Indifeso.

Вокруг такая несвойственная этому району Намимори тишина, нарушаемая лишь едва уловимым щебетанием птиц и редким стрекотанием кузнечиков. Сочная зелёная трава и деревья освещены заходящим за горизонт солнцем. Солнце имеет необыкновенный оранжевый цвет, переходящий в ярко-рыжий, с присутствующим насыщенным малиновым оттенком. Когда-то голубое небо потихоньку переходит в темно-синее, уже виднеются маленькие звездочки, которыми скоро будет усыпан небосвод. На улице влажно, воздух становится прохладнее, легкий южный ветер слегка теребит волосы, приятно касается рук, шелестя листвой деревьев. За несколько часов погода поменялась, было намного теплее и уютнее находится на свежем воздухе. Рейвен не торопилась к друзьям, ибо проводить время на улице, особенно после грозы, она любила больше. Как только она пришла домой, то почти сразу же поплелась в ванную, потащив за собой собаку. Думала она очень долго, иногда тупо залипая на какой-нибудь мысли, строго уставившись на предмет в своей комнате, чаще всего которым являлось окно. Увидев и почувствовав на себе теплые прикосновения солнечных лучиков, итальянка устремила взгляд карих глаз на висящие на спинке стула черные кожаные штаны, уже чистые, в которых она ходила на прогулку. Томно вздохнув, она выудила из шкафа легкую темно-бежевую блузку, которую все же нехотя надела, заправив в джинсовые шорты. Магнаго редко носила что-либо подобное, поэтому большинство своего времени затратила на стояние перед зеркалом со сморщенной гримасой, закатывая рукава и собирая волосы то в хвост, то в косу. Наконец, остановившись на косе, итальянка в спешке надела черные кеды и вышла на улицу. Уже подходя к дому друга, она пожалела о своем выборе в одежде. Было не так тепло, как казалось раньше, но возвращаться обратно, чтобы надеть кофту и брюки, она не хотела, потому что и так опаздывала. На крыльце ее встретила мать Тсуны, выходившая во двор, чтобы развесить белье. - Добрый вечер, Рейвен-тян, - приветливо улыбнулась женщина. - Проходи, ребята сидят в комнате у Тсуны-куна. Можешь не разуваться, все равно полы мыть надо. Да и они только тебя ждут, наверняка на прогулку отправятся сразу же. С этими словами Савада легко спустилась по ступенькам и, прижимая к животу таз с бельем, поплелась за дом. Итальянка проводила ее равнодушным взглядом и аккуратно вошла, прикрыв за собой дверь. В прихожей стояло много обуви, что доказывало о местонахождении всей чудной компании. Наверху доносились голоса, но самым слышимым было раздраженное ворчание подрывника. Закатив глаза к потолку, девушка тихо поднялась на второй этаж, прокравшись мимо гостиной, в которой сидели у телевизора Бьянки и дети, очутилась рядом с дверью в комнату Савады. В комнате находились, как и ожидалось, почти все. Кроме Рехея, почему-то. Вокруг стола собрались Хранители дождя и урагана, девчонки. Тсуна сидел, можно сказать, во главе, понимающе глядя на Хаято. Реборн улегся на кровати хозяина комнаты.

Прежде.

