing Хибари смерил взглядом провинившихся поджав губы, показывая этим своё отвращение к жалким травоядным, которые разгуливали во время урока по школе. Возможно, Кея спал на крыше (а мы-то знаем, что ГДК спит очень чутко), и вышедшие во двор одноклассники наших ребят потревожили его покой, и тот пошел разбираться. Но по дороге ему попались Тсуна и компания. — Вы шумели, — констатировал факт Хибари, что и стало поводом для наказания в виде избиения. Киоко и Рейвен в панике начали пятится назад, столкнувшись спинами со стеной, сползли по ней вниз и, не делая ни малейшего движения, наблюдали за происходящим. Тем временем, Гокудера и Ямамото загородили собой девушек, а с ними и Тсуну, которого в дрожь бросало от вида своего Хранителя, крепко сжимающего тонфа и уже надвигающегося на ребят. — Забью до смерти, — твердил Хибари. Первым был Ямамото. Кея не пытался атаковать на прямую, поэтому скользнул в сторону, будто собирался подрезать бейсболиста. Неожиданно ГДК появился слева и дал своему противнику под дых, отчего того скрючило и, держась за живот, он упал на колени. — Неужели, ты так просто сдашься, бейсбольный придурок? — нервно спросил Хаято. — Гокудера, осторожно! — во все горло закричала Магнаго, но было уже поздно. Хранитель Облака провернул тот же маневр, благодаря которому парень полетел на пол, оказавшись рядом с Такеши. Оба начали кашлять. Савада, не отрываясь, смотрел на Хибари, который в свою очередь хищным взглядом сверлил взглядом его самого. Тсунаеши понимал, что если он сейчас же ничего конкретно не предпримет, то его будет ожидать участь Ямамото и Гокудеры, а может и похуже. — И это все на что ты способен, ублюдок? — сквозь зубы процедил Гокудера. Итальянец медленно поднялся на ноги, утирая рукавом и из разбитой губы кровь. — Тсуна, бери девчонок и уходи отсюда, мы задержим его насколько сможем, — сказал Такеши, поравнявшись с Хаято. Кея оценивающим взглядом посмотрел на обоих и усмехнулся. Его темного цвета глаза сверкнули. Он начал лупить парней тонфами, будто у него случилось помутнение рассудка. Ямамото нарочно подставился под последующий удар, пока Хаято, увернувшись от него, пытался заехать парню кулаком по лицу, а по возможности повалить ГДК с ног. Не вышло. Хибари ловко прокрутился на месте, поочередно атакуя своим оружием мальчиков, в последствии встал к обоим боком и со всей силы ударил тонфами, посему Хаято и Такеши полетели в разные стороны, впечатавшись в стену. Подрывник врезался в бетонную стену в нескольких сантиметрах от Рейвен, отчего девушка вскрикнула. — Ты как? — дрожащим голосом спросила итальянка, протягивая парню руку, но тот быстро вскочил на ноги, снова утирая кровь с губы. — Уходите, - он прокашлялся. — Но... — Я сказал уходите! Ямамото тоже не сдавался, а наоборот уже дрался с Хибари. И в один прекрасный момент ему повезло: тот вновь повалил его на спину и уже приготовился отражать удары Гокудеры. (Где твоя бдительность, Хибари?) Ямамото ухватился руками за его лодыжку, тем самым привлекая внимание на себя. То и дело подпрыгивая на одной ноге, пытаясь освободится от хватки бейсболиста, ГДК получил в нос. От силы удара он упал на то самое место, где буквально пару минут лежал Такеши, но быстро вскочил на ноги. Подрывник так и стоял с протянутой рукой для удара, опустив голову вниз. — Киоко... тян... — неуверенно начала Магнаго. Девушка посмотрела на рыжеволосую. Сасагава теребила края своей юбки, при каждом новом выкрике и ударе начинала вздрагивать. Киоко не меньше ее самой волновалась за мальчиков. — Почему бы нам действительно не уйти? — почти шепотом отозвалась Сасагава-младшая, прижимая к груди согнутые в коленях ноги. — Тсуна-кун тоже ушел... Действительно, Савады и след простыл. Неужели он струсил и убежал? Бросил друзей в беде? Нет. Тсунаёши незаметно выбежал из помещения. На улице уже было душно, солнце было в зените, поэтому он быстро вспотел, но не останавливался. Сейчас он рассчитывал на помощь своего репетитора, но понятия не имел, где он мог находится. Может быть, Хибари Кея одумается, когда появится малыш Аркобалено? Десятый несколько раз задавался этим вопросом, но был не уверен в содеянном. Образумился он только тогда, когда выбежал за пределы Средней Школы Намимори. — Да что я творю? — паренек не рассчитал шага, посему врезался в нагретый солнцем металл — какой-то рекламный столб. — Савада! Да ты босс как никак! — Тсуна напрягся, попытался подавить боль. — Может, я никудышный босс... но они мои друзья! Это унизительно просить помощи у Реборна... Киоко-тян... она полагается на мою помощь. Мою. А другие?... Нет, так не пойдет, — уверенно заключил