Падший легион

Ночь

      Безлунная ночь опускалась на королевство. Лилово-желтые отблески заката еще освещали кромку неба на западе, но восток и север уже налились чернильными красками безлунницы. Одна за другой зажигались бледные холодные звезды. Древний замок на пологом холме зловеще чернел в тусклом свете гаснущего в сумерках неба. Во дворе замка зажигались факелы, янтарное пламя которых освещало каменный алтарь. Люди в черных одеждах окружили его плотным кольцом. Посреди жертвенника, устланного сухим хворостом и соломой, стоял каменный столб с железными цепями, к которому двое черноволосых мужчин приковывали вырывающегося и кричащего проклятья белокурого юношу. Голое тело парня покрывали свежие черные письмена. — Довольно кричать, кхардское отродье, — мужчина ударил юношу по лицу. — Вы, древопоклонники, не в силах понять, какую честь мы вам оказываем, принося в жертву нашему Владыке. — Себя приносите в жертву и радуйтесь, — сплюнув кровь, прошипел юноша. — Наши боги не требуют крови. — Ваши боги мертвы, — улыбнулся мужчина, проверяя, прочно ли закреплены оковы на пленнике. — Тебе повезло, неразумный. Нынче ты узришь чертоги великого Дараса, одного из высших демонов Сумеречного мира, — объяснял пленнику мужчина, — будь с ним почтителен, иначе он поглотит твою душу, и нам придется искать ему новых рабов из твоих соплеменников.       К алтарю подошли двое подростков. Близнецы, парень и девушка, пятнадцати лет, с кудрявыми черными волосами, радостно улыбались. Юноша помог сестре взобраться на устланный хворостом алтарь, а затем залез сам. — Аниэль, Веста, — поклонился детям мужчина, — вижу, вы уже готовы. — Поскорее бы начали, — встряхнув кудрями, улыбнулась девушка. — Нам уже дали жертвенной крови, — облизнулся юноша. Глаза мальчика, как и его сестры, светились алым. — Я не вижу ваших родителей, — оглядев собравшихся, заметил мужчина. — Отец успокаивает мать, — сердитым тоном ответил Аниэль. — Глупая женщина. Хорошая мать бы радовалась, что сразу двое её детей будут служить Владыке. — А она пошла просить короля поменять жребий, — пожаловалась Веста. — И что сказал Его Величество? — спускаясь с алтаря, поинтересовался собеседник. — Король сказал, что если бы жребий пал на принца, он сам бы вознес его на алтарь, — ответил юноша. — Отец нами очень гордится. Не каждый родитель может похвастаться, что двое его детей служат Великому Дарасу. — А как же старый король Дейеор? — рассмеялась его сестра.       Первый зов горна ознаменовал начало церемонии. Из замка вышел король в сопровождении юного принца. Люди расступались и кланялись монарху, а король, приблизившись к алтарю, в свою очередь, поклонился близнецам. Люди позади короля опустились на колени, воздавая дань уважения призванным Владыкой. Близнецы счастливо улыбались, гордо оглядывая склонившуюся перед ними толпу. Наконец, король выпрямился, а вместе с ним поднялись и подданные. Молодой принц поднес отцу факел. — Дарас, владыка мечей и наш покровитель, прими жертву, достойную твоих чертогов, и возьми под свое крыло двух отроков! Да будут служить они тебе в Сумеречном мире! — торжественно произнес король и поднес факел к соломе на жертвеннике. Огонь быстро расползался и вскоре охватил весь алтарь. Прикованный кхарди вопил от боли, а дети, объятые пламенем, пели и танцевали вокруг него. Их глаза горели алым, как и у всех собравшихся под черным небом первого новолуния лета. Серебряные волосы пленного чернели, опадали пеплом, кожа пузырилась и лоскутами вместе с обгорелой плотью сползала с тела, обнажая белые кости. А близнецы, словно два огненных духа, продолжали танец. Их голоса сплелись с хором поющей толпы, чествовавшей Владыку Дараса. Кровавое пламя поднималось все выше, коптило небо и призывало на пир демонов. Барабаны гремели, трубил рог, люди пели и танцевали вокруг жертвенника, а в сердце костра на мгновение появилась черная тень, и, когда она исчезла, близнецы испарились вместе с ней. Первое новолуние лета, ночь Дараса огласилась радостными криками детей демонов — народа, которого история запомнит как королевство кунгусов.