Только вперёд

У Е Сю редко выпадают свободные дни, как сейчас. У Мо Цяна нет для них работы, а Мучэн утащила Муцю по магазинам - Е Сю с трудом удалось сбежать. Что ж, пока эти двое будут тратить деньги, он будет их зарабатывать. - Надо же, малыш Е! Давненько ты к нам не заглядывал, - приветствует Е Сю менеджер за стойкой интернет-кафе. - Привет-привет, - здоровается тот. - Что новенького? - Признайся, у тебя нюх на новых соперников? Пару дней назад к нам пришёл один парень, я с ним поговорил - не местный, приехал из Циндао к родственникам, но все дни просиживает здесь. Его достижения на Арене не уступают твоим! Заинтересован? - Ещё как! Он сейчас здесь? - Да, зайди в сектор А, там увидишь толпу зрителей у его компьютера. - Спасибо, - отзывается Е Сю и берёт курс на обозначенный сектор. Там и правда оживлённо: вокруг одного стола собралось человек десять, они с интересом смотрят в экран и активно обсуждают происходящее, пока не замечают Е Сю. - Это же малыш Е! Эй-эй, братец Хань, вот тот парень, о котором мы говорили! Е Сю подходит к столу - народ уступает ему место, - и заглядывает в экран. Этот Хань играет страйкером, его АПМ на высоте, и стиль боя достаточно агрессивен - это Е Сю отмечает сразу. Интересно. «Слава!» - всплывает заставка, обозначающая победу страйкера. - Хэй, привет! - говорит Е Сю, когда Хань снимает наушники. - Сразишься со мной? Парень окидывает его суровым взглядом из-под насупленных бровей и коротко кивает. - А ты неразговорчивый, - замечает Е Сю, занимая свободный компьютер. - Как насчёт ставки? - Что ты имеешь в виду? - спрашивает Хань, и голос у него оказывается под стать внешности, грубый и глубокий. - Сыграем на экипировку? - На деньги! - поясняет Е Сю и кладёт на стол купюру номиналом в десять юаней. Хань ещё больше хмурится, но тянется к карману. - Мне плевать на деньги. Я выиграю, - говорит он. - Комната 101, пароль 2403. Е Сю лишь улыбается подобной самоуверенности и заходит на Арену. Спустя час он сгребает со стола россыпь купюр. - Ты... Здорово играешь, - тихо говорит Хань, но Е Сю видит, как напрягаются желваки на его лице. - Хе-хе, твои навыки тоже не так уж плохи, - кивает он в ответ. - Возможно, чуть лучше чем у обычных нубов. Бывай! Е Сю пытается по-быстрому сбежать, но у этого Ханя отличная реакция не только в игре, но и в жизни. Е Сю и десяти шагов сделать не успевает, как его хватают за руку и дёргают назад, а после, вздёрнув футболку до самой груди, чувствительно прикладывают спиной к стене. - Что ты сказал? - рычит Хань ему в лицо. - Только правду и ничего кроме правды! - с улыбкой отзывается Е Сю. Хань умеет давить: он так близко, что Е Сю грудью чувствует жар его тела, твёрдость напряжённых мышц и запах то ли шампуня, то ли одеколона. Губы мгновенно пересыхают, и Е Сю облизывает их, отмечая, как яростный взгляд Ханя впивается в его рот. - Как тебя зовут? - всё так же не отпуская, требовательно спрашивает Хань. - Ты же видел, Один Осенний Лист. - Твоё настоящее имя? Я - Хань Вэньцин, - представляется тот и, отпустив футболку Е Сю, протягивает руку ладонью вверх. - Е Сю, - не отпирается он в ответ, пожимая протянутую ладонь. - Я запомню. Приходи завтра, сыграем ещё. - Хм? Тебе некуда девать деньги? - усмехается Е Сю и видит, как руки Вэньцина вновь сжимаются в кулаки. - Я больше не собираюсь проигрывать! - Ну-ну, посмотрим. До завтра, Хань Вэньцин. Е Сю идёт к выходу, по пути натыкаясь на взволнованного менеджера. - Всё в порядке? Стоит вызвать охрану? - спрашивает он. - Нет, просто у этого парня горячий норов. Сколько с меня? Расплатившись за компьютер, Е Сю покидает интернет-кафе. Он чувствует, что завтра вырвать победу будет ещё сложнее - на самом деле навыки Ханя не уступают навыкам Е Сю. Просто в самом начале он совершил самую распространённую ошибку: недооценил противника. Завтра такого преимущества у Е Сю не будет.