После обсуждения с Реборном планов на выходные в комнате стало тихо. Тем для разговоров не было, оставалось только ждать одноклассницу, опаздывавшую на полчаса. Молчание затягивалось, казалось, что вот, сейчас Тсунаеши расскажет что-нибудь или хотя бы девочки предложат поиграть в какую-нибудь игру, но нет. Ни-че-го. - Слушайте, - начал Такеши, причем не очень-то и уверенно, но, видимо, гробовое молчание ему наскучило, - я вот недавно узнал, что Гокудера не такой женоненавистник, как кажется... Уловив на себе злобный, полный ненависти взгляд друга, Ямамото на пару минут заткнулся. Но так как он сказал это вслух и все ребята услышали его слова, то начались расспросы. - К чему ты это? - спросил Савада, нахмурившись. Ямамото посмотрел на уже готовившегося ему врезать Хаято, глупо улыбнулся и, усевшись поудобнее, рассказал о поцелуе. Конечно же, при "таком" свидетеле скрывать чувства к девушке было бессмысленно, но это же Гокудера. Парень всяческими способами пытался отрицать слова друга, но говорил он это совсем неуверенно, что наталкивало на мысль, что он врет. - Стоп, стоп, стоп! - заткнул всех будущий босс Вонголы. - Это личное дело Гокудеры-куна и Рейвен. Давайте не будем лезть в их отношения и сменим тему разгововора. К тому же Гокудера-кун не хочет об этом говорить. В такой ситуации он сказал все правильно. Было нехорошо со стороны ребят приставать с вопросами к человеку. Когда подрывник захочет, он сам об этом расскажет. Но в каждой компании есть такой человек, который может вынести мозг всего за пару минут и довести каждого до невменяемого состояния. - Это как это? - встрепенулась Хару. - Гокудера-сан, они говорят правду? Когда все это началось? Кто кого поцеловал? Как это было? И почему ты выбрал именно ее? Рейвен ничего мне не говорила, да и судя по ее отношению к тебе, она никогда в жизни не стала бы с тобой... Я знаю! Ты совратил ее! Значит, скоро свадьба, да? Ура, Хару будет подружкой невесты! Ура! Хаято хотел расчленить девушку, а потом закопать в лесу. Нет, это, конечно, мастер по вынесению мозга over +100500lvl. Сдерживать себя итальянец не мог, поэтому начал кричать на Миуру, не заметив стоящую в проеме подругу. - Да врет этот бейсбольный придурок! Я бы никогда в жизни к ней не подошел! - Так зачем целовать надо было? - не понял Ямамото. - Она сама меня поцеловала! - оправдывался подрывник, слегка покраснев. Тсунаеши знал, что эта тема зайдет совсем не в то русло, ибо Гокудера не любил, когда его личную жизнь обсуждают, особенно близкие друзья. Паренек был уверен, что это вовсе не слух, ведь Хаято как-то сам ему признался, что такая девушка, как Рейвен, ему более по душе, чем Киоко, Хару и полчище поклониц. Слова Хранителя урагана были с намеком. По спине Дечимо пробежались мурашки, как только он заметил облокотившуюся о дверной косяк Магнаго. Девчонка поднесла указательный палец ко рту, прося друга не говорить о ее присутствии. - Все, - блондин серьезно разозлился, стукнув рукой по столу. - Я не любил, не люблю и не буду любить Рейвен!

Сейчас.

(Включите песню: Air Supply – I'm All Out Of Love)

Эти слова эхом отдались в голове итальянки. Гокудера сказал это очень убедительно, с его-то стальным характером. Сдерживая нахлынувший напор эмоций, она крепче сжала зубы, скрыв глаза под челкой. Киоко была второй, кто заметил в проеме подругу. Она расширила глаза от ужаса, медленно поворачивая голову в сторону одноклассника. - Гокудера-сан, - нервно начала девушка, но парень ее резко оборвал, не желая слушать ни слова. - Я все сказал. - Гокудера-кун... - Гокудера, там... - Ямамото почувствовал свою вину прежде перед Рейвен, сообщив друзьям об увиденном, не подумав о последствиях. Хаято перевел усталый взгляд зеленых глаз на дверь и впал в шоковое состояние. Он никак не ожидал, что способен на такое. Нет, он знал, что может наговорить все что угодно, но... не в это время. Сожалеюще смотря на подругу, подрывник