Савада и бросился обратно. Тем временем в школьном гардеробе... Кея отпрыгнул назад, проехавшись по начисто вымытому полу, на котором вскоре появились капельки крови. Ямамото и Гокудера - оба были измучены, не говоря уже о их состоянии. Один с рассеченной бровью, у другого разбита губа. Тела были покрыты синяками. Дыхание сбито. Еле стоят на ногах. Киоко и Рейвен не двигались с места, а, поджав ноги под себя и крепко прижавшись друг к другу, ожидали своего «смертного» приговора. Сасагава заплакала. Магнаго держалась, но слезинка так и наровилась устроиться на щеке. Удар. Еще один. ГДК пустил в ходу ноги. Точнее, ногу. Он ударил Гокудеру коленом в живот с такой силой, что тот даже подняться не мог. Удар был для него последним. — Гокудера, поднимайся. Это уже не смешно, — нервным голосом говорил Такеши, после двухминутной паузы. Но парень не реагировал. Только грудь его плавно поднималась и также тихо опускалась. Подрывник больше не мог драться, будучи без сознания. Через несколько минут пал и Ямамото. По началу он дрался достаточно хорошо и умело: уворачивался, отражал атаки, сам понемногу атаковал, как состояние позволяло. Но Хибари Кея не был бы Хибари Кеей, если бы сразу же не просчитал последующие движения соперника. Когда ГДК открылся, он должен был заехать ему кулаком по лицу, но он сжал его запястье, немного вывернув, также как и Хаято ударил его коленом в живот. Японец плюхнулся на пол рядом с другом. — Ямамото! Гокудера! — срывая голос, кричала итальянка. Кея стоял к девушкам спиной, будто дожидаясь этого истошного крика. Его глаза по-кошачьи сверкнули, но он и шагу в их сторону делать не собирался. Просто взглянул холодным, но поистине одурманивающим взглядом. Завораживает, но одновременно отвращает. Брюнетка поднялась на дрожащие, затекшие ноги, крепко сжимая руки в кулачки. Ее лицо скрывала челка, эмоции, которые испытывала итальянка нельзя было передать словами. — Ты что-то хочешь сказать, жалкое травоядное? — с неприязнью оценил ее действия парень. — С таким уродом как ты мне не о чем разговаривать, — ответила девушка. — Хм, — Кея готовился уйти, но его остановила последующая фраза Рейвен. — Куда это ты? Неужели, тебе совесть не позволяет поднять руку на беспомощных девушек? Итальянка подошла к нему впритык. — Вы мне не интересны, — сказал ГДК. — А мне очень интересно, что будет, если я сделаю вот так! — рявкнула Магнаго и достала пистолет, направив дуло на юношу. — Рейвен-тян, откуда у тебя пистолет? — пролепетала Сасагава. — Не уж-то ты собираешься стрелять? — Если выпадет такая возможность, я его лично тупым столовым ножом кастрирую, — ухмыляясь, ответила она. Хибари хмыкнул и с легкостью выбил пистолет у нее из ладони, затем, скрестив руки у нее за спиной, прижал к себе, сдавливая запястья, из-за чего девушка начала кричать и брыкаться. — Что ты, говоришь, сделаешь? — прошептал Кея. — Ты всего лишь жалкое травоядное. Перезарядить оружие не входило в твои планы? Или ты пыталась меня припугнуть? Он сжал ее еще сильнее. — Рейвен-тян! — последующий крик принадлежал Киоко. Казалось, что он эхом отдался по пустынным коридорам школы. — Хибари-сан, — перед входным дверьми появился запыхавшийся Савада. — Отпусти ее. Я, как босс, приказываю тебе отпустить ее! Думали, что не дождемся тебя. — Ты мне приказываешь, Савада Тсунаеши? — не скрывая удивления, уточнил ГДК, оттолкнув Рейвен в сторону. В то же мгновение во дворе послышался лай. Собачий лай. Едва Тсуна успел отскочить, как в помещение влетел Риччи, оседланный Реборном. Доберман остановился в двух прыжках от юноши. — Походу, мы немного припоздали. — голосом Капитана Очевидность сказал младенец. — Думаешь?! — глаза Десятого округлились, но он был, как обычно, проигнорирован. — Хибари, кончай этот цирк и иди заниматься своими делами. Что тебе неймется? — равнодушно говорил карапуз. — Я слышал, что на спортивной площадке устроили драку. Вот, поспеши. ГДК нахмурился. Не говоря ни слова он все же удостоился покинуть их, косо поглядывая на Тсуну. — Так, все живы? — спросил Реборн. — Гокудера и Ямамото без сознания. А так все вроде как в норме. — Ответила Рейвен. — В больницу их? — Ага, щас, — Насмешливо сказал Аркобалено. — Несем их к тебе, а там уже разберемся. Поторопитесь. — Какого ты издеваешься над моим псом? И как он выбрался? — негодовала итальянка. — Я его освободил. А теперь пошли, — сказал Реборн. — Насчет драки я Хибари обманул, поэтому он в любой момент может вернуться. Договорив, малыш и собака вышли во двор. Тсуна положил руку Гокудеры себе на плечи и потащил его к выходу. То же самое сделали и девочки, только «багажом» был бейсболистом.