***

- Снова обдирал нубов в интернет-кафе? - спрашивает Муцю, когда Е Сю складывает выигранное в их общую копилку. - Сегодня мне попался интересный соперник. Страйкер, Пустынная Пыль, слыхал о таком? - Он довольно известный персонаж. Я знал, что рано или поздно вы встретитесь на Арене. - Хм. Сходим завтра вместе? - Ему что, мало было? - удивляется Муцю. - Видимо, да, - пожимает плечами Е Сю. - Я хотел продолжить изучение Зонта Тысячи Вероятностей, так что развлекайся без меня. Кстати, вот список нужных материалов, подсобишь? - Не вопрос, - соглашается Е Сю и, вставив в бокс свою карту аккаунта, заходит в Славу.

***

На следующий день Хань Вэньцин снова встречается с этим парнем, Е Сю, и ситуация повторяется. С той лишь разницей, что сегодня победа даётся Е Сю куда тяжелее. Но он, в конце концов, снова сгребает со стола деньги Вэньцина и, отсалютовав напоследок, покидает интернет-кафе. Вэньцин ещё какое-то время сидит за компьютером, уставившись в свой рейтинг поражений, а после поднимается и направляется за Е Сю следом. Он обязан попытаться снова! Сегодня он подготовился, и в этот раз их спарринги длились гораздо дольше, чем вчера. Ещё немного - и он сможет победить! Расплатившись, Вэньцин выходит на улицу и, оглянувшись, замечает Е Сю у магазина через дорогу. Тот стоит в компании каких-то панков, и те, очевидно, настроены не очень дружелюбно - такие вещи Вэньцин за версту чует. - Твои друзья? - спрашивает Вэньцин, подходя к нему со спины. Расправляет плечи и, коротко дёрнув подбородком, хрустит шеей. Вся троица панков ниже него ростом и явно меньше комплекцией - даже втроём они не представляют для него угрозы. Видимо, они это тоже понимают, так как, кинув напоследок что-то невнятное, быстро исчезают из поля зрения Вэньцина. - Хе-хе, напугал их одним лишь взглядом. Ты и правда суров, братец Хань, - улыбается Е Сю. Он вообще ведёт себя спокойно, будто ни капли не испугался уличной шпаны. - Ты честно выиграл мои деньги. Не хочу, чтобы они достались какому-то мусору, - объясняет Вэньцин. - Как благородно. Что ж, думаю, стоит отблагодарить тебя. Идём в макдак? Я сегодня богатый, угощаю! Вэньцин в очередной раз поражается столь непосредственной наглости. Е Сю бесит его до невозможности, но вместе с тем и восхищает - Вэньцин сам не понимает, что испытывает к нему. Они заказывают целый поднос еды, и Вэньцин хочет расспросить Е Сю обо многом, но, откусив от бургера, замирает и забывает жевать, глядя на руки Е Сю. Единственное слово, которое приходит на ум: красиво. У Е Сю красивые тонкие пальцы с короткими ногтями, он аккуратно берёт ломтик картошки-фри и, макнув его в соус, отправляет в рот, касаясь губами подушечки пальца. Слизывает соль, тихо причмокивая. Улыбается... - Ты так голодно смотришь на картошку или на меня? - когда с этих губ срываются едкие слова, Вэньцин приходит в себя. - Под твоим взглядом молоко скиснет, нельзя быть таким страшным, братец Хань! Вэньцин сжимает зубы, но заставляет себя успокоиться. - Сколько тебе лет? - спрашивает он, всё-таки прожевав свой бургер. - Мм, шестнадцать. - Я старше тебя. - Тогда... Старина Хань? - ухмыляется Е Сю и отпивает молочный коктейль через трубочку. - Такой бесстыжий, - шипит Вэньцин, едва сдерживаясь, чтобы не макнуть Е Сю лицом в соусницу. - Бесишь. Даже аппетит пропадает, и Вэньцин, бросив недоеденный бургер, поднимается из-за столика. - Подкинешь мне завтра ещё деньжат? - совершенно спокойно спрашивает Е Сю. - Я выиграю! Приходи в то же время! - рычит Вэньцин. - Хе-хе, посмотрим. До завтра, старина Хань!