попытался ей все объяснить, но ничего сказать не смог, но это и не требовалось. Уже. Девушка все решила за обоих. - Слушай, ты мог сразу же сказать, что тебе стыдно находиться со мной. Я уже привыкла к такому отношению. Нет, я не буду реветь в подушку, прыгать с крыши и покупать веревку с мылом. Я просто уйду. Надеюсь, мы больше не встретимся. Уеду в эту "опасную" Италию, сдамся Барберее, скажу код и сдохну в камере с родителями. А может уеду на Кавказ, найду разложившийся труп брата и его друзей, пропавших в горной экспедиции два месяца назад и присоединюсь к нему. Прощай, - она горько улыбнулась. - Надо было ехать в Перу, а не в эту гребанную Японию. Общество коренных жителей уж куда лучше, чем твое. Рейвен нервно сглотнула и в спешке удалилась под офанаревшие взгляды друзей. Да, никто не знал о брате итальянки, а слова, сказанные ею, задели каждого. - Гокудера-кун, ты перегнул. - Да, он дебил. - Тупица, - Реборн сказал это громко. - Полностью согласна с милым Реборном. Его вопли из гостиной слышны. - Да вообще идиот. - Глопудера - долбоящер! Нья-ха-ха. - Плохо поступил. - Гокудера-сан, ты дурак. Настоящий мужчина должен уметь сдерживать свои эмоции и чувства, - заключила Хару. - Заткнись, - с придыханием проговорил парень, прикрыв глаза. *** День уже подходил к концу, его краски становились все бледнее и бледнее. Светило медленно склоняется к горизонту, постепенно уходя. Уже август, а значит, ближе к восьми-девяти вечера начинает темнеть. Сумерки спускаются вместе с прохладой. Рейвен быстро вышла на улицу и, не пройдя пары метров, ощутила на себе прикосновение холодного ветра, который взбудоражил загорелую кожу. Держа себя в руках, стараясь не заплакать, она быстрым шагом поплелась к ближайшей детской площадке, идя именно по тому пути, по которому гуляла вместе с ребятами. В наушниках играла не самая радужная песня, которая заставляла сердце биться все чаще и чаще, все быстрее и быстрее. По спине пробежалась дрожь от еще одного дуновения ветра. Темные очертания детской площадки девушка заметила не сразу: фонари не работали, лишь издавали звуки, схожие со скрежетанием. Ветер подул сильнее, отчего качели на железных цепочках стали двигаться, скрипеть. Карусель закружилась, продавленный пол задевал землю. Показалось, что по горке кто-то ходит. Жуткая атмосфера давила на мозг, находится среди этого "балагана" Магнаго не хотела, поэтому, скрестив руки на груди и зажмурившись, она рванула подальше от площадки, через плечо глядя на виднеющуюся издалека горку. Девушка вспомнила, как около двух недель назад она, Гокудера и Ямамото ушли с последнего урока и сидели на этой самой площадке, ожидая Тсуну. - Было весело, - отметила для себя она. Обойдя ларек, где мальчики покупали сигареты и спиртные напитки, она вышла к остановке. Старой остановке, автобус у которой останавливался последний раз около года назад, как говорил ей Тсуна. Мальчики разрисовали баллончиками с краской эту, так называемую, будку, сломали скамью, накидали банок от энергетика, да и Хаято тут тоже постарался. Написал кучу матюгов на итальянском и английском, оставил кучу бычков и разбил единственное окно среди этой груды бетонных стен. Да, было время, было время. Убрав челку с глаз, она ступила на территорию заброшенной стройки. Реборн зачастил водить мальчиков сюда на тренировки. Ночью. Хоть это было на каникулах и по субботам, но все равно часто и всегда надолго. На бетонных глыбах и железных балках до сих пор остались вмятины от Х-баннера Савады Тсунаеши. Именно в этом месте, вокруг кучи строительного мусора, девчонка поняла, что влюбилась в Гокудеру. Как это было? Просто ее слегка задело, а Хранитель урагана и Хранитель дождя вытащили ее из каменной ловушки. Тогда Хаято был близко, смотрел на нее как не на говно, а на человека, а может и друга... - Любовь, - усмехнулась Рейвен, покидая заброшенную стройку. - В таком возрасте она ничего не значит. Особенно