***

Но на следующий день Мо Цян нагружает Е Сю и Муцю работой, так что он не приходит в интернет-кафе, а связывается с Пустынной Пылью в игре. Ставкой на Арене в этот раз выступают материалы, нужные Муцю для экспериментов с серебряным оружием. Е Сю видит, что громкое заявление Ханя не было пустым звуком - ему в самом деле удаётся выиграть пять из пятнадцати дуэлей. Но когда у него заканчиваются нужные Муцю материалы, Е Сю прощается с Ханем, не забыв договориться о следующей встрече. Спустя два дня Вэньцин сам назначает Е Сю встречу оффлайн, и в этот раз не в интернет-кафе. Он приходит попрощаться. - Возвращаешься а Циндао? Что ж, удачного пути. Если вдруг раздобудешь нужные мне материалы - обращайся, выбью их на Арене, - усмехается Е Сю. - Как же ты меня бесишь! - рычит Вэньцин уже привычно хватая Е Сю за растянутый ворот футболки. Е Сю его, впрочем, не боится - Вэньцин чувствует, как спокойно бьётся сердце в груди под его сжатой в кулак ладонью. Будто этот мальчишка с самого начала раскусил его, понял, что не ударит, как бы ни злился. Причём, понял даже раньше самого Вэньцина. - Ладно-ладно, старина Хань, ты и так уже порвал мне одну футболку, - с улыбкой проговаривает Е Сю, хлопает Вэньцина по руке - и пальцы разжимаются будто сами собой. - Как-нибудь сразимся снова. Сказав это, Е Сю разворачивается и уходит, отсалютовав на прощание.

***

В следующий раз они встречаются на профессиональном матче. Вэньцин ни черта не понимает. Один Осенний Лист - Е Цю? Он что, неправильно расслышал его имя в их первую встречу? Или аккаунт передали кому-то другому? После соревнования, в котором Великолепная Эра разбила Тиранию, Вэньцин даёт интервью, а сам ищет глазами знакомое лицо среди игроков команды соперников - и не находит. Но этот завораживающий боевой стиль он ни с чьим не спутает! Это был Е Сю! И куда, мать его, он теперь делся?! - Эй! - Вэньцин нетерпеливо окликает одного из игроков Великолепной Эры, и когда тот оборачивается, спрашивает: - Где ваш капитан? - О, Е Цю прячется от прессы. Где-нибудь у чёрного хода, скорее всего, - без обиняков отвечают ему. Он и правда обнаруживается там, стоит за дверью, облокотившись спиной на стену, сжимает всё такими же красивыми пальцами сигарету и выдыхает в небо серебристый дым. С каких пор он курит? Почти не изменился. Разве что волосы чуть длиннее отросли, и хоть теперь они с Вэньцином почти одного роста, Е Сю всё равно ниже. А в глазах его на самом дне зрачков поселилось что-то мутное, как тот же сигаретный дым - они не отражают свет, как раньше. Вэньцин передёргивает плечами, прогоняя наваждение. - Старина Хань, - приветствует Е Сю. - А тебя мне как называть? Что за чехарда с именами? - хмурясь, спрашивает Вэньцин. - Прости-прости, - смеётся Е Сю. - Нельзя же каждому встречному-поперечному говорить своё настоящее имя. Зови меня Е Цю. Блядь! Они и минуты не проговорили, а этот засранец уже довёл Вэньцина до точки кипения! Значит, пока Вэньцин считал его своим сильнейшим соперником, для Е... Цю он был всего лишь "первым встречным"?! Звук, похожий на рычание, сам собой рвётся из груди - Вэньцин сминает ткань ветровки у Е Цю на плече, а тот лишь усмехается и выпускает Вэньцину в лицо сигаретный дым. Он даже не представляет, насколько сейчас близок к смерти. Как сильно Вэньцину хочется сжать пальцы на его белой шее и перехватить своими руками чужое дыхание. А потом он сталкивается с Е Цю взглядом и бессильно разжимает кулаки. Он помнит Е Цю другим - бесстрашным, уверенным в том, что любая выходка сойдёт ему с рук. Теперь же он смотрит безразлично, будто наплевав, ударят его или нет. - Что с тобой стало? - спрашивает Вэньцин. Не то чтобы он хорошо разбирался в людях, но в этот момент брови Е Цю едва заметно вздрагивают, и он наконец-то смотрит прямо на Вэньцина. Не привиделось - эта мутная тьма и правда есть в его глазах. И она совсем не вяжется с привычной наглой ухмылкой. - Я начал играть на порядок лучше. А ты, старина Хань, должен постараться, иначе ваша команда даже в плей-офф не попадёт. Вэньцин успевает сделать шаг назад, прежде чем дверь распахивается, и на улицу высыпают игроки Великолепной Эры. - Кубок будет наш, - говорит Вэньцин на прощание. Е Цю не отвечает ему.

***

В первом сезоне Тирании едва удаётся выбиться в плей-офф, но уже в четвертьфинале они сталкиваются с Великолепной Эрой - и вылетают из дальнейших соревнований. Е Цю в этот раз сам встречает его у выхода. Смеётся. Подначивает. Вэньцин понимает это умом, но не может сдержаться - прижимает этого засранца к стене, совсем как тогда в детстве, и рычит ему в лицо: - Ты ещё не победил! - Это лишь вопрос времени, - возражает Е Цю, наклоняя голову в сторону, чтобы стянутый ворот рубашки не давил на шею. - Ох, от тебя прям разит тестостероном. Нашёл бы себе кого-нибудь на ночь, пар спустить. - Довыпендриваешься - тебя выебу! - тихо и угрожающе обещает Вэньцин. Они так близко, что почти соприкасаются носами, а тёплое дыхание Е Цю ложится на губы Вэньцина. - Старина Хань, ты совсем не умеешь флиртовать, - ухмыляется Е Цю. - Но я подумаю над твоим предложением... Если всё же сможешь стать чемпионом. Лишь дьяволу известно, сколько терпения и нервов понадобилось Вэньцину в тот момент, чтобы не придушить этого ублюдка. - Запомни свои слова. И не смей сбегать, когда я приду за тобой.

***

Ни во втором, ни в третьем сезоне Вэньцину так и не удаётся сдержать своё слово. Он старается изо всех сил: изучает каждый матч Е Цю, его стратегии и тактики, сравнивает его сражения с разными оппонентами - он знает о Е Цю абсолютно всё, но так и не может дотянуться до него. Великолепная Эра раз за разом занимает первые строки рейтингов регулярного сезона и побеждает в чемпионатах. Е Цю раз за разом объявляют лучшим игроком Альянса. Его звезда сияет ослепительно ярко. Всё меняется в четвёртом сезоне. Чжан Синьцзе - чёртов гений, это признают все. Он видит то, чего Вэньцин не мог разглядеть три долгих года. Не бреши, но слабые места в тактиках Е Цю, на которые можно надавить. И Тирания давит - с яростью, со всей накопившейся жаждой чемпионского титула сминает Великолепную Эру, наконец-то сбрасывая абсолютных чемпионов с пьедестала. Вот только Хань Вэньцин боролся не за один лишь кубок - его персональная награда куда дороже статуэток, титулов и славы.

***

Вэньцин нетерпеливо заталкивает Е Цю в свою комнату и громко захлопывает дверь, тут же поворачивая рычажок замка. - Что, никаких цветов, конфет, первого свидания? - усмехается Е Цю. Вэньцин хватает его за ворот рубашки, толкает к стене - белая ткань трещит под пальцами, - и целует, наконец, эти чёртовы губы, с которых так легко слетают колкие замечания. Проталкивает язык в рот - Е Цю стонет в грубый поцелуй, но всё равно отвечает. Пуговицы через одну сыплются на пол - Вэньцину плевать, пока Е Цю не хватает его за руки и не отталкивает от себя. - Давай полегче, - говорит он. - Где тут у тебя душевая? Вэньцин с трудом сдерживается, чтобы снова не наброситься на него. Как же долго он, чёрт возьми, ждал этого дня! То, что поначалу было обычным трэш-током, с годами переросло в реальное желание, прожигающее Вэньцина изнутри. Е Цю несколько лет занимал все его мысли, стал его наваждением, и вот теперь он здесь, с ним, и не собирается сбегать. Можно подождать ещё чуть-чуть. Выдав Е Цю чистое полотенце, Вэньцин переодевается и перекладывает в карман смазку и презервативы. Распахивает окно и глубоко дышит, пытаясь взять себя в руки. Он столько всего хочет сделать с Е Цю... Сколько он думал об этом, сколько видел в полубредовых снах - сердце заходится бешеным ритмом от волнения и предвкушения. Взяв со стола бутылку минералки, Вэньцин глотает воду, будто только что отбегал в спортзале. Дверь ванной распахивается, и на пороге предстаёт абсолютно голый Е Цю - Вэньцин давится, вода льётся по лицу, шее и груди, а сам он безуспешно пытается откашляться. Е Цю же, вытирая волосы полотенцем, подходит к нему и со всей силы лупит ладонью по спине. - Ну-ну, старина Хань, аккуратнее надо быть! - говорит он. Вэньцин в ярости сминает в руке пластиковую бутылку. Снова этот насмешливый тон! - Ты... Бесстыжий ублюдок! - Хе-хе, мне это часто говорят. - Кто?! - рычит Вэньцин. Е Цю на секунду задумывается, а после его губы растягиваются в совсем уж неприличной улыбке. - Оппоненты в игре, а не то что ты подумал. Неужели старина Хань ревнует? Вэньцин не уверен, что это сжигающее изнутри чувство можно назвать ревностью. Это чистая ярость - он готов голыми руками порвать любого, кто ещё видел Е Цю таким. Но сейчас перед ним только сам Е Цю, и Вэньцин впивается пальцами в его плечи, разворачивает к себе спиной и толкает к столу, заставляя нагнуться и упереться в него руками. На узкой белой спине очень чётко выделяются острые лопатки и позвонки - Вэньцин грубо оглаживает шею Е Цю, проводит короткими ногтями вниз до самой поясницы, оставляя красные полосы, сжимает ягодицы, раскрывая Е Цю своему взгляду. А тот сам прогибается под его руками, ложится грудью на стол и поднимает зад выше. - Вперёд. Я подготовился, - говорит он. Подготовился он, блядь. Вэньцин сжимает зубы и трёт сухими пальцами влажную покрасневшую дырку - Е Цю коротко вздрагивает под его руками от неосторожного проникновения. Сжимает пальцы Вэньцина до боли, но всё равно подставляется. Вэньцин достаёт из кармана смазку, выдавливает в ладонь, не жалея, и теперь растягивать тугие гладкие мышцы гораздо легче. Е Цю заметно расслабляется, поднимается на вытянутых руках, подаётся назад - вскрикивает в голос, когда Вэньцин поворачивает запястье и давит вниз. - Чёрт, ну давай уже, - шепчет Е Цю. Вэньцин успевает лишь приспустить штаны и раскатать презерватив по члену - нет больше сил терпеть и смотреть, как Е Цю хочет его. Как дрожит, принимая в себя твёрдый член, пока Вэньцин не прижимается к нему вплотную, надавливая ладонями на вспотевшую спину. Узкий и горячий, наконец-то Вэньцин чувствует его изнутри так, как грезилось на грани сна и яви, когда просыпался, крепко сжимая