с этим болваном. Особенно в такое тяжелое время. Может, действительно стоит уехать? Хотя, - итальянка печально улыбнулась, - Реборн из меня душу за это вытрясет. Около входа тусовалось сборище гопников, с которыми около года назад "танцевал" наш герой-любовник. Трое амбалов курили около изгороди и пили пиво. Услышав голоса, девушка попятилась к другому выходу, но задела ногой бутылку, которая с треском покатилась по бетонной плитке, ударившись о вторую. Один из парней обернулся и, заметив Магнаго, присвистнул, поманив друзей за собой. - Эй, останься с нами, повеселимся, - пробасил один из увальней, делая глоток пива и отбрасывая бутылку в сторону. Темно-коричневое стекло разлетелось в дребезки, как только коснулось изгороди. - Спасибо, обойдусь, - огрызнулась Рейвен и скрылась в недостроенном здании. Амбалы последовали за ней. Так как она знала стройку очень хорошо, потому что сама иногда участвовала в процессе тренировок, то мгновенно рванула в комнату, где хранилась арматура и бетон, за которыми можно спрятаться. Первый парень побежал на второй уровень здания, второй в правое крыло к Рейвен, а третий в левое, где наступил на гвоздь и начал орать. Услышав шаги и как в углу запищали крысы, девушка начала искать дыру в стене, через которую когда-то пролез Рехей, когда его закрыли в этой комнате мальчики. Беда была в том, что Рейвен надо было вылезти из укрытия, пробраться к противоположной стене и там выбраться на улицу. Это далось ей не очень легко. Гопник заглянул в помещение, услышав скрежетание по бетонному полу и как девушка чихнула. - В рот мне ноги, - выругалась итальянка и кинула камень в левый угол, куда и побежал амбал. Сама она аккуратно поползла к заветной дыре и вылезла наружу. Пока шатенка пряталась от хулиганов в здании, на улице стало еще темнее. Около выхода ее поймал неизвестно откуда взявшийся третий ублюдок и, прокричав друзьям о том, что поймал ее, потащил брыкающуюся девушку к наваленным глыбам, швырнув на голый грязный бетон. Магнаго не растерялась и по инерции ударила увальня ногой в живот, но сразу же получила ответный удар по лицу от подбежавшего первого. От пощечины щека покраснела, глаза заслезились от боли. Казалось все, сейчас они ее изнасилуют и закопают где-нибудь на участке, но во время подоспевший парень быстро побил гопников, оставив из без сознания. Блондин помог Рейвен подняться на ноги и, говоря, что все нормально и ее никто не обидит, повел к машине, где их ждало около дюжины мужчин в черных костюмах. *** Тсуна уже делал пятый круг вокруг стола, задумчиво устремившись в пол и бормоча себе что-то под нос. Ребята потихоньку привыкли к топоту, ведь они прекрасно понимали, что он беспокоится за подругу. Рейвен как ушла два часа назад, так и не вернулась. Слова Гокудеры о ее скором возвращении держались в силе все это время, но на этот раз не выдержала Сасагава-младшая. - Нет, я так не могу. А вдруг что-то случилось? Я пошла искать Рейвен-тян, - девушка встала, а за ней последовала Хару, ничего не говоря. - Вы одни не пойдете, - Ямамото тоже поднялся с пола. - Мы тоже идем. Ведь так, Гокудера? - Все верно, - сказал, как отрезал, итальянец и первым чуть ли не бегом понесся вниз, сбив Ламбо с ног. Пятеро подростков выбежали на дорогу и почти сразу же застыли на месте. Буквально в паре метрах от Тсуны остановился черный автомобиль, а за ним еще несколько таких же. Яркий желтый свет фар осветил каждого, отчего ребята начали жмуриться. - Неужели, это... - начал Савада, но тут же закончил. Дверь легко открылась и из машины вылез блондин с обворожительной улыбкой и карими глазами. На его плече уже сидел малыш аркобалено, который незаметно ушел из дома около часа назад. - Привет, Тсуна! - улыбнулся Дино, помахав рукой ребятам. - Надеюсь, вы никого не потеряли? Ромарио - подчиненный Кавалоне - помог Рейвен выбраться из машины. Девушка прижимала к голове пакет со льдом, стирая кровь с губы.