член в ладони, и кончал, сделав лишь пару резких движений. У Вэньцина голова идёт кругом от избытка ощущений. Он хватает Е Цю за бедро, поднимает его колено на стол и, склонившись, наконец-то находит удобное положение, чтобы можно было оттрахать его на всю длину. Е Цю стонет - тихо, едва слышно, - каждый раз, когда Вэньцин вжимается в него бёдрами, и влажная кожа слипается от пота. Каждое движение подводит ближе к грани, ещё, ещё, ещё... Но в последний момент раздаётся пронзительный скрип - стол скользит ножками по полу и с громким стуком врезается в стену. Вэньцин замирает. Е Цю перестаёт стонать, а через секунду беззвучно смеётся - Вэньцин чувствует, как ритмично сжимаются мышцы у него внутри. - Идём в постель, - говорит он, выпрямляясь на руках и опуская ногу на пол. Отталкивает Вэньцина задом, соскальзывает с члена и, развернувшись, мягко упирается ладонями в грудь, заставляя сделать несколько шагов назад. Вэньцин всё ещё ошарашен недавним казусом - запинается о край кровати и падает на неё, чуть не ударившись затылком об изголовье. Он едва успевает нормально устроиться на подушке, как Е Цю садится сверху на его бёдра, вновь принимая в себя член. Наклоняется назад, упираясь руками в согнутые колени Вэньцина, и задаёт свой плавный ритм. Изгибается всем стройным телом так красиво, что у Вэньцина дыхание перехватывает больше от эмоций, чем от ощущений. И тут он с ужасом понимает, что ему будет мало одной ночи, мало такого Е Цю. Он как наркотик - манит обещанием наслаждения, но стоит попробовать - подсаживаешься, и бросать будет мучительно-больно. Это страшно. Но от всплеска адреналина удовольствие вновь подступает, облизывая тело изнутри, и Вэньцин, зажмурив глаза, вцепляется в бёдра Е Цю, двигаясь ему навстречу. Е Цю нависает над Вэньцином, теперь опираясь на его плечи, смотрит шалыми тёмными глазами из-под взмокшей чёлки и замирает, позволяя трахать себя так, как хочется Вэньцину. Не проходит и минуты, как оргазм взрывает тело яркими ощущениями, оглушает и ослепляет до черноты перед глазами. Ещё не до конца придя в себя, Вэньцин чувствует нежные пальцы, перебирающие его волосы. Они касаются лица, губ, давят на зубы, заставляя открыть рот, и когда Вэньцин поднимает взгляд - видит стоящего над ним на коленях Е Цю. Тот быстро водит рукой по члену, задевая губы влажной головкой, и Вэньцин успевает только высунуть язык, прежде чем ему в рот, на губы и щёки падают горькие вязкие капли. Сглотнув, Вэньцин стаскивает майку и вытирает ею лицо. Смотрит вслед Е Цю, который, чуть пошатываясь, идёт к своей ветровке, валяющейся на полу, и достаёт из кармана пачку сигарет. Накидывает порванную белую рубашку и, открыв форточку, прикуривает. Его светлый стройный силуэт на фоне тёмного окна выглядит совсем нереальным. Вэньцин стягивает и выкидывает презерватив, прежде чем подойти к Е Цю. - И что дальше? - спрашивает он, обхватывая ладонями узкие бёдра. Кожа Е Цю уже остыла, и собственные руки кажутся слишком горячими. - Отпуск и пятый сезон, само собой, - просто отвечает Е Цю. Вэньцин не уточняет свой вопрос - тон Е Цю быстро выбивает из его головы все непривычно-сентиментальные мысли. Вспыхнувшая злость возрождает утихшее было возбуждение, и Вэньцин задирает лёгкую ткань рубашки, вновь втираясь членом между ягодиц Е Цю. Там ещё горячо и влажно от смазки, и мышцы легко растягиваются на твёрдой головке. Е Цю тихо выдыхает последнюю затяжку, окурок летит за окно рыжей кометой. Серый дым разлетается клубами в стороны, ударившись о стекло - Е Цю упирается в него вмиг вспотевшей ладонью, оставляя чёткий след. Вэньцину плевать, если их увидят с улицы. Пусть. Пусть знают, что сегодня Е Цю - наконец-то! - принадлежит ему.

***

Е Сю уже с полчаса стоит у окна и наблюдает интереснейшую картину: внизу, напротив входа в здание клуба Великолепной Эры, снуёт парень в худи с накинутым на голову капюшоном и в больших солнцезащитных очках. Забавности ситуации добавляет измятый белый цветок в его руках, который парень то с недоумением разглядывает, то пытается запихать в карман, то, задумавшись, подносит к лицу. Охрана наверняка уже приметила его и приняла за поклонника Су Мучэн, вот только Е Сю прекрасно видит, что это никто иной, как Хань Вэньцин, капитан действующей команды чемпионов. И, к сожалению, явился он вовсе не к Мучэн. - О, надо же, он действительно прилетел! Вспомни солнце - вот и лучик, думает Е Сю, оборачиваясь к Мучэн. - Только не говори, что это ты его позвала, - вздыхает он, прикуривая сигарету. Так получилось, что им с Мучэн единственным из команды некуда уезжать на время отпуска, и они обычно остаются в клубе, продолжая тренироваться и оттачивая игру в паре. Так было до того, как Мучэн официально вступила в команду - так продолжается и до сих пор. - Хе-хе, - откликается Мучэн, и Е Сю с ужасом слышит в её голосе знакомые - собственные - интонации. - Предательница. - Ты же сам ни за что не сделаешь первый шаг. Тебе нужна моя помощь! - радостно заявляет она. - Муму, я взрослый человек... - Так и веди себя по-взрослому, - перестав улыбаться, серьёзно и веско перебивает Мучэн. - Это... - Только скажи, что это не моё дело, клянусь, я тресну тебя чем-нибудь тяжёлым! - она сердито тычет нежным пальчиком в сторону Е Сю, но вскоре её плечи опадают, она прижимает раскрытую ладонь к его груди и тихо продолжает: - Хватит жить прошлым. Муцю бы это не понравилось. Едкий дым застревает в горле - с трудом выдохнув, Е Сю выкидывает недокуренную сигарету и кладёт пропахшую смолой руку Мучэн на макушку. Это не первый их подобный разговор, и Е Сю умом понимает, что Мучэн права, но за последние пять лет он так привык изводить себя тоской, что вернуться к прошлой жизни кажется нереальным. Он даже не пытался, на самом деле. Хань Вэньцин - один из немногих, кто помнит Е Сю другим. Знает его настоящее имя. Они общались не дольше недели, но потом, когда они спустя два года встретились вновь, Хань сразу заметил перемены в Е Сю. Тогда-то Е Сю впервые посмотрел на него по-настоящему. Совсем недавно, когда Тирания вырвала кубок первенства из рук Великолепной Эры, в ту ночь они, измотав друг друга, уснули в одной постели. Просыпаться в чужих крепких руках оказалось тепло и спокойно. А потом Хань Вэньцин - суровый, грубый и ни разу не обходительный - так нежно обводил кончиками пальцев лицо Е Сю, думая, что тот спит... У Е Сю горло сдавливало от волны непонятных, неизвестно откуда взявшихся эмоций, и невозможно было сделать полноценный вздох. Но что, чёрт возьми, ему делать сейчас? - Иди встреть его, - будто прочитав мысли, говорит Мучэн. - Он похож на какого-то сталкера, боюсь, скоро его заметёт наша охрана. - Хорошо, - в конце концов соглашается Е Сю. Обнимает Мучэн за плечи и, прижавшись губами к макушке, бурчит «спасибо». А когда она убегает, Е Сю снова выглядывает в окно и свистит. Хань мгновенно смотрит в его сторону и лишь спустя пару секунд неловко прячет потрёпанный цветок за спину. Е Сю смеётся, кивает ему на вход и закрывает окно, уже через стекло наблюдая, как Хань бросает в урну изрядно осыпавшийся белый бутон. И правда, думает Е Сю, не стоит застревать в прошлом, когда впереди целая